Темная сторона светлой мысли

Я сидела напротив массивного стола в кабинете Лорда-директора Академии Проклятий и… нервно покачивала ногой. Сам хозяин кабинета переводил взгляд с взвинченной меня на троих довольных жизнью обалдуев, силясь, видимо, понять, каким немыслимым образом девушка, на вид которой было от силы шестнадцать, смогла стать опекуном троих братьев-близнецов. К слову, в их заявлениях на поступление был указан возраст в семнадцать, снова семнадцать плюс две минуты и семнадцать с тремя минутами соответственно. Не знаю почему, но отсчёт братья вели от возраста самого старшего, из-за чего гениальный, но совершенно нелогичный просчет вызвал у меня сперва смешок, а потом осознание того, насколько тяжелая ноша упала на мои плечи.

Началось все со злополучного письма от нотариуса моей сестры – мы с ней были достаточно близки, а потому я не раз бывала в ее поместье, где счастливо проводила время с тремя племянниками-близнецами и самой Элли, живущей в идеальной гармонии с мужем драконом. Однако, счастливая сказка завершилась грустным и совершенно неожиданным концом: мне пришло злополучное письмо с известием о смерти моей старшей сестренки и ее мужа, а также о наследстве, полученном мной вместе с тремя несовершеннолетними мальчиками, опеку над которыми я должна взять. В довершение ко всему, волокиту с бумагами мне пришлось передать моему мужу, в то время как я сама почти месяц пыталась догнать по всей империи рьяно убегающих племяшей.

Догнала – они успели преодолеть восемь крупных городов, прежде чем остановились и решили узнать, кто именно пытается их настичь. Последним пунктом стал Ардам – северный город, являющийся столицей Приграничья. Не знаю, что сподвигло их остановиться именно тут, но в первый же день нашей поистине судьбоносной встречи меня повели в местную Академию.

Племянники рьяно начали убеждать меня в необходимости получения ими магического образования в этом месте. И раз уж на то пошло, то и меня они решили записать в Академию, только в статусе преподавателя.

- Вы хотите преподавать? – холодно произнес Лорд-директор, останавливая мои покачивания ногой.

Но хватило меня лишь на секунду, дабы взглянуть на сидящих с просящими глазами племянников и тяжело выдохнуть:

- Да, Лорд Тьер.

Мужчина едва заметно поморщился, взглянул на четвертое, то есть на мое заявление на прием на работу и кивнул. После чего позвал секретаря, подписал несколько бумаг и выгнал нас располагаться, произнеся мне напоследок:

- Только в порядке исключения, Леди Алмерик. Всего кошмарного.

Я кивнула, не желая больше отвлекать мужчину от работы, тем более в его кабинете мы просидели целый час и уже успели обсудить условия как моей работы, так и обучения мальчиков. Не скажу, что весомым аргументом при приеме меня как преподавателя не послужило относительно громкое имя рода и моя степень Магистра в нужных для Академии областях, но весомая доля удачи здесь присутствовала. Что ж, теперь я хотя бы могла вздохнуть полной грудью и спросить не на бегу, а почти в обычной обстановке один конкретный вопрос:

- А теперь, к темной Бездне, вы трое, расскажите мне, какого демона мне пришлось нестись за вами по всей империи?!

То, что мне не ответят, я осознала, когда три хитрые моськи сверкнули улыбками и исчезли из моего поля зрения, довершив композицию «Потерянная тетушка в пустом коридоре». В конце блеснуло виноватое лицо самого старшего – Римуса, очевидно, являющегося из них самым благоразумным. Но вскоре и это «видение» исчезло сродни миражу.

А потому ничего умнее, чем идти в указанном мне секретарем направлении, ведущем в женское общежитие, я не нашла. К моему счастью сейчас проходило занятие, из-за чего даже в учебном корпусе, откуда я сейчас выходила, не было видно студентов – вокруг была тишь, да кошмарность, разрушаемая лишь легким летним ветерком, заставившим меня укутать плечи в легкое пальто. Такой, северный климат был для меня слишком суров, и даже несмотря на то, что человеческой крови во мне была четверть, а остальную занимала самая «правильная» темно-лордовская, мерзнуть при такой температуре я не должна была. Однако даже в этом проявлялась моя «странность».

Так вышло, что я родилась в семье Лорда с далекими демоническими корнями, чему отец очень сильно гордился и был крайне щепетилен в вопросе выбора жениха для своей старшей дочери. Однако, поразительно переча своим же догмам, второй раз он женился на полукровке - человеке с каплей крови лордов. Так на свет появилась я – нелюбимая и вечно порицаемая дочь своего жестокого отца. По причине своего же решения он не получил желанного сына, но вырастил Элли «правильной» леди. Как следствие, она вышла замуж по велению отца и родила своему лорду трёх сыновей-близнецов. Каким же было его разочарование, когда любимая дочь бросила своего первого мужа и, забрав детей, выскочила замуж повторно! Южная провинция просто бушевала от слухов о падении нашего рода.

Это и стало отправной точкой распространения влияния папы на мою судьбу. Старшая бессовестная и неблагодарная дочь была несколько раз проклята (хорошо, что не по-настоящему), а младшая, пусть и плохенькая, стала той, в кого начали вкладывать деньги, силы и влияние. Через год усиленной подготовки, балов и уроков меня выдали замуж. То, что мой избранный был на пару десятков лет старше (отец тогда кричал на меня, мол мне повезло, что не на пару сотен), а также исходил из увядающего рода аристократов, занимая при этом последнее место в наследовании, отца не волновало, как и то, что жених взял мое имя рода после свадьбы. Для него главном было наличие титула и крови, что исправит мою.

К моему счастью, Дерек оказался не плохим мужчиной, мягким в общении и спокойным по нраву. Я не была влюблена, не играла такую роль и не терпела его ни разу за все шесть лет нашего брака. Для меня он был комфортом и опорой, о которых и думал папа, договариваясь об этом браке.

К счастью или же горечи – я так и не смогла понять собственных чувств в тот момент, но вскоре после церемонии отец умер, оставив все свое имущество и право главы рода Элли. Не буду скрывать то, что большой вклад в это внесла я, прося отца не оставлять сестру довольствоваться серыми стенами небольшого дома, принадлежащего ее мужу-дракону. Мне не нужна была вся эта роскошь главного поместья, в то время как ей и детям это почти требовалось.

Так я и мой муж переехали в столичный особняк, переписанный Элли на меня, я отправилась на государственную службу, радуясь тому, что мое образование – единственное не отнятое отцом, осталось при мне и помогло мне в жизни.

Как помогло и сейчас в приёме на работу сюда. Я не стала замахиваться на высоты, а потому подала заявление на скромную вакансию преподавателя по основам магии, подозревая, что подобный курс не будет сложным или сверх частым – у проклятийников то.

Комнаты преподавателей здесь находились на первом этаже, а потому я с небольшой сумкой вещей смогла быстро найти свою, табличка на двери подсказала. Переодевшись в форму учителя и перекусив прихваченным с собой печеньем, я мельком написала письмо мужу, разложила вещи и запомнила расположение корпусов, кабинетов и выучила расписание на первый день лекций – то есть уже на завтра. Времени на подготовку, как и на обустройство мне выдали меньше дня, даже не удивив этим, потому как я теперь буду на замене одного из приходящих преподавателей. А значит завтра меня ждет открытая лекция с проверяющими и знакомство со студентами.

Через час пришла секретарь, передала мне учебный план, лекции на неделю (последующие я должна буду составить и утвердить сама) и рассказала о правилах этого учебного заведения. Особо выделив, что мне можно находиться в мужском общежитии на час больше, чем остальным особям женского пола. Вид у нее при этом был крайне странный и очень заинтересованный, хотя, казалось бы, она видела, как мы с мальчишками выходили из кабинета директора.

Но это было не настолько важно, как мое осознание того, что лекции Академии почти полностью совпадали с теми, что я давала в столичном университете, исключая только практическую часть. А значит переписывать и даже составлять новый план мне не придется, что несказанно радовало.

Когда солнце уже начинало садиться за горизонт, а мои комнаты залил насыщенно красный свет заходящего светила, на подоконник приоткрытого окна лег свернутый мятый лист бумаги, на котором нервным резким подчерком было почти накарябано послание от мальчиков, отразить смысл которого можно было парой сотен ругательств, рвущихся с моего языка. Потому как трое несовершеннолетних обалдуя рванули праздновать поступление с новыми одногруппниками, начав это дело не далее, как половину часа назад! То есть заниматься этим они планировали если не ночь, то большую ее часть, и это в городе, который ни они, ни я не знали от слова совсем!

В этот момент я поняла, насколько я далека от воспитания кого-либо младше двадцати лет, потому как основной аудиторией у меня были «дети» постарше, для которых подобные развлечения уже потеряли какой-либо смысл. Однако выбора у меня не было – я приняла пост опекуна осознанно и знала, чем это мне грозит. Я была готова к подобным последствиям. Более того – я их ожидала.

Потому достала из ящика стола отложенную карту города, надела на шею магический накопитель и накинула на плечи теплый плащ, предположив, что топать мне придется долго. Тем более предупредительные мальчики благоразумно написали мне название заведения, в котором планировалось мероприятие.

***

Вечерний Ардам встретил меня свежим прохладным воздухом, сумрачностью и весельем, витающим повсюду. Сегодня был последний день перед выходными, а желающий развлечься народ очевидно не особо любил спокойную жизнь, потому, проходя мимо квартала питейных заведений, находящихся немного за городом, пару раз меня хватали за руку и пытались увести в направлении каких-то строений увеселительного характера, но я со своими способностями могла отбиться от подобных «ухаживаний», посему легко избавлялась от поклонников и продолжала топать до нужного места пешком.

