Теперь они мясом наружу (часть 2)

Вооружённый мужчина, стоявший у входной двери, вытянул шею. И попытался разглядеть мои записи из-за плеча того, кто сидел напротив. Сумев прочитать что-то из того, что я торопливо нацарапал на нескольких листах бумаги, он как-то странно поморщился и перевёл взгляд обратно.

Нельзя сказать, что этот мужик сейчас смотрел на меня, как на врага. Хотя дружелюбием эти ребята пока не отличались. В его взгляде читалась скорее тревога и неуверенность, чем злоба или угроза.

Размяв уставшую от долгой писанины ладонь, я продолжил терпеливо ждать реакции на мой письменный доклад. Со школы я не писал так много от руки. И почерк наверняка оставлял желать лучшего. По крайней мере, тот мужчина, что сидел по другую сторону тяжёлого верстака, тоже постоянно напряжённо морщился, вглядываясь в мелкий курсив и беззвучно шевеля губами под кустистой седой бородой. Через небольшое зарешёченное окошко пробивался полуденный свет. Но его явно было недостаточно для лёгкого чтения — усталые глаза старика, окружённые глубокими обветренными морщинами, время от времени прищуривались. Дальнозоркость.

За всё время никто из этих незнакомцев не назвал его по имени. Остальные обращались к нему не иначе как «Старый».

Охранник у двери тоже был бородат, хоть и был заметно моложе. И при этом выглядел, словно модель для рекламы какого-нибудь барбер-шопа. Его светло-каштановая лицевая растительность была безупречно ровно подстрижена. Причёску под вязанной шапкой было не видно. Но я был уверен, что и там наверняка какой-нибудь стильный «крю-кат».

То что и этот человек тоже прошёл через серьёзные испытания, говорили только тёмные круги под глазами от недосыпа. И ещё пожалуй чересчур впалые щёки. Похоже, что с левой стороны у него почти не осталось коренных зубов.

Одежда у обоих мужчин тоже разительно отличалась в плане сохранности. Седой бородач кутался в крайней поношенную коричневую лётную куртку с засаленными манжетами и рваным воротником. От неё сильно пахло машинным маслом и табачным дымом. А тот, кто стоял у двери, носил какую-то синюю форму. Чистую и опрятную. Но не похоже на военную. Скорее выглядит как комбинезон какого-нибудь механика. На синем рукаве я смог разглядеть круглый шеврон с красной стрелкой и серой орбитой вокруг неё.

«Я не космонавтка...» — тут же всплыли в памяти слова спасённой нами женщины. Как выяснилось, это её звали Светлана. Или просто Лана. И тот, кто чуть не свернул мне шею в шатре дендрария, был её мужем — Николаем. К счастью, его избитый до полусмерти сын Сергей смог прохрипеть что-то про то, что я здесь ни при чём. И когда этот аккуратный бородач, глядя на меня сквозь прицел, спросил — моя ли это работа там снаружи — я смог хотя бы кивнуть. Хоть это и не было вполне правдиво. Но ведь если бы не я и «дурилка» — люберецкие бандиты были бы ещё живы.

А когда голос подал придавленный моим рюкзаком Молот, муж Светланы отпрянул от меня как от огня, едва заметив необычный источник звука...

— Тебе бы книжки писать, молчун. Уж больно гладко излагаешь... — Чуть слышно просипел в бороду человек в засаленной лётной куртке. И, коротко покосившись на своего аккуратного напарника, он убедился в том, что тот тоже сумел разобрать текст. — Что скажешь, Дим?

— Скажу, но не при нём. — Угрюмо покачал головой охранник. Голос у него был неожиданно приятный. Как у профессионального актёра озвучки или радиоведущего.

Обладатель кустистой седой бороды вернул взгляд своих усталых глаз на меня. И, пристально посмотрев в течении нескольких секунд, вздохнул:

— Да ладно... Ни фига он не из чёрных, хоть и немой... Видно же. Мальчишка какой-то...

— А индикатор? — Аккуратный Дмитрий оставался непреклонен. — И голова эта говорящая...

Пока нас с Молотом держали под прицелами внутри шатра, говорящая голова вместо меня объяснила ошарашенным парням, где искать Светлану. Кроме того, хоть и в довольно экспрессивной манере, но старый бандит так же намекнул им на то, что не гоже так обращаться с теми, кто только что спас их ненаглядной подруге жизнь.

