То, что нас удерживает

Сектор 27. Город №2. Ночь

Он сидел за рулём, закрыв глаза, когда мерзко задребезжал коммуникатор. Не глядя, он ткнул в светящийся исцарапанный браслет перчаткой и отменил вызов. Коммуникатор зазвонил ещё дважды, затем замолчал. По крыше автомобиля барабанил дождь, его холодные капли иногда шипели и пузырились на облезающей краске капота. Дождь был кислотный.

Загорелся экран бортового компьютера. На нём мелькнула надпись "удалённый доступ". Встроенный в приборную панель динамик выплюнул клуб пыли и прохрипел механическим голосом:

— Офицер Роберт Кук. Перестрелка на западной улице. Задача: оценить обстановку и вмешаться по необходимости. Подтвердите.

Роберт Кук зажмурился, вцепился в рулевое колесо, и сквозь зубы процедил:

— Приказ принял.

Роберт Кук, Офицер третьего ранга, полиция Города №2, сорок лет. Не женат, не аугментирован.

— В случае смерти вас или вашего напарника, отдел лишится премии. — равнодушно сообщил голос — Конец связи.

Динамик затих, экран бортового компьютера мигнул, потом загорелся вновь. На обшарпанном экране теперь горела карта города, с точкой назначения. Она ждала его и его напарника.

Роберт зашипел, с размаху надел на голову лежавший на соседнем сиденье облезлый шлем с прозрачным забралом, приоткрыл дверь, и высунулся наружу.

— Джим! Вызов.

Джим, его напарник стоял под дождём с канистрой в руке и смотрел в небо. Дождь струился по его маске, стекал по композитной броне, падал на землю. Его шлем мерцал одинокой лампочкой светодиода, а по прозрачному лицевому щитку бежали строчки зелёного текста. Джим Мур, двадцать пять лет, офицер первого ранга, механик аугмент второго класса.

Джим не шевелился. Замер в момент, когда наливал топливо в бак машины и задумался, так как иногда делают аугменты. Капли дождя попадали иногда в открытую горловину канистры, и, наверное, шипели внутри. Надпись на канистре сообщала: "Настоящий рециркулированный углерод! Сделаем мир зелёным снова.".

— Джим! Испортишь топливо! — прикрикнул Роберт, и Джим очнулся. Он вздрогнул, будто проснувшись ото сна, кивнул. Торопливо закрыл канистру и топливный бак, забросил канистру в багажник, который закрылся не сразу. Джим сел на пассажирское место, так ничего и не сказав. По его щитку, перед лицом, безостановочно бежал текст. Под щитком мерцали проекторы, они передавали изображение на сетчатку. В шлеме Роберта были похожие, пока он "случайно" их не сломал.

— Бери управление, Джим, озвучь детали. Я знаю, что ты их уже получил.

Роберт отпустил руль и потянулся в "бардачок". Джим дёрнулся, перед его лицом снова побежали строчки текста. Полицейский автомобиль, "Чейзер", рыкнул редким теперь двигателем внутреннего сгорания и покатился по улице. Руль поворачивался сам. Джим заговорил, невероятно спокойным голосом.

— Предположительно столкновение между Железной Рукой и Потерянными. До двадцати человек, до шести единиц автоматического оружия.

Роберт снова зашипел. Он вытащил из "бардачка" коробку патронов. Из кобуры на поясе он достал увесистый револьвер без единой электронной детали, открыл барабан, проверил его, затем начал рассовывать патроны по карманам. Увесистый револьвер, калибр магнум, 50.

— Вот что нам там делать, а? — ругался сквозь зубы Роберт.

— Разрешите слово, сэр? — сказал вдруг Джим. Так же спокойно.

— Говори.

— Вам стоит попросить компенсатор отдачи и новое оружие. Починить шлем. Я не понимаю, зачем вы его отключили.

Джим показал свой пистолет. Электромеханика, тридцать пуль по девять миллиметров в магазине, каждая с тунгстеновым сердечником. Подствольная камера, стабилизатор, беспроводная связь с имплантом аугмента и бессмысленный набор букв вместо имени. Эту модель прозвали "Лис", из-за раскраски первых моделей.

— Чтобы его взломали? — уточнил Роберт.

— Возьмите хотя бы дробовик, сэр. — Джим потянулся на заднее сиденье. По его забралу всё так же бежали строчки текста.

— Вроде вашего "Аллигатора", который тоже взламывают?

Машина катилась по улицам, сама. Ей управлял Джим, даже не глядя вперёд и не прикасаясь к рулю. Джим повернулся на заднее сиденье, где уже давно лежала какая-то коробка, и открыл её. Он развернулся назад с дробовиком, поясом под патроны и коробкой патронов в руках. Роберт удивлённо мигнул. Джим предлагал ему механический помповый дробовик. Правда, с современным прикладом.

