ТЁМНЫЙ. Экспансия

— ЩИТЫ!

Марцелл перекрикивал грохот, пламя и визг. Собственный голос уже охрип за эти часы, но останавливаться нельзя.

Щитоносцы рванули вперёд, прикрываясь тяжёлыми железными листами. Из окон соседнего дома по ним ударили арбалеты — болты застучали по металлу. Один щитоносец вскрикнул, схватился за ногу, упал. Его место тут же занял следующий.

— НЕ РАЗРЫВАТЬСЯ! ДЕРЖАТЬ ЛИНИЮ!

Из-за угла выскочила группа — человек пять, бывшие стражники, судя по выправке. С мечами, слаженно, прикрывая друг друга. Они ударили во фланг, попытались прорваться к щитам.

— ПЕРВАЯ, ДЕРЖАТЬ! — крикнул Марцелл. — ВТОРАЯ, ГОТОВНОСТЬ!

Вторая рота, та, что ждала приказа на зачистку, осталась на месте. С этой пятёркой справятся сами щитоносцы.

Щитоносцы перестроились, встретили нападающих. Короткая схватка — и бывшие стражники полегли. Двое своих ранены, но легко.

— ЧИСТО! — крикнул капитан первой роты.

— ЩИТЫ НА МЕСТЕ! — доложили с линии.

Марцелл перевёл дух. Пока выдох.

— ВТОРОЙ РОТЕ — В ДОМА! ПЕРВАЯ ДЕРЖИТ! МАГИ, СМОТРЕТЬ ПО СТОРОНАМ!

Вторая рота рванула к ближайшему зданию. Выбили дверь, ворвались внутрь. Оттуда сразу закричали, зазвенело оружие.

Марцелл ждал. Считал про себя.

Минута. Две.

Из дома донеслось:

— ПЕРВЫЙ ЭТАЖ НАШ! ЗАХОДИМ НА ВТОРОЙ!

И тут с крыши соседнего дома ударила магия.

Воздух загустел, почернел, и в щитоносцев полетел сгусток тьмы. Один упал сразу — даже не закричал, просто рухнул, будто из него вынули жизнь. Остальные пригнулись, прячась за железо.

— МАГ НА КРЫШЕ! ПОДАВИТЬ!

Свои маги уже работали. Огненный шар взвился вверх, ударил в край крыши. Оттуда донёсся крик, и чёрный маг — бывший гильдейский, судя по мантии — полетел вниз, разбиваясь о мостовую.

Марцелл покосился на дом, где работала вторая рота. Оттуда всё ещё доносился шум боя — значит, живы, работают. Хорошо.

— ПЕРВАЯ, ПЕРЕКРЫТЬ ПРОХОДЫ! НЕ ДАТЬ ИМ УДАРИТЬ СНОВА!

Щитоносцы зашевелились, перекрывая возможные пути подхода.

— ВТОРОЙ ЭТАЖ НАШ! — донеслось из дома. — ЗАХОДИМ НА ТРЕТИЙ!

Из-за баррикады впереди снова зашумело. Ещё одна группа — человек десять, на этот раз разношёрстных: мужики с топорами, пара баб с ножами, подросток с пращой. Толпа, не отряд. Но бегут быстро, орут дико.

— АРБАЛЕТЧИКИ, ПО ТОЛПЕ!

С крыш ударили болты. Трое упало, остальные добежали до щитов, начали рубить, колоть, царапаться. Щитоносцы держали строй, но их теснили.

Марцелл глянул на дом. Вторая рота всё ещё на третьем этаже — слышно было, как там рубятся. Отзывать нельзя. Придётся справляться самим.

— ПЕРВАЯ, ДЕРЖАТЬ! МАГИ, ПОДСОБИТЕ!

Маги ударили по толпе — несколько огненных шаров разметали нападающих. Уцелевшие побежали обратно за баррикаду.

— ЧИСТО! — доложили с линии.

Марцелл выдохнул.

— ТРЕТИЙ ЭТАЖ ЧИСТО! — донеслось из дома. — ВЫХОДИМ!

