Тебе никто не поверит

Этот Хеллоуин мог быть весьма печальным для Кэт. Ее парень Майк укатил гулять с друзьями в другой город, о чем изволил сообщить только сегодня утром. Так что она с радостью приняла предложение подруги Микки присоединиться к ней на праздничной вечеринке, чтобы не тосковать в одиночестве дома и не смотреть взглядом запертой собаки на гуляющих по городу в маскарадных костюмах детишек с полными мешками конфет. По возрасту ей уже было стыдно просить конфеты, но так хотелось…

Кэтти нарядилась ведьмой, мама даже помогла найти черную вуаль и ради такого дела разрешила накрасить лицо в стиле самых отбитых рокеров. Ведьма получилась загляденье — в черном облегающем костюме (юбку отец запретил надевать категорически, пришлось ограничиться штанами), с загримированным лицом, скрытым вуалью, и с совершенно уникальной прической, которая выглядела так, будто ведьма три недели не расчесывалась вовсе. Для этой красоты потребовалось половина баллончика лака для волос и еще немного геля. Но зато Кэт была довольна. В свои пятнадцать она наконец-то пойдет на настоящую вечеринку у подруги.

— Много не пей, если где-то станет плохо — звони, — наставления матери сыпались на нее, как горошины из дырявого мешка. И Кэтти согласно кивала, пряча телефон в сумочку так, чтобы не вытащили в толчее.

На вечеринке было классно. Кэт и правда много не пила, больше лопала сладости в форме всякой страшной живности, особенно ей зашли пауки с сочным брюшком, внутри которого пряталась вишня. Микки тусила со своим новым приятелем, который вот-вот грозил перейти в категорию парня, и почти не уделяла ей внимания. Да и в толпе ряженых школьников поди пойми кто есть кто. Кэт терялась и крутилась со всей этой толпой призраков, монстров, красоток из фильмов, демонов, чертей, ведьм и прочего добра. Один из парней и вовсе натянул на голову большую тыкву с дырками для глаз и ходил гонялся за девчонками, от чего те смешно визжали и делано манерно убегали по всему дому.

Кэт не визжала и вообще просто стукнула его по плечу, мол, теперь твоя очередь убегать. Парню не понравилась перемена правил игры и он скрылся в поисках более пугливых жертв. Кэт отошла в сторону, нашла печенье в форме тыкв и принялась лакомиться. По крайней мере, в этом она себя не ограничивала никогда.

Внезапно ее взгляд мазнул по стеклу. За окном кто-то был. Кто-то смотрел на нее. Кэт подошла ближе, но никого не увидела. Она отложила надкушенное печенье на стол и потянулась, чтобы перегнуться через подоконник и посмотреть получше. Быть может, тот самый придурок с тыквой на голове хочет прикольнуться с нее и снимает на видео ее растерянное лицо? Но она увидела лишь мелькнувшую тень и больше ничего.

Кэт захлопнула окно так, что аж стекла задрожали и налила себе свежего сока. Чей-то взгляд все же скользил по ней, но теперь будто издали. По коже побежали мурашки. Это уже не походило на розыгрыш. Кэт сгребла печенье и вернулась в толчею народа, где ей показалось безопаснее. Ощущение чужого взгляда на какой-то миг пропало, но потом, когда она расслабилась и даже потанцевала в компании слегка подвыпивших девчонок, вернулось снова.

Кэт оглянулась и увидела нового парня в костюме маньяка. Он стоял на пороге и высматривал… ее. От чего-то стало страшно, она перебралась в самую гущу народа и сделала вид, будто ей интересны рассказы какой-то там двоюродной сестры Микки. Кэт даже не знала ее имени, ведь эта девушка была на несколько лет старше и уже училась в колледже, а сегодня приехала на вечеринку. Впрочем, тот странный чел ее нашел и там. Он на миг мазнул по ней сверлящим взглядом, который не могла скрыть ни уродливая маска, ни даже вуаль ведьмы. Кэт стало по-настоящему страшно. Она извинилась и отпросилась в туалет, рванула на второй этаж, где было не так шумно и меньше толкотни и едва нашла нужную дверь.