— Здесь нет электроники, сэр. Оружейник сказал, что их осталось всего пять и их хотели выбросить. Я попросил их отложить для вас. Стреляет патронами с сердечниками вместо дроби.

Джим протянул коробку, с надписью "slugs".

— Убедил. — вздохнул Роберт. Он принялся облачаться, а машина катилась дальше по улице.

Они вырулили к месту происшествия через пару минут. Роберт успел нацепить на себя патронташ, и явно не собирался с ним теперь расставаться.

С неба падал дождь, шипел иногда на потрескавшейся дороге. В лужах отражались далёкие огни центральных кварталов. Здесь же мерцал одинокий фонарь, мигала вывеска "мед помощь", сверкали огни местного круглосуточного магазина с разбитой витриной, и горел дорогой на вид автомобиль, рядом с которым стояли ещё три разбитые машины, и лежал десяток тел. Дым горящей машины уходил в небо, будто пытаясь слиться с дождевыми тучами.

— Пострадавший. — сообщил Джим. — перестрелка закончилась минуту назад.

У стены на земле сидел старик, и нервно откусывал спрессованный питательный брикет. Его металлическая нога была согнута под неестественным углом, и из неё вытекала синеватая лужица гидравлической жидкости. Левая металлическая рука его висела плетью и подёргивалась. Рядом лежали коробка с брикетами.

Роберт пригнулся и попытался из машины посмотреть вверх, когда их автомобиль остановился рядом со стариком. Роберт глубоко вздохнул, искренне понадеялся, что где-нибудь на двадцатом этаже ближайшего здания не сидит ублюдок со снайперской винтовкой, что играючи прострелит полицейский шлем. Он пинком открыл дверь, выскочил наружу, и тут же сел рядом с автомобилем, озираясь вокруг.

— Никого, сэр. — сказал Джим, и спокойно вышел из другой двери. Из оружия у него был только "Лис".

— Никого не видишь. — поправил его Роберт, но нехотя встал.

— Вам помочь, сэр? — сказал за его спиной Джим, обращаясь, похоже, к старику.

Роберт подошёл к месту перестрелки. Вот лежат члены "Железной Руки". Поблёскивают под непрекращающимся дождём их механические руки, ноги, лезвия, бронированные щитки на лицах. Киборгизация не ниже 30% у каждого. Вот лежат в своих капюшонах "Потерянные", с исписанными татуировкой лицами, и одеждой похожей на средневековые робы. Рунные письмена, символы, и редкое для этих мест оружие, причудливо переделанное, и тоже исписанное рунами. Пылающий автомобиль — дорогой спортивный "Рю", батареи которого будут гореть ещё несколько часов. Разбитые машины вокруг — бандитские. "Железных" было больше, они должны были победить...

Чувство неправильности засвербило в его затылке. Он пригнулся и посмотрел внимательней, пытаясь восстановить ход событий, на глаз. Одно, второе, третье тело убито пулями. Четвёртое. Стычка в ближнем бою бойца "руки" с одним из чокнутых "потерянных". Мощный киборг рвёт на части "Потерянных". Всё, как обычно, но потом картина рушится. Кто-то вмешался, и сделал это кроваво. Отобрал, нет отломил клинок у бойца "руки", расправился с оставшимися, изрубив их на части, и, наступив в лужу крови, которую уже смыл дождь, пошёл...

— Джим! — выкрикнул Роберт, вскинул свой дробовик и развернулся к магазину.

...он пошёл в магазин и не успел ещё уйти.

Джим среагировал — он подскочил, вскинул пистолет. Но это был не старик. Старик закрыл голову руками и из-за светящейся вывески супермаркета на улицу с высоты третьего этажа выпрыгнула какая-то дрянь, приземлилась на землю, и помчалась к Роберту. Яркие огни магазина слепили глаза, мешали разглядеть нападавшего. Джим не выстрелил. Он обмяк и начала падать. Его щиток горел красным.

Тонкая, странная фигура в лохмотьях мгновенно перекрыла дистанцию. Роберт успел выстрелить, но в тот же момент незнакомец дёрнулся в сторону. Тяжёлая пуля пролетела мимо цели, разнесла ещё один кусок витрины и кассовый аппарат. Незнакомец ударил Роберта в солнечное сплетение. Удар выбил дух, и от его мощи треснула композитная броня. Дробовик полетел в сторону, и, звякнув, упал. Роберт попытался ударить в ответ, незнакомец легко перехватил его руку, и бросил Роберта на землю неизвестным приёмом. Мир кувыркнулся, Роберт впечатался в дорогу лицом вниз. Его лицевой щиток треснул. Нападавший схватил его за шею и попытался задушить. Потрёпанная броня полицейского заскрежетала в захвате, но выдержала.

Тогда враг впечатал голову Роберта в асфальт. Сорвал с Роберта шлем и впечатал его в дорогу снова, головой. Мир вокруг поплыл. Прежде чем Роберт отключился, он услышал звук убегающих ног.

