The Elder Scrolls: Охота на Скуку

Лорд Гелерион Лейцвикский рассматривал уведомление о предстоящей охоте с тем особым выражением интеллектуального превосходства, которое давалось исключительно третьему поколению наследственной аристократии, никогда не видевшей иного применения своему образованию, кроме каллиграфии на пригласительных карточках.

"Его Величество Арселин II, милостью Восьми и Единого правитель благословенного королевства Арженской долины, объявляет ежегодную благородную охоту на гоблинскую угрозу. Все вассалы обязаны присутствовать со своими свитами и охотничьими принадлежностями в королевском лесу Милтвик на рассвете третьего Морндаса месяца Руки Дождя".

— Варвары прибывают с окраин наших земель, оскверняя все, к чему прикасаются своими грязными лапами! — с интонационной экспрессией, тщательно отрепетированной перед зеркалом, провозгласил Гелерион своему камердинеру. — Наш долг, как хранителей цивилизации, — отбросить эту заразу обратно в дикие земли, откуда она явилась.

— Бесспорно, милорд, — отозвался Уэстли, безупречно поддерживая иллюзию согласия, — я подготовлю ваш охотничий комплект «Уничтожитель варваров», заказанный в прошлом году у эльфийских оружейников. Серебряные наконечники стрел должны весьма эффективно пронзать малоценную экзистенцию этих созданий.

Лорд Гелерион удовлетворённо кивнул, не заметив тонкой иронии. Если бы он приложил хотя бы десятую долю усилий, которые тратил на выбор охотничьего костюма, к изучению истории собственных земель, он бы знал, что гоблины никогда не обитали в Арженской долине до удивительного совпадения — начала правления короля Арселина II и инициации ежегодных «оборонительных» охот.

***

В то же самое время в западном крыле дворца, куда даже самые привилегированные придворные не допускались под предлогом "государственных дел чрезвычайной важности", король Арселин II перелистывал страницы иллюстрированного манускрипта, переплетённого в кожу неопределённого происхождения. Золотой тиснёный символ Альдмерского Доминиона сиял на обложке.

— Специальное предложение этого сезона: "Лесные гоблины Валенвуда с усиленной агрессией и ограниченным инстинктом самосохранения", — зачитывал король, водя пальцем по строчкам. — Хммм, звучит многообещающе. "Идеально подходят для церемониальных охот, не требуют сложной логистики, благодаря встроенной программе самоуничтожения через 14 дней после доставки..."

Королевский секретарь, эльф с неопределённого возраста, бледный как лунь, что свидетельствовало о многолетней службе в помещениях без окон, почтительно кашлянул:

— Ваше Величество, осмелюсь напомнить, что в прошлом году лесные гоблины оказались недостаточно выносливыми для полноценной охоты. Лорд Бервикский жаловался, что его гончие догнали и растерзали трёх гоблинов ещё до того, как он успел натянуть охотничьи перчатки.

Король нахмурился, перелистывая страницы:

— А что насчёт "Боевых гоблинов Пиков Драконьего Хвоста с усовершенствованной выносливостью"? О, они даже идут с комплектом примитивного оружия! Представляешь, какое героическое повествование можно будет сочинить? "Король Арселин отважно встретил вооружённый отряд гоблинов, угрожавших самому сердцу королевства..."

— Превосходный выбор, Ваше Величество, — секретарь сохранял безупречно нейтральное выражение лица, отточенное десятилетиями службы, — однако, должен отметить, что стоимость этой партии превышает выделенный на церемониальные мероприятия бюджет на 15%.

— Чепуха! — король махнул рукой с той беззаботностью, которая является привилегией исключительно абсолютных монархов и несознательных должников. — Введи дополнительный налог... скажем, на свадебные церемонии. Назовём его "Сбор на защиту будущих поколений от гоблинской угрозы".

Секретарь сделал пометку в своём блокноте, гадая про себя, сколько ещё несуществующих угроз придётся финансировать народу Арженской долины до следующего дворцового переворота.

***

Баронесса Элинор Таргенская регулировала арбалет саммерсетского производства — устройство, что было способно пробить драконью чешую, но предназначенное для существ, чья кожа была ненамного прочнее пергамента.

— Вы слышали? — она обратилась к окружающим её дворянам, собравшимся на поляне перед началом охоты. — Говорят, гоблины теперь используют примитивную магию огня. Варварские заклинания, разумеется, но всё же следует быть осторожными.

Технически баронесса не лгала — эльфийский секретарь короля действительно упомянул при дворе о "новых способностях" вновь вторгнувшихся гоблинов, тщательно опуская подробность, что эти "способности" были искусственно внедрены альтмерскими биомагами специально для того, чтобы охота не казалась слишком простой, а трофеи выглядели более впечатляюще.