Вторая рота начала выходить. Грязные, потные, в чужой крови, но живые. Четверых тащили раненых, двое не поднялись — остались внутри.

— ДОКЛАД! — крикнул Марцелл капитану второй роты.

— Восемь взрослых, трое детей, — капитан подбежал, тяжело дыша. — Все чёрные. Один маг был на третьем. Потери — двое убитых, четверо раненых.

— Чистые есть?

— Нет, господин легат. Все чёрные.

Марцелл кивнул. Не повезло.

— Раненых перевязать. Отдых — десять минут, потом следующее здание.

— Слушаюсь.

Вторая рота оттащила раненых, уселась прямо на землю, переводя дух. Кто-то пил воду, кто-то перематывал раны, кто-то просто сидел, глядя в одну точку.

Марцелл оглянулся на соседнюю улицу. Третья рота там тоже работала — их щиты стояли, прикрывая проход, свои зачищали дома. Пока синхронно.

Из подворотни слева выскочил одиночка — бывший священник, судя по рясе, с ножом в руке. Целился прямо в Марцелла. Тот даже не успел среагировать — рядом оказавшийся солдат из первой роты срубил его на бегу, даже не замедлившись.

— СПАСИБО, — кивнул Марцелл.

Солдат махнул рукой и вернулся к щитам.

— Господин легат, — капитан первой роты подошёл, показывая на следующий дом. — Тот готов. Можно зачищать.

— ВТОРАЯ РОТА, ПОДЪЁМ! — крикнул Марцелл. — СЛЕДУЮЩИЙ ДОМ! ПЕРВАЯ — ЩИТЫ НА СЛЕДУЮЩИЙ ПРОУЛОК!

Солдаты зашевелились. Щитоносцы подхватили железо и двинулись дальше, перекрывая следующий проулок. Вторая рота, отдохнувшая десять минут, поднялась и пошла к новому дому.

Механизм работал.

Марцелл пошёл следом, но на полпути остановился.

Из дома, мимо которого он проходил, доносился детский плач. Не тот отчаянный вой, что он слышал сегодня уже десятки раз, — тихий, сдавленный, будто ребёнок боится даже плакать громко.

Он заглянул внутрь.

В комнате, прижавшись к стене, сидела женщина. Мёртвая. Рядом с ней, в луже крови, лежал мужчина — видимо, отец. А у окна, забившись в угол, сидел мальчик лет пяти. Живой.

— Чистый? — спросил Марцелл у солдата, который возился с телом женщины.

— Чистый, господин легат.

Мальчик не плакал. Просто смотрел перед собой пустыми глазами и молчал. Смотрел на мать, на отца, на солдат, на Марцелла — и молчал.

— Заберите, — сказал Марцелл. — Передайте чистильщикам. И осторожнее с ним.

Солдат кивнул, подошёл к мальчику, протянул руку. Тот не дёрнулся, не закричал — просто позволил взять себя на руки и понести к выходу.

Марцелл вышел следом.

На улице уже грузили тела. Женщину, мать ребёнка, волокли за ноги к телеге — не глядя, не разбирая, просто ещё один труп. Мальчика уводили в другую сторону, к чистильщикам.

Он так и не заплакал. Только смотрел.

Марцелл отвернулся и пошёл дальше.

---

— Господин легат! Господин легат!

Связной подбежал, запыхавшись, едва не упал, восстанавливая равновесие.

— Срочный вызов! Из резиденции! Понтифик требует вас немедленно!

Марцелл обернулся.

— Что случилось?

— Не знаю, господин легат. Сказали — срочно. Лично его Святейшество.

Марцелл помедлил секунду, глядя на дым над городом, на баррикады, на солдат, на похоронные команды. Потом кивнул.

— Передать командирам рот: командование на них. Работать по плану, синхронизацию не терять. Я буду к вечеру, если успею.

— Слушаюсь!

Связной убежал. Марцелл пошёл в противоположную сторону — туда, где за оцеплением начинались более-менее спокойные кварталы, а за ними — резиденция.

Он оглянулся назад. Там, где осталась линия фронта, всё ещё работали маги — далёкие всполохи озаряли небо над заражёнными кварталами, иногда доносился глухой гул, похожий на отдалённый гром. Арбалетов уже не было слышно — слишком далеко.

Впереди лежала буферная зона.

Он пересёк линию оцепления — солдаты узнали его, пропустили без вопросов. Рядом с ними стоял священник с «Дланью Распознания» на поясе. Глянул на Марцелла мельком, но артефакт не поднял — узнал.

Здесь, в полукилометре от боя, было тише. Не тихо — гул магии всё ещё долетал, но приглушённо, будто издалека. Иногда ветер доносил крики — или только казалось.

Дальше начинались чистые кварталы.

Марцелл шёл и перебирал в голове события последних месяцев. Воспоминания тянулись долго, вязко, как смола.

---

Четыре месяца назад они вернулись из Валленрода.

Марцелл тогда был доволен. Прорыв ликвидирован, демон уничтожен, отчёт написан. Понтифик принял его, похвалил за расторопность, отправил отдыхать.

Всё было хорошо.

---

Марцелл шёл мимо закрытых лавок, мимо заколоченных окон. В чистых кварталах тоже было невесело. Людей на улицах почти не осталось — только патрули. Солдаты в доспехах, с усталыми лицами. Рядом с каждым патрулём — священник с артефактом.

Они проверяли редких прохожих. Останавливали, подносили «Длань», смотрели на камень. Тот оставался прозрачным — пропускали.

Завидев легата, патрульные вытягивались, отдавали честь. Марцелл кивал и проходил мимо.

Он чувствовал их взгляды — тяжёлые, недобрые.

---

Три с половиной месяца назад первые сигналы пошли от магов гильдии.

Марцеллу доложили: в городе фиксируется странный фон. Ничего конкретного, просто какая-то тёмная магия. Артефакты показывали ровное, стабильное затемнение — не точечные всплески, как при работе колдунов, а общий фон, будто весь город начал светиться тьмой.

Он тогда не придал значения. Мало ли что у магов бывает.

---

Три месяца назад фон усилился.

Уже не только маги гильдии, но и инквизиторы с собственными артефактами начали докладывать: город фонит. Тьма. Обычная тёмная магия, ничего необычного — просто её слишком много. Будто весь город накрыло облаком.

Марцелл проверил свои артефакты.

Те, что он носил постоянно, показывали ровное затемнение.

И тут он вспомнил.

В Валленроде было точно так же. Ровный, густой фон, который он тогда списал на остаточные явления после прорыва. Тот город, где все улыбались. Где было слишком тихо. Слишком спокойно.

— О бездна, — сказал он тогда вслух. — Как же так…

Марцелл остановился у колодца, зачерпнул воды, напился. Вода была тёплой, отдавала гарью, но горло смочила.

---

На следующий день он пошёл к Понтифику.

Пришёл сам, без приглашения, в неурочный час. Старик принял его сразу — видно, что-то в глазах Марцелла заставило отложить все дела.

— Ваше Святейшество, — Марцелл опустился на колено. — Я совершил ошибку. И сейчас, кажется, мы все за неё платим.

Он рассказал всё. Про Валленрод. Про фон, который списал на остаточный. Про то, что сейчас в столице — точно такой же.

Понтифик слушал молча. Потом спросил:

— Уверен?

— Артефакты не врут, ваше Святейшество. Они показывают тьму. Обычную тёмную магию. Но её слишком много. Весь город в ней.

Понтифик поднялся, подошёл к окну, долго смотрел на город.

— Надо идти к королю, — сказал он наконец. — Это не только церковное дело.

---

Через два дня состоялся совет.

Король, Понтифик, глава гильдии магов, командующий городской стражей, несколько высших чиновников. Марцелла пригласили как докладчика.

Он рассказывал сухо, по фактам. Валленрод, фон, артефакты.

— Город фонит тёмной магией, — закончил он. — Мы не знаем источника. Но это не точечные выбросы — это общий фон.

— Что предлагаешь? — перебил король.

— Исследовать. Создать артефакты, которые смогут определить источник. Понять, откуда идёт зараза.

— Сколько времени?

— Не могу точно сказать. Может, месяц. Может, меньше.

Король посмотрел на Понтифика. Тот кивнул.

— Делайте, — сказал король. — Но тихо. Без паники.

---

Два месяца назад артефакты создали.

«Длань Распознания» — сложное устройство из трёх камней и серебряной оправы, настроенное на поиск конкретных проявлений тёмной магии. Первые тесты провели на патрульных — они дольше всех находились в городе.

Результаты ошеломили.

Каждый третий патрульный нёс в себе тот самый фон.

Марцелл не поверил сначала. Проверил лично. Подходил к солдатам, направлял «Длань». Камень темнел.

Решили не поднимать панику. Открыли специальные пункты проверки. Объявили, что каждый горожанин обязан пройти проверку на наличие тёмной магии — мера безопасности, временная, для блага всех.

Когда очередь дошла до богатых кварталов, знать возмутилась: как это, их будут проверять наравне с чернью? Но король был непреклонен. Проверяли всех.

Чистым выдавали грамоты с печатью. Заражённых сначала отправляли в больницы. Пытались лечить. Маги, священники, лучшие лекари — все бились над этой заразой. Месяц попыток, месяц надежд.

Ничего не помогало.

Заражённые не выздоравливали. Они просто жили — обычные люди, с обычными лицами, с обычными мыслями. Но внутри них была тьма, и никакие молитвы, никакие зелья, никакие ритуалы не могли это исправить.

Тогда, после месяца бесплодных попыток, совет принял другое решение.

Их начали убивать.

Тихо. В тех же больницах, в подвалах, без свидетелей. Закапывали за городом, по ночам, в безымянных ямах.

Всё шло тихо. Спокойно.

---

А потом случилось то, что должно было случиться.

Одного вельможу, лорда с севера, признали заражённым. Он возмутился, потребовал повторной проверки, привёл свидетелей. Его увели в больницу — и он не вернулся.

Родня подняла шум. Начали копать. Нашли тех, кто работал в тех самых больницах. Кто-то не выдержал, рассказал.

Правда выплеснулась наружу.

Город узнал: заражённых не лечат — убивают.

Началась паника. Люди с грамотами — чистые — выходили на улицы и протестовали. Люди без грамот — или те, чьи родственники исчезли — нападали на патрули. Начались погромы, драки, убийства.

А потом выяснилось ещё кое-что.

У одного человека была грамота. Чистый, всё честно. Через пару дней его остановил патруль — проверили на всякий случай. Артефакт показал заражение.

Проверили снова. То же самое.

Он был чистый — и стал заражённым.

Тогда поняли: это передаётся. При контакте. От человека к человеку.

И всё покатилось в тартарары.

---

Король ввёл войска извне. Тех, кто не был в столице, кто не контактировал с заражёнными.

Богатые кварталы зачистили первыми — там заражённых было мало, сопротивление слабое. Оттуда начали наступление на средние кварталы, потом на бедные.

Те, кто оставался в заражённых кварталах, поняли: их будут убивать. Они начали сопротивляться. Организовались. Построили баррикады. Создали свои отряды.

Началась война.

---

Марцелл подошёл к резиденции.

Охрана у ворот — солдаты и священник с артефактом. Узнали, проверили — чист. Он поднялся по лестнице, мимо секретарей, мимо слуг. Те шарахались от него — от легата пахло гарью и смертью, хоть он и шёл уже час по чистым кварталам.

В приёмной перед кабинетом Понтифика стоял слуга с чистой одеждой.

— Господин легат, его Святейшество велели передать, чтобы вы привели себя в порядок перед аудиенцией.

Марцелл кивнул, взял одежду, зашёл в пустую комнату рядом.

Скинул пропахшее потом и кровью, переоделся в чистое. Руки всё ещё дрожали — или показалось? Он посмотрел на них. Чистые, вымытые перед уходом с зачистки. Но казалось, что они в крови по локоть.

Он вспомнил мальчика. Того, в доме. Пустые глаза.

Чистый.

Спасённый.