***

Очнувшись, Роберт увидел яркий свет. Болела и кружилась голова, в ушах стоял звон. Его тошнило. Свет раздражал. Он двигался влево и вправо, слепил, и усиливал головную боль. Холодные пальцы протянулись к его лицу, раскрыли его веки, и свет приблизился. Роберт заморгал.

— Подержите его. Наклоните голову. Сейчас будет чуть неприятно. — сказал голос. Кто-то схватил Роберта за голову сзади, наклонил. Он попытался дёрнуться, но тело не слушалось. Что-то ужалило его в шею, по сосудам разлилась жгучая пульсирующая боль. Роберт зашипел. Боль быстро стихала.

— Безболезненный вариант не входит в ваш пакет страховки. — сообщил ему голос.

Место укола горело. Жгучее ощущение растекалось по его голове, но с ним уходила головная боль, слабела тошнота, и глаза теперь смогли сфокусироваться на говорящем.

— Медитек, сотрудник DGS-319-B. Вам оказана минимальная необходимая помощь в рамках контракта обслуживание сотрудников полиции города 27-2.

Медик. Медик смотрел на Роберта нагромождением линз, композита, пластика и металла вместо человеческих глаз. Оставшейся человеческой частью лица он улыбался. На его лёгком бронежилете виднелась эмблема — змея обвивающая жезл. За спиной виднелся рюкзак с манипулятором. Рядом с ним лежал раскрытый чемоданчик-диагност, и мерцал индикаторами.

— Аугмент — поморщился Роберт.

Он сидел в маленьком медицинском микроавтобусе, у открытой задней двери.

— Аугмент третьего класса. — чуть кивнул медик и с лёгким жужжанием одна из его глазных линз повернулась — желаете оформить претензию?

Роберт отрицательно мотнул головой. Медик кивнул и встал. Роберт заметил у него кобуру на поясе.

— У вас сотрясение. Вы негодны для использования в ближайшие два дня. Ваше командование уведомлено. Препарат ускорит ваше восстановление. Стоимость лечения может быть вычтена из вашей зарплаты по решению командования. Медитек. Мы будем рады видеть вас снова. Сейчас прошу вас выйти из нашей машины.

Роберт встал, и пошатываясь вышел из микроавтобуса на улицу где всё так же падал мерзкий дождь.

— Ваш шлем. — протянул ему шлем с разбитым щитком Медик.

Роберт нахлобучил шлем на голову. Трещины лицевого щитка мешались перед глазами.

— Где Джим? — обернулся он к медицинскому микроавтобусу, но тот закрыл двери и уехал.

Вокруг стояли полицейские машины. Огни маячков окрашивали улицу в мерцающую мешанину из синего и красного, несколько дронов кружили над следами перестрелки. Кто-то сумел потушить пылающий "Рю".

Дюжина полицейских ходила вокруг него. Индикаторы мерцали на их композитной броне, ярко светилась жёлтая лента периметра. Бойцы с металлическими руками держали современные винтовки и смотрели по сторонам, несколько человек переговаривались над планшетом.

Аугменты. Второй, третий класс, и даже четвёртый. Боец группы захвата возвышался над остальными на полголовы. Он держал огромное оружие в металлических руках, и иногда чуть слышно шумел гидравликой. Скорее робот, чем человек. Сидевший раньше на земле старик исчез, оставив лишь обёртку от баточнка позади. Над землёй кружил полицейский дрон.

Снова накатила головная боль и тошнота. Спотыкаясь, Роберт пошёл к ближайшей группе аугментов, ни одного из которых он не знал. Второй и третий ранг аугментации, насколько он мог судить по мерцающим индикаторам. Аугменты оглянулись на него, молча.

— Где мой напарник? — спросил Роберт.

Они переглянулись — три человека в одинаковой броне, линзы вместо глаз под прозрачным щитком одного из них. Аугмент с линзами дёрнулся и замер. Его забрало загорелось красным и по нему побежал текст. На шлеме возникла надпись: "Удалённый доступ". Кто-то взял тело аугмента под контроль.

— Роберт Кук. — механическим голосом сказал аугмент третьего ранга. Его знаки отличия мигнули и изменились, на них возникла эмблема города — высший ранг в полиции. Два других аугмента вытянулись по стойке смирно, и отсалютовали. Роберт оскалился.

— Комиссар. — чуть не прорычал он.

— Вы не погибли. Ваш отдел не лишится премии. — сообщил ему "Комиссар". Он же начальник полиции.

— Где Джим? — зло спросил Роберт.

— Ваш напарник в ремонте. Угрозы функционированию нет. Он вернётся через несколько дней и будет снова уговаривать вас взяться за голову. Тогда же вы получите назад так понравившийся вам дробовик.

Неестественным движением аугмент наклонился вперёд.

