Тени Старого порога

Дождь. Не настоящий дождь, а киберпанковский – едкий, маслянистый, оставляющий на коже липкую пленку. Он стекал по изъеденной коррозией обшивке заброшенного склада №7 в Старом Порту, сливаясь в мутные ручьи у ног Глеба.

Он стоял неподвижно, слившись с тенью под ржавой пожарной лестницей. Его кибернетический левый глаз (модель "Зоркий Сокол", военный излишек, купленный на черном рынке) сканировал подходы к складу в режиме теплового видения. Зеленоватые силуэты двух гангстеров "Тигров Тифона" маячили у дальнего угла, лениво покуривая синтасигареты. Обычный патруль. Ничего серьезного.

Глеб был невысок, коренаст, одет в протертый кожаный плащ поверх бронежилета из композитных пластин. Лицо – сеть старых шрамов и новых морщин, обрамленных короткой, колючей щетиной. Но главное – его глаза. Правый, человеческий, был тусклым, почти мертвым, смотрел куда-то внутрь. Левый, кибернетический, светился тусклым красным огоньком в такт сканированию. На виске, чуть выше импланта, виднелся странный, выжженный лазером знак: три переплетенных кольца, обрамляющие пустоту – символ "Детей Молчания".

"Слишком шумно," – подумал Глеб. Не грохот проезжающего грузовика или гул музыки из соседнего клуба. Шум *внутри*. Гул города, проникающий сквозь кости, эхо миллионов мыслей, страхов, желаний, кричащих в хоррорнете. Как статический визг, от которого не спрятаться. Именно против этого Шума и боролись Дети Молчания. Они искали Тишину. Истинную Тишину. Ту, что жила под городом, в древних бетонных склепах доков и канализации, где спустился в многовековой сон *Он* – Владыка Порога. Существо не из плоти и крови, а из Тени и Старого Космоса, притянутое когда-то давно безумием первых строителей города на костях океана. Как Темные Владыки в легендах о Мрачной Гавани, только его Гавань была из стали и неона.

Глеб прижал ладонь к груди, почувствовав под одеждой холодный металл ритуального фокуса – куска полированной обсидиановой пластины с тем же знаком трех колец. Он подключил к ней имплантированный в запястье комлинк с модифицированным чипом. Не для связи с кем-то. Для связи с Тишиной.

"Успокойся. Слушай глубже. Сквозь Шум."

Он закрыл человеческий глаз. Кибериммультор в его мозгу, украденный из лабораторий АрАсакИ и переделанный культовыми техношаманами, начал фильтровать сигналы. Отсекать городской гул, биоритмы прохожих, рекламный спам. Он искал другую частоту. Тихий, мерзкий шепот самой Пустоты. Эхо сна Владыки Порога.

Сегодня ночью должен был быть Ритуал Опустошения. Небольшая группа адептов, включая Глеба, должна была пробудить эхо Владыки, направить его Тень на небольшой склад контрабанды "Тигров Тифона". Не для кражи. Для Очищения. Чтобы Шум жадности, страха и насилия, исходивший от этого места, был поглощен Тишиной. Чтобы Тень утолила жажду и уснула глубже. Так они поддерживали хрупкое равновесие. Кормили спящего бога под городом, чтобы он не проснулся полностью.

Но что-то было не так. Воздух вибрировал не только от дождя. Было ощущение… натянутой струны. Как будто сама Тень под городом замерла в ожидании. Кибериммультор ловил странные помехи – не человеческие, не машинные. Что-то древнее и холодное.

"Они опоздали," – мелькнула мысль. Другие адепты. Глеб провел пальцем по комлинку на запястье, послав зашифрованный импульс-вопрос. Ответа не было. Только тихое шипение помех, напоминающее… шелест крыльев гигантской моли?

Внезапно, его киберглаз зафиксировал аномалию. Не тепло. Холод. Температурная карта показала быстро движущееся пятно экстремального холода, ныряющее из вентиляционной шахты на крыше склада прямо в зону патруля "Тигров". Патрульные силуэты в тепловизоре дернулись, замерли, а затем… погасли. Не упали. Просто *исчезли* с тепловой карты, как будто их жизненное тепло было мгновенно высосано.

Тревога, острая и ледяная, пронзила Глеба. Это было не по плану. Ритуал Опустошения действовал медленно, как яд, вызывая панику и безумие, прежде чем Тень поглощала жертвы. Не мгновенное исчезновение.

"Не наша Тень..."

Он выхватил тяжелый "Малайский Болид" – мощный, надежный, как молот. Старая привычка солдата. Но против того, что только что произошло, пули могли быть бесполезны. Он прислушался кибернетическим ухом, отключив все фильтры. Сквозь шум дождя и гул города пробился новый звук. Тихий, мерзкий, скрежещущий *хруст*. Как будто кто-то с аппетитом грыз кости. Оттуда, где были патрульные.

"Пробуждение? Нет. Не может быть. Ритуал еще не начался..." – паника, редкая гостья, начала сжимать его горло. Но Дети Молчания не знали паники. Они знали Тишину. Или учились ее знать.