Марцелл посмотрел на себя в зеркало. Из зеркала смотрел усталый человек с запавшими глазами и сединой, которой четыре месяца назад не было.

— Ты ещё не сломался, — сказал он своему отражению. — Рано.

Вышел в коридор, подошёл к дверям кабинета.

— Доложите его Святейшеству, — сказал он секретарю. — Легат Марцелл фон Вальденфельс по вызову прибыл.

---

Кабинет Понтифика встретил Марцелла тяжёлым старческим запахом. Старик сидел за массивным столом, заваленным свитками и донесениями. Лицо его осунулось ещё сильнее, чем месяц назад, под глазами залегли тени.

— Садись, — голос Понтифика звучал устало, но твёрдо. — Времени мало.

Марцелл опустился на стул напротив.

Понтифик протянул через стол плотный лист с тяжёлой восковой печатью — сразу двумя, королевской и церковной.

— Ознакомься.

Марцелл взял документ, пробежал глазами. Формулировки были сухими, канцелярскими, но каждая строка ложилась в память чётко.

«Легату Марцеллу фон Вальденфельсу, представителю Святого Престола, во исполнение воли Его Величества короля Фридриха III.

Сим предписывается:

Выступить незамедлительно в восточные провинции Королевства.

Принять общее командование над сводным войском, сосредоточиваемым у крепости Вайсенфельс для проведения зачистки первичного очага заражения — города Валленрода.

Общее командование войском возлагается на генерала фон Хейдена, которому надлежит подчиняться легату фон Вальденфельсу как прямому представителю Святого Престола и носителю королевской воли во всех вопросах, касающихся цели похода.

Предписания о выдвижении полков направлены командирам соединений отдельно. Все части прибудут к Вайсенфельсу в срок от двух до четырёх дней.

По сосредоточении сил следовать к Валленроду. Провести карантинные мероприятия и зачистку города и прилегающих территорий. Уничтожению подлежат все заражённые.

Особое предписание: легату фон Вальденфельсу надлежит выяснить природу возникновения заразы. Отыскать возможный источник — объект, место или лицо, с которого началось распространение. В случае обнаружения источника принять меры к его изучению силами приданных магов. Доставить образцы, записи и свидетельства в столицу для исследования возможности излечения заражённых.

По завершении миссии составить подробный отчёт.

Легату фон Вальденфельсу предоставляется право реквизировать продовольствие, фураж и иные припасы у населения центральных и восточных провинций с последующей компенсацией из казны.

Подписи: Его Величество король Фридрих III. Его Святейшество Понтифик Климент IV.»

Марцелл поднял взгляд.

— Генерал фон Хейден...

— Будет твоей правой рукой, — кивнул Понтифик. — Старый волк, нюх на тактику у него звериный. Сколько именно у него людей, какие полки, сколько магов — узнаешь на месте, когда доложит. Король отдал распоряжения, все части уже выдвигаются.

— Когда выступать?

Понтифик помолчал, потом заговорил тише, но твёрже:

— Марцелл, ты должен понимать цель этой миссии — спасение сотен тысяч жизней. Отнесись серьёзно, а не как в прошлый раз. Я не для того тебя корю, чтобы ты чувствовал себя виноватым, — продолжил Понтифик. — Вина твоя и так с тебя не слезет. Я говорю это для того, чтобы ты понял: сейчас у тебя есть шанс искупить эту вину. Ты пойдёшь туда и сделаешь то, что должен был сделать ещё тогда, когда впервые заподозрил неладное. Ты остановишь эту заразу там, где она зародилась. Ты не дашь ей расползтись дальше.

Он помолчал.

— Это тяжело — убивать. Особенно тех, кто ещё вчера был обычными людьми. Но ты не должен обманываться: все они окунулись во тьму, и, убив их, ты освобождаешь их души от влияния скверны. Ты спасаешь их. Ты понял?

— Понял.

— Хорошо.

Понтифик протянул ещё один документ — поменьше, с одной печатью.

— Это верительная грамота. Генералу и командирам полков. На случай, если кто-то вздумает спорить. Король дал тебе полную власть.