— Почему вы сопротивляетесь, Роберт? Почему не поставите себе имплант? Это повысит вашу оплату. Не будет казусов как сегодня. Зачем вы выключили шлем? Запись с его камер сэкономила бы много времени. — говорил механическим голосом человек, выполняющий роль куклы.

— У вас есть Джим. Запись с его шлема, с его глаз. Сотни камер вокруг. Зачем я вам? Зачем ставить имплант мне? Чтобы я замирал, глядя на дождь?

"Кукла" выпрямилась и недовольно наклонила голову. Из носа аугмента под маской потекла струйка крови.

— Зачем вам вообще люди? Если вы лично могли управлять армией машин. — зло спросил Роберт.

Комиссар. Он же шеф полиции. Он же мэр города. Он же президент управляющей компании города №2. Искусственный ложный разум, признанный эффективным и безопасным.

— У нас нет записей нападавшего. Что видели вы, Роберт?

Струйка крови текла из носа аугмента, и капала с подбородка на броню. Роберт вздохнул.

— Худая фигура. Человеческий рост. Сильный и быстрый, выше человеческих возможностей. Не меньше 70% киборгизации.

— Киборг. — констатировал "Шеф". — вы осмотрите сцену, Роберт. Отправитесь на свой неоплачиваемый двухдневный больничный. Потом вы вернётесь к своим обязанностям, и ваш напарник снова будет уговаривать вас поумнеть. Конец связи.

Надпись "Удалённый доступ" погасла. Аугмент повалился на землю, его подхватили два других. Механизированный человек бледнел, хватал ртом воздух. Второй аугмент покачал головой, и протянул первому ингалятор. Тот приподнял маску, вдохнул ингалятор. А потом стал пытаться оттереть испачканное кровью лицо. Кровь шипела под кислотным дождём.

Роберт покачал головой. Пошёл дальше, к разбитым витринам. Глянул вниз и не увидел патронташ для дробовика, но на бедре по-прежнему висел привычный ему револьвер. Он достал его и крутанул барабан. На него немедленно обратил внимание киборг из группы захвата. Камеры повернулись к Роберту, рассмотрели внимательно его, его оружие, распознали модель, отметили форму Роберта, а потом киборг потерял к нему интерес.

Роберт вошёл в магазин, аккуратно обходя отметки криминалистов. Уставился на случайно уничтоженную им кассу. Прошёл мимо стоек с пищевыми батончиками и журналами, видеозаписями, инструментами. С удивлением уставился на красочную стойку в самом конце зала, разрисованную животными. Один из стоявших там дорогих мешков исчез. Роберт побежал назад. Рядом с кассой лежал окровавленный носитель для кредитов. Роберт был уверен, что сумма на носителе будет равно исчезнувшему мешку. Нападавший на него киборг оплатил покупку.

Снова заболела голова, снова накатила тошнота. Роберт вышел из магазина. Поймал первого попавшегося аугмента и передал свои слова, а потом отправился домой.

***

— Вы достигли цели. Оплата списана с вашего счёта. Спасибо, что воспользовались такси "Пегас".

Механический голос продребезжал потрёпанным динамиком, и такси с облезшей краской открыло дверь. Роберт выбрался наружу.

Дождь закончился. Остатки воды капали с крыш, шипели и пузырились иногда на тротуаре. Ночные прохожие откидывали в сторону пластиковые капюшоны. Здания поднимались на сотни метров в высь, их нижние этажи сияли огнями вывесок. Далеко вдали, в конце улице светился развлекательный центр. "Wish Palace". С клубами, кинотеатрами, и огромным казино, в котором серые ночные прохожие просаживали свои последние деньги.

Снова в ушах раздался свист, снова расплылся мир вокруг. Укол медика переставал действовать. Роберт потряс головой, кто-то толкнул его в плечо, чуть не сбив с ног. Он взглянул на незнакомца. Огромный киборг недовольно смотрел на маленького человека. Его глаза сверкнули красным, и Роберт будто увидел, как тот сканирует его лицо, как пробегают датчики по его треснувшей композитной броне, которую Роберт, как и всегда, взял домой. Как датчики пробегают по отключенным знакам отличия, считывают цифровой код с его идентификатором, и, возможно, проверяют. Действительно ли это полицейский.

Киборг не сказал ничего. Он развернулся и пошёл дальше по улице, не оглядываясь. Роберт сунул треснувший шлем под мышку, и вошёл во внутренний двор ближайшего здания.

Автоматическая камера лениво осматривала большую площадь, где толпились люди. Здесь был рынок. Здесь продавали дешёвую одежду, видео, тривидео и голозаписи, запчасти, электронику, несколько разных типов еды и пойла, а в крытых магазинчиках неподалёку можно было найти оружие. У ближайшего к входу китайца Роберт купил обед в картонной коробке, привычно ткнув пальцем в строчку меню. Китаец сказал что-то на своём языке, но Роберт отмахнулся, расплатился коммуникатором и пошёл дальше. Автоматический переводчик был встроен в сломанный шлем. Несколько человек покосились на полицейского после работы, на его кобуру и вернулись к своим делам.

