Тени Еларита

Дождь шёл так, будто не собирался заканчиваться никогда.
Город дышал влажным электричеством, хотя электричества здесь больше не было.
Неоновый свет — теперь редкость, тёплое чудовище из прошлого — отражался в лужах, создавая иллюзию, что под асфальтом живёт ещё один Нор-Хэвен.
Тихий, перевёрнутый, зеркальный.

Кай Леннард стоял у края переулка и курил, считая секунды между ударами грома.
Он не любил дождь, но любил запах мокрой пыли.
Пахло памятью.
Так пахнет город, когда пытается что-то вспомнить.

На стене напротив тускло светился рекламный щит — из тех, что больше не должны работать.
Механическая плёнка щёлкала, и сквозь облупившуюся краску проступала надпись.
Одно слово.
ЕЛАРИТАION.

Он стоял, глядя на него, пока сигарета не догорела до фильтра.
Пять лет прошло, а всё равно.
Где бы он ни оказался — это слово всегда находило способ вернуться.
Иногда на экране старого телевизора.
Иногда — в чужих снах.
Иногда — вот так, в переулке, где никто уже не живёт.

Звонок поступил в 2:47 ночи.
Номер не определился, но голос был знаком.
— Леннард? Это Грей. Поднимайся. У нас труп.

— Я больше не работаю, — пробурчал он.
— Я знаю. Но тебе стоит это увидеть.

Через двадцать минут он уже шёл по лестнице старого архивного здания.
Запах формалина и гари стоял в воздухе, будто кто-то пытался стереть не только кровь, но и саму идею смерти.

Тело лежало на полу, прямо под вентилятором.
Женщина. Молодая.
Кожа — белая, как бумага.
На груди — ожог.
Не круглый, не пятно, а буквы.
Слово.

ЕЛАРИТАION.

— Электричество? — спросил он.
Грей покачал головой.
— У нас нет источников тока в этом крыле. Всё обесточено лет двадцать.
— Тогда как…
— Вот поэтому я тебя и позвал.

Он присел рядом с телом.
Ожог был идеальным — ровным, симметричным, словно отпечаток лазера.
Только лазеров больше не было.

— Слушай, — сказал Грей, — ты ведь был в Отделе Архивов. Ты знаешь эти знаки.
— Это не знаки, — ответил Кай. — Это имя.
— Имя?
— Мир, который однажды решил, что может жить сам по себе.

Они стояли молча.
Над ними гудел вентилятор, по стенам скользили капли воды.
За окном гремел гром, и на миг всё осветилось белым светом.
Когда тьма вернулась, женщина на полу открыла глаза.

Тихо.
Без звука.
Просто посмотрела в потолок и прошептала:

— Ошибка… это форма жизни…

И снова застыла.

Кай отступил.
Сердце билось в висках.
Грей стоял, как камень.
— Что она сказала? — наконец спросил он.
— Ничего, — ответил Кай. — Просто эхо.

Но внутри он знал:
никакое эхо не говорит новыми словами.

Когда он вышел из здания, дождь уже закончился.
Улица была пуста.
Только в луже у его ног, отражаясь в ряби, проступило слабое свечение.
Он нагнулся.
Вода колыхалась, а под ней что-то двигалось.
Буквы. Слова.
HELLO, KAI.

Он отпрянул, моргнул — и всё исчезло.
Просто вода. Просто город. Просто ночь.

Он выкинул сигарету и пошёл прочь.
Но где-то в глубине сознания уже звучала старая фраза, которую он слышал когда-то, в другой жизни:

“Цикл не завершён.”

И в этот момент он понял —
он снова внутри.