Эти слова не сильно повлияли на их настороженность и недоверие. И, пока мы ждали прибытия Светланы и Алисы, на вопросы Молота о том, кто, чёрт подери, они такие, мужчины не отвечали. Лишь продолжали держать нас на мушке и оказывать Сергею первую помощь.

И всё же, не смотря на такое обращение, здравый смысл подсказывал мне, что они нам не враги. Взгляды хоть и усталые, но без хамоватой блатной поволоки, как у люберецких бандитов. Речь без следа фени и нагловатых гнусавых интонаций. Хотя они предпочитали помалкивать, но когда едва оклемавшийся Сергей вдруг принялся горячо за что-то извиняться перед своим отцом, ему в ответ никто не сказал ни единого грубого слова. Лишь попросили помалкивать.

С учётом данных обстоятельств, я решил вести себя соответствующе — и тоже не проявлял враждебности. Лишь толкнул говорящую голову после очередного трёхэтажного матерного пассажа с вопросами. И спокойно покачал головой в ответ на гневный взгляд старого бандита, призывая того пока что тоже помолчать.

— Вот что, молчун. Видишь, ли... С показаниями девчонки твои слова как-то не бьются. — Просипел седой бородач, покачав головой. — Темнишь ты что-то...

Судя по тем детективам, которые я когда-то читал или смотрел — это была классическая провокация. Уверен, что Алиса рассказала им то же самое, что и я. По крайней мере о тех событиях, свидетелем которых она была вместе со мной. Начиная с нашей встречи в разгромленной больнице и заканчивая путешествием в Королёв и обратно. Я не видел смысла скрывать от них что-то из этого. И она наверняка тоже. Поэтому и постарался изложить на письме даже самые невероятные эпизоды. Хоть и кратко.

Единственное, о чём умолчал — так это том, что именно можно найти на ноутбуке дяди Миши. Пусть думают, что он просто дорог девушке как память. Но пока не более того. И то, что случилось с нами внутри шарманки - тоже изложил без особых подробностей. Здесь я боялся того, что они просто без затей сочтут меня психом. И сначала хотелось быть уверенным в том, что они готовы к таким историям.

Под недоверчивым прищуром старика, я снова дотянулся до карандашного огрызка и написал на чистом листе вопрос из одного слова.

— «Например»? — Удивлённо взметнул кустистые брови старик. — Это ты нам скажи! Где ты нам наврал, а?

Ну да. Точно провокация.

Вместо ответа я лишь покачал головой и развёл руки в стороны — насколько это позволяли наручники на левом запястье. Ими я был пристёгнут к скобе, врезанной в толстую столешницу.

Седой бородач снова нахмурился. И, переглянувшись с напарником, достал из внутреннего кармана аккумулятор от ноутбука. Тот самый, который мы добыли в Центре управления полётами.

Повертев его в руках, старик оставил его в таком положении, при котором наклейка с логотипом «Роскосмоса» смотрела прямо на меня:

— Где вы это нашли?

Я указал на исписанные листы бумаги — на тот абзац, где уже изложил наши приключения в лесах Лосиного острова и Центре управления полётами.

— В ЦУПе, значит... — Одна кустистая седая бровь скептически поднялась. — А вот скажи-ка мне: сколько постов охраны нужно пройти, прежде чем зайти в главный зал ЦУПа?

Ответом ему снова было недоумение. И вдобавок я нарисовал на бумаге ноль. Снова кивнув при этом на свой предыдущий доклад о запутанном пути внутри гиперсферы.

Седой бородач хмыкнул и, отложив аккумулятор, опять взял исписанные листы в руки.

— Врёшь! — Неожиданно резко брякнул стоящий у двери человек. Похоже, что они вдобавок разыгрывают передо мной номер про хорошего и плохого полицейского.

— Тих-тих, Дим... — Старый снова добродушно ухмыльнулся, подтверждая мою догадку. Темноватые зубы выдавали в нём не то заядлого курильщика, не то кофемана. — А скажи-ка... — Бородач опять покосился на текст в руках. — Скажи-ка, Максим... Сможешь ещё раз туда так же пройти? Помнишь дорогу?

Взяв карандаш, я коротко ответил вопросом на вопрос:

—«Зачем»?! Это наше дело, зачем! — Грозный Дмитрий насупился и шагнул ближе, подняв ствол автомата. — Можешь или нет? Отвечай!