Он пошёл к "апартаментам", крошечным комнатам, в которых жили многие, в том числе и он. У входа в жилой блок его остановили.

— Мы желаем говорить.

Он развернулся, выхватил пистолет и нацелил говорящему в лоб. Несколько человек поблизости подскочили и отбежали в сторону.

— Нет смысла в насилии, прислужник. — улыбнулся говорящий — Это тело чисто перед законом прислужников.

Тёмный капюшон, будто сошедший из постановок про средние века. Исписанное рунами лицо. Лёгкий бронежилет нестандартной модели, миролюбиво поднятые руки. Три светящихся огня вместо человеческих глаз, что спокойно смотрели на ствол револьвера. Лёгкая улыбка. С Робертом говорил один из Потерянных.

— Говори. — рыкнул Роберт.

Его коммуникатор пискнул. Ему пришёл файл о человеке перед ним. Без правонарушений и наград за поимку. Подлинный.

— Мы желаем знать, не увидел ли слуга машин путь. Не встретил ли его там, где померк наш взор.

— Не говори загадками. — качнул револьвером Роберт.

— Много тел погасло, упало, чтобы не встать вновь. Допустимая потеря. Наш взор не увидел их смерть, не познал образ оборвавшего нить. Этого не должно было быть. Мы пришли с миром. Прислужник, расскажи нам, что увидел ты во тьме.

— Спросите у "Комиссара". — огрызнулся Роберт.

Потерянный наклонил голову. Ствол револьвера, так же висел перед его лицом. Один выстрел и тяжёлый патрон без проблем разнесёт ему череп. Один выстрел, для которого нет оснований.

— Кукла не видит свет и не скажет правды. Скажет ли правду прислужник?

— Проваливай. Я не видел никакого "пути". Только трупы твоих дружков. — прошипел Роберт.

— Прислужник не желает говорить. Быть может, время ещё не пришло? — задумчиво сказал Потерянный.

— Проваливай. — снова мотнул револьвером Роберт.

— Знай, что крупицы света найдут путь во тьме. Все, кроме живых мертвецов. — улыбнулся Потерянный.

— Проваливай! — рявкнул Роберт.

Потерянный развернулся, и исчез в толпе. Вот мелькнул его причудливый капюшон, и вот он исчез. Как будто его и не было.

— Правильно поступил. — сказал старческий голос.

Роберт оглянулся. Тощий старик в изношенном трико стоял поблизости и смотрел на него.

— Внучка была у меня, давно. Связалась с ними. И нет больше внучки... — посетовал старик.

Роберт не ответил. Снова накатила головная боль. Он сунул пистолет в кобуру, и пошатываясь, побрёл к своей каморке. Махнул коммуникатором перед электронным замком, снял перчатку, приложил палец. Дверь привычно пискнула и он вошёл внутрь.

Пять квадратных метров. Душевая кабинка, туалет, кровать, стол и ящик под ним. Шкафчик, дешёвый телевизор на стене, старая фотография на столе, и больше ничего. Он сбросил форму на пол у двери, сполоснулся еле тёплой водой, и повалился на кровать.

Впереди были два дня неоплачиваемого "больничного". Быть может, голова перестанет болеть, и неизвестный вколотый ему препарат подействует. Тогда он снова вернётся в потрёпанный Чейзер, и будет смотреть как Джим замирает под дождём, глядя в небо. Будет очередной вызов. И быть может, его кто-то в этот раз пристрелит из винтовки с одной из крыш.

Он взял со стола фотографию, посмотрел на неё. Положил её назад на стол, лицом вниз, закутался в одеяло и уснул. Автоматика выключила свет. За стеной без окна снова начался дождь.

***

Заброшенная многоярусная автостоянка чернела на фоне небоскрёбов. Окна на этажах давно замуровали бетоном и металлом, давно не работал автоподъёмник, но на стенах мерцали чуть видимые в темноте камеры. Чёрными остовами лежали пустые низкие здания вокруг, а вдали сверкали огни города. Здесь Железная Рука устроила штаб-квартиру.

Большой Билл стоял снаружи, у въезда в здание, как и всегда. Его хромированные ноги и руки поблёскивали в темноте, потрескивал иногда динамик в железной маске вместо половины лица. Огромной механической рукой он потянулся в карман, вытянул оттуда похожую на жвачку пластинку, и вместе с упаковкой засунул её в прорезь на боку маски. Раздалось жужжание. Большой Билл ел еду для киборгов.

Вдали сверкнули фары приближающихся машин. Одна, вторая, третья. Билл сжал кулаки, с шипеньем гидравлики, потянулся было за пулемётом на спине, но передумал. Билл, гора металла и пластика в два с половиной метра ростом, предпочитал уничтожать противников руками.

