The ideology of darkness

Июльский вечер наполнял парк развлечений приятным трепетом.

Яркий свет фонарей беспощадно бил в глаза, не вызывая, впрочем, раздражения у окружающих. Громкая музыка, ничуть не заглушаемая восторженными криками и смехом, раздавалась из каждой палатки. Из-за углов тут и там выскакивали клоуны в своём рабочем гриме и красных шароварах; пахло хот-догами, жжёным попкорном и сладкой ватой. На лицах прохожих царила объяснимая радость.

Несмотря на большое количество праздников, именно день города так обожали жители Беркингема.

Из года в год все горожане собирались в парке развлечений, где карусели и еда становились ценой в цент, и гуляли до самого утра. Никто не стремился как можно скорее загнать детей и подростков домой, оправдывая свой контроль волнением. Все знают: это единственный день, когда можно оставить панику позади и окунуться в неё лишь через сутки.

Вышагивая по протоптанной дорожке, Фредерик Смит расслабленным взглядом блуждал по окружающим. За ним, словно щенки за мамой, семенила его верная стая. Пять довольно крупных ребят, футболистов, если быть точнее. Рядом с ними он смотрелся слишком миниатюрным, но этот факт мало волновал парня. Он был обаятелен и харизматичен, к нему тянулись люди так же, как мотыльки слетались на свет.

Фредерик соврёт, если скажет, что не любит внимание. Отнюдь. Его глаза сверкали ярче драгоценных камней на свету, стоило только кому-то заикнуться о желании провести с ним время. И дело совсем не в том, что парень не уверен в себе или обделён вниманием, скорее наоборот. Он любит, когда этого самого внимания много. И чем больше, тем лучше.

— Хей, Фреди, а где Мелисса?

Оторвавшись от наблюдения за симпатичной девчонкой, застрявшей около тира в тщетных попытках разобраться, как работает оружие, парень оглянулся на одного из своих верных друзей. На деле уровень доверия между ними был невелик, но Фреду это было не нужно. За проведённые в этом городе годы он привык держать тонну дерьма в себе.

Ухмыльнувшись, парень пожал плечами и двинулся в сторону сверкающего огнями тира, кинув куда-то в воздух:

— Где-то здесь, с матерью.

Не прислушиваясь к гомону за спиной, Фредерик сосредоточил свой взор на определённой цели, что внимательно вслушивалась в слова молодого человека за стойкой и кивала. Натянув на лицо самую обаятельную улыбку из всех имеющихся, он облокотился о край стола и уставился на девчонку.

Игра началась.

— Кажется, тебе больше подойдёт пистолет, — сказал Смит, кивнув головой на громоздкую винтовку в руках девушки.

Повернув голову в сторону парня, незнакомка пару раз в удивлении моргнула, после чего отложила оружие и улыбнулась.

— Считаешь меня слабой? — Девушка тут же приняла игру.

— Скорее хрупкой. Тебе говорили, что ты похожа на фарфоровую куклу? — Поиграв бровями, Фред вызвал глупое хихиканье и довольное кивание. — Эй, парень, дай нам пистолет.

Не оборачиваясь, Смит кинул мелочь на стойку и медленно, словно крадущийся зверь, подобрался к следящей за каждым его движением девушке. Зашёл за спину, взял протянутое оператором оружие и вытянул руки перед собой, заключив стройное тело в ловушку. Положил подбородок на женское плечо и губами невесомо коснулся мочки уха незнакомки.

— С пистолетом новичку проще. Рука должна быть расслаблена, но хват — надёжен. Надо выровнять мушку. В отличие от той винтовки, что ты держала ранее, прицеливание с пистолета — непрерывный процесс, при котором мушка удерживается в зоне прицеливания. Далее… — Прижавшись всем телом к девушке, парень втянул носом сладкий запах, исходивший от её волос, и грудной клеткой почувствовал вибрацию. — Задерживаешь дыхание на полувыдохе и плавно нажимаешь на спусковой крючок.

Услышав щелчок, незнакомка дёрнулась и резко вздохнула, давая понять парню позади, что всё это время сдерживала дыхание. Чуть повернув голову, она встретилась с ним взглядом и тут же признала поражение в игре, в которую не успела вступить.

Промелькнувших во взгляде Фреда чертят хватило, чтобы утащить незнакомку в маленький ад. Пара мгновений, и парочки след простыл, словно никого у тира не было подавно.

Их не смущало место, которое они выбрали для уединения. С одной стороны — палатка ведуньи, с другой — огромный дуб и дорога в погрязший в кромешной темноте лес. Им было плевать, что кто-то мог заметить. Кровь бурлила от приливающего потока похоти и желания.

Прикусывая женскую шею и зализывая мелкие следы, Фред наслаждался резкими вздохами и кроткими стонами. Она старалась не шуметь, и парню это нравилось. Чувство уединения, чего-то более интимного, чем простой трах в кустах. Конечно, это было созданной им иллюзией. Да и надобность в этом, в действительности, оставалась под вопросом.