— Дим... — Старик снова успокаивающе поднял руку и, прищурившись, заглянул мне в глаза. — Это действительно не твоё дело, молчун. Но за помощь мы можем не только отпустить тебя на все четыре стороны. Но и наградить. Еда, вода, патроны... Чего тебе больше не хватает?

Ожидая ответ, он продолжал неотрывно следить за мной, словно считывая малейшие жесты и движения мимики.

Я оставался спокоен и нацарапал на бумажке абсолютно искренний ответ. Но не о том,что мне нужно. А том, что их ждёт возле ЦУПа. Точнее, кто.

Прочитав его, старик кивнул:

— Это мы и так знаем, что там опасно. Таких тварей можно встретить в любой полосе. Но, как верно заметил Дима, это уже наше дело. Твоё дело путь показать. А потом можешь идти вместе со своей девчонкой куда хочешь. — Заметив на моём лице тревогу, он легко улыбнулся себе в бороду. — Ага... Правильно подозреваешь. Она в это время нас пока тут подождёт. Чтобы вы вместе с ней глупостей по дороге не наделали. Да и зачем её лишний раз в эти болота таскать, согласись... Она и так вся перепуганная, как мышь...

Услышав его последние слова, я изо всех сил постарался не показывать удивление. Это было совершенно не похоже на ту Алису, которую я знаю. Скорее я мог предположить, что она будет до последнего дерзить, огрызаться и отказываться от дачи показаний. А раз притворяется напуганной... Значит что-то замышляет...

Чтобы не показывать догадку, я снова потянулся к бумаге. И задал им очередной вопрос.

— Молот? — Старик прочитал вопрос и, немного опешив, вполне искренне удивился. — Какой молот? У тебя же вроде фомка была...

— Это он про голову. — Пояснил стоящий за спиной охранник.

— А... — Старик снова расслабился и состроил хитрый прищур. — А зачем тебе эта тварь?

Из множества ответов я выбрал самый короткий и быстро написал его на листке.

Этот ответ опять искренне удивил моего седого собеседника:

— Твой друг?! — Старик снова переглянулся с напарником и, задрав брови, покачал головой. — Да таких друзей, как говорится, за хер — и в музей! Это ж уже не человек совсем! Гостинец говорящий!

— А, может, и ты уже не человек, Максим? — Суровый Дмитрий не спешил опускать оружие. — Может, сам того не понимаешь? А?

Такое отношение сквозило в них всю дорогу, после того, как они увидели говорящую голову и услышали от Светланы об индикаторе.

И когда нас с Алисой посадили на машины, её поместили на заднее сиденье вместе со Светланой и Сергеем. А меня заперли в полицейском «уазике» внутри отделения для перевозки задержанных. Отдельно от всех остальных.

По заросшим просёлкам мы тряслись недолго. Уже через несколько минут мой «бобик» и остальные армейские внедорожники перевалились через железнодорожные пути. И остановились у длинного складского помещения — рядом с тем местом, где ржавые рельсы кончались тупиком.

Внутри складского ангара рядом с тупиком было множество более мелких отсеков. В одном из которых меня и пристегнули к тяжёлому столу наручниками. И вскоре начали этот допрос.

Куда увели Алису и унесли нашу поклажу вместе с говорящей головой, я не видел. Но, судя по словам моих собеседников, с девушкой всё было в порядке.

Поразмыслив немного над резкими вопросами молодого бородача, я придумал, как мне казалось, наиболее «человечный» ответ.

Прочитав мой торопливый курсив, старик снова хмыкнул:

— Твоя правда, молчун... Кто сейчас может быть в чём-то уверен... — Он сгрёб все бумаги в кучу и поднялся из-за стола. — Ладно... Ты тут пока подумай над нашим предложением. А мы пойдём ещё с твоей подругой потолкуем. И... — Он немного запнулся. — И, наверное, с другом... Есть хочешь?

Я кивнул.

— Обойдётся! — Дмитрий всё никак не выходил из образа «плохого копа».

— Может мы и не знаем точно о том, люди мы или нет... — Старик глянул на него с укором и покачал головой. — Но уж точно не звери. Вот — подкрепись пока. Из ваших запасов.

С этими словами он достал из внутреннего кармана пачку галет из дедовской заначки, надорвал и положил на стол.