Он скользнул взглядом по тёмным крышам приземистых зданий напротив, рассмотрел тьму камерой в правом глазу. Оставшийся человеческим левый глаз нахмурился. Он исправит этот недостаток, совсем скоро, и избавится от остатков слабой человеческой плоти. Механик Железной Руки сказал подождать. Совсем чуть-чуть, не так долго, как в прошлый раз, когда Билл заменил позвоночник. Билл рыкнул динамиком, и вставил в маску ещё одну пищевую пластинку. Маска с жужжанием измельчила её.

С визгом шин рядом с ним остановилась первая машина. Худой новичок спрыгнул с подножки и Билл хрустнул металлическими пальцами, показательно.

— Свои, Билл. — ухмыльнулся новичок.

Правый механический глаз зажужжал камерой, пробежал по новичку, побежали строки текста, и Билл кивнул. Внутрь логова ушёл сигнал, и дверь открылась.

— Я догоню! — крикнул новичок водителю. Кто-то хохотнул и крикнул что-то нецензурное. Караван машин покатился внутрь здания. Отремонтированные сотни раз легковые авто, гибридные и батарейные. Дюжина автомобилей, один за другим, пёстро разрисованные чёрной и серебристой краской. Последним огромный грузовик, покрытый армейским камуфляжем. На его кабине были свежие следы от пуль, а бронированное стекло осыпалось осколками.

— Угнали, — похвастался новичок. Он вытащил из кармана синтетическую сигарету, сунул в рот и затянулся. Она вспыхнула сама, без зажигалки. "Не содержит табак! Не вызывает привыкания! Мы гарантируем!", вспомнил рекламу Билл и качнул головой. От новичка поднялась струйка зелёного дыма.

— Десять потеряли. — заговорил новичок, тощий, покрытый наколками. Почти человек, почти без имплантов. Руки новичка дрожали. Кажется его звали Глен.

— Двадцать пять положили! — хвастался он, дрожащими руками перехватывая сигарету. Билл покосился на него человеческим глазом. Глен отходил от первого боя.

— Босс говорит, — энергично размахивал сигаретой Глен, — что мы увели у Деф-тек свежак. Новый! Экспа-класс, прототип... Босс говорит, я очень...

Глен говорил, и мелко дрожал. Тряслась рука с сигаретой, он чуть не выронил её. Он говорил про засаду, про перестрелку, как стали падать люди, как из грузовика Деф-тека вылез мех, как он порвал на части Миллса, которого только вчера посвятили, поставив первый имплант, как...

— Я же ведь полезный. Босс сказал, что полезный. Ведь это так... — размахивал руками Глен. — У меня же есть рука! Вот, она уже прижилась...

Он показал свою металлическую руку. Стальные пальцы не сильнее человеческих и выдвигающееся лезвия. Лезвия, из пальцев, из ладони, из верха ладони, из запястья... Глен не мог замолчать и показывал, как работает его новая рука.

Человеческий глаз Билла зажмурился на мгновение. Он вспомнил, как когда-то давно был таким же. Чуть больше, чуть сильнее, и так же хотел выговориться после первого дела. Тогда у него ещё не было металлических рук, ног, маски, позвоночника, глаза... Тогда в нём было слишком много органики. Когда это было?

Он протянул огромную руку и аккуратно, стараясь не раздавить хрупкого человека, хлопнул Глена по плечу. Глен замолчал, остался стоять, мелко дрожа. Билл чуть дёрнулся и замер. Ему показалось, будто что-то мелькнуло, вдали, в темноте.

— Спасибо. — сказал дрожащий Глен.

Человеческий глаз Билла широко открылся. Он чуть дёрнулся. Не глядя, он схватил Глена за шею и легко, одной рукой задушил. Потом аккуратно положил тело на землю.

Его человеческий глаз дёргался, смотрел по сторонам. В правом глазу бежали строчки кода. Текст был красным. Он попытался скосить глаз на убитого его руками товарища. Почувствовал как его тело движется.

Он почувствовал, как его тело движется само, не подчиняется его командам. Механические руки получали сигнал от электронного позвоночника, и двигались сами.

Он увидел, как с дальней стены, в темноте, на землю соскользнула какая-то тощая фигура. Закутанный в тряпки оборванец, худой, будто скелет. Капюшон и маска скрывали его лицо. Он подошёл ближе, неторопливо и неслышно.

Билл увидел, как его тело повернулось к единственному входу в базу, охраняемому въезду. Его механическая рука подала сигнал в интерком. Тот захрипел.

— Вижу Глен всё ещё трясётся? — хохотнул голос. — Глен, твоё погоняло будет "Хлеборезка". Дуй назад.

Билл скосил взгляд наверх. Камера, что должна была смотреть на вход, развернулась в небо. Мёртвый Глен лежал рядом с ним, а вместо него кто-то другой хотел попасть внутрь, и Билл не мог его остановить.