— Ужасно! — граф Эштонский поправил свой охотничий плащ, расшитый золотыми нитями, совершенно непрактичный для лесной маскировки. — Эти создания становятся всё более опасными с каждым годом. Поистине, наш мудрый король предвидел растущую угрозу, когда начал эти ежегодные охоты.

Молодой виконт Рейвенвудский, только что вернувшийся из Имперского Университета, где изучал естественную историю Тамриэля, открыл было рот, чтобы прокомментировать странную корреляцию между началом правления Арселина и появлением гоблинов, но благоразумно передумал, вспомнив о недавней судьбе своего двоюродного брата, посмевшего задать неудобный вопрос о королевских расходах и внезапно обнаружившего необходимость изучать дипломатические отношения с аргонианами непосредственно в Чернотопье.

***

Тем временем в полумиле от этой сцены, в густом подлеске, Шаг-гро-Дул, младший служитель департамента "Экзотических поставок" Альдмерского Доминиона, вводил последние инструкции партии гоблинов.

— Повторяю для особо тупых, — орк говорил громким шёпотом, раздражённый необходимостью объяснять очевидное существам, чей интеллект был искусственно ограничен для большего сходства с "дикими" образцами. — Вы должны убегать достаточно быстро, чтобы охота была интересной, но недостаточно быстро, чтобы вас не поймали. Некоторых из вас поймают, это неизбежно. Постарайтесь сделать это зрелищно! Помните о своей главной цели — создать иллюзию опасности и дать этим напыщенным бретонам почувствовать себя героями.

Гоблины кивали с тем особым отсутствующим выражением, которое могло означать как полное понимание, так и абсолютное его отсутствие. Биомаги Доминиона годами совершенствовали это выражение, считая его ключевым для успешной имитации "дикого интеллекта".

— И ради Малаката, — добавил орк, доставая из сумки небольшие фиалы, — не забудьте использовать эти зелья, когда вас ранят. Они создают впечатляющий эффект "агонии", который так нравится клиентам. В прошлом году три гоблина просто упали без звука, испортив всё представление.

Шаг-гро-Дул вздохнул, размышляя о странностях своей карьеры. Когда он поступал в Академию Экзотической Фауны Доминиона, он представлял себе исследования останков драконов или, по крайней мере, двемерских конструктов, а не инструктаж искусственно выведенных гоблинов для развлечения скучающей знати.

— Интересно, — пробормотал он, наблюдая, как гоблины рассредоточиваются по лесу с механической точностью, несмотря на все усилия биомагов придать их движениям хаотичность, — осознают ли эти аристократы, что платят золотом за тщательно сыгранный обман?

Впрочем, разве не в этом суть большинства развлечений?

***

Охота началась с традиционного королевского выстрела из церемониального лука, инкрустированного драгоценными камнями, каждый из которых стоил больше, чем годовой доход среднего фермера Арженской долины. Стрела, предсказуемо, не попала ни в одного гоблина, но эффектно вонзилась в древний дуб, где её, несомненно, оставят как напоминание о королевской доблести, пока следующее поколение придворных историков не перепишет событие как "Чудесное спасение Арселина Справедливого, когда его стрела сразила гоблинского шамана, готовившего смертоносное заклинание".

Дворяне разделились на группы, сопровождаемые слугами, которые несли дополнительное оружие, вино, закуски и, в случае особенно предусмотрительных господ, походные стулья для передышки между подвигами.

Лорд Гелерион Лейцвикский, возглавляющий одну из таких групп, уже предвкушал, как будет рассказывать о своих подвигах на следующем придворном балу:

— Я выслеживал гоблинского вожака по следам, оставленным на мху... — репетировал он шёпотом, проверяя патетичность интонации, пока его слуга Уэстли молча направлял его по тропе, обильно помеченной специальным эльфийским составом, который делал следы гоблинов видимыми даже для самого невнимательного преследователя.

Внезапно перед ними выскочил гоблин — точно в том месте и в то время, которое было указано в детальной инструкции, полученной Шаг-гро-Дулом от королевского секретаря. Создание издало угрожающий звук (результат трёх поколений селективного разведения для получения оптимальной тональности, вызывающей у слушателей одновременно страх и отвращение, но не настолько сильные, чтобы помешать стрельбе).

— Вот он! Вражеский разведчик! — воскликнул Гелерион с таким энтузиазмом, словно только что обнаружил новый континент, и поднял свой арбалет.

Гоблин, следуя своему программированию, замер на долю секунды — достаточно, чтобы даже самый неопытный стрелок успел прицелиться, — затем начал бежать зигзагами, создавая иллюзию попытки ускользнуть, но оставаясь при этом в оптимальной зоне поражения.

Болт арбалета, выпущенный трясущимися от возбуждения руками лорда, всё же нашёл свою цель — левое плечо гоблина, точно в место, защищённое специальной подкладкой, предотвращающей серьёзные повреждения, но позволяющей создать убедительный каскад "ранения".

Гоблин отреагировал с театральностью, которой позавидовал бы любой актёр Имперского театра — пошатнулся, схватился за плечо, из которого начала сочиться ярко-красная жидкость («на 30% более яркая, чем обычная кровь, для лучшей видимости с расстояния»), и издал идеально модулированный вопль боли.

— Я ранил его! — закричал Гелерион с искренним восторгом человека, впервые в жизни совершившего нечто, требующее минимальных навыков. — Уэстли, смотри! Он истекает кровью, но всё ещё опасен! Какая свирепость у этих созданий!

Камердинер с бесстрастным лицом наблюдал, как гоблин, по всем правилам драматического искусства, попытался "собрать последние силы" для "отчаянной атаки", давая Гелериону возможность выстрелить ещё раз — теперь уже в грудь, обеспечивая эффектное завершение сцены.

— Воистину героический выстрел, милорд, — прокомментировал Уэстли, задаваясь вопросом, осознает ли его господин, что гоблин практически сам нанизался на второй болт, словно танцор из редгардского театра. — Королевство может спать спокойно, пока такие защитники охраняют его границы.

***

Вечером того же дня дворяне собрались у огромных костров в королевском лесу, чтобы отпраздновать свою "победу" над "ордами гоблинов, угрожавших северным границам". Трофеи — головы и характерные части тел гоблинов — были выставлены на всеобщее обозрение, а истории о подвигах становились всё более грандиозными с каждым кубком вина.

Король Арселин II сидел на походном троне, изготовленном из редкого эбонового дерева, с удовлетворением наблюдая за своими поддаными:

— Посмотрите на них, — тихо сказал он своему верному секретарю, — как они счастливы, как горды собой. Разве не для этого и существует монархия? Чтобы создавать иллюзии, в которые приятно верить?

— Несомненно, Ваше Величество, — согласился секретарь, делая мысленную пометку отправить в казначейство Доминиона очередной перевод из королевской казны. — Альдмерский Доминион прислал уведомление о новой коллекции на следующий год. Они разработали гоблинов с элементарными способностями к призыву демонов Обливиона. Разумеется, безопасными для охотников, но создающими впечатляющие визуальные эффекты.

— Превосходно! — король потёр руки. — Это будет настоящее приключение! Можешь представить лица придворных, когда я объявлю об угрозе " гоблинов-колдунов"? Историки напишут об этой охоте в хрониках!

В темноте за пределами света костров Шаг-гро-Дул собирал остатки своего "товара" — гоблинов, которые не были "героически повержены" в сегодняшней охоте. Согласно протоколу, их следовало вернуть в специальные контейнеры для утилизации и переработки в новые экземпляры.

— Всё прошло по плану? — спросил его помощник, молодой босмер, только начинающий карьеру в департаменте "Экзотических поставок".

— Как всегда, — орк пожал плечами, запечатывая контейнер. — Они получили свою иллюзию величия, мы получили их золото. Бретоны счастливы думать, что защищают свою землю, король счастлив, что нашёл способ развлечься, не вызывая открытого мятежа налогами на более очевидные прихоти. Доминион счастлив, потому что... ну, знаешь, золото.

— А гоблины? — спросил босмер, глядя на существ, безропотно забирающихся в транспортные клетки.

Шаг-гро-Дул задумался на мгновение:

— Знаешь, иногда я думаю, что они — единственные честные участники всего этого спектакля. Они не притворяются кем-то другим. Они именно то, чем их создали — реквизит для чужих фантазий о героизме.

— Глубоко, — прокомментировал босмер, не совсем понимая, действительно ли его начальник философствует или просто устал после долгого дня.

— Не особенно, — орк закрыл последний контейнер. — Просто наблюдение. В каком-то смысле, мы все — гоблины в чьей-то постановке. Разница лишь в том, знаем ли мы об этом.

Над королевством Арженской долины взошли луны, освещая странную процессию — вереницу повозок, тайно вывозящих "поверженную угрозу" обратно за границу, чтобы через год она могла вернуться снова, более грозная и более зрелищная, обеспечивая бесконечный цикл иллюзорного героизма для тех, кто слишком боится столкнуться с настоящими опасностями и настоящими подвигами.