Это мне еще повезло – большую часть пути я преодолела в экипаже, поймав извозчика при выходе из Академии. Да только везти меня в Мертвый город он отказался, бессовестно высадив у первого заведения и пожелав «не помереть во цвете лет». Не знаю где именно кентавр разглядел во мне этот «цвет», я его отродясь не видела, как и все, кто когда-либо видел меня, а потому я, можно сказать, была польщена такому комплементу. Как оказалось позднее, я действительно была «в самом соку», «удивительно приятной бабой» и «сладкой, жаль что малолеточкой».

Из-за этого дальше я шла злая и мысленно грозящая мальчикам теплотой и душевной заботой, как только доберусь до назначенного места. За всеми этими мыслями я не заметила очередного поклонника, загородившего мне дорогу и попытавшегося разглядеть под плащом что-то, чего там отродясь не было (это я про ему предназначенное).

- Цыпа, - оскалился на манер улыбки тролль, после чего бесцеремонно схватил меня под колени и закинул себе на плечо, как-то сверх нагло мазнув носом по моему животу.

Я психанула:

- Поставил меня на место, неотесанный ты болван! – мой крик раздался ему в самое ухо, отчего тот слегка притормозил и смачно шлепнул меня по заду, кажется, оставив там гематому.

- Кто так вообще ругается? – донеслось сбоку, и я поняла, что хочу остаться с троллем.

Потому как рядом с нами стоял демон. Нет, не так. ДЕМОН. Благо в человеческой форме, но сути это не меняло. Причем он был из высших, естественно с Миров Хаоса (откуда ему еще быть) и немного (много) чем-то недовольный. И я уже было намеревалась справиться с навязчивым ухажером сама, как демон взглянул мне в глаза и… что-то произошло. Не знаю что именно, но мне это категорически не понравилось. Колотящемуся сердцу, улетучившимся мыслям и сбитому дыханию тоже, потому мы слаженно скооперировались, успокоились и сделали то, что казалось нам сейчас более уместным.

- Пойдем уже, - я обратилась к троллю, - куда ты там меня нес.

Тот хмыкнул, отвесил мне еще один больнючий шлепок по мягкому месту и… умер. То есть он начал заваливаться на бок, заставив меня ускоренно скооперироваться, и упал, подняв с земли волну пыли. Я в этот момент уже находилась на руках у галантно поймавшего меня демона, а потому искала пути отступления. Вот говорил мне папа не связываться с выходцами из Хаоса – адекватности от них не жди, но даже тут я успела вляпаться. И что в итоге? Дохлый тролль на дороге и плотоядно смотрящий на меня демон.

Не скажу, что я была совсем уж дурой (степень Магистра в нескольких областях как-никак), но понять, что если на тебя так смотрят, то нужно забирать племянников и бежать, я смогла.

- Демоны темных не едят, - на всякий случай напомнила я, отчего уголок его губ дернулся и пополз вверх, заставив меня сделать то же самое в ответ.

- Много вы знаете о их взаимодействии, леди… - голос у него с расстояния был немного выше, но сейчас казался грубее и… приятнее?

Я кивнула, вспоминая все, что знала о демонах, и попросила:

- Леди Алмерик. Отпустите, пожалуйста, - да, грубить не хотелось совершенно.

А все потому, что взгляд его не менялся, будто я была не просто едой, а очень вкусной едой.

На землю меня ставили с огромным сожалением в темно-карих глазах и аккуратностью, с которой касаются лелеемой вазы из хрусталя.

- Благодарю, - прохладно сказала я, после чего поправила сперва платье, а затем пальто и направилась к уже почти невидимой из-за темноты вывеске.

- Что вы здесь забыли? – на той же волне холода и напряженности спросил демон.

Я пожала плечами и почему-то соврала:

- Пришла веселиться.

Хотя нет, не соврала. Просто даже с расстояния пятнадцати шагов от питейного заведения, указанного в письме мальчиков, я смогла услышать ожесточенный крик младшенького, кажется, направленный на хохочущего среднего. Я поджала губы и продолжила путь быстрее, намереваясь стать не столько наблюдателем, сколько участником действа.

- Вы меня пугаете, - сурово произнес шагающий рядом мужчина, который по какой-то непонятной причине соизволил двигаться со мной в одном направлении.

Не скажу, что верила в подобные совпадения, однако и нарцисстично полагать, что его увлекла я сама, было как минимум глупо.

- Вы пугаете меня сильнее, - честно призналась я и устремила свой взгляд в проем двери, открытой мне очень странным почему-то ухаживающим за мной демоном. Это вселяло в мое сердце веру в небывалое.

Хмык мужчины потонул в обрушившемся на меня шуме множества голосов, красках представшего перед глазами видения и крике самого старшего из близнецов (и являющегося из них самым ответственным):

- Я КАБАН! Я НЕПОБЕДИМ! – стоял он на деревянном стуле, который в свою очередь стоял на столе посреди зала.

Я тяжело вздохнула, приподняла полы длинного платья, чтобы не намочить и не замарать его о невыносимо грязный пол, после чего спокойно прошла до различившего меня пьяным взглядом мальчика и, брезгливо ухватив ножку стула, на котором он стоял, дернула со всей силы. Предмет мебели улетел в стену, веселая музыка на фоне стихла, а присутствующие обратили на меня внимание.

- Марш в Академию! – рявкнула я так, что трое обалдуев мгновенно сорвались со своих прошлых мест дислокации и припустили на выход, по стеночке обходя демона, замершего с поднятой бровью и смотрящего исключительно на меня.

Следующим шагом я расплатилась с хозяином заведения за причиненный ущерб как от меня, так и от племянников, а после вышла на свежий воздух, радуясь тому, что долго сидеть внутри мне не пришлось. Троицу я успела нагнать на половине пути к выходу из этого «райончика», потому оперативно сжала в руке накопитель, активировала портал и шагнула в него, захватив с собой парней и одного вальяжно плетущегося демона, так и не оставившего меня без своего присутствия.

- Академия Проклятий, - произнес мужчина, ступая на землю Ардама и подавая мне руку, - студентка?

Его взгляд упал на меня, а я не стала принимать помощь, понимая, в каких случаях подобные мужчины могут проявлять интерес, и ни один в мои планы не входил.

- Нет, - ответила я на его вопрос и шагнула к закрытым воротам.

Я отворила последние, впустила троих безолаберных, тихо перешептывающихся друг с другом и пьяно-извинительно глядящих на меня, и остановилась. Ко мне подошел привратник, упер руки в боки и каверзно произнес:

- Нарушение комендантского часа! Никак расстаться не можете?

Я оглядела гоблина с улыбкой.

- Я преподаватель, - ответила всем и сразу, попутно оглядев демона и добавив, - и я замужем.

Демоническая бровь взметнулась вверх, описав неверие мужчины, и вернулась обратно, заменившись усмешкой, когда привратник взглянул на него и испуганно скрылся за воротами.

- Я понял, - холодный ответ, сопровожденный моей почему-то грустной улыбкой, и я кивнула.

После чего осталась стоять на прежнем месте и смотреть на него ровно как до этого. Мужчина улыбнулся, сделал шаг ко мне и… я сделала шаг назад.

- Прошу прощения, - вышло у меня как-то испуганно, после чего я резко отпрянула, развернулась и побежала в сторону женского общежития, слыша лишь очередное каверзное от гоблина-привратника:

- Какая прыткая! От высшего демона-то не убежишь!

Отвечать я ему не стала, осознавая, что в любом случае легче мне от этого не будет. Как и спокойнее.

***

Уснуть в ту ночь мне не удалось совсем. А все потому, что в голове крутилась тяжелая мысль, сопровожденная холодными словами высшего демона, у которого я даже не спросила имени.

«Я понял».

Да и нужно ли было мне узнавать его имя? Я же не планировала заводить с ним дружбу? Тем более Дерек к «лишним» знакомствам относился скептически. Хотя, если честно, для него все знакомства были подобными. Если только они не приносили весомую выгоду или стабильный доход.

«Я понял».

Я же понять свои неожиданные зацикленные мысли совершенно не могла. Все вокруг будто поменяло краски – потеряло насыщенность, и взамен яркого солнечного лета на мои плечи опало что-то мокрое, холодное и немое. Мне казалось, что все моё естество впало в гибернацию, а выход из сна запланирован… наверное когда я вернусь в столицу, пойму почему мальчишки бежали через всю империю в эту забытую тьмой Академию, и смогу спокойно ступить в прохладную сень своего небольшого домика. Нашего с Дереком домика.

Последняя мысль почему-то уронила настроение в еще большие дебри сомнений и мрака, однако заставила меня подняться с нерасправленной постели и подойти к окну.

«Я понял».

Почему во всех мирах и возможных временах мы вдвоем встретились лишь сейчас? Почему это не произошло до моей поспешной свадьбы, вырванной из моего юного на тот момент сердца, оставив место только для механических повторений действий в университете и дома? Почему это не произошло, пока отец был жив, когда брак еще считался фикцией и мог быть разорван в любую секунду, как обещал мне сам папа?

«Я понял».

И я поняла. Поняла, что никогда в жизни не смогу поставить свою идеальную жизнь на кон чувств. Поняла, что никогда в жизни не смогу предать мужа, терпящего меня уже несколько долгих лет. И, наконец, поняла, что не смогу забыть того мужчину без имени, но мне под силу запихать эти воспоминания в долгий ящик и швырнуть его в море – туда, где никто никогда не отыщет. И не узнает.

Громкий звук горна вывел меня из эгоистичных мыслей, заставив вздрогнуть. Я стерла со щеки из ниоткуда взявшуюся влажность и устремилась переодеваться к утреннему построению. В каком бы смятении я не находилась, однако всегда была собрана и решительна. Я не могла позволить себе мягкость и неработоспособность, ведь именно так меня воспитал отец.

***

Не знаю зачем, но в Академии проклятий физическая подготовка практиковалась и среди преподавателей. Не скажу, что мне от этого была какая-то польза или же вред, но теперь я была счастлива, что моя привычная утренняя разминка проходила в компании не самых выносливых учителей-предметников, что скорее всего было следствием моей закаленности, вместе с дарами крови, которые оставил после себя отец.

Так как сегодня был первый выходной, времени у меня было предостаточно, а значит я могла в достаточной степени измучить тело тренировкой, дабы в голове не появлялись темные мысли, места которым там было мало.

Сейчас же я сидела, подперев изрубленный клинками столб на поле у женского общежития, и разглядывала зеленую блеклую травинку, сорванную недалеко отсюда. Забавно, но я отчетливо видела ее тусклость по сравнению с той, что росла в столице. Глупость, конечно, но ощущения я изменить не смогла бы. Даже если бы хотела.

Каково же было мое удивление, когда из главного корпуса сперва вышел Лорд-директор Академии, а затем и… тот самый высший демон, о котором я думала всю прошлую ночь! Первой моей мыслью было: «Вот нахал! Как ему не совестно так открыто пытаться за мной следить?!». А потом-таки да – дошло что мир вертится не вокруг одной не в меру эгоцентричной Леди, а мужчина, скорее всего, просто прибыл сюда по делам. Я же попалась ему на глаза лишь потому, что сидела здесь уже больше часа и занималась самобичеванием.

И вот как раз на этой моей мысли демон взглянул прямо на меня. Что странно, даже не смотря до этого по сторонам, будто зная, что я именно здесь, он медленно, тягуче двинулся в мою сторону, оставив Лорда Тьера, также шедшего по своим делам.

В этот момент я вдруг осознала насколько сильно мне хочется просто заговорить с ним! С самого обычного расстояния в полтора-два метра. Не касаясь друг друга, разве что взглядом. Всего-навсего спросить у него как прошла его ночь, потому что я… скучала?!

На ноги я вскакивала со скоростью чего-то сверхмолниеносного, потому как я могла принять неизведанные моей природе чувства на уровне подсознания. Но желания?! Нет, уж. Увольте.

В этот момент я пожалела о том, что я - леди, и подобное поведение для меня было неприемлемым. Бег же был бы совсем ужасен, потому я собралась и быстро зашагала в сторону женского общежития, разумно предположив, что мужчина не захочет бежать за мной, ведь нас разделяло приличное расстояние, которое постепенно увеличивалось благодаря моему поспешному избеганию.

- Темного дня вам, Леди Алмерик, - учтиво поздоровался своим низким, вибрирующим голосом демон в метре от меня.

Я же в эту секунду ругала свое аристократическое воспитание, титул и правила приличия, попрекать которые на самом деле было нельзя. В конце концов я - преподаватель и своим поведением должна подавать пример. Потому удивленно воззрилась на мужчину, мило улыбнулась ему, мол «какая неожиданность», и сдержанно произнесла:

- Кошмарных. Вы так неожиданно приблизились, я даже не заметила.

Хмык мужчины дал мне понять, что мои выверты этикета были раскрыты, и достоверность слов пала в самую Бездну. Да только это не было основной маякующей мыслью в моей полупустой голове. Ей стала та, что твердила мне не спрашивать его имя, иначе я пропаду совершенно.

- Мне импонирует ваша непосредственность, Эмилия, - он взглянул на меня с присущим ему ехидством, кои я видела в его глазах вчерашним вечером и сегодняшним утром почти постоянно.

Мое имя в его исполнении звучало… звучно? Будто так и должно быть. Будто он должен произносить его часто.

- Быстро вам удалось узнать мое имя, - почему-то проговорила я, смотря исключительно вперед – на здание женского общежития, дорога к которому удивительным образом длилась уже пару минут, хотя я должна была преодолеть её несколько быстрее.

Демон усмехнулся и вновь оглядел меня. Я же старалась не смотреть в его сторону по причине возможности появления очередных необратимых мыслей.

- Я знаю о вас все, Эмилия, - ответ на грани одержимости, произнесенный настолько обыденным тоном, что в моей голове стало холодно и немного апатично.

Причем даже не от осознания, что он раскопал обо мне информацию. Скорее из-за того, что ее применение ему не понадобится.

- Например то, что вы прибыли в Ардам за тремя опекаемыми племянниками, сбежавшими из дома. Или то, что вы желали посвятить себя науке, но вас ограничивали сперва отец, а затем муж. Или то, - он пристально взглянул мне в глаза, - что вы желали отказаться от наследства в пользу племянников, но ваш муж распорядился вашим имуществом по-другому.

Я дернулась. После чего тяжело вздохнула и остановилась.

Так и было. Я желала отдать поместье мальчикам и нанять проверенного гувернера, вырастившего меня и сестру. Но Дерек был резко против, высказав мне свой живейший интерес в получении мною наследства. Почему я так усердно рванула за близнецами? Они почти совершеннолетние, к тому же я знала, что в Академии за ними присмотрят лучше меня. Причина крылась в другом – в день моей отправки сюда, чуть больше недели назад, я вызвала семейного нотариуса, чтобы подписать бумаги на отказ от наследства в пользу мальчиков. Сделать это я решила конечно же в присутствии мужа. А уезжала с плохо замаскированной косметикой гематомой на половину лица, подаренной мне тем, кто, как оказалось, желал от меня денег все это время.

Забавнее всего было вспоминать некоторые моменты из нашей семейной жизни, которые я могла понять только сейчас. Таким, например, был факт великой «статусности» Дерека – он был лордом, а значит мог занимать только высшие должности, на которые его не брали или же выгоняли после пары недель работы. Я же могла обеспечивать нас двоих сама, если бы не вечные долги, накапливающиеся от скуки и безделья мужчины, и не его завышенные требования к условиям жизни.

Наверное, тот удар по лицу просто стал последней каплей в океане лжи и позерства, которые он проецировал на меня несколько лет брака. Я бежала в никуда, радуясь подвернувшемуся случаю, созданному самой судьбой ради того, чтобы я подумала над своей жизнью и вынесла верное решение.

И у меня была целая неделя, пока сходил синяк и заживала кожа. Стоит ли упоминать написанное ему вчера письмо? Если он предал меня один раз, это не значит, что я должна делать все хуже и предавать в ответ. Я была сильной, а разве сила не в прощении?

- Это не так важно, как вам кажется, - прохладно ответила я, желая, чтобы этот путь на грани моего самообладания уже завершился.

- Мне не кажется, - ответил демон, мягко улыбаясь, - и я могу сказать, что он не просто игрок – за ним стоит что-то страшнее карточных долгов.

Я поджала губы, ощущая легкую степень давления с его стороны.

- Желаете выставить его в плохом свете, чтобы представить в хорошем себя? – я остановилась на месте и взглянула в карие глаза своего наваждения.

- Да, - прямой правдивый ответ, от которого хотелось сбежать в другой мир, страну или же…

Или. Я даже боялась признаться себе в том, чего хочу. Произнесение же этого, пускай и мысленно, но привело бы меня на край отвесной скалы, нависшей над бездной.

- Я не в силах дать вам и тысячной доли того, чего вы хотите, - вышло немного грубее, чем планировалось, - нам стоит прекратить наше общение, Лорд…

И это было моей ошибкой, потому как я резко округлила глаза и застыла как вкопанная, понимая, что даже узнав его имя, мне станет в сотню миллиардов раз хуже, чем было этой ночью.

- Лорд Адриан Д’Аламбер, - мужчина с улыбкой оглядел мое весьма странное выражение лица и, будто увидев в нем что-то, о чем я даже не подозревала, нахмурил брови и сделал шаг ко мне.

Так как я стояла на месте, то нас стало разделять меньше метра, преодолеть который я не могла по моральным причинам, а он… наверное потому, что чувствовал мои метания, разбавленные терзаниями темной стороны, казалось бы, светлой мысли.

- Но мне будет приятнее, если ты будешь называть меня по имени, как я тебя, - выглядел при этом он больше чем мило, вдохновляюще коварно и… недоступно.

Потому:

- Благодарю вас, лорд Д'Аламбер, - я легко кивнула головой и сделала шаг вперед, унося свои мысли подальше от объекта, вокруг которого они крутились, - но я не вправе нарушать этикет, а значит и не должна к вам обращаться вовсе.

Мужчина остался на месте, смотря как я медленно удаляюсь – я словно ощущала его взгляд спиной. Желала обернуться и сказать слова, которыми лгала мужу несколько лет, но сейчас, когда желала произнести их с чистой совестью и праведным сердцем, я выбирала долг. Собственно, так, как делала это обычно.

- Кошмарного дня, - произнесла я и шмыгнула за дверь общежития, радуясь и сходя с ума от этой длинной и очень эмоционально неустойчивой прогулки.

Меня ждал холодный душ, необходимый для прочистки мыслей, подготовка к первым занятиям и разговор с племянниками. Потому что… только сейчас, когда лорд-демон указал мне на все факты и натолкнул на кое-какие измышления, я поняла, что побег мальчиков не был внезапным и незапланированным – они пытались скрыться от чего-то в защищенной Академии Проклятий. Или от кого-то.

***

Разговора с мальчиками у нас не случилось. И это было закономерно, потому, как только я зашла в свою комнату и успокоилась после разговора с лордом Д’Аламбером, гоблин-привратник принес мне ответное письмо от мужа, датированное вчерашним днём, в котором он советовал мне собирать вещи и готовиться к его скорейшему прибытию порталом.

Я чувствовала бурю с ливнем и грозой, которая вот-вот должна была обрушиться на мою голову. Это я могла понять даже по резкому угловатому почерку с сильным нажимом, которым было написано его сумбурное сухое письмо, и от которого сердце забилось в страхе. Но кто я была такая, чтобы посметь перечить мужу, выбранному умным и справедливым отцом. Отцом, который знал, что правильно, а что – нет.

Сегодня к обеду меня ждало что-то неприятное. И единственное, о чем я собиралась просить – оставить племянников здесь, мотивируя это тем, что им нужно учиться, тем более сюда они поступили по собственному желанию.

- Твое смятение и страх мешают мне сосредоточиться на делах, - раздался голос из гостиной, в то время как я сидела на кровати в спальне и складывала вещи обратно в чемодан.

Странно, но я даже не испугалась – будто почувствовала, что он пришел и находится поблизости. Я поднялась на ноги, прошла до дверного проема и оперлась на него, смотря на расслабленного лорда-демона, восседающего на моем кресле у письменного стола и с интересом читающего мои бумаги. На секунду мы встретились взглядами, но я тут же отвела глаза и уставилась на конспекты занятий в его руках.

- Вас не должно здесь быть, - преобразовала я более лаконичное и верное для этикета «Я не желаю вас видеть в моих комнатах».

А все потому, что эта фраза была бы наглой ложью, скрыть которую от него мне не удастся. Я не желала давать ему осознание той власти, которую он надо мной имеет.

- Тебя, - коротко произнес он, все еще смотря на меня в упор, - ты можешь обращаться ко мне на равных.

Я осознавала, что он играет со мной. Причём умело давит именно на то, чего я поистине желаю, но что мне не дано. Равенство в браке – очень редкое явление. «Ненужное», как упоминал мой мудрый отец.

- Присядешь? – мужчина указал мне рукой на стул напротив него.

Сказать мне было нечего, да и хотела ли я сейчас что-либо говорить? Потому медленно прошла до указанного места, послушно села и кивнула, как бы говоря, что внимательно его слушаю, пускай он и был сейчас незваным гостем.

- Если ты хочешь, мне под силу помочь, - взгляд глаза в глаза, от которого хотелось кивнуть, рвануть к нему, преодолев тяжелый деревянный стол, разделяющий нас, и наплевать на моральные терзания, что разрывали душу и сердце тупыми ножницами.

Но я лишь отстраненно качнула головой, понимая насколько пустыми сейчас выглядят мои глаза.

- Защитите меня? – на губах заиграла жестокая усмешка, - а кто потом защитит меня от вас? Вы уже появляетесь в моей жизни против моей же воли.

Мужчина как-то странно улыбнулся, в карих глазах сверкнул отблеск, а мне стало гадко от своих же слов.

- Спорный вопрос насчет воли, - по-доброму осадил он меня.

Причем дальше крыть мне было нечем: я и в самом деле противоречила словами своим мыслям и чувствам. Мы оба знали это.

- Не буду давать тебе обещаний, что не обижу тебя, потому что это пустое – ты мне не поверишь, - он стукнул по столу пальцами, задумчиво оглядев меня, - но я могу дать тебе шанс… выгнать меня.

Я замерла, не зная, как реагировать на его слова.

- Скажи мне, чтобы я ушел, и я больше не появлюсь в твоей жизни, - лениво-наигранно сказал он, разглядывая радужные отблески от самой обыкновенной чернильницы с моего стола, которую он уже с минуту крутил в руках, - решайся, Эмилия.

Вид у него при этом не был проникновенно-дьявольским или же ироничным. Нет, я видела напряженность, сокрытую в глубине глаз. Но я не могла вымолвить ни слова, впервые смотря ему в глаза так, как не позволяла себе до этого.

- Ты такая противоречивая, Эми, - вот это уже было игриво и иронично, да.

Но вызвало оно только мою попытку сокрыть улыбку в ответ. Выглядело мое выражение лица очевидно смешно, потому как он ласково улыбнулся мне и достал из нагрудного кармана рубашки свернутый лист бумаги, протянул его мне и горько усмехнулся:

- Не хочу ломать момент, но я для тебя кое-что… нашел.

Взять бумагу я не решалась долго. И не потому, что не хотела или же боялась узнать очередной факт о Дереке, а я с уверенностью могла сказать, что это он. Нет, я цинично полагала, что если поднесу руку ближе к его, то мы оба вспыхнем нетушимым пламенем, коим такие как он по обыкновению прожигают пространство. Но пламя было недоступно мне - неправильной темной леди с неправильными моральными принципами.

Однако я смогла взять себя в руки, протянуть трясущуюся руку к листку, ухватить пальцами кончик и… замереть, потому как отпускать руку не хотели ни он, ни я.

- Разрешишь? – вопрос, от которого щеки обожгло.

Странная постановка. Он не уточнял, на что именно просил разрешения. Он не говорил «Разреши мне коснуться твоей руки». Но даже с такой постановкой вопрос показался бы мне сверх волнующим. Таким, что мне казалось, будто моя жизнь зависит от того, кивну я или помотаю головой.

- Это измена, лорд Д’Аламбер, - шепотом, будто боясь чего-то, сказала я.

- Считается ли изменой совершение подобных мужу поступков? – усмешка.

Я прикрыла глаза.

- У вас нет доказательств, - вышло так, будто я прошу эти самые доказательства.

- Полагаешь? – я почувствовала, как он подался вперед.

И сразу же подняла уставшие веки. Все было по-старому: напротив меня сидел хитрый демон, влюбленная в него я нерешительно замерла с протянутой рукой, повторяя его позу, а между нами «висел» листок бумаги, который в какой-то степени был нашим связующим звеном.

- Я могу расценивать твое молчание как ответ? – смеясь спросил он, отчего я неосознанно испуганно округлила глаза, выдавая свое волнение с потрохами, - положительный ответ, - уточнил он.

Если бы можно было посмотреть на себя со стороны, то я бы очевидно подумала, что это я следую за ним по пятам, а не он за мной, потому как мой облегченный вздох можно было расценить только как один верный вариант.

Но мужчину это не успокоило:

- Мне нужен конкретный ответ, Эми. Да или нет? – поторопил меня он.

И это было проявлением осознанной нетерпеливости. Будто от моего решения зависла его дальнейшая жизнь. Я промолчала.

- Я допустил тебя в свой второй круг, - его голос стал немного усталым, - пообещал тебе защиту, в придачу обещаю тебе почти безграничную власть в моем домене и все, что ты захочешь, Эми! И, покусай тебя бездна, я готов пропустить всю эту церемонность и рвануть сразу в третий, но можешь ты всего-навсего разрешить мне дотронуться до твоей руки?!

Последние фразы вышли почти рычащими, но во мне они разбудили только улыбку и каплю негодования.

Я знала про все эти круги. Все-таки я училась в университете, в котором впоследствии и преподавала, а потому про допуски и связанные с ним произнесения имени понимала. Ко всему прочему, одной из ключевых фраз моего воспитания была «Не говори чужие имена и обращайся только по фамилии». Знал бы ты, папа, что я попаду в ситуацию более интересную, чем ты когда-либо предполагал.

- У меня рука устала, - прохладно произнесла я, идя «ва-банк».

Демон сжал челюсти так, что на них заходили желваки, коротко кивнул мне и отпустил лист.

От этого стало как-то зябко и одиноко. На меня тут же взглянули суженными глазами, видимо почувствовав мои ощущения. Не зря же он пришел ко мне несколько минут назад и сказал об этом факте. Почему-то я не была удивлена.

- Только ладонь? – мой вопрос, от которого хотелось бежать.

Желательно к самому лорду и побыстрее.

Я опустила руку, положила бумагу на свою сторону и, только дождавшись его очередного короткого «Да», кивнула.

На «контакт» настраивались мы долго – точнее, тянула время именно я. Он же протянул мне руку с по-аристократически белыми и тонкими пальцами, положил ее ладонью вверх и начал ждать моего ответного действия. Наверное, именно такая постановка была правильной, потому как я чувствовала, что могу в любую секунду отказаться. Но хотела ли я этого?

Прикосновение.

Легкая волна по телу, сравнимая с разрядом маленькой молнии и… сердце сжалось от невыносимого чувства. Может мое счастье и любовь и должны были быть такими? Недоступными. Или доступными, но ведущими за собой моральные терзания, едва ли уступающие по силе самим чувствам?

Его пальцы осторожно сжали мои, а большой палец ласково прочертил линию кисти. Я резко выдохнула. Я чувствовала ту самую непомерно гадкую возвышенность, что чувствовали люди, выбирающие любовь и попрекающие долг.

- Ты же понимаешь, что происходит, Эми, - пальцы сжали немного сильнее, отчего в его глазах появился огонек, а мне стало… спокойнее.

Кажется, я уже совсем ничему не удивляюсь. Следующим этапом нужно начать заставлять себя не заниматься самобичеванием, и можно смело идти прыгать под несущуюся на скорости карету. Помнится, в юности я читала похожую историю, забавно, что там девушка проходила тот же путь, не желая мириться с собственным падением. Отцу нужно было назвать меня Анной.

- Понимаешь, но не желаешь мириться, - догадался демон, - что ж, я думал об этом прошлую ночь, когда искал о тебе информацию.

Он усмехнулся, а я поняла, что не одна сходила с ума.

- И решил не мешать тебе в принятии этого решения, - он откинулся на спинку кресла, но мою руку не отпустил, - меня волнует лишь то, что тебе будет плохо от всего, что ты узнаешь. С другой стороны, это будет именно твоим выбором, и я повлияю на него только подсказками. Парочку я уже дал, - он бросил взгляд на бумагу передо мной, - единственное – если я окажусь прав, и ты разведешься… обещай, что произнесешь мое имя.

Я не стала ничего говорить и глубоко задумываться, потому как понимала, что совершу подобное только в крайнем случае. Мужчина пытался сподвигнуть меня на несбыточное решение при невероятных обстоятельствах.

- Благодарю, - улыбнулся он и повернул голову в ответ на стук в дверь, - мне уйти?

Я резко забрала свою руку из его ладони, вскочила на ноги и сунула листик в карман платья. Далее шли отрицательные мотания головой, смененные поспешными кивками, и судорожная попытка успокоиться, потому как с той стороны двери раздалось почти злое «Эмилия!» от Дерека.

Демон понимающе кивнул, сказав мне:

- Не бойся.

И исчез в сполохах черного демонского пламени, оставляя меня наедине со своим страхом.

***

Наш первый разговор с Дереком случился спустя пять минут моих сомнений с каплей апатичности, в течение которых мне просто не хотелось открывать дверь. Но я смогла перебороть трусость собственного сердца и, наконец, впустила мужа в комнаты.

Лорд Алмерик всегда казался мне приятным на вид мужчиной с притягательной улыбкой и мягким справедливым характером. Но сейчас, только завидев его недовольное, словно обтянутое тонкой кожей худое лицо, я смогла различить и хищно подрагивающий кончик губ, и жестокие пронзительные синие глаза, и свой неосознанный страх перед ним. Все эти годы я относилась к нему так не потому, что уважала, а лишь потому, что боялась его.

- Эмилия, - он холодно улыбнулся, шагнул в гостиную и встал так, чтобы видеть, как следом заходят племяши и леди-секретарь директора.

Я видела усмешку наслаждения на губах мужчины, видела ужас в глазах мальчиков и сочувствие на лице женщины. Очевидно, моя работа здесь завершилась не успев начаться, потому как в руках последней я заметила якобы мое заявление на увольнение, подписанное лордом-директором Академии Проклятий. Что ж, другого я не ожидала, пускай мне и было спокойнее под защитой этого заведения. От этой мысли по телу прошла дрожь, по обыкновению возникающая от резкого осознания. Так было и сейчас: я вмиг поняла, почему мои мальчики бежали сюда – Академия в лице лорда Тьера давала сильную защиту от моего мужа. И только я была настолько глупа, что не могла осознать стремление моих племянников защитить меня, упросив поступить сюда преподавателем.

Вот только, кроме как за нарушение дисциплины и невыполнение своих обязанностей, уволить меня могли и по требованию мужа, а значит их план работал с большой погрешностью.

- Леди Алмерик, - поприветствовала меня секретарь, - ваш муж пожелал вашего возвращения в столицу, потому мной было составлено заявление на увольнение.

Я кивнула, указав рукой, что она может пройти к столу и отдать его мне на подпись или утверждение, если это необходимо.

- Однако, лорд Тьер внес некоторые корректировки в вашу увольнительную, - с милой улыбкой продолжила она.

Я же смотрела только на вмиг вспыхнувшего яростью мужа, прожигающего взглядом ненависти безвинную женщину.

- Потому без вашей подписи приказ будет недействителен, и вы останетесь под защитой Академии Проклятий, - секретарь взглянула на меня с ощутимым намеком, мол «Не переживайте, вам помогут и защитят».

Я кивнула, взяв в руки белый лист с ровными аккуратными строчками надписей.

- Эмилия, подписывай быстрее, и возвращаемся домой, - ледяным тоном поторопил меня муж, - мне нужно будет поговорить с вами четверыми кое… о чем.

Я вскинула взгляд на его обозлённое лицо с отпечатком сокрытой ярости и сдержанно спросила:

- Ты хочешь забрать мальчиков тоже?

Племянники с надеждой приподняли головы, взглянув на меня умоляюще.

- А ты думала, я оставлю их в этой дыре?! – он сделал шаг ко мне, отчего я попятилась назад.

Это вынудило его остановиться и направить на меня удивленный взгляд.

- Это решение так же будет за вами, леди Алмерик, - произнесла секретарь, - вы единственный опекун, а значит вправе решать за лордов до их совершеннолетия.

Щека Дерека дернулась, но он смог сдержать агрессию и лишь скрипнул зубами.

- Я хочу оставить их до конца обучения здесь, - тихо произнесла я.

Причем я понимала, что в этом нет необходимости, но не могла контролировать даже громкость собственного голоса.

- В столице есть университеты для магов, - напомнил мне мужчина таким тоном, будто твердил мне, что я невероятно глупа и ничтожна.

Я кивнула, но продолжила настаивать на своем, предположив, что пока я нахожусь под защитой Академии, меня он не тронет:

- Но они выбрали именно Академию Проклятий, - я обратила внимание на то, как быстро закивали необычайно молчаливые мальчики, соглашаясь с моими словами.

На скулах мужа заходили желваки. Он был предельно зол, и это чувствовала даже леди-секретарь.

- Хорррошо! – прорычал лорд, сверля меня взглядом, - подписывай увольнительный лист, и поехали домой!

Он резко сдвинулся с места, подлетел к женщине и вырвал из ее рук бумаги. После чего бухнул их на скрипнувший стол и с ожиданием взглянул на меня.

Меня радовало то, что племянники останутся в безопасности в любом случае, про себя же я была не так уверена, пускай где-то рядом и ощущалось присутствии лорда Д’Аламбера. Потому я взяла перо, макнула его в стеклянную чернильницу, еще недавно находившуюся в руке демона, и поставила подпись на заявлении.

Вот и все – теперь я не была сотрудницей Академии, а значит ее правила и защита на меня не распространялись. От этого на душе стало тоскливо и немного гадко, однако там в глубине таилась маленькая надежда и толика счастья, твердящая, что я возвращаюсь домой. В свой уголок идеальной жизни с маленьким садом и двухэтажным домиком в столице Темной Империи. Разве не это было счастьем? Осознанное и долгожданное возвращение домой?

- Замечательно! – холодное от мужа, который, уже не скрываясь, схватил меня за руку с силой, сгрёб лист со стола, швырнув его мне в грудь, после чего оттащил меня до открытой двери в спальню и крикнул:

- Забирай вещи и пошли!

Я сделала несколько быстрых шагов по инерции и прошла к своей бывшей кровати, где накинула пальто и взяла чемодан. Затем вышла обратно в гостиную и подошла к мальчикам, крайне расторопно обнявшим меня по очереди.

- Заканчивайте! – ледяное от Дерека.

- Останься… - шепот на ухо от старшего, и мольба в глазах остальных.

Эта троица определенно знала что-то важное и очень страшное, но не говорила мне. Я могла понять их опасения из-за характера лорда, но не могла понять настолько сильный ужас, что испытывали они рядом с ним. Что же он сказал им? Чего они так боятся?

- Ну все! – мужчина подошел к нам, схватил меня за запястье и вывел в коридор, где скомандовал, - портал, Эмилия.

Мы отправились домой. Пускай я чувствовала, что делаю шаг в Бездну – я всем сердцем желала этого возвращения. Ведь если не там, то где я могла быть счастлива?

***

Я ступила на яркую солнечную полянку своего сада, сделала несколько шагов под тень деревьев и вдохнула сладкий свежий воздух столицы. Волосы тут же растрепались и взметнулись темными локонами на ветру. Это вызвало на моем лице улыбку.

Но не в душе: по какой-то причине мне хотелось кричать пойманной в клетку птицей, которой разрешили видеть солнце и свободу, но сделали это только для вселения еще большей безысходности в сердце.

Я полагала, что чувствовала себя неправильно только потому, что была далеко от дома, однако, оказавшись в родном и недостижимом когда-то месте, я лишь судорожно дышала и молила Бездну о милости. Потому что… мой дом все еще был далеко от меня.

- Эмилия, - Дерек даже не предпринял попытку приблизиться, - зайди в дом.

Я взглянула на его будто подернутое тенью лицо и кивнула. А все потому, что я не хотела находиться здесь. Этот сад был пуст без того, кто здесь даже ни разу не был.

Мужчина резко развернулся, зная, что я последую за ним, преодолел расстояние до каменных ступеней и, не дожидаясь меня, вошел в дом. Я же плелась за ним, таща за собой осознание неправильности сложившейся ситуации и увесистый чемодан, в который успела положить все, что попалось под руку в момент моего прошлого побега. Дверь мне открыла наша служанка. Она была единственной, кто успел спохватиться из-за моей медлительности, поняв, что мне тяжело нести вещи по земле – каменных дорожек здесь не было.

Но стоило двери распахнуться, а мне переглянуться со служанкой, как до меня донеслось резкое:

- …поторопи её! Мне надоела её нерасторопность! – кричал мой муж, поднимаясь по узкой лестнице на второй этаж, - проводи её в мой кабинет. И побыстрее!

Я закусила губу.

- Кошмарных, леди Алмерик, - тихо проронила девушка.

Я кивнула.

Мне совершеннейшим образом не хотелось идти куда-либо, кроме тех необычайно спокойных и заманчивых комнат на первом этаже женского общежития Академии Проклятий. Пальцы покалывало от желания активировать накопитель.

Но я поднялась по ступеням и вошла в дом, затем провезла чемодан по гладкому, вычищенному до блеска паркету, не без помощи служанки подняла его на второй этаж и определила в свою спальню. И осталась стоять посреди комнаты, не торопясь идти к мужу. Наверное, могло показаться, что я делаю это назло, однако для меня оно таковым не являлось – как бы я не решила поступить, собственностью мужа от этого я не становилась, а значит и его приказы выполнять не должна.

Первым, что я сделала после того, как до меня донесся щелчок замка двери моей комнаты, это достала из «тайника» сверток бумаги и развернула его.

«Он убил маму».

Написано было корявым подчерком Римуса, пускай подписи и не было. Я тяжело опустилась на кровать, выпустила из легких весь воздух и попыталась успокоиться. Потому что… я могла поклясться, что Дерек на такое не способен. Или же… нет. Я могла ожидать от него удара по лицу, но убийство? Откуда мальчики вообще об этом знают? Да и мотивов у него нет! Ко всему прочему, следователь, который занимался этим делом, да и все эксперты, что были задействованы, враз твердили мне, что смерть насильственной не была.

Мальчики же легко могли ошибиться, солгать или впасть в состояние шока, способное заменить реальные обстоятельства на игру воображения.

- Что это? – из моих рук вырвали листок, - кто это написал? Откуда это у тебя?

Все мое тело похолодело от страха.

- Ну же! – поторопил меня Дерек, нависающий надо мной и сжимающий листок в руке.

Я приподняла подбородок, холодно смотря на мужчину. И тем самым противореча собственным чувствам. Привычка детства, впаянная в мой мозг отцом: «Не показывай страха! Ты выше, а значит должна быть сильнее!». Сила, превозносимая отцом, давала черствость и безразличие, но ни того, ни другого у меня не было.

- Я не знаю, - холодно произнесла я, ожидая как минимум удара.

Но к моему удивлению лорд поступил иначе, заставив меня замереть от осознания неоднозначности происходящего. Он медленно, будто устало опустился на корточки и мягко мне улыбнулся. Такая его улыбка нередко сопровождала наши отношения уже несколько лет. Но только сейчас она казалась мне максимально фальшивой и двуликой.

- Эмили, милая, - он мягко взял мою руку в свою, отчего я вздрогнула, - прости меня за тот случай. Все это время без тебя мне было так плохо и совестно, что я… обещаю, что подобное больше не повториться, - его улыбка, будто сопровождая слова, начала становиться искреннее, - в то мгновение я так за тебя испугался, что не смог сдержать чувства. А сейчас… сейчас и всегда до этого главным для меня была твоя безопасность. А тот мужчина, - уголок его губ дернулся, - что пытался с тобой сблизиться. Это передал он, верно?

Я прикрыла глаза скорее от стыда и понимания, что Дерек смог узнать о моем падении.

- Я всегда знал, что ты у меня самая правильная и никогда не нарушишь обещаний, - ласковая улыбка, - но ты же не глупая, а значит смогла понять, что подобные… нехорошие люди просто так ни с кем не сближаются. Он мог многое говорить – лесть всегда была сподвижницей обмана, но ты должна была понять, что просто так с тобой могу быть лишь я. И я никогда тебя не предам и смогу защитить от подобных… нелюдей. Он желал обмануть тебя, в конце концов ты богатая наследница и к тому же достаточно… наивна.

Я кивнула, чувствуя себя набитой дурой, которой настолько легко манипулировать. Дерек же нахмурил брови и взглянул на меня со взволнованным осознанием чего-то страшного.

- А что если… он пытался подобраться к тебе, чтобы жениться и убить… как и твою сестру? – его голос был одновременно пугающим и напуганным, - может быть ты заметила что-то… странное? Не зря же он дал тебе эту записку! Скорее всего подделал подчерк и… попытался обмануть тебя. Но ты же не идиотка, чтобы верить в подобные бредни? – он снисходительно меня оглядел, - ты всегда была умной, Эмили. А значит, должна была понять, что я на такое не способен. В отличие от того, кого ты узнала только вчера.

Сказать ему мне было нечего. Он был прав. Во всем. Начиная от невероятной встречи, которую легко можно было спланировать, заканчивая его появлением «в нужный момент». К тому же, доказательств своих слов он мне не предоставил. Я и в самом деле не была дурой, а значит вернее было бы поверить мужчине, оберегающему меня и находящемуся рядом несколько лет, чем тому, кого я знала от силы два дня, и о ком «предупреждал» меня отец. В мою память впечаталась фраза, что все демоны лживые, подлые и жадные. И это не говоря о том, что чувство собственности у них развито сильнее, чем у нас, а это добавляло еще пару минусов напротив лорда Д’Аламбера. Верить ему и в самом деле не стоило.

- Ты прав, - кивнула я, ощущая веревку на шее, заставляющую задыхаться от тяжелого груза, что привязан к другому её концу.

Грузу, состоящему из собственной никчемности, падения в Бездну и понимания, что влюбилась в очень плохого мужчину. Возможно, он не был убийцей, а Дерек ошибался, но я и в самом деле понимала, что заинтересовать кого-то подобного не смогла бы никогда. Даже во времена моих юношеских балов у меня не было поклонников, не то что сейчас.

- Вот и умница, - его ладонь прошлась по моим волосам, - не голодна?

Я кивнула, вспоминая, что с утра было не до еды, и улыбнулась его вниманию. Мужчина улыбнулся в ответ и прошел до двери.

- Сообщи вниз, чтобы для тебя накрыли, - он встал вполоборота, - и еще кое-что… Я пригласил нотариуса на сегодняшний вечер, - его глаза блеснули, - надеюсь, что в этот раз все пройдет без эксцессов.

Я поджала губы и кивнула.

- Я рад, что ты меня услышала, - довольный голос Дерека, - я в тебе не сомневался.

И он вышел, закрыв за собой дверь и забрав с собой записку от демона.

Я же осталась в смешанных чувствах: я желала верить Дереку, ведь все эти годы он был моей защитой и опорой, недвижимой и непоколебимой, а лорд Д’Аламбер появился в моей жизни резко, неоднозначно и непонятно по какой причине. Но с другой стороны было множество фактов, указывающих на достоверность моих догадок насчет обоих мужчин.

Только… существовала равная доля тех же фактов, опровергающих какие-либо мои догадки. Я оказалась зажата меж двух огней, где с одной стороны давила логика, а с другой из ниоткуда взявшиеся чувства. Что, кстати, тоже могло быть засчитано за странность, ведь до этого момента подобного я за собой не наблюдала.

Так или иначе, но я должна была принять решение до вечера. После отступать будет некуда.

***

Вечер наступил быстрее, чем я того желала. Вязкие сомнения, что поселились в сердце, не давали покоя все оставшееся время до ужина. Тени ещё больше сгущались, будто замерший над головой меч должен был отсечь мне голову своими острием и отправить прямиком в Бездну к первоисточнику.

Спускаться на обед я не стала, пытаясь усмирить и так стянутый тугим узлом живот. Мне казалось, что стоит мне сделать лишь глоток воды, как меня вывернет от накопившегося перенапряжения в мышцах.

Однако выбора у меня не было – я могла бы избежать этой неправильной процедуры, если бы находилась наедине с Дереком, но моя «правильно» воспитанная натура не могла дать позволения на эгоизм в отношении нотариуса, выделившего мне своё время.

С убеждающими меня саму мыслями я ступила на ковер в гостиной, по которому чинно прошагала до своего места, сопровождая шаги вымученной улыбкой.

Правильные поступки? Что вообще можно подразумевать под этим понятием? И что будет считаться таковым в этой конкретной ситуации?

- Леди Алмерик, - поднялся со своего места и важно кивнул мне нотариус – стригой господин Делир, - я подготовил необходимые бумаги.

Я кивнула в ответ, не в силах вымолвить ни слова, и перевела взгляд на мужа, сидящего с удивительно довольной улыбкой, совершенно ему не свойственной. Я видела его в подобном расположении лишь пару раз: на нашей свадьбе и… в момент, когда я в прошлый раз должна была подписать бумаги о наследстве. До моих слов про отказ, естественно.

- Прошу внимательно ознакомится со всеми условиями, леди Алмерик, - продолжил нотариус, - подпись вашего супруга уже имеется в документе.

Я опустилась на стул с чувством восхождения на эшафот, взяла в руки перо и тяжело вздохнула, понимая, что веду себя как ребенок. Ну сколько можно убегать от судьбы? В конце концов, если Дереку так необходимо это поместье со всем к нему прилагающимся, то я…

- Что это? – дрогнувшим голосом спросила я, после чего подняла взгляд сперва на стригоя, а потом на мужа.

Последний улыбнулся мне шире, блеснул белозубой улыбкой и, почти промурчав, ответил:

- Тот документ, который ты хотела подписать, Эмили, - улыбка переросла в немного жестокую усмешку, - разве ты не хотела дарственную на близнецов?

Я вновь перевела взгляд на нотариуса, уже начавшего нетерпеливо поглядывать на часы над головой Дерека.

- Я… в самом деле могу подписать её? – у меня вышло помимо того, что тихо, так еще и неуверенно.

Щека мужа дернулась от скрываемого гнева, а глаза едва полыхнули злостью.

- Да, - холодно произнес он, - и давай уже закончим с этим. У меня есть еще дела, помимо тебя.

В этот момент над головой взорвался меч, рассыпалась в труху гильотина и грозовые тучи разведрились.

- Спасибо, - я взглянула на него, вмиг осознав, что обвиняла его в корысти напрасно.

От этого стало невыносимо совестно. Но я кивнула самой себе, мельком пробежалась по документу, удостоверяясь, что все правильно, и поставила свою подпись внизу. Нотариус тут же подскочил на ноги, сунул доверенность в свой портфель и распрощался с нами двумя, почти выбежав из дома, очевидно спеша по делам.

- Как я уже говорил, - Дерек поднялся на ноги, прохладно оглядев меня, - меня ждут дела.

Я кивнула ему, пусть и понимала, что он не обратит на это внимания, потому как уже вышел вслед за стригоем. Я осталась одна, осознавая свою невероятную глупость и наивность, в отношении которой нужно было что-то предпринять. Потому как… как бы мне не стало легко от принятия моего мнения мужем, но… острая игла в сердце не давала покоя. Я чувствовала себя использованной. Мной гадко манипулировал тот, кому я хотела довериться. Теперь же я была выброшенной и несчастной. Еще вчера к каменному сердцу смог пробраться яркий лучик солнца и расплавить его почти полностью, а уже сейчас оно, превратившись в мерзкую жижу, вновь лежало на земле и никак не могло остыть.

- Леди Алмерик, вам письмо, - ко мне подошла служанка, отчего я, затянутая в собственные мысли, вздрогнула и вскрикнула.

Девушка на мое поведение лишь виновато улыбнулась, вспоминая как я не люблю её извинений по всяким пустякам, и мягко опустила конверт на стол передо мной. Открывала я его, даже не прочитав имя отправителя. А все потому, что увидь я там его имя, сожгла бы конверт в ту же секунду. Так говорили мне правила приличия, сердечная лужа же искренне пыталась обмануться.

«Там, где мы встретились».

Подписи не было. Как и смысла в ней.

Зато были прорва сомнений и здравый смысл, твердящий мне, что… стоп! А почему это я не могу переместиться туда, для того чтобы сказать, что я выяснила его коварный план и запрещаю ему появляться в моей жизни?

Я кивнула, чувствуя подобное оправдание верным. Но одновременно ощутила, как опустились мои плечи. А затем и голова бухнулась на деревянную столешницу, подарив пространству гулкий «пустой» звук. Если честно, то хотелось удариться еще раз. Или пару… десятков раз. Но смысла в этом не было, потому я, собравшись с силами, вскочила на ноги, поправила платье (несколько раз) и сжала в ладони накопитель.

В этот раз перенос был дольше, все-таки Ардам от столицы был далеко. Но стоило мне сделать шаг из перехода, как на меня обрушился уже привычный шум, крики и ругань Мертвого города.

***

Первым, что я заметила перед собой, были большие от удивления глаза Дерека, услышавшего мои неуверенные шаги и заметившего мой хмурый вид в нескольких метрах от себя. Что странно, замер он с вытянутой рукой, кладущей на ладонь Лорда Д’Аламбера маленькую золотую коробочку для украшений, использующуюся как… защиту для родолита – кулона моего рода.

- Эмилия! Какого черта ты здесь забыла?! – муж сделал шаг ко мне.

Я же все поняла. Мне вдруг стало настолько легко дышать, что я даже не отступила, когда он, попытавшись схватить меня за руку, но был остановлен черной огненной стеной в паре десятков сантиметров от моего лица - защитой демона.

- Это принадлежит тебе, Эми, - Лорд сделал несколько плавных шагов ко мне, сам поднял мою руку и вложил в неё коробочку.

- В… вы обещали мне, что купите его, Лорд Д’Аламбер… - теперь очередь отступать была для Дерека, смотрящего исключительно в мои полыхающие гневом глаза.

Вот так просто? Родолит взамен на моё уважение, честность и семью. Я сжала коробочку в ладони и закусила губу до боли.

- Он не активен без крови носителя рода, - выдавила я, наблюдая за тем, как сползает гадкая маска хорошего мужа с лица мужчины, которому я верила.

Вопреки тому, что обычно пишут в романах и детективах, злодей не стал смеяться, раскрывать свои кошмарные планы или кричать на меня. Он лишь мотнул головой, будто отгоняя от себя мой взгляд, и замер, глядя в сторону.

- Мы с Лордом Алмерик сотрудничаем больше семи лет, - начал демон, смотря на меня, - я искал родолит в Империи и Мирах Хаоса до того момента, как Лорд сам не предложил мне сделку.

Я печально хмыкнула – семь лет. Это даже больше, чем мы женаты. Нет, я не надеялась на великую любовь между нами, более того, я осознавала фиктивность наших семейных уз. Но узнать, что весь брак спланирован, было… обидно. Я могла рассчитывать хотя бы на уважение.

- Камень не работает от моей крови, - сказала я, наверное, желая увидеть в его глазах обреченность подобную моей.

Но Дерек лишь хмыкнул и даже не взглянул на меня.

- Я знаю, Эмили, - насмешливое от него, - думаешь, я стал бы крутиться вокруг твоей сестры, а потом и близнецов просто так? Ты и здесь меня подвела… жена.

На его губах появилась терпкая усмешка, раскрывающая смысл, вкладываемый в последнее слово. Подобных разговоров, граничащих с унижением, у нас было много. Мой род всегда включал в себя только одну линию наследования – я была ошибкой моего отца, посмевшего завести второго ребенка. Родолит, все это время поддерживающий крепкое наследие, стабильно развивающееся существование и крепость семейных уз, треснул. У Элли родились близнецы взамен одного малыша, а я… была пустой и неспособной к деторождению. Камень-подвеска просто не справлялся с поддержанием стольких членов семьи, потому умерла моя сестра и её муж.

- Что он пообещал вам, Лорд Д’Аламбер? – мне впервые в жизни захотелось улыбнуться в лицо глупцу, попытавшемуся продать родовой камень, - мгновенное исцеление? Защиту от всего во всех мирах?

- Первое, - ответил мужчина.

Я же кивнула, но осадила всех, включая себя:

- Он может вылечить только вошедшего в род Алмерик и относящегося к ветви наследования.

Я подняла на уровень глаз коробочку, открыла легким магическим импульсом и оглядела придирчивым взглядом густо-розовый камень на черной подложке.

- Этот камень передавался из рода в род! – возразил Дерек.

Я качнула головой.

- Фамилия менялась – кровь нет. Думаешь, несколько поколений ученых и исследователей ошибались? Они привязали Родолит к особому наследственному гену, а не к громкому имени.

Щека мужчины дернулась, он перевел испуганный взгляд на хмурого демона, а я продолжила:

- К слову, кого вам нужно было «исцелить»?

На меня взглянули внимательные темно-карие глаза.

- Дочь, - прохладный ответ.

Я поджала губы, сочувствующе на него посмотрела и качнула головой.

- Сожалею, но Родолит вам не поможет.

- Поможет! – резкий выкрик Дерека, - ещё год опекуном будешь ты, Эмилия! А значит я разведусь с тобой, он на тебе женится, и деньги возвращать не придется!

Я поперхнулась.

- Не смотри на меня так! – прорычал в ответ на моё молчаливое возмущение мужчина, - ты даже представить себе не можешь, сколько мне заплатили! Да за такие деньги можно купить десять поместий Алмерик! Я, знаешь ли, могу простить твою измену во благо нашего будущего!

Мне хотелось сходить до ближайшего доводящего до дрожи заведения и умыться их застоявшейся грязной водой – даже она показалась бы мне чище этих слов.

- Мне польстили слова о разводе, - прохладно сказал демон.

Я была с ним более чем согласна.

Но в голове роились мысли совершенно другого характера:

- Ваши слова о третьем круге, - я холодно оглядела демона и перевела взгляд на ожидающего моего ответа мужа, - для чего были такие громкие слова от того, кто планировал мною воспользоваться? Ведь даже наша встреча не была случайной.

Карие глаза мужчины сверкнули, а на губах появилась неожиданная грустная усмешка. Если учесть наличие у него дочери и, очевидно, жены, то подобные эмоции от него казались кощунственными.

- Мне нужно было удостовериться в том, что хозяйка камня не против нашей сделки, - звучало немного самооправдывающе, - твоя связь с родолитом не играет никакого значения в отношении моих действий и… предложений. Пользоваться тобой я не планировал.

Я поджала губы и кивнула, а после сказала более резко, даже резче чем хотела:

- Никаких сделок, лорды, - я сделала шаг назад, - я согласна на развод с тобой, но… я не вступлю в новый брак! – я вновь повернулась в сторону слегка опешившего демона, - и помочь вашей дочери я тоже, к сожалению, не смо…

Меня прервал очень странный звук, сравнимый в моем воображении только со стрекотом тысячи сверчков в полночной тиши. Чёрное пламя вновь взметнулось перед глазами, однако даже оно не могло сокрыть от моих глаз множество искорок боевого заклинания. А главное – плотно-розовой стены защиты, выстроенной родолитом в метре от меня. И последующий за всем этим громкий треск камня в коробочке на моей ладони. Камень рода потратил последнюю свою силу и раскололся, прямо на моих глазах потускнев и приобретя вид самого обыкновенного дорожного камешка.