Билл пытался кричать, но его динамик молчал. В правом глазу он видел, как бегут строки кода, как кто-то отдаёт команды. Дверь открылась. Его спутник чёрной фигурой пошёл внутрь. Неторопливо, будет привидение, неслышно переступая по полу.

— Не отморозь себе там чего, Билл. — посмеялся интерком. — если у тебя осталось что отморозить.

Тело Билла пошло следом за "Призраком", невероятно тихо, как он никогда не умел делать. Он держался на расстоянии.

Внутри базы всегда полутьма. У всех парней оптика. Не у всех, но многих. Они увидят типа в лохмотьях и пристрелят. Двое должны ждать за углом.

Двое охранников дёрнулись и замерли. Потом на деревянных ногах подошли друг к другу стали друг друга душить. Билл видел, как его правый глаз отслеживал пульс. Как пульс остановился. Как наступила смерть. И только после смерти механические тела разжали пальцы, повалились на пол. А потом встали, и пошли следом за ним, механизмы, с мёртвыми владельцами.

Призрак шёл вперёд. Дальше будет развилка, четверо парней будут стоять на страже, выцеливать коридор. Четверо парней, что пришли в банду вместе с ним. Они не смогли сделать Призраку ничего. Дёрнулись, заискрили, от остатков плоти пошёл дым. Их бездыханные тела пошли следом за ним, движимые механическими частями.

Камеры смотрели на их группу и не видели их. Они шли по коридорам, поворот за поворотом, следуя за Призраком. Правым глазом Билл видел, как переговариваются хакеры их банды, как перешучиваются. Он видел как по сети проскакивают шуточные ответы от убитых, что шли вслед за ним. Призрак не прикасался ни к кому, он просто шёл вперёд, и люди гибли вокруг. Они душили друг друга, падали с выгоревшим мозгом, бесшумно кидались друг на друга с ножами, и падали, падали, один за другими, все, кого Билл знал в последние годы. Те, в которых было больше металла и имплантов, шли следом за призраком — армия только что убитых мертвецов. Киборги с мёртвыми телами.

Босс успел что-то понять, как и главный из их техников. Они не упали безжизненно на землю, как все остальные, нацелили оружие на Призрака и его армию мертвецов. Их оружие не выстрелило. Оно отозвалось сухим щелчком, а на нём мигал красный индикатор.

Главный Техник выхватил нож, а Босс достал старинный револьвер, который всегда любил. Молниеносно бросился вперёд Призрак, впервые вступив в бой сам, полетел в сторону револьвер, и два окровавленных тела упали на землю. Призрак остановился, посмотрел на убитых, а затем уставился вдаль. Здесь стоял тот самый трофейный грузовик. Призрак подошёл к нему, посмотрел на кузов. Матерчатый навес на кузове зашевелился. Что-то большое двигалось, вставало под брезентовой военной тканью. Нечто, ради которого Босс потерял двенадцать человек.

Билл не разглядел, что это. Призрак вдруг повернулся к нему. Уставился в человеческий глаз. В черноте его рваного капюшона не было видно лица. Билл почувствовал, как металл вокруг остатков органики его тела нагревается, как бегут искры по его рукам, что не слушались его, накапливают заряд.

В последний момент он успел разобрать в потоках красного текста в правом глазе: "Удалённый доступ". Потом был разряд, и Билла не стало.

***

Мерзко задребезжал коммуникатор. Один раз, второй. Роберт неуклюже повернулся на кровати, не глядя ткнул в браслет рукой, сбросил вызов. Коммуникатор зазвонил третий раз и ударил его током. Роберт рывком сел на кровати и схватился за запястье. Мир качнулся и поплыл, снова зазвенело в голове.

Автоматика не зажгла свет. По экрану коммуникатора бежали обрывки бессмысленного текста. Снова раздался дребезжащий сигнал вызова. Роберт принял его, но услышал лишь обрывки слов.

— ...немедленно... штаб....

Затем "надёжная и бесперебойная связь" оборвалась. Роберт включил телевизор, но на экране увидел лишь месиво из мерцающих зелёных букв. Он выругался, принялся облачаться в форму и повреждённую броню. Он оделся и держал в руках свой шлем с разбитым стеклом, когда в дверь постучали.

Экран видеосвязи загорелся, на нём было зелёное пульсирующее месиво. Роберт взглянул на коммуникатор, проверить время. Экран показывал 77 часов и 97 минут. Роберт зашипел, и нажал кнопку открывания двери. Дверь не открылась, а неизвестный гость забарабанил в дверь снова. Потом раздался подозрительный шорох, и скрежет. Неизвестный начал вскрывать его дверь.

Роберт надел шлем с разбитым лицевым стеклом, достал револьвер, проверил барабан, отступил к стене, и прицелился в дверь. В крошечном помещении просто не было места для баррикад и заграждений.