Внутри наедине со стенами и испачканной чем-то оранжевым раковиной ей стало полегче. Кэт умылась и заодно отмыла раковину от чьего-то напитка, посмотрела на себя в зеркало — да, макияж ведьмы испорчен, но это не важно. Главное, что тот человек ее не видит.

Впрочем… дверная ручка дернулась. Кэт зажала рот обеими руками, чтобы не вскрикнуть, а потом потихоньку отползла к самой дальней стене. Высоко над ее головой зияло маленькое туалетное окошко. В принципе, если протиснуться в него…

— Тебе там не плохо? — послышался заботливо-взволнованный голос Микки.

— Нет, одну минутку, — облегченно выдохнула она и действительно спустя минуту вышла наружу. Человека в костюме маньяка не было, зато Микки держала в руках бокал с коктейлем и поджидала ее.

— Ты знаешь, кто такой тот парень в маске маньяка из кино… как там его?.. — спросила Кэт, как только за ней захлопнулась дверь.

— Да черт его знает, кто-то пригласил своего приятеля, тот своего, так и понеслась. Тут уже половина тех, кого я толком не знаю, так, едва виделись в школе, — Микки пожала плечами, мол, дело житейское. — А что, понравился?

— Жуткий он какой-то, — поежилась Кэт, — и будто следил за мной, когда я на кухне ела печенье.

— Да ну, чушь какая, может, он тоже хотел тыквенного печенья. Идем танцевать, там парни принесли знаешь что? Не знаешь. Диски с новой музыкой. Самый свежак!

Микки, не слушая ее слабое сопротивление и попытки отделаться от танцев, потащила подругу в большой зал, где уже трое парней в костюмах гоблинов настраивали музыкальный центр. Кэт осталась в уголке следить за происходящим и боязливо оглядывалась. Нет, ей тогда не показалось. Тот парень и правда сверлил ее взглядом, от которого кровь стыла в жилах. И нет, она даже не перебрала до такой степени, чтобы ей что-то мерещилось.

Когда раздались первые громкие аккорды музыки, Кэт попыталась расслабиться и почувствовать себя действительно празднующей и отдыхающей, но у нее не получилось. Липкий сверлящий взгляд никуда не делся. Она все рассматривала и рассматривала танцующих парней, выискивая того, в маске маньяка, но никак не могла его увидеть. Пока случайно не бросила взгляд за окно. Он снова был там, снаружи, и глядел на нее с какой-то жадностью. А еще в его позе было что-то неуловимо знакомое. Кэт стала мысленно перебирать тех, кто мог бы так жестоко приколоться над нею. Но фактически особо никому не было смысла совершать такое. Вряд ли отец или кто-то из одноклассников хотели бы вместо веселых танцев и гульки с девчонками торчать на улице и пялиться в окно. Быть может, кто-то заплатил аниматору и устроил глупый розыгрыш? Кто-то чужой просто так прикалывается, а она выбрана случайной жертвой и повелась на это?

Кэт скользнула прочь к выходу, стараясь не думать о таких глупостях. Все, пожалуй, с нее хватит вечеринки, пьяных танцующих школьников и вчерашних студентов. Пора домой. Смыть все эту ведьминскую раскраску, вымыть голову и прийти в себя. Быть может, ей вообще что-то подсыпали в те пару бокалов шампанского и поэтому ей мерещится всякая дрянь? Но если бы так, то ее окучивал бы кто-то из парней, а они все держались от ведьмы подальше. Ну или просто не считали именно Кэт привлекательной партией, ведь знали, что ее парень на днях вернется и надерет им задницы.

