Тележка-путешественница

Припозднившаяся парочка возвращалась домой по ночной пустынной улице. Молодая майская листва переливалась серебром и золотом в свете фонарей, сквозь лёгкие, невесомые облака робко перемигивались звезды. Город радовался весне, сбрасывал с себя зимнюю одежду и наряжался в новые краски. Всю эту идиллию портила лишь уродливая траншея, заполненная водой. Как раскопали её коммунальщики по осени, так и бросили. Обычное дело.

– Оль, глянь, что там за дичь? – спросил парень, указывая на какие-то железки, торчавшие из-под воды.

– Смотри-ка, кажется, коляску бросили, – приглядевшись, определила девушка.

И правда, на дне траншеи, полузатопленная, лежала тележка для продуктов, судя по зеленому шильдику, даже не из ближайшего магазина. – И кому ее понадобилось сюда тащить?

– Так много вопросов и так мало ответов…

Иван Петрович ходить по магазинам не любил. Но, увы, ему приходилось. Жена безвылазно дома с малышом, тёща на своем заводе от зари до зари. Вот и легли задачи по снабжению на широкие плечи мужа. Потому в долгожданные дни получки приходилось ему тащиться в ненавистный торговый центр менять денежные знаки на продукты питания. Сегодня вновь он выходил из его гостеприимного нутра с заполненной тележкой и опустевшим кошельком. Хватит ли этой закупки на две недели? Надеяться, конечно, хотелось, но рассчитывать на то не стоило. Покушать в семье все любили.

Перекидав пакеты в багажник своего «Опеля», Иван Петрович грустно взглянул на тележку. Надо бы, по хорошему, откатить на место, забрать зажатую в замке «десятку». Но возвращаться ради такой мелочи в магазин? Да ну её к черту, пусть подавятся! Он небрежно толкнул тележку подальше и уселся за руль.

Вот уже около пяти минут, как человек в пиджаке, загружающий багажник черного автомобиля, был объектом пристальной слежки. Бомж Василий, смоля измятую сигарету, не отводил от него заинтересованного взгляда. Он хорошо знал такой типаж людей. И вскоре невольный благодетель оправдал все возложенные на него надежды. Машина уехала. А пустая тележка осталась. Не теряя ни единой минуты, Василий молниеносно бросился к ней и так же стремительно уволок ее в пушистые кусты, отделявшие торговый центр от ближайших гаражей. Время было ох, как дорого, ведь конкуренты не дремали! Скрывшись от посторонних глаз, можно было уже не торопясь, вдумчиво расковырять кривой железкой замок и достать оттуда вожделенную монетку номиналом в десять рублей. Вот теперь Василий был доволен. Отбросив уже ненужную ему тележку в сторону парковки, насвистывая веселую песенку, он направился в магазин. Теперь ему хватало на бутылку!

Шумная компания вывалилась на парковку из-за ближайшего дома. Парни подкалывали друг друга, девушка весело смеялась.

– А пойдемте самокат снимем, пошизим? – предложил один из парней.

– Васян, да нафига тебе самокат! – хохотнул второй, отхлебнув пива из банки. – Когда тут во чё есть!

– О, да ладно! – названный Васяном поставил тележку на колёса. — Мадам Мари, Ваша карета подана, прошу подняться на борт, — и по-шутовски сделал широкий жест в ее сторону.

Девушка неуверенно влезла в решетчатую корзину, а ребята в две свои лошадиные силы бегом потолкали ее по дороге, все дальше и дальше от торгового центра…

Дед Афанасий, всë же, замешкался, и увернуться не сумел. Клюка полетела в одну сторону, тележка в другую, стоявшая в ней с раскинутыми руками девчонка в третью, а двое парней – просто рядом в грязь.

– У, хулиганьë! – закричал дед, потирая ушибленный бок. – Милиции на вас нет!

Он ещё грозил кулаком, и бурчал что-то о падении нравов, о том, что в его детстве такого не было. Но трое ребят уже убегали, бросив своё импровизированное транспортное средство.

Доковыляв до клюки и снова обретя устойчивое равновесие, а с ним и некоторое успокоение, Афанасий окинул свой трофей оценивающим взглядом.

– А ведь такая штукенция на хозяйстве-то сгодится. Можно на даче навоз возить. А потом и картошку!

Кряхтя от натуги, дед потолкал тележку в сторону своего подъезда. Главное, доволочь, такую полезную вещь без пригляда оставлять нельзя! Там-то уж никто не возьмёт, а зять спустится, домой затащит…

Клавдии Андреевне повезло с утра. Убирая лестничные пролеты, она нашла потерянный кем-то кошелек, и не пустой. А раз до конца рабочего дня хозяин не объявился, можно и заключить сделку с совестью. Нехорошо это, конечно, чужое присваивать. Но и растеряшей таким быть тоже не хорошо! К тому же, две тысячи с копейками – неплохая прибавка к скудной зарплате работающей пенсионерки. И это ещё не весь сегодняшний приработок. После уборки придомовой территории в помещении мусоропровода у Клавдии Андреевны скопился немалый запасец лома чёрных и цветных металлов. Чего только не навыбрасывали люди: от жестяных банок до медного автомобильного радиатора. Снести бы это все богатство в приемку, да как старушке дотащить такую тяжесть?

Открыв дверь подъезда, Клавдия Андреевна увидела решение всех своих проблем. Какой-то жилец, похоже, заленился тащить свои сумки от магазина и прикатил их прямо в тележке. Лентяй ушел, а тележку, конечно, бросил. «Ну, милок, тебе она уже ни к чему, а бабушке все в дело сгодится,» – подумала уборщица, ковыряясь ключом в двери подсобки.

Вечерело. Пожилая женщина в рыжей жилетке возвращалась домой, катя перед собой пустую тележку, и честно заработанные деньги приятно оттягивали её карман. В голове Клавдии Андреевны словно бежали колонки цифр: «Картошечки купить надо на еду. Внучку шоколадочку. Помидоров рассады еще взять...» Из приятных раздумий её неожиданно вывел резкий голос.

– Здравствуйте, гражданочка, участковый!

– Ой, здравствуй, милок, здравствуй, – запричитала персионерка. – Чем тебе бабушка помочь может, всё скажу, всё про всех расскажу!

– На Щукина заявили о пропаже оборудования магазина. Скажите, откуда у вас эта корзина?

– Так бросил тут её тут кто-то, мил-человек! А мне во дворе мусор не нужен, вот, не поможешь до помойки дотолкать?

– До помойки, говорите… Ну, мне в любом случае придётся записать ваши данные, так положено, – сказал участковый, доставая из барсетки блокнот.

Неожиданно порыв ветра подхватил несчастную тележку, и та, недолго прокатившись по асфальту, кувырнулась прямо в заполненную грязной водой траншею.

– А что ты так на меня смотришь? – грозно надвинулась на полицейского уборщица. – Сам упустил, сам и лезь за ней!

Участковому совсем не интересно было пачкать свою отутюженную форму в грязи.

– А знаете, гражданочка, – сказал он – спасибо за бдительность! – И захлопнув блокнот, полицейский четко развернулся и зашагал по направлению к дому.

– Пропала такая тележечка, – причитала Клавдия Андреевна. Лезть в грязь ей тоже совершенно не хотелось.

Припозднившаяся парочка возвращалась домой по ночной пустынной улице. Молодая майская листва переливалась серебром и золотом в свете фонарей…