Титания из Скрытого листа

Когда она впервые начала себя осознавать, ей было чуть больше года.

Первое, на что обратил внимание её взгляд: пухлые маленькие ручки. Короткие пальцы, похожие больше на сардельки. Но самое главное — несравнимые ни с чем ранее масштабы нового мира.

Всё вокруг казалось таким большим. Ощущение, словно Эрза вновь попала в деревню великанов.

Впрочем, нет. Это было нечто иное.

Она и раньше видела необъяснимо большие объекты, фигуры, людей. Да что говорить: одни драконы чего стоят! Однако сейчас, это даже не было похоже на загадочный Эдолас, красоты и необычность мира которого вызывали удивление и вместе с этим обладали завораживающим эффектом.

Нет, нет. Всё это было не то.

Скорее восприятие сейчас было ровно таким же, как когда под властью магии, она стала ребёнком, а весь мир вокруг неё изменился. Если титания всегда ощущала, что является частью окружения, то тогда это самое окружение смотрело на неё сверху вниз, давя своими масштабами.

Сейчас было ровно то же самое. Хотя нет. Скорее это чувство усиливалось троекратно. А может, и больше, учитывая, что и координация её тела была хуже, чем в тот раз. Намного хуже.

В любом случае, когда воспоминания, похожие на мутный, но реалистичный сон, настигли её, спустя несколько часов, она поняла: Эрза снова превратилась в ребёнка.

Как это вышло? Неизвестно.

Последнее, что помнила волшебница известной во всём Фиоре гильдии: нависшую за долгие годы усталость и расстилавшееся под окном её частного дома поле, усыпанное цветами.

Хризантемы, дикие розы, лилии.

Это благоухание переплеталось друг с другом, создавая приятную симфонию аромата, что успокаивал её под конец жизни. Да. Приключения Эрзы закончились около десяти лет назад, когда её источник начал давать брешь и всё меньше накапливать в себе магическую энергию, а тело становилось непригодным для боёв.

Она понимала, что жизненный цикл — это необратимый природный эффект. А против законов природы, как известно, идти нельзя, иначе можно просто сойти с ума. Например, как Зереф.

Впрочем, Эрзе это было и не нужно. Конечно, старость всегда неприятно осознавать, но она приняла это, как настоящая воительница и одна из сильнейших волшебниц S-класса. А именно: оставив все дела подрастающему поколению, титания поселилась в домике на окраине города и ждала своего часа. В тишине, спокойствии и с клубничными десертами, которые кондитерская Магнолии выпекала эксклюзивно для неё.

И в тот день, как она считала, конец наконец-то настал.

Несмотря на пустоту, которая заполняла тело Эрзы и приближало её к неминуемому окончанию, она ощущала какую-то лёгкость. Прикрыв глаза, в голове титании кадрами проплывали воспоминания.

Остров Галуна… Райская башня… Эдолас… Остров Тенрю и первая встреча с Акнологией… Их возвращение с друзьями… Первые магические игры… Тарторос… Война с Зерефом и империей Арболес…

Все эти приключения, включая столетнее задание, не могли не греть душу бывшей воительницы. Но всё, к сожалению, имеет свой финал… Или нет?

.

— Рэн-тян, — раздался уже знакомый мелодичный голос возле кроватки, где лежала маленькая Эрза. — Ты уже проснулась?

Оторвавшись от своего нового утреннего ритуала — осознавания себя в новом мире и разглядывания своего маленького тела, девочка подняла голову и несколько раз сморгнула.

Её взгляд столкнулся с солнечной улыбкой девушки, что склонилась над ней. На вид ей было лет тридцать. Но если взять в расчёт её постоянно искрящийся огонёк в тёмно-голубых глазах и веснушки, усыпанные по белоснежной коже, которые придавали игривости её образу, то можно было с лёгкостью предположить, что биологический возраст не сильно совпадал с физическим.

Месяц назад, когда Эрза, наконец, начала потихоньку осознавать происходящее, эта девушка была первой, кого она увидела. После смутной и давящей мглы, которая была похожа на то, словно ты тонешь под толщей воды, а затем резкого пробуждения, сложно было понять: кто это и что здесь вообще происходит.