Через минуту дверь скрипнула и со скрежетом отодвинулась в сторону. В проёме не было никого.

— Это... Джим... Мур. Не стррр... — сказал голос за дверью.

— Выходи. Медленно. С поднятыми руками. — скомандовал Роберт.

Он держал дверь на прицеле, когда в поле зрения вышел Джим. С белым лицом, синяками под глазами, он шёл, спотыкаясь. На шее у него болтался знакомый помповый дробовик.

— Четыре шага назад. — бросил Роберт. Джим послушался.

Мягко переступая, Роберт подошёл к двери и быстро выглянул наружу, но никто не сидел в засаде, не ждал его. Роберт опустил пистолет и кивнул Джиму.

— В-в-в... — стал заикаться Джим, и его прозрачный щиток мигнул на мгновение потоком текста. — В штаб. Со мной. З-з-за мной. Приказзззз...

Джим протянул ему тот самый дробовик, и уже знакомый патронташ. Роберт перекинул патронташ через плечо и проверил оружие. Снова мир качнулся и снова заболела голова. Джим махнул рукой, достал из кобуры свой "Лис", пошёл впереди. Он прихрамывал. Корпус его новенького "Лиса" был сорван и оттуда торчали явно не предусмотренные конструкцией провода, грубо припаянные к начинке умного пистолета. Под воротником полицейской рубашки виднелись медицинские бинты.

— Срочно... вызов... имплант... не залечился — пояснил Джим.

Они кое-как закрыли дверь и вышли во внутренний двор. Джим ковылял и двигался неуклюже, а Роберт держался за голову. Вечно бурлящий мини-рынок куда-то исчез. Пропали толпы, продавцы, а торговые столы стояли пустые. Яркие вывески погасли.

— Что? — оторопело сказал Роберт, оглядываясь по сторонам.

Джим не ответил, продолжил идти к выходу с рынка. "Чейзер" ждал их на обочине. Боковое стекло пропало, в лобовом появилось несколько пулевых отверстий.

— Я в-веду. В-вы... стрелок. П-приказ — сказал Джим.

Он с усилием открыл дверь и уставился на приборную панель. Ничего не произошло и двигатель молчал. Роберт с удивлением смотрел на улицу.

На улице было невероятно пусто. Сверкающие щиты горели через один, но на них мерцала каша из букв и огрызков изображений. Там где раньше было видео и рекламы, теперь текла мешанина из повреждённых символов. Будто расплавленный пластик после пожара, или гниль. Гниль, что отваливалась кусками.

Джим нажал несколько кнопок на приборной панели. Бортовой компьютер не отзывался. Молчал двигатель.

Возвышающийся над улицей "Wish Palace", был покрыт зелёным текстом. Там не играла музыка, не двигались прожекторы, не бежали потоки машин, не плелись толпы в поисках счастья и богатства. На дороге лежал перевёрнутый остов автомобиля.

Джим вышел из машины, хлопнув дверью. Бесстрастное лицо аугмента скривилось, он подошёл к капоту, и попытался его открыть. Электронный датчик замка не отзывался. Тогда Джим отстегнул с пояса большой боевой нож.

— Эй! — выкрикнул Роберт, и схватился за голову.

Снова заболела голова, мир вокруг потерял фокус. Роберт согнулся, и, наконец, увидел все неправильности. Остов перевёрнутого авто лежал на дороге, рядом ещё один. Сбитый столб, и лежащий на земле рядом с ним труп. Новые следы от пуль у входа на рынок. Кровавое пятно на земле, которое кто-то не успел вытереть до конца. Далёкий вой сирен, и поднимающийся вдали дым. Новые и новые подробности, неправильности. Когда и где Джим взял этот нож?

Джим всадил нож под капот, сорвал электронный замок, сунул руку в недра машины и что-то сделал. Из капота в его шлем ударил сноп искр и двигатель Чейзера ожил. Джим захлопнул капот кулаком, и поковылял к водительскому сиденью. Роберт сел на место пассажира, приготовил дробовик. Джим ударил по педалям, Чейзер с визгом покрышек дёрнулся и лихо развернулся. На обочине мелькнула знакомая фигура Потерянного. Раскинув руки, он стоял, смотрел на повреждённый "Wish Palace" и широко улыбался.

Чейзер набирал опасно высокую скорость. Джим резко крутил руль и бормотал под нос, стиснув зубы.

— Механик. Я - Механик. Три. Один четыре один пять девять два шесть пять три пять. Два семь один восемь... Джим Мур. Я, я управляю, не ты.

— Джим. — Роберт всмотрелся в лицо аугмента. На прозрачном лицевом щитке мерцали зелёные буквы, так похожие на цифровую "гниль" на рекламных щитах. Из под шлема Аугмента тянулась струйка крови.

— Вирус. Нужно... в штаