Тёмное пламя звёздных войн

— Объект прямо по курсу. Происхождение предположительно искусственное. Расстояние — пятьдесят тысяч километров.

Высокая фигура в лиловом плаще не шевельнулась. Всё произошло так, как Инквизитор и ожидал. Глупцы с Амои сами не понимают, с чем играют. Остаётся подойти и проверить, что же он вытянул — лакомый кусочек или пустышку.

— Курс на перехват. Малая скорость.

Если эта штука каким-то образом обнаружит себя для патрулей абх — нужно успеть вежливо отойти в сторону, чтобы они ничего не заметили. Разметать их он всегда успеет — даже если придётся драться, лучше это делать из темноты.

Тёмная глыба Имперского Звездного Разрушителя «Дознаватель» с выключенными огнями неспешно поползла к небольшой (по сравнению с ИЗР) полусфере из зелёного металла. Имперский борт ощупывал пришельца узким лучом радара, не испуская боковых излучений. Разумеется, при этом он был слеп и сам, но разгон кораблей Абх обнаружит даже слепой — их тысячекилометровые факелы видны с другого конца системы. У всего есть обратная сторона, как любил говорить Тремейн… и ещё ни разу не ошибся.

Неизвестный корабль был не похож на другие типы звездолетов; ничего, что можно было бы интерпретировать как гипердвигатель или планарный генератор… Но даже беглый анализ позволял понять, что «ходовая часть» этого аппарата занимает мЕньшую часть его объема.

Пришелец некоторое время неподвижно плыл в пространстве, и вдруг — ожил: пространство наполнили модулированные волны. Похоже, спутник был замечен.

— С нами пытаются выйти на контакт.

— Расшифровка?

— Никак нет, сэр, — виновато проскрипел дроид-секретарь. — Я знаю двенадцать миллионов языков Галактики, но этот не похож ни на один из них. Судя по структуре, это искусственный язык.

— Продолжайте сближение, пока не сможете захватить объект притягивающим лучом, — скомандовал Инквизитор. — Их передача узконаправленная?

— Нет, господин Инквизитор.

— Какова вероятность, что их сигнал заметит один из патрулей?

— Практически стопроцентная.

— Ясно. Как только захватим их — сбрасывайте маяки-ловушки, передающие в том же диапазоне и тот же пакет сообщений. И тут же прячемся в кометном поле.

— Слушаюсь.

Корабли видели друг друга — несомненно. Широкое поле передачи сменилось узконаправленным — к кораблю Тремейна; это была видеопередача.

Создавалось впечатление, что неизвестный корабль спокойно ожидал контакта, не пытаясь от него уйти.

— Дистанция контакта!

— Берите их на борт. На вызовы не отвечать. Я чувствую их любопытство. Разожжём его ещё больше.

Притягивающий луч обхватил корпус незнакомого корабля и плавно потянул его в ангар Разрушителя. В ту же минуту из ангара вывалились зонды-маяки. Как только «Дознаватель» покинет этот район, они тут же начнут повторять передачу пришельца из разных участков астероидного пояса.

Да, любопытство загадочных пришельцев угадывалось и без посредства Силы; корабль продолжал обшаривать сканирующими лучами сам ИЗР, уже когда поля доставили его в ангар. Там, внутри, несомненно, были существа живые и обладающие эмоциями…

Зеленоватая полусфера висела под потолком ангара, заняв его весь своей тушей.

— Лорд Тремейн, мы не знаем мощности их досветовых двигателей, но судя по конструкции — они реактивные. Если они включат их прямо в ангаре — плазма убьёт всех.

— Так держите их соплами к выходу! У нас что, нет достаточно квалифицированных операторов притягивающего луча?

— Есть, милорд, но… их защитное поле…

— Что поле?

— Оно очень… скользкое. Мы не можем их зафиксировать с точностью до метра. Корабль как бы «болтается» в луче. Это как голыми руками кусок разогретого масла ловить.

— То есть если они захотят развернуться соплами внутрь корабля, вы скорее всего их не удержите?

— Да, лорд Тремейн.

— Что ж… значит, надо сделать так, чтобы они не захотели. Начинайте манёвр ухода. Остальное я беру на себя.

Тремейн неспешным шагом направился к турболифту.

Бортовые системы корабля тем временем отключились; похоже, пришельцы догадались о чужих опасениях, и приняли меры, чтобы их пребывание в недрах чужого корабля не оказалось рискованным.

Замерший корабль теперь спокойно висел в луче и, казалось, ожидал, когда здешние обитатели будут готовы к прямому контакту. Похоже, игнорирование видеопередачи натолкнуло пришельцев на мысль о терпеливом ожидании.

Неспешным шагом Тремейн вышел к громаде чужого звездолёта. Человек казался совсем крошечным на фоне зелёного рогатого купола. Капитан штурмовиков предложил ему сопровождение, но Инквизитор коротким жестом отослал всех. Он хотел встретиться с этими пришельцами один на один.

Подойдя к тому месту, куда обычно выдвигалась шлюзовая труба, он помахал громаде чужого корабля рукой.

Развернувшееся изображение повисло в воздухе прямо перед ним, поле его было большим — в человеческий рост.

На Тремейна, улыбаясь, смотрела женщина с удивительно ясным взглядом; одета она была в подобие костюма, облегающего тело, как вторая кожа — но цвета серебристой бледной зелени; что-то вроде пленочного скафандра, очевидно. Женщина была удивительно красива, но внешность ее не имела ничего общего ни с холодной однообразной красотой Ав, где женщины отличались от мужчин лишь физиологией, ни с искусственной красотой модифицированных блонди. Незнакомка была женственна, ее пленочный костюм открывал великолепное изящное тело, и чувствовалось, что аура ее не была скрыта никакими психощитами. Напротив — любопытство, доброжелательность и радостное нетерпение читались совершенно открыто.

Она заговорила, глядя на Тремейна — на том же самом языке, которого не было в базе данных.

— Простите, я вас не понимаю, — негромко и вежливо сказал Инквизитор. — Возможно, вы знаете какой-то другой язык?

Кажется, незнакомка и без перевода сообразила, в чем дело.

Она, не спеша, четко заговорила на другом языке; но тот снова оказался незнакомым.

И лишь третий вариант речи оказался узнаваемым. Это была разновидность Базового, которую в этом уголке космоса мог опознать один лишь Тремейн, да ещё его личный дроид-переводчик.

Английский. Язык крошечного государства — регионального лидера на крошечной планете в дальнем уголке Галактики.

«Мы рады встретить вас в космосе» — видимо, именно эта фраза звучала и на других наречиях.

— А русского вы случайно не знаете? — почти без акцента поинтересовался Инквизитор.

Незнакомка изумленно вздернула брови.

— Да, — ответила она на том же языке, — мы знаем этот язык. Удивительно, что он знаком и вам!

— Я прожил в России несколько лет, — пояснил Тремейн. — Но кто вы?

«Значит, амойцы материализовали не свои фантазии, а сказки землян. Надо срочно перешерстить библиотеку… в каком произведении встречается такой корабль?»

Через киберимплант он послал запрос дроиду-секретарю. В своё время он выкачал из земного Интернета немалое собрание сочинений. Думал, для души. Однако, пригодилось… и в таком качестве, которое ему и в голову бы не пришло.

«Интересно, а предыдущие пришельцы из того же психополя?»

— Мое имя — Олла Дез, я инженер связи, — женщина изящно поклонилась. — Мы — звездолет «Темное пламя», ушедший недавно с Земли. Намеченной нами целью была планета, недавно обнаруженная в дальнем космосе, населенная потомками жителей нашей Земли; наша цель — исследования и возможное оказание помощи этому миру. Однако в ходе полета произошло нечто непредвиденное — мы не знаем аналогов этому явлению. Нас выбросило в эту часть пространства.

«Олла Дез, Тёмное Пламя» — уточняющий запрос немедленно ушёл дроиду. Личные имена, да ещё такие редкие — лучший критерий для поисковика. Это вам не «сержант Пупкин».

— Рад приветствовать вас на борту моего Звёздного Ныряльщика «Дознаватель», Олла, — киборг поклонился, по мере возможности изящно, хотя электронный протез и мешал двигаться с естественной грацией. — Я Инквизитор Тремейн.

— Инквизитор?.. — изумление сменилось недоумением. — Какое странное прозвание.

— Это не прозвание, — пояснил Тремейн. — Это должность. Возможно, на русский её лучше перевести как «следователь».

Олла негромко рассмеялась.

— Вероятно. Я знакома с историей, хотя, конечно, и в весьма скудном объеме. Подобная архаика на борту звездолета была бы слишком удивительна. Но вы упомянули о жизни в России; однако на Земле уже более тысячелетия нет отдельных государств. Судя по вашему языку, ошибки здесь нет. Неужели мы столкнулись с аномалией во времени?!

— Когда я покинул Землю — чуть менее трёх лет назад — на планете всё только шло к политическому объединению, — задумчиво сказал Тремейн. — Я подозреваю, что именно случилось с вашим кораблём, но если я так прямо скажу — вы вряд ли поверите. Тем более, что у меня пока нет доказательств. Мне кажется, это лучше обсудить в более спокойной обстановке, а не в условиях первого контакта…

— О да, вы правы. Состав воздуха на вашем корабле схож с нашим, но можете ли вы оценить биологическую безопасность прямого контакта?

— Если моя гипотеза о том, что случилось с вашим кораблём, верна, ни вам, ни мне ничего не угрожает. Но это лишь гипотеза, я могу и ошибиться. Я могу прислать вам микробиологическую пробу воздуха, своих тканей и крови — а сам пока изучу в лаборатории вашу.

— Это было бы самым лучшим. Такой анализ не займет много времени, и, если все окажется безопасным, нужды в скафандрах уже не возникнет.

— Вы можете подождать у себя в корабле до завершения анализа? Возможно, вам нужна какая-нибудь помощь? Припасы или консультация специалиста…

— Конечно, мы подождем. Помощь нам, к счастью, не требуется, — ответила Олла. — Аномалия никак не повлияла на состояние наших систем.

— В таком случае я вернусь через двадцать минут с биологическими пробами. Вы сможете подготовить свои к этому моменту?

— Непременно. Ждём, — коротко ответила женщина, и изображение растаяло.