Кэт захотелось позвонить Майку, но она сдержалась, вместо этого прошла на кухню, налила из крана стакан прохладной воды и залпом выпила. Отлично, это поможет ей вымыть из тела алкоголь побыстрее. Еще бы что-то такое… что там отец принимал от похмелья? Но у нее нет похмелья.

Оконная рама стукнула о стену так, что лопнуло стекло, и Кэт подпрыгнула, расплескивая остатки воды по полу. Тот самый человек в костюме маньяка забрался в окно с пугающей легкостью. И теперь бросился к ней. Кэт взвизгнула, когда в его руке блеснуло лезвие ножа, швырнула ему в лицо стакан и опрометью кинулась в окно мимо опешившего мужика. От осколков его спасла маска.

Почему-то ей казалось все это пугающе настоящим. Человек с ножом, наверняка не бутафорским и даже не просто кухонным. Человек, который вламывается через окно, а перед тем следит за нею. Кэт бросилась по садовой дорожке к улице, где оживленно сновали прохожие.

— Помогите, там маньяк! — крикнула она первому попавшемуся человеку, но тот лишь усмехнулся.

— Эх, молодежь! В наше время мы мирно собирали конфеты, а не разыгрывали прохожих, — пожурил он Кэт и пошел дальше как ни в чем не бывало.

Кэт бежала дальше, ее дыхание сбивалось, а ноги в неудобных для бега сапожках уже начинали гореть. Она оглядывалась и видела все того же человека с ножом, но сейчас, в ночь Хеллоуина, он не казался страшным. Для всех прохожих это был просто придурок в костюме маньяка, который бежал по улице и махал бутафорским ножом. Для всех, кроме нее.

Кэт неслась к магазину и затормозила у двери. Она сможет отсюда выбраться? Там есть второй выход? Нет, лучше не загонять себя в ловушку. К ней подошла обеспокоенная женщина и спросила, все ли в порядке.

— За мной гонится человек в костюме маньяка. У него нож… — хрипло дыша ответила Кэт и увидела, как лицо женщины закаменело.

— Опять розыгрыши. Да сколько ж можно. Я только вчера отругала тех дурачков, которые снимали пранки на телефон и выкладывали в сеть, — сурово запричитала женщина.

Кэт махнула рукой и помчалась дальше и дальше, домой. Дома ей поверят. Даже если это и правда розыгрыш, то она потом с чистой совестью вмажет в морду этого придурку. Звонить в службу спасения? А там ее не пошлют, если она скажет им то, что видит? Человека в костюме маньяка, ни особых примет, ничего такого, что помогло бы его выделить из всех ряженых в эту ночь.

Она решила пока не звонить и добраться до дома, благо было уже недалеко. Она свернула в нужную сторону и помчалась так быстро, как только могла в этих дурацких сапогах. Нет, все больше она ни за что не оденет это убожество. Только теперь Кэт поняла, что где-то потеряла черную вуаль и дома ей может прилететь, но сейчас самым главным было оказаться дома, живой и здоровой, а там пусть ее ругают как хотят или даже запрут до конца года в комнате и вообще что угодно пусть делают, только бы… только бы добежать.

Кэт то и дело оглядывалась и видела то мелькнувший силуэт, то колышущиеся тени. Ей казалось, что этот монстр настигает ее. Что она не успеет. Что домой уже не вернется. Так что когда она врезалась в собственную дверь, то лишь обессиленно заскребла руками по дереву, не в состоянии достать ключи. Впрочем, ее услышали.

На стук выглянула мама с корзинкой сладостей в руках. Боже, она думала, это дети пришли попрошайничать.

— Кэт? Что случилось? Да на тебе лица нет! — она спешно завела дочь в дом.

Кэт кинулась запирать дверь так, словно бы от этого зависела ее жизнь. Да что там, и правда зависела.

— Мам, за мной гонится какой-то придурок в маске маньяка с ножом. Я не знаю, что ему надо, но он выбил окно в доме Микки и так страшно… — Кэт обессиленно разрыдалась, обняв маму. На шум подошел отец.

