Темный Бог

Часть 1: Начало игры.

Отражение I: Договор.

Шелиндер поежился. Каждый раз когда Третий Владыка появлялся на Совете это могло означать лишь одно – дела Великой Тьмы в Симере не так хороши как хотелось бы. Старый маг стоял у дверей в зал Совета, не решаясь открыть дверь раньше, чем Великий Хестер позовет его. В мозгу хранителя родилась скользкая словно слизняк и от этого ужасно противная мысль – Светлые действуют, и ему, как и двадцать лет назад придется терпеть в своем любимом Дортаренне сразу двух владык, что наверняка означает шум и хаос в замке, которых Шелиндер жуть как не переносил. Еще его волновало то, что Принятый Тьмой появляется первым среди гостей, а значит, он хочет поговорить именно с ним, магом в начале своего визита.

К дверям торопливо подбежали двое гоблинов с огромной чашей «Счастья Кердела» - любимого вина Хестера. Маг взял у одного из своих слуг небольшой бронзовый кубок и зачерпнул из чаши. Вино с трехсотлетней выдержкой, которое он сам разливал по бутылям, медом потекло сквозь уста по горлу.

«Великий будет доволен» всплыла в голове старого хранителя мысль. Приказав гоблинам стоять рядом, Шелиндер все же решил заглянуть в зал, но сделать это незаметно для самого бога, а именно магическим зрением. Маг напрягся, вглядываясь в камень дверей и проходя взглядом сквозь него. Он увидел как на большом мраморном троне, весь в черном, восседает Третий. Резкие, словно выплавленные из стали черты лица бога казались совершенными, а чернильно-черные волосы волной падавшие на плечи сливались с черным длинным плащом из мрака – дара в знак признательности от Темных лордов. Отточенный лоб украшала серебряная диадема с хрусталем на навершии, а на правом боку с перевязи свисал знаменитый Меч Ночи, которым больше сотни лет назад Хестер положил конец безумию Светлого бога Брольта, отрубив ему кисть на левой руке. Именно в ней безумец держал ключ от врат Третьей Силы. Если бы тогда Брольт открыл врата, Симер бы уже не существовал.

- Шелиндер, я знаю, что ты подглядываешь. Можешь уже заходить, да и вино не забудь! – резким голосом произнес в, казалось бы, пустое пространство Принятый Тьмой. Тяжелые каменные двери входа раскрылись так быстро, что старый маг чуть не подпрыгнул на месте от неожиданности.

- Прошу прощения Владыка! Я просто не хотел появиться в столь священном покое раньше вас! – Шелиндер вовсю пытался изобразить раскаяние за свою ошибку, и, увидев что Темный Бог не гневается, пригибая голову вошел в зал. За ним в великом ужасе, чуть ли не на коленях вползли гоблины с чашей вина, а когда чаша вылетела у них из рук и повисла в воздухе, они и вовсе потеряли от страха и без того скудный рассудок. А чаша тем временем подлетела к мраморному трону. Зависла в воздухе, да так и осталась висеть. Хестер неторопливо сотворил в своей руке золотой кубок и зачерпнул им «Счастья Кердела», давая тем самым магу выпинать отупевших слуг из помещения.

- Крепкие у тебя нынче слуги. Помню в прошлый раз твои гоблины при виде меня в такой близости попадали в обморок.

Старый маг поклонился с почтением. Даже мелкая похвала от бога это хороший знак.

- Спасибо за похвалу, о Великий. Как вам вино?

- Как всегда превосходно! Я даже сомневаюсь теперь, а стоило ли тогда мне останавливать солдат когда они жгли погреба Метского царя? Это ведь он всегда заявлял, что единственное вино мрака – кровь светлых существ.

- Воистину, тогда Великий Хестер проявил божественное великодушие! Ведь воины того царя убили немало наших воинов!

- Ну ладно – ладно! Не хватало еще, чтобы ты обвинил меня в измене Великой Тьме!

Хранитель прямо язык проглотил. Если Принятый сочтет его слова за обвинения сурового наказания не избежать!

- Прошу прощения у повелителя и умоляю не наказывать! – взмолился Шелиндер, падая на колени.

- Встань глупец! За такие мелочи я еще никого из своих приближенных не наказывал! А вот за чрезмерное раболепие…

- Простите владыка – маг поспешил подняться на ноги, но голову все равно держал склоненной боясь посмотреть Темному Богу в глаза.

- Известно ли тебе хранитель Дортаренна – Мрачной Тверди…- Хестер произнес название замка по привычке, на языке людей Симера от которого он, за долгие века так и не смог отвыкнуть – …почему в этот раз на Совете Темного Трона помимо Великого Хозяина Черного Рассвета Диора буду присутствовать и я? – Принятый осушил кубок до дна одним глотком и потянулся за добавкой.

- Нет, мой повелитель – честно ответил маг.

- Но ты, по крайней мере, знаешь, с чем это связано?

- Со светлыми силами? – осторожно спросил Шелиндер.

- Именно. Я явился сюда именно из-за них, но моя точная цель будет объявлена до определенного времени лишь тебе, здесь и сейчас.

- Я весь во внимании – старый маг резко поднял голову в ожидании слов, которые отчего-то Принятый Тьмой решил доверить только ему – скромному хранителю замка Дортаренн.

- Но для начала поклянись, что до того момента, пока я не разрешу, твои уста будут закрыты ото всех, включая всех членов Совета Темного Трона и даже от Диора с Белвином! Поклянись моим именем и именем той, которой ты служишь!

Вот это да! Шелиндер не верил ушам! Неужели то, что ему скажет Темный Бог настолько важно, что это нельзя рассказывать даже нареченным братьям Хестера!? Колдун сглотнул слюну и, подавив поток мыслей водопадом хлынувших на него, произнес:

- Клянусь именем Принятого Тьмой Великого Темного Бога Хестера и именем Великой Тьмы, что буду молчать о сказанном мне перед всеми существами, живыми и неживыми, и даже перед Великим Хозяином Черного Рассвета – Темным Владыкой Диором и братом его, Сыном Тьмы, Повелителем Мрака Белвином!