Марцелл спрятал грамоту за пазуху, вместе с приказом.

— Иди. Эскорт ждёт во дворе.

Марцелл поднялся, поклонился, направился к двери.

---

Во дворе резиденции его ждали.

Десять всадников в форме церковной стражи — тёмные плащи, нагрудные знаки с символом веры, короткие мечи на поясах. Лошади под ними были крепкие, ухоженные, сёдла добротные — сразу видно, эскорт для дальней дороги.

Командовал ими капитан с обветренным лицом и коротким шрамом на щеке. При виде Марцелла он соскочил с коня, преклонил колено.

— Ваше высокопреосвященство. Капитан Грегор. Получен приказ сопровождать вас до Валленрода и обеспечивать безопасность в пути.

Марцелл кивнул:

— Встаньте, капитан. Сколько у вас людей?

— Десять, ваше высокопреосвященство. Все проверены, все чистые. Лошади свежие, оружие в порядке.

Марцелл окинул взглядом отряд. Десять человек — не армия, но для дороги хватит. Если, конечно, по пути не случится чего-то серьёзного.

— Выступаем сейчас, — сказал он. — Готовы?

Капитан чуть замялся.

— Ваше высокопреосвященство, я только что с дежурства, меня подняли по тревоге. Вещи мои в казарме, надо бы заскочить, забрать...

— Уже не надо, — раздался голос сбоку.

К ним подошёл пожилой служитель в простой, но добротной одежде — Марцелл узнал в нём одного из старших казначеев резиденции.

— Распоряжение его Святейшества, — пояснил служитель, протягивая капитану увесистый кошель. — Здесь на дорогу. В седельных сумках есть всё необходимое на два дня пути.

Капитан принял кошель, спрятал за пазуху, снова поклонился Марцеллу:

— Тогда готовы, ваше высокопреосвященство. Можно хоть сейчас.

Марцелл кивнул. Понтифик предусмотрел всё. Даже мелочи.

Он подошёл к коню, которого держал под уздцы один из стражников. Жеребец тёмно-гнедой масти, с умными глазами и мощной шеей — не парадный, боевой, для долгих переходов.

Марцелл потрепал коня по холке, вдел ногу в стремя, вскочил в седло. Конь всхрапнул, но послушно замер.

— За мной, — бросил он.

Отряд выехал за ворота резиденции.

Улицы столицы встречали их тишиной.

Марцелл уже привык к этой тишине за месяц зачисток. Город больше не гудел, не шумел, не жил той жизнью, что раньше. Люди прятались по домам, лавки стояли закрытыми, редкие прохожие торопились скрыться в подворотнях при виде вооружённых всадников.

Патрули попадались часто. Солдаты и священники с артефактами на поясах узнавали легата, вытягивались, провожали взглядами. Никто не окликал, не проверял — его лицо знали теперь все.

---

Интерлюдия

Зал королевского совета тонул в полумраке, несмотря на полдень за окнами. Тяжёлые шторы были задёрнуты — кто-то распорядился, чтобы хоть здесь не видеть дым над городом. Масляные лампы на стенах давали ровный, но тусклый свет, в котором лица присутствующих казались масками.

Король Фридрих III сидел во главе длинного стола. Рядом с ним — Понтифик. Дальше — канцлер и глава гильдии магов.

Король обвёл взглядом присутствующих, задержался на канцлере.

— Докладывайте.

Канцлер поднялся, поклонился.

— Ваше Величество, позвольте начать с обобщённых данных по докладам министров. Начну с внешней угрозы.

Он развернул свиток.

— По сведениям министерства внешних сношений, слухи о событиях в столице уже просочились за пределы королевства. Герцогство Бранненское дважды запрашивало послов с объяснениями. Пока информация неполная, но складывается впечатление, что там нас уже готовятся объявить безумцами, чтобы получить повод для вторжения.

Канцлер перевёл дух.