— Стив, за нашей дочерью гонялся какой-то придурок, проследи, чтоб не влез в дом. Ничего, никто тебя не тронет, дома ты в безопасности, — мама обняла Кэт и осторожно повела на кухню, чтобы умыть, напоить свежим чаем и привести в порядок.

Кэт уже начала расслабляться и приходить в себя, как вдруг в кухонном окне увидела его. Та самая маска словно приросла к стеклу. Завизжали они с матерью одновременно — выглядело это и правда страшно. На шум вбежал отец, но тот самый человек уже скрылся.

— И правда странно как-то, — вздохнул отец, глядя на перепуганных женщин. А потом раздался звон стекла.

— Боже, он опять выбил окно! — Кэт разрыдалась пуще прежнего, а отец поспешил прихватить ружье из своего кабинета.

— Идем наверх, мы там закроемся в спальне и вызовем полицию, — решила мать, поскольку происходящее уже давно вышло за рамки игры, шутки или дурацкого маскарада. Приличные люди не выбивают окна и не вламываются в чужие дома.

Когда они подошли к лестнице, Кэт оглянулась и с криком указала на темный по ночной поре холл. Там стоял тот самый человек в маске маньяка и поигрывал ножом. А потом кинулся к ней.

— Ты живой не уйдешь все равно! — прорычал он. Его голос даже сквозь маску показался Кэт знакомым, но она так перепугалась, что ничего не смогла сообразить.

Раздался выстрел. Запахло порохом. Человек в костюме маньяка пошатнулся и упал на ковер, хватаясь на грудь. Отец перезарядил ружье. Мать судорожно искала телефон, чтобы вызвать полицию и потом с трудом нажимала нужные кнопки. Ее руки дрожали, а голос срывался, ведь впервые в жизни им понадобилось оружие. Впервые за все годы их мирного существования в этом крохотном уютном городке кто-то вломился в их дом.

Отец же подошел к маньяку и сорвал с него маску, а потом озадаченно уставился на его лицо.

— Майк? — удивленно спросил он, глядя на распростертое тело.

Кэт тихо сползла на пол. Она и с лестницы видела, что это и правда Майк. Только какого черта? Он же должен был быть на вечеринке где-то у друзей в другом городе, подробностей он не называл, но все же…

Мать наконец дозвонилась в полицию. А вскоре завыли полицейские сирены. Кэт так и осталась сидеть на лестнице в оцепенении, пытаясь понять, почему Майк пытался убить ее. Это не было похоже на розыгрыш, но ей в голову ничего не приходило. В голове было пусто. Лишь тихо звенела одна мысль — пару недель назад Майк изменился, но она считала, что это из-за дружбы с одним странноватым типом. Она никак не могла поверить в то, что он захочет ее убить. Как и в то, что он теперь мертвый лежит на полу ее дома между гостиной и лестницей на второй этаж. И что вся ее жизнь повернулась вверх дном.

Вошедший в дом полицейский едва взглянул на труп и воскликнул:

— О, Джейсон, его только и не хватало, — он деловито натянул перчатки и поднял маску с пола.

Остальные полицейские разошлись по дому собирать улики и опрашивать семью на предмет произошедшего.

— Это не Джейсон, это Майк, — всхлипнула Кэт. — Мой парень… но с ним что-то случилось и он… он погнался за мной от самого дома подруги Микки в таком виде.

— Джейсон — имя маньяка из фильма «Пятница, 13», — хмуро пояснил полицейский, — и именно его отыгрывал твой парень Майк. Он наверняка вступил в эту чертову группировку «Ей никто не поверит». Проклятый интернет, проклятое время… — он вздохнул и поднял Кэт на ноги. — Эти парни специально дожидаются праздников или маскарадов, чтобы под видом каких-нибудь персонажей убивать женщин. Рассказывайте, мисс, что конкретно у вас произошло…