— Заодно можешь быть уверен, что мы тебя не отравим. — Из своей наплечной сумки, он достал пластиковую бутылку воды без этикетки, явно закрытую заводским способом. — Не скучай. И если захочешь что-нибудь ещё интересное написать — милости прошу.

Указав на оставшуюся бумагу, седой бородач шагнул за дверь следом за своим молодым напарником.

После того как дверь закрылась, снаружи лязгнул подвесной замок. И вместе с удаляющимися шагами послышалась неразборчивая речь. Я смог разобрать только интонации. Приятный голос Дмитрия явно задавал тревожные вопросы — один за другим. А сиплый стариковский голос отвечал ему что-то с абсолютным спокойствием.

Оглядевшись, я не заметил внутри пустого складского бокса ничего, кроме стульев и пустого ведра в углу. Это намёк на то, что мне предстоит тут сидеть ещё довольно долго? Но мне же до него сейчас никак не достать, даже если захочу... Ладно. В любом случае, пока что есть время привести мысли в порядок. И перекусить...

Хрустя галетами, я принялся суммировать свои данные и пытаться сделать хоть какие-то логичные выводы. Заодно время от времени прислушиваясь к тому, что происходило снаружи.

Итак, это точно не те, кто поселился в центре подготовки космонавтов имени Гагарина, иначе Молот узнал бы хоть кого-то из них. Или они его. Однако все эти ребята явно знакомы не только с гостями, но и с теми, кто пользуется индикаторами. И зачем-то им очень нужно попасть в Королёв, не смотря на все опасности...

Где-то на улице пару раз хлопнули двери машин. Скрипнули ворота складского ангара. Тяжёлые ботинки торопливо пробрякали по полу куда-то в сторону мимо моего бокса... Нет, ничего особенного.

«Армия планеты Земля», значит... Они действительно немного похожи на каких-то военных... Хотя общаются между собой скорее как семья или близкие друзья, а не воинский коллектив. Но если так, то, по идее, вы же должны заботиться о гражданских. Защищать. Таких, как мы с Алисой. А тут какие-то допросы с пристрастием, сплошное недоверие... Хотя, если бы я встретил сам себя в таком виде, как там, в шатре дендрария, то и я бы тоже начал сомневаться в моей вменяемости.

А, чёрт... И ведь где-то там сейчас действительно ходит копия Молота из «шарманки». С руками, ногами и ружьём... Надеюсь, эта «армия» не забывает выставлять караулы.

Снова скрипнули входные ворота. Кто-то приглушённо кашлянул, прочистил горло и сплюнул. И снова послышался скрип тяжёлых ржавых петель...

А может вы просто очередные охотники за «гостинцами», приехавшие откуда-то издалека? Судя по тому, что я успел узнать за неполные двое суток жизни в этом поехавшем мире — некоторые из этих устройств весьма дорого ценятся. Вот сейчас даже я бы не отказался от какой-нибудь «печки». Сидеть на одном месте в неотапливаемой бетонной коробке довольно зябко. Хоть бы буржуйку какую разожгли...

За дверью что-то лязгнуло — не близко, но громко. И вскоре послышался странный гул с потрескиванием... Где-то я совсем недавно уже слышал подобное... Точно! Так горел разлитый спирт!

Крики? Не разобрать...Топот? Мимо двери торопливо промчались сразу несколько пар тяжёлой походной обуви. И какая-то возня послышалась с той стороны, где что-то горело.

Мощный грохот неожиданно сотряс даже бетонный пол. У вас что там, пожар?! Нападение?! А меня кто-нибудь собирается отстегнуть?! Я же даже на помощь не могу позвать!

Лихорадочно оглянувшись, я снова остановил взгляд на ведре. Ну вот разве что им могу погреметь, может хоть кто-то тогда обо мне вспомнит...

Вскочив на ноги, я попытался сдвинуть верстак поближе к углу, в котором стояло ведро. Тяжёлый рабочий стол немного поддавался при рывках, но грубый браслет наручников впивался при этом в запястье словно капкан.

Когда я уже почти дотянулся до ведра, в перерывах между лязгом от своих дёрганий, я услышал, как ещё одна пара ног шагнула к двери. И, кажется, защёлкал подвесной замок...

— Может мне попозже зайти? — После того как открытый замок брякнул на пол, в приоткрывшуюся дверь просунулась улыбающееся лицо Алисы. В то время как я замер - с рукой, протянутой к ведру. — Ты давай-ка лучше потерпи. Нам же ещё Молота нужно вытащить!