— Далее — внутренние провинции. Точных цифр по беглецам из столицы у нас нет. Люди просачиваются через кордоны, несмотря на все усилия. Патрули ловят и убивают заражённых, чистых возвращают обратно, но многих не удаётся поймать. Сотни, если не тысячи, уже покинули город за эти недели. Они расходятся по центральным провинциям и несут с собой слухи.

Он сделал паузу.

— Слухи такие: король и Понтифик сошли с ума. Они убивают людей прямо на улицах. Жгут кварталы. Режут женщин и детей. И никакой заразы, о которой говорят власти, простые люди не видят. Заражённый выглядит как обычный человек. Говорит как обычный. Дети его выглядят обычно. Для крестьянина в дальней провинции, который никогда не видел артефакта, это просто сосед, которого убили ни за что.

Король слушал молча, но пальцы его сжимали подлокотник кресла.

— Городские гарнизоны в провинциях пока справляются, — продолжил канцлер. — Но надолго ли? Я отправил по всей стране распоряжения о карантинах и отлове бродяг и беженцев, особенно из столицы. Также в тайных дополнениях к приказам пояснил, что и как с беженцами делать. Но на местах эти приказы часто саботируются. Люди, особенно в деревнях, укрывают заражённых, не видя в них угрозы. Если так пойдёт и дальше, нам придётся проводить зачистки везде. По всей стране. А на это у нас нет ни людей, ни сил.

Канцлер снова заглянул в свиток.

— Теперь о положении в столице, Ваше Величество. По докладам военного министра.

— Солдаты на пределе. Они устали. Они убивают каждый день — женщин, детей, стариков. Артефакт показывает тьму, но для солдата это просто камень, который темнеет. А перед ним стоит живой человек. Вчера пятеро отказались стрелять. Просто опустили арбалеты и ушли. Их арестовали. Но... сами понимаете. Солдаты начинают думать. И некоторые уже задают вопрос: а не те ли мы, кого надо свергать?

Канцлер сделал паузу и повернулся к главе гильдии магов.

— Ваша очередь. Что скажут маги?

Глава гильдии — пожилой человек с седой бородой и глубоко посаженными глазами — поднялся, поклонился королю.

— Ваше Величество, позвольте доложить о ходе исследований.

Король кивнул.

— Мы создали группу из лучших магов-теоретиков. Работают день и ночь, пытаясь понять природу этой заразы. Пока, признаться, успехи скромные.

— Что именно вы делаете? — спросил король.

— Ваше Величество. Как вы помните, в Валленроде, откуда пошла зараза, был прорыв. Демон четвёртого уровня. Местные его уничтожили ценой своих жизней. Мы полагаем, что зараза — это последствия того прорыва. Возможно, демон, умирая, успел заразить город своей скверной. А уже оттуда, через гвардейцев, что были в том походе, скверна попала в столицу.

— Звучит логично, — заметил канцлер. — Но почему тогда заражённые выглядят обычно? Демоническая скверна обычно оставляет следы.

— В том-то и дело, — магистр развёл руками. — Мы сами этого не понимаем. Изучаем старые хроники, ищем похожие случаи. Пока ничего не нашли. Возможно, это какой-то новый вид демонов, неизвестный ранее. Или старый, но по-новому проявившийся.

— Есть ли способ защититься? — спросил король.

— Зараза не берёт носящих в себе свет Единого. Почти все священники и высшие церковные иерархи чисты, есть, конечно, и заражённые, но их мало по сравнению с обычными людьми. Из этого можно предположить, что тьма боится Единого и носителей его света. Но если человек уже заражён, то тут и Единый не поможет.

Тишина в зале стала тяжёлой.

— То есть, — медленно произнёс король, — мы знаем, как самим избежать заражения, но не природу заразы и не способы её остановить.

— Мы знаем, Ваше Величество, что это связано с демоном, — твёрдо сказал магистр. — Прорыв в Валленроде — слишком явная улика, чтобы её игнорировать. Вопрос в том, как именно демон это сделал. Мы ищем ответы в книгах, в хрониках, в архивах Инквизиции. Нужно время.

— Сколько времени?

Магистр помедлил.

— Месяц. Может, два. Если повезёт найти записи о похожих случаях. Если нет — будем искать дальше.