Глеб прижал обсидиановый фокус ко лбу. Металл был ледяным. Он сосредоточился не на призыве Тени, а на защите. На создании ментального щита из Тишины внутри себя. Он вспомнил древние тексты, переведенные с полуистлевших аналоговых носителей, найденных в руинах под Доками. Тексты о Тварях Порога – не о самом Владьке, а о его… отродьях. О паразитах Тени, просачивающихся в мир через трещины в реальности, когда сон Владыки становится беспокойным. Как демоны из мрачных легенд Гавани.

Скрежет прекратился. Воцарилась тишина, неестественно глубокая даже для этого места. Дождь, казалось, перестал стучать по крыше. Музыка из клуба заглохла. Глеб чувствовал, как холодный пот стекает по спине под бронежилетом. Его киберглаз безуспешно сканировал темноту. Ничего. Пустота.

И тогда он почувствовал это. Не увидел, не услышал. Почувствовал взгляд. Древний, лишенный всякого разума или эмоции, кроме голода. Холодный, как космическая пустота, взгляд, скользящий по его спине. Он исходил из вентиляционной решетки прямо над ним.

Глеб не повернулся. Он замер. Дыхание превратилось в тонкую струйку пара на холодном воздухе. Он сосредоточил ВСЕ свое существо на обсидиановом фокусе, на внутренней Тишине. Он представлял себя камнем на дне океана Шума. Неподвижным. Неинтересным. Пустым.

В его имплантированном комлинке вспыхнуло предупреждение: скачок электромагнитного поля, необъяснимый сканером. Воздух вокруг него стал леденеть, покрываясь инеем ржавые перила лестницы. Он почувствовал, как что-то скользкое и невещественное тянется к его затылку, к теплу его мозга, к шуму его мыслей.

"Я – Тишина. Я – Пустота. Я – Ничто." – заклинал он себя мысленно, образы древних символов, выжженных в его памяти, плыли перед внутренним взором. Его человеческий глаз широко открылся, уставившись в мокрый асфальт, но не видя его. Видя только знак трех колец и бездну внутри них.

Холод коснулся его кожи. Боль, острая и парализующая, пронзила череп. Его киберглаз замигал, заполняясь помехами, превращающими мир в калейдоскоп безумных образов – искаженные лица, падающие небоскребы, пульсирующую черную звезду... Это была не атака на тело. Это была атака на разум, на саму душу, пытающаяся разорвать его связь с реальностью и втянуть в Порог.

Глеб вскрикнул – хриплый, животный звук, полный ужаса, который он не испытывал со времен войны. Его рука с "Болидом" дрогнула. Он был на грани. Грани безумия и растворения в этой бездушной Тени.

И тогда... из глубины его сознания, сквозь боль и помехи, пробился другой импульс. Глухой, мощный, как удар гигантского сердца под землей. Это не было звуком. Это было вибрацией самой реальности. Это было недовольством.

Сон Владьки Порога был потревожен. Не адептами на их ритуале. Это наглое отродье, этот паразит, посмел охотиться на его отмеченного? На того, кто носил его символ и питал его Тень?

Импульс был краток, но невероятно мощен. Холодный голод, тянувшийся к Глебу, мгновенно отпрянул, словно обожженный. Помехи в киберглазе исчезли. Скользкое присутствие над ним испарилось, оставив после себя лишь резкий запах озона и гниющего металла. ЭМ-скачок прекратился. Шум города – гул машин, далекая музыка – вернулся, оглушительный после абсолютной тишины.

Глеб рухнул на колени, судорожно хватая ртом едкий воздух. Его трясло. Из носа текла кровь, смешиваясь с дождевой водой. Он сжимал обсидиановый молот так сильно, что острые края впились в ладонь. Боль была реальной. Якорной.

Он поднял голову. Там, где были патрульные, валялись только их оружие и комлинки. От тел – ни пылинки. Вентиляционная решетка была погнута изнутри, как будто от удара огромной силы.

Ритуал не состоялся. Другие адепты не пришли. Или не смогли. Что-то пошло ужасно неправильно. Пробудились не только отродья. Пробудился интерес самого Владыки Порога. И Глеб "Тихий" Радомир, кибернетический проповедник культа Тишины, только что ощутил на себе мимолетное, но недвусмысленное внимание спящего бога под Ночным Городом.

Это был не конец. Это было предупреждение. Шум города снова накатывал волной, но теперь он казался Глебу жалким, поверхностным грохотом. Истинный ужас, древний и безмолвный, дремал глубже. И его сон стал беспокойным. Глеб поднялся, пряча "Болид" обратно в кобуру. Он должен был найти других Детей. Он должен был понять, что нарушило баланс. Или Ночному Городу, этой стальной Мрачной Гавани будущего, предстоит узнать истинный смысл слова "Пробуждение".

Он шагнул из тени в мутный свет неоновой вывески "Рокси" – маленький, израненный человек с киберглазом и древним страхом в душе, затерянный в бесконечном Шуме, над бездонной Тишиной. Дождь продолжал падать, смывая следы, но не страх. Страх поселился глубже.

Прямо над Порогом.