Поначалу Эрза всё списывала на неизвестную ей магию. Но чуть погодя поняла: нет, это не магия, скорее — перерождение. Неизвестно, по какой причине боги решили наградить её таким «подарком», в качестве второй жизни, но как есть. Она не испытывала особого огорчения или паники по этому поводу. Скорее ей больше было интересно: почему воспоминания о её прошлом прорезались вместе с осознанием в новом мире?

Это было похоже на затянувшийся сон, нежели на реальность. Поэтому приходилось проверять: не изменилось ли что-то и не перенеслась ли её душа в какое-то другое тело и место?

Но нет.

День за днём повторялась одна и та же картина. Эрза просыпалась в просторной комнате, где кроме кровати, на которой она лежала, был лишь небольшой шкаф, комод, да и письменный стол. Тело оставалось таким же маленьким и неуклюжим, а через некоторое время к ней подходила эта девушка. Которая, как поняла Эрза, была её матерью в этом новом мире. Ну а её саму теперь звали — Рэн.

— Угу, — неуклюже, едва удерживая своё маленькое тело, девочка приподнялась и уселась на попу, изо всех сил пытаясь сохранять равновесие.

Осмотрев свою кроватку, которая была огорожена деревянными прутьями, её взгляд скользнул на пол. Затем — на собственное тело. Оценив своё нынешнее состояние и навыки, а потом прикинув ущерб от полученных травм, если бы ей пришлось самостоятельно перелезть через прикроватный барьер, Рэн приняла для себя единственно правильное решение, которое не нанесёт никакого урона. Но из-за того, что это решение ей не нравилось, она немного нахмурилась. Затем едва заметно вздохнула и снова подняла взгляд на свою маму.

— Каа-сан, — потянув маленькие ручки в сторону девушки, чётко произнесла Рэн обращение, которое чаще всего слышала из уст новой матери.

Улыбка сошла с лица девушки, и на нём появилось умиление.

— Конечно, Рэн-тян, — ответно потянувшись в сторону девочки, промурлыкала девушка и взяла Рэн на руки. — Ты такая милая, — добавила она, прижимая девочку к груди.

Рэн это не нравилось. Она надула свои маленькие губки, чтобы показать всё своё недовольство. Однако когда мама опустила на неё взгляд, то это, как оказалось, возымело обратный эффект. Умиление в глазах девушки возросло, а на губах снова красовалась улыбка.

И если маленькая Рэн могла лишь продолжать дуться на такую реакцию, то воинственная волшебница континента Ишгар внутри неё и вовсе краснела от стыда, перемешанного со злостью на собственную беспомощность.

Впрочем, всё это быстро растворилось, как только её принесли на кухню и усадили на стул, перекрытый с одной стороны ванильного цвета столешницей.

Она с интересом подняла взгляд на свою новую маму, которая отвернулась, чтобы начать суетиться на кухне.

«Интересно, что будет сегодня?» — подумала в мыслях красноволосая воительница.

В отличие от Магнолии, в этом мире еда была, мягко сказать, довольно своеобразной. Чтобы не поставили перед маленькой Рэн, будь то рыба или мелко порезанное мясо, они всегда сопровождались небольшой тарелкой риса. Обычно детям в её возрасте как минимум дают измельчённые овощи. Нет. Они, конечно, тоже имели место быть на её небольшом обеденном столике, но не так часто, как белый рис.

«А детям в таком возрасте вообще можно рис?» — раздумывала она, продолжая наблюдения за своей новой каа-сан.

— Что бы ты хотела сегодня, Рэн-тян? — поинтересовалась у неё девушка обернувшись. — Пюре из варёной белой рыбки или…

— Клубника! — внезапно в ответ воскликнула Рэн.

— Клубника.? — повторила каа-сан. — Ты хотела бы клубники?

Вообще-то, девочка имела в виду, конечно же, не совсем это. Поэтому её брови слегка нахмурились, а сама она задумалась, пытаясь правильно сформулировать свои желания.

— Клубничный… — она сделала паузу. — Торт.

— Клубничный торт? — удивлённо моргнула каа-сан. — Ты хочешь клубничный торт?

Наконец, на лице Рэн появилась улыбка, и она кивнула.

«Как же сложно…» — фыркнула про себя девочка.

