Теория двойного взрыва

Решение сделать это втроём было не таким уж спонтанным, как могло показаться.

Пусть мальчики думают, что всё дело в их обаянии и умении убеждать — ведь это они предложили. Сами подсели за столик круглосуточного кафе в час, когда ночь сменяется утром. Угостили круассаном и кофе. Один принялся было знакомиться, говорить о себе; другой вклинился:

— Хочешь заняться с нами сексом?

Стоило уточнить: по очереди или всем вместе? Где, что и как — но слов на нашлось.

Настолько нагло и неожиданно — даже отказывать не захотелось.

Вчера был сочельник. Или Новый год, или чёрт знает что.

Вообще-то, октябрь — в календаре. А снежило так, будто январь.

Ия завесила карнизы мишурой, спустила с антресолей пластиковую ель и мешок игрушек, местами битых. Развесила их кое-как.

Закуталась в плед, и стартовал марафон рождественских серий. «Как я встретил вашу маму», «Друзья», «Теория Большого Взрыва».

— Я отвечаю за собственные оргазмы с восемьдесят второго года, — чопорно сообщила мать Леонарда с экрана.

Это была первая реплика за день, которая заставила Ию смеяться. Но смех был надтреснуто горьким.

Нашла чем гордиться! Да она за свои отвечает… с восемнадцати лет так уж точно. И больше — но цензура занегодует: ей мораль важней истины.

С другими хоть вешайся: то слишком медленно, то слишком быстро. То слишком мало и ни о чём, то цирк без коней.

А год назад Ия рассталась с парнем — пришлось упражняться в ловкости рук.

Звали их коротко: Ан и Ян. Друзья, и оба красавцы. Один бледен, как вампир-альбинос, второй — загорелый брюнет.

Их имена звучали как космический аккорд из трёх нот. Их тела обещали двойную и неземную нирвану.

То не было никого; теперь сразу двое.

Ия рисовала сладостные картины: один раздевал, другой восхищался. Две пары рук ласкали её, в глазах — вожделение, мания, страсть… И хорошо, что позвали к себе — не в мотель, как какую-то шлюху.

Фантазия становилась реальностью.

Ан целовал её так, что она забывала своё неказистое имя; Ян обнимал со спины — до мурашек, до дрожи, упирался в бедро, и сомнений не оставалось: он хочет её. Двойной интерес, смешанный, но не взболтанный, волновал и толкал к безрассудствам. Опрокидывал на колени и управлялся с ремнём.

Ия сделала вдох, оставила сочный вишнёвый след по всей длине. Ан зажмурился от восторга: девица знала, что делала. Аж скабрёзность про пылесос неуместна. Ангел, сошедший с небес и на те небеса его завлекавший. Губы мягкие, а язычок — демоницы!

— Прости, — пискнул Ан, — я просто давно… а ты такая красивая… И так мастерски это делаешь.

Один сошёл с дистанции, зато оставался другой.

— Мастерски? — уточнил Ян. — А можно мне тоже?..

Оба лежали, уставившись в потолок. Парили среди дальних звёзд: ишь, устроились!

И хотя было лестно стать причиной их наслаждения, обидно, что ей самой ничего ещё не перепало.

— Ты классная, — сказал Ан.

Никак на романтику потянуло.

— Угу, — подтвердил Ян. — И колготки огонь. В сеточку. Прям как у Фрейны.

— Блин, точно! — Ан повернулся к нему. — Мне тоже напомнило The First Descendant. Кстати, как тебе Луна?

— Ну, отжигает, конечно! Но бафы бесполезны… Все ж теперь боссов ваншотят с полупинка. Ты в курсе, на днях в игру добавили катану. Вот это полный Kill Bill.

— Серьёзно?

Ян подскочил с ковра и размялся. Он впервые, как будто, заметил свои приспущенные штаны и поспешно застегнул молнию, опустив глаза в пол.

— Серьёзнее некуда. Пойдём, покажу новый билд — буквально вчера тестировал.

Пользуясь тем, что друг отвернулся и отступил к двери, Ан оделся и заторопился вслед за ним. Проходя мимо Ии, коснулся её щеки.

Надо, кажется, что-то сказать? Спасибо, малышка? Ты была хороша? Ох, всё какое-то пошло-слюнявое, к тому же не до болтовни.

Так и не решившись, он потрепал её по макушке, будто дитя. И ускользнул в соседнюю комнату, где бодренько хрюкал системник.

Её лицо утопает в подушке. Это грёбаный дабл фейспалм.

И кто теперь снова ответствен за свои оргазмы?..

Знала бы — этим бы ограничилась, не включая парней в свою формулу.

Но раз уж пришла…

Ия срывает колготки, вяжет узел, как на удавку.

Она им покажет Kill Bill!