- Я не идиот, Эмилия! – почти рык Дерека на фоне, - а значит смогу убрать с дороги ещё и тебя, оставшись единственным опекуном! Я верну способности камню, когда останется всего один наследник!

Чёрный огонь уменьшился, однако продолжил светить мелким огоньком у моих ног. Я не стала даже удивляться его резкой смене поведения, лишь поймав тяжесть своего положения. Дисгармонировала с ней только легкость, граничащая со свободой, что зарождалась в душе.

А потому как обычно мягко улыбнулась звёздному небу над головой, счастливо выдохнула весь воздух из легких и произнесла, уже осознанно чувствуя упавший на землю рядом камень с плеч:

- Я готова помочь вашей дочери, лорд Д’Аламбер, - уверенное, - и мне не нужны деньги взамен.

Демон озадаченно поднял бровь, его глаза сверкнули.

- Вы обеспечите мне и моим племянникам защиту, безопасное переселение в Миры Хаоса и быстрый развод без обременений, - продолжила я с улыбкой.

Оба лорда напряглись, но, дослушав меня до конца, расслабленно и довольно успокоились, каждый, очевидно, предполагая свой собственный исход. К моей радости и у меня был свой, весьма продуманный и со счастливым концом.

- Я рад, что ты приняла благоразумное решение, - «поддержал» меня уже бывший муж.

Я кивнула, поймала на себе задумчивый взгляд демона, протягивающего мне руку, и вложила в неё свою.

Мой отец любил вести игры, будь то политическая гонка или же самый обыкновенный спор в семье. Стоит ли говорить, что победителем он выходил везде и всегда? Я пренебрегала этим его качеством, считая его излишне грубым, пусть и действенным. Но именно сейчас я вставала на место горделивой интриганки, готовой на все ради своего спокойного будущего.

Я постараюсь не стать им. Но я сделаю несколько шагов в его сторону.

Эпилог.

- Сем-над-цать! – хором выдали трое великовозрастных мальчиков-близнецов, вторя одной кудрявой пятилетней девочке, которая с громким смехом капала воду из пипетки в колбу.

Выходило у неё, к слову, почти всегда мимо, потому как смеялась она без остановки, пока эти трое учили её счету. Забавным был тот факт, что они постоянно сбивались и называли числа вразнобой, в то время как сам демонёнок счёт знала прекрасно, что успела продемонстрировать мне две недели назад, когда я первый раз ступила в поместье её отца.

- Де-вят-над-цать! – продолжили дети.

- Восемнадцать! – поправила я, после чего сделала надрез на мизинце - единственном не имеющем порезов пальце и капнула на иссиня-чёрный камень.

Тот зашипел, покрылся зелёной коркой и… засох. Мне же захотелось высказать ему пару ласковых. Однако посмотрев на четвёрку, так же осуждающе смотрящую на мой очередной эксперимент, я прикусила язык и выдавила улыбку.

- В следующий раз обязательно получится! – заверила меня Алика, сверкнув умными карими глазками и подав щипцами кусочек проспиртованной ткани из ёмкости с раствором.

Тут уже моя вымученная улыбка стала самой настоящей – девочка не давала пройти мимо её всеобъемлющей радости. Маленький ребенок, жизнь которого началась с изнуряющей боли от разрастающейся в её теле опухоли, желал и заслуживал жизни намного больше, чем многие знакомые мне нелюди. Сейчас именно она стала для меня тем самым якорем, не позволяющим сдаться и пустить всё на самотек. Не данное мною обещание, не подтвержденное бумагами или сделкой, а именно её живой яркий взгляд, подаривший надежду и мне самой.

- Обязательно получится, - заверил нас спускающийся со ступеней демон.

Прошло уже две недели, как я поселилась в домене лорда Д’Аламбера, бессовестно поправ все мыслимые и немыслимые законы этики и морали. Мне в кои то веки не было дела до разговоров в столице Тёмной Империи – я спасала жизнь.

И если основную часть обещания я выполняла, то побочную - а именно брак, на который, как оказалось, был настроен сам лорд, пришлось проигнорировать даже после того, как весьма обрадованный мужчина перенёс невиданным по силе порталом весь мой сад с домом из столицы прямиком на собственную территорию. Теперь огромный пласт территории дворца принадлежал исключительно мне, не смотря на то, что находился он едва ли не посередине всего дворцового участка. Согласилась я на такое расположение потому, что Алика не могла много ходить, а у меня она проводила почти всё своё свободное время.

Я улыбнулась, уже привычно подняв с единственного здесь стула бумаги и положила их на стол, чтобы мужчина мог присоединиться к нашей беседе.

- Уже вечер? – надула губки девочка и, получив кивок в ответ, решительно сообщила, - тогда я ночую с Эми!

Её ботиночки протопали по стулу, на котором она сидела до этого, до меня, после чего ручки обвили мою шею, заставляя обратить на неё всё своё внимание. Я подхватила её на руки, ещё раз зло оглядела неподдающейся моему влиянию камень, который я продолжительное время пыталась привязать к своему роду, и тяжело вздохнула. Мой эксперимент заключался в создании двух идентичных камней для двух родов, а потому первичные опыты я проводила на том, что был предназначен роду Алмерик, не желая портить тот, что предназначен для Д’Аламбер.

Таким образом, имея два камня, я выигрывала у обоих мужчин, разведясь с одним и не выходя замуж за другого. И если второй отреагировал на мою хитрость понимающей улыбкой и семимильными шагами в сторону ухаживаний собственно со мной, то Дерек сразу после развода и осознания моего плана устроил скандал на всю Империю, разметав мою репутацию по ветру и оставив лишь оборванные клочки моего собственного осознания себя как свободной в выборе леди.

- Последний раз ты ночевала дома на прошлой неделе, - с по-отечески доброй улыбкой сел на предложенный мною стул мужчина, - твоя няня успела по тебе соскучиться.

Ребёнок мотнул головой из стороны в сторону и хихикнул:

- Пойду только с Эми! – её карие глазки сурово оглядели меня, - а у меня комната больше… - хитрое, - и кровать с большииим балдахином! Тебе понравится!

Я погладила её по голове, умиляясь той самой демонической хитрости, о которой предупреждал меня папа. Жаль только, что он умолчал тогда о их привязанности к семье и о том, что хитрость почти всегда направлена на благо близким. Привязанность, чувства и любовь значат тут намного больше, чем там, откуда пришла я сама. Или это зависит от конкретной семьи?

Так или иначе, но я смотрела именно на протянутую руку мужчины, готового принять в свою семью не только меня, но и трёх моих племянников, привыкших к нему так же быстро, как Алика ко мне. Моя ладонь легла в его, после чего он поднялся на ноги, сделал к нам с дочерью несколько шагов и сжал мою ладонь крепче. Все порезы на пальцах вмиг затянулись, не оставив на них и шрамов, а я благодарно улыбнулась на его слегка осуждающий взгляд. Через пару секунд он взял ребенка на руки, одновременно всучив мне сложенную вдвое газету, которую он держал все это время в кармане пиджака. Разворачивала я её, подозревая то, что хотел донести до меня мужчина. Ко мне в момент подбежали мальчики, заглянули за плечи и, хмыкнув, унеслись в выстроенный демоном переход в Академию Проклятий, крикнув напоследок:

- Так ему и надо!

- Даже не жаль!

- Светлой ночи, тётушка!

А заголовок на первой же странице гласил: «Мошенник, скрывавшийся несколько месяцев от Дневной стражи, взят под арест за убийство!». Портрет моего уже точно бывшего мужа во весь лист вселял… радость? Скорее осознание, какой глупой я была ещё две недели назад. Как можно было не заметить очевидных вещей?! Но я была рада, что смогла уяснить одну из самых важных догм жизни: между долгом и желанием выбор в пользу первого не всегда верен – необходимо уметь разграничивать эти два понятия и иметь силы принять решение, о котором не будешь жалеть.

- Как результат? – спросил лорд, не желая, видимо, говорить о газете и обо всем, что было с ней связано.

Его взгляд прошёлся по железному подносу с двумя камнями.

- Стабильно плохо, - я положила газету на освобождённый стул и сделала шаг в сторон лестницы, осознавая, что мужчина пойдет за мной следом – здесь он почти не задерживался.

- Уверена? – довольное от него.

Я мигом развернулась, почти подбежала к столу и замерла рядом мужчиной, с держащим в руках мутно-розовый родолит, сверкающий своей силой где-то в глубине.

- О, Бездна! – шепнула я, разглядывая оставшуюся на подносе зелёную корочку, - он…он! М-можно мне…?

Лорд оглядел меня с улыбкой и протянул ладонь, в то время как я уже хватала со стола скальпель и… шипение второго камня! Зелёная корка! Я смогла!

Я едва сдержалась, чтобы не запрыгать от радости и не понестись вихрем по комнате. Мои дрожащие пальцы нащупали новый родолит для семьи Д’Аламбер. Прицепить его к цепочке я смогла только раза с третьего, надеть на шею главы рода – с седьмого. Однако, только я это сделала, как отца и дочь укрыло защитным барьером, а девочку покрыли едва заметные крючковатые руны.

Я выдохнула.

- Я смогла, – мой шёпот, не отводя глаз от его.

- Ты невероятная, Эми, - улыбнулся мне мужчина.

Я кивнула ему, испытывая невероятную радость, и повернулась к двери, думая о том, что это нужно как минимум отпраздновать. Однако, не услышав его шагов, не разворачиваясь, спросила:

- Останешься на ужин, Адриан?