Тени Лейквью

В 1986 году я впервые посетил Лейквью, маленький, забытый богом городок в Техасе. Его сумрачные, обветшалые здания оставляли впечатление заброшенной сцены, где когда-то кипела жизнь, но теперь остались только эхо ушедших дней. Город был окружён живописными холмами, густыми лесами и загадочными туманами, замаскировывая свои мрачные тайны. Лейквью славился своими пещерами, которые, по слухам, тянулись на километры под землёй и были связаны сложными туннелями. Местные жители говорили о древних существах, о которых даже не смели шептать вслух, боясь привлечь их внимание.

Я приехал сюда, полон решимости исследовать эти таинственные места и раскрыть легенды, которые волновали умы местных жителей. Однако, когда я ступил на землю Лейквью, меня накрыло какое-то смутное предчувствие. Небо было затянуто серыми облаками, и, глядя в глаза прохожих, я увидел нечто иное — страх, предупреждение, словно они знали, какую опасность я собирался разбудить.

Мои исследования начались в старом, запущенном варианте пещер, о которых шептали местные. Они были темными и влажными, стены их были покрыты слизью, а воздух был тяжёл от сырости и мускусного запаха. Я медленно пробирался через узкие коридоры, поглощая каждый звук — от капель воды, падающих с потолка, до устрашающего шороха, доносящегося из глубины пещер. Говорили, что в темных глубинах скрывается раса, именуемая "Адрелли". Эти существа, напоминающие людей, но с искажёнными чертами, длинными, тонкими конечностями и искривлёнными спинами, выглядели угрожающе. Их светящиеся глаза, подобные светлячкам, мерцали в темноте, создавая ауру таинственности, как будто они были наделены какой-то древней силой.

Спустившись ещё глубже в пещеру, я наткнулся на одно из их логовищ — огромный зал, освещаемый таинственным светом, исходящим от кристаллов, встроенных в стены. Этот свет бросал искажённые тени на слизистые стены, создавая иллюзию движения. В центре зала я увидел то, что навсегда останется в моей памяти. Существа собрались в кругу, их длинные, иссечённые конечности двигались в ритме, как будто они были связаны с каким-то неземным призывом. Я заметил, как они держали в руках древние ритуальные предметы, украшенные символами, которые не поддавались пониманию.

Внезапно один из них, самый высокий, с лицом, иссечённым глубокими шрамами и зловещей улыбкой, посмотрел на меня. В его глазах я увидел не только любопытство, но и ненависть, смешанную с голодом. Мой разум заполнился осознанием того, что я не просто наблюдатель; в их мире мне не было места. Я почувствовал, как меня охватывает ужас. Эти существа, стоящие передо мной, были не просто защитниками своих тайн — они были частью чего-то большего, чем я мог себе представить.

Насколько я мог судить, они понимали, что я человек и что в их мире мне не место. Их мягкие, но проникающие взгляды казались мне насквозь проницательными, вызывая чувство тревоги от их присутствия. И вот тогда, когда я увидел, как они начали танец вокруг жертвы — что-то живое, привязанное к каменной плите — я понял, что не должен оставаться здесь ни секунды дольше.

Инстинктивное желание выжить подстегнуло меня, и я повернул обратно, пробираясь сквозь лабиринт, охваченный ужасом. На каждом шагу мне казалось, что они следят за мной, готовые прийти в действие в любой момент. Я ускорился, слыша шорохи и шёпот, которые, казалось, следовали за мной, стараясь убедить себя, что это лишь игра воображения.

Однако в конечном итоге я нашёл выход, выскользнув из туннеля в крошечный промежуток, который вел на поверхность. Я выскочил из пещеры на свет, и первый вдох свежего воздуха был как бальзам на мою душу. Мой разум метался в панике, и я рванул к своему автомобилю, спотыкаясь на ухабах, оставляя Лейквью позади.

Теперь я понимаю, что в тот день я не просто бежал от страха, но и от знания, которое могло изменить всё. Я оставил позади не только странное и загадочное, но и предупреждение человечества. Да, возможно, это лишь плод моего воображения — возможность успокоить себя. Но если это на самом деле правда, тогда человечество должно искать понимание своего места в этом мире, прежде чем столкнуться с тем, что может возвратиться из теней.