— Даже не спросишь моего имени? — задыхаясь в собственных ощущениях, спросила незнакомка.

— Детка, это ты должна узнать, чьё имя будешь стонать в ближайшее время.

Подхватив девушку под бёдра, Смит вжал хрупкое тело в дерево и толкнулся бёдрами, тут же заглушив стон губами. Резкие движения губ заставляли задыхаться, но при возможности тянуться и просить большего. Схватив одной рукой светлую копну волос, Фред дёрнул женскую голову назад и вновь припал к шее, не забывая делать настойчивые толчки.

Его возбуждало всё: запах незнакомки, её стоны, подмахивания бёдрами, столь открытая местность, где их могли поймать в любую секунду. Казалось, ещё мгновение, и его крышу снесёт окончательно.

Отпустив блондинистые локоны, Фред спустил руку по тонкой талии и накрыл ладонью голое бедро. Подол тонкого сарафана висел вдоль дерева, позволяя длинным пальцам чувствовать каждый сантиметр тёплой кожи.

— Ты слышал?

Резкий испуганный вздох не был той причиной, по которой парень мог остановиться. Он мог получить по голове обухом, но при этом не ощутить потребности в перерыве.

Отодвинув край нижнего белья, Фред нажал пальцем на чувствительную точку, одновременно прикусив ключицу, отчего его слух уловил протяжный стон, а бёдра ощутили дрожь женских ног. В его голове отчего-то промелькнула мысль, что стоило изначально представиться — он бы с удовольствием послушал своё имя, вылетающее из её желанного рта.

Дёрнувшись, незнакомка оторвалась от дерева и впилась ногтями в кожу плеч, скрытую под тканью футболки. Она покачала головой:

— Стой, остановись.

Поняв, что её тихий голос не действует на парня, девушка тут же схватила его за тёмные кудри и оттянула голову назад, уставившись в замыленные похотью глаза. Связь с реальностью терялась со скоростью света, но боли в районе головы хватило, чтобы на миг вернуться в существующий мир.

— Слушай, — прошептала девчонка, внимательно следя за реакцией парня.

Сузив глаза, Фред ожидал продолжения предложения, мол, «я так не могу» или «я не такая», но погрузившая их вакханалию в тишину девушка приоткрыла завесу внешних звуков. Где-то совсем рядом слышались женские крики и мужские ругательства, кто-то бился в истерике.

Нахмурившись, Смит опустил девушку на ноги и повернулся к источнику шума. Не стал ждать, пока незнакомка поправит бельё с платьем, не кинул даже взгляда на прощание. Быстро обошёл палатку и направился в толпу зевак, ощущая, как чужие эмоции накрывают невидимым куполом.

Обойдя каждого, Фред проскользнул в центр и уставился на происходящее.

На пыльной земле лежало тело маленькой темноволосой девочки. Её лицо было исполосовано ранами, с которых медленно капала кровь. Белый когда-то комбинезон напоминал нечто похожее на тряпку — грязную, рваную, в бордовых пятнах. Колени сбиты, а на икрах глубокие полосы, словно кто-то ранее вцепился в них длинными когтями и тащил девчонку по земле.

Её изуродованное лицо было достаточно тяжело узнать, но Фреду и смотреть на него не надо было, чтобы понять, кто перед ним лежит. Над кем, крепко обхватив детское тело, склонилась его мать. Ведь он сам выбирал этот джинсовый комбинезон, сам надевал красивые белые носочки с бантиками сзади и сам застёгивал шлейки на небесно-голубых босоножках, одна из которых на данный момент отсутствовала.

Сделав пару шагов, парень опустился на землю, не способный подойти ближе, чем на пару метров. Он не мог видеть Мелиссу. Не такой. Тем не менее сил оторвать взгляд от матери с сестрой он в себе не нашёл до тех пор, пока в паре шагов не услышал грозный голос шерифа:

— Ещё раз спрашиваю, где ты её нашла?

Дёрнув головой, Смит обернулся и, сузив глаза, уставился на девчонку, которую за капюшон толстовки держал пожилой мужчина в форме. Её внешний вид был ничуть не лучше Мелиссы: рваная одежда, всклокоченные волосы с застрявшими сухими листьями и ветками, что свисали сосульками, закрывая бо́льшую часть лица. Девушка с ног до головы была покрыта засохшей кровью и грязью.

Её испуганный взгляд блуждал по земле, пока вдруг не остановился на коленях Фреда, что-то внимательно рассматривая и тут же качая головой. Смит вдруг ощутил неприятное чувство, съедающее его изнутри, однако стоило встретиться взглядом с девчонкой, как всё резко оборвалось. Застыло в ужасе.

Лизи Райт была безумной. И её безумные глаза насквозь прожигали дыру во Фредерике Смите.