Теория была верна

–А в целом, теория Выбегалло была верна, – неожиданно произносит Бася. Вообще она Варвара, но полное имя свое терпеть не может, а менять почему-то не хочет.

–Это какая, про самонадевающиеся ботинки? – с трудом припоминаю старую, в детстве читанную книжку. Ботинки такие действительно то и дело изобретают, чтобы шнурки можно было затянуть, не отрывая пальца от телефона.

–Про полностью удовлетворенного кадавра, – Бася отрывает взгляд от экрана, и я в очередной раз поражаюсь, какие синие у нее глаза. Рыжие от природы ресницы оттеняют их, заставляя думать о закатном море. – На самом деле, идея была очень даже глубокой. И ее взяли на вооружение в реальном мире.

–В итоге мы закуклились и остановили время, – я успеваю найти текст и схватить глазами пару абзацев, хотя для этого надо оторваться от куда более приятной картинки. – Гении-потребители.

–Нет, нас искусственно удерживают в шаге от этого уровня, – Бася снисходительно усмехается. – Одни придумывают новые потребности, другие пытаются сделать недостижимыми старые. Но в итоге да, время фактически остановилось. Только они кое о чем забыли.

Кошусь на ее телефон. Там открыт диалог в мессенджере с какой-то нейросетью. Но не о теориях заговора точно, просто промты и картинки.

–Движущая сила человечества – лень, – продолжает она. – Любая система стремится к покою. И по пути к нему может сложиться в очень интересную конструкцию. Например, инструмент, призванный облегчить жизнь, обретает опасный для всей системы потенциал.

–Динамит Нобеля, – поддерживаю разговор. Бася – умная девушка, и мы с ней вместе именно потому, что любим такие вот интеллектуальные беседы.

–Премия его имени сотворила больше зла, ну да ладно, – она набирает очередной промт, почти не глядя. – Не в Нобеле дело. Дело в другой идее Стругацких. О добровольной редукции потребностей. Если их соединить... получится как с паровым котлом. Все видели, как пар заставляет прыгать крышку, но только один человек придумал, как это использовать.

У меня возникает ощущение, что я держу в руках два кусочка мозаики, но не вижу все остальные.

–Ты говоришь, что можно свести потребности до узкого сектора, потом их удовлетворить, и... случится что-то невероятное? Ну, не знаю, – демонстративно выключаю телефон. – Вон сколько алкашей, у них одна потребность – ужраться, и они ее удовлетворяют каждый день, только гением ни один не стал. Сплошь лауреаты премии Дарвина, да и то не все, многие дефектные гены по наследству передать успевают.

–С материальными потребностями так не получится, – Бася снова отвлекается от экрана, пока идет генерация. – В материальных потребностях есть ограничитель. Наше тело взорвется, если постоянно что-то потреблять. Остается работать с духовными. Вывести их на достаточно высокий уровень и при этом закрыть большую их часть до конца...

На ее губах танцует улыбка. Бася встает со скамейки, ступает мимо туфелек, которые сняла час назад. Короткое рыжее каре открывает ухо, в котором блестит беспроводной наушник, но мой взгляд скользит ниже, к голым ступням, которые не до конца касаются асфальта. Бася стоит на воздухе, над песчинками и желтыми потеками березовой пыльцы.

–А инструмент для того, чтобы закрыть потребности нашего духа, нам неосмотрительно вручили, как игрушку, – тихо произносит она. – Помнишь «Все тенали бороговы»? Тебе еще фильм не понравился.

Она смотрит в экран – но сама светится ярче, в наступающих сумерках ее тело вырисовывается четким контуром, просвечивая сквозь майку и даже плотные шорты.

–В исходе, – шепчет Бася, и больше я ее не вижу.

В голове крутится только что-то глупое про причину над существованием. Тоже фантастика, конечно.

Хочется кричать, хватать руками пустоту, но я сижу на месте и даже глаза боюсь закрыть. Мне кажется, я не выдержу, если увижу отпечатавшийся на сетчатке контур.

Мне почти кажется, что я придумал девушку, с которой общался больше года. Варвару Велтистову, которая считает, что правильно говорить «Барбара», которая любит короткие стрижки и фантастику, у которой рыжие ресницы, как у Мэгги Клири, и пронзительно синие глаза.

Еще немного, и я соглашусь с этим ответом, полезу в сообщества тульповодов спрашивать, что делать, и забуду, как все было на самом деле.

Еще немного, и я перестану обвинять себя в том, что не пытался поймать ее взгляд в последнюю секунду и побоялся увидеть отражение того, что полностью удовлетворило ее мятежную душу.

Еще немного, и я перестану верить, что освобождение от оков реальности возможно.

Вот только пусть парный наушник, который она забыла в моем ухе, перестанет джикать и джакать.

А фильм действительно был отстойный.