Король откинулся на спинку кресла. Несколько секунд молчал.

— А если это не демон? — спросил он тихо. — Если это что-то другое?

Магистр замер.

— Другого не дано, Ваше Величество. Тьму порождает либо демон, либо человек, продавший душу демону. Третьего не бывает. Так учит Церковь. Так учит гильдия.

Он помолчал.

— И потом, даже если это не демон в чистом виде — источник у нас один. Валленрод. Прорыв. Значит, разгадка там. Если легат фон Вальденфельс найдёт что-то в том городе — мы поймём, что делать дальше.

Король кивнул.

— Продолжайте искать.

— Слушаюсь, Ваше Величество.

Магистр поклонился и сел.

Король повернулся к Понтифику.

— Ваше Святейшество, что скажете?

Понтифик поднялся. Голос его звучал твёрдо.

— Те священнослужители, что были заражены, — он скривил лицо в отвращении, — они уже не служили Единому, они служили своим порокам. Они давно продались, и свет истинной веры в них давно погас.

Я предлагаю в связи с вновь открывшимися обстоятельствами приставить к высшим лицам государства по ревностному священнику, а лучше и не по одному. Это даст хоть какой-то шанс спасти их от заражения.

Понтифик сел.

Король поднялся. Все замерли.

— Я услышал достаточно, — голос короля звучал жёстко. — Теперь слушайте мои распоряжения.

— Первое. Забудьте про тайну. Мы больше не скрываем. Подготовить послов во все соседние королевства, герцогства, вольные города. Послания от меня лично. Содержание: в нашем королевстве обнаружена неизвестная зараза. Передаётся при контакте от человека к человеку. Внешне заражённые неотличимы от здоровых. Но при помощи артефактов видно, что ими владеет тьма. Мы принимаем меры, но просим соседей выставить кордоны на границах. Никого не впускать и не выпускать без проверки. Это в их интересах — чтобы зараза не пришла к ним.

Он повернулся к Понтифику.

— Ваше Святейшество, прошу вас сделать то же самое по церковным каналам. Ваши братья должны знать правду. И поддержать нас перед своими королями. И подыщите для меня и моей семьи священников.

Понтифик кивнул.

— Сделаю, Ваше Величество.

Король повернулся к канцлеру.

— Усилить кордоны вокруг столицы. Беглецов ловить, заражённых уничтожать на месте, чистых — под стражу и обратно в столицу. Мне нужны цифры поимок каждый день. Понял?

— Так точно, Ваше Величество.

— По провинциям. Составить указ, разослать во все города. Объяснить людям: зараза есть. Она не видна глазу, но её показывают артефакты. Те, кого мы убиваем, уже не просто люди — они источники смерти для других. Заражённый выглядит как обычный человек, говорит как обычный, но внутри него — тьма. И эта тьма передаётся другим при контакте. Если народ не поймёт этого — погибнут все.

Канцлер кивнул, записывая.

— И ещё, — добавил король. — Вопрос с продовольствием. Решить это. Мирно, если можно. Силой, если придётся. Но чтобы через неделю поставки восстановились. Голод в столице нам не нужен.

— Будет исполнено, Ваше Величество.

Король повернулся к главе гильдии магов.

— Магистр, вы получите всё, что запросите. Людей, книги, архивы. Но я хочу, чтобы вы искали не только в хрониках. Смотрите шире. То, что мы имеем дело с демоном, — это только теория. А если это что-то другое? Я хочу, чтобы вы были готовы к любому ответу.

— Сделаем всё возможное, Ваше Величество.

Король обвёл взглядом зал.

— Все свободны.

Советники зашуршали свитками, заскрипели стульями, потянулись к выходу. Через минуту в зале остались только король и Понтифик.

— Если Марцелл не найдёт ответов, — тихо сказал король, — если маги продолжат топтаться на месте... мы не продержимся и месяца.

— Я знаю, — ответил Понтифик. — Но сейчас у нас нет другого выбора, кроме как надеяться и делать то, что должны.

Король долго молчал, глядя в пустоту.

— Тогда будем надеяться.