Дело в том, что помимо её слегка опухшего языка и его плохой координации, как и у всего тела, Рэн всё ещё было сложно выговаривать некоторые слова. Не только физические особенности младенческого тела делали это затруднительным, но и лингвистические.

Язык этого мира был незнаком ей.

В этом мире разговаривали на совершенно непонятном для Эрзы языке, который никогда не использовался никем на территории Ишгара. Более того, он сильно отличался от её родного языка.

К счастью, в прошлой жизни Эрзе повезло кое-чему обучиться у таких полиглотов, как Леви и Люси. Поэтому обучаться новому языку на слух не составляло особых проблем, как и примерно понимать некоторые слова. Но даже это не помогало до конца разрушить этот языковой барьер.

— Хм-м… — каа-сан наклонила голову чуть вбок и увела взгляд чуть в сторону задумавшись.

Рэн удивлённо моргнула несколько раз и повторила движение головой за своей каа-сан.

«В этом мире, что… Сложно достать клубничный тортик?» — задалась вопросом она про себя. — «Или их вовсе здесь не готовят?»

От этих мыслей на лицо маленькой Рэн упала тень ужаса.

Однако она быстро рассеялась, как только её каа-сан утвердительно кивнула.

— Извини, Рэн-тян, — она виновато улыбнулась. — Но тебе, наверное, ещё рано есть сладкое. Думаю, через полгодика я угощу тебя твоим первым клубничным тортиком…

«Первым, пфф», — фыркнула про себя Рэн и также про себя скрестила руки на груди, так как в реальности сделать это с такими короткими ручками было сложно. — «За кого ты меня принимаешь, женщина? Я, между прочим, заняла первое место по поеданию клубничных десертов между Саблезубом и Хвостом Феи», — она нахмурилась, продолжая возмущаться. — «И вообще, что за несправедливость? То есть рис мне можно, а тортик нет? Да это просто дискриминация десертов».

Но конечно же, никто не увидел и не услышал её бунта. Однако каа-сан всё же подошла к ней и нежно, немного утешительно провела ладонью по её волосам.

— Надеюсь, ты на меня не злишься? — всё с той же улыбкой спросила каа-сан.

Рэн подняла на неё взгляд. Она заглянула в её тёмно-голубые глаза, где отражалось что-то, что заставило девочку почувствовать приятное тепло внутри. Что-то, что очень походило на заботу и любовь к ней. Она не знала, что значит «материнская любовь» в прошлом. Но если это оно и есть, то ей определённо это нравилось.

Она сделала вздох и натянула улыбку.

— Нет, — твёрдо ответила Рэн-тян.

— Вот и славно, — выпрямившись и хлопнув в ладоши, произнесла радостно каа-тян, отчего у Рэн внизу живота приятно защемило. — Значит, рыбка?

Рэн молча кивнула, на что каа-сан снова вернулась к кухонным принадлежностям.

Девочка продолжала наблюдать за девушкой, периодически размышляя над странными ощущениями, которые она начинает испытывать к своей новой маме.

.

— Кстати, мы сегодня отправимся гулять, — спустя около получаса произнесла каа-сан. — Ты же не против прогуляться, Рэн-тян?

— Да! — в голосе Рэн появилась нотка радости.

«Наконец-то, я смогу оценить все масштабы своего перерождения. Интересно, в этом мире есть магия? Хоть какая-нибудь.?» — мелькнуло в мыслях у маленькой Рэн.

— А ещё нам нужно будет зайти в больницу, — добавила девушка.

— Больницу? — Рэн чуть наклонила голову вбок.

— Не переживай, — отмахнулась с широкой улыбкой каа-сан. — Это всего-навсего плановая проверка. Так что больно точно не будет.

Рэн слегка повела плечами, сделав едва заметный жест их пожатия.

Её не волновала боль, скорее сама постановка вопроса. Больница. Значит, здесь есть больницы? Впрочем, наверное, везде есть больницы. А так как это не её родной мир, что она уже поняла, исходя из языка и странных обычаев, которые не видела ни в одной империи, то интерес в первую очередь вызывало то: как они здесь работают? А если здесь нет магии? Тогда это что-то вроде Эдоласа? А как вообще работали больницы в Эдоласе?

«Интересно», — подумала Рэн, продолжая размышлять над этим после завтрака и собираясь на свою первую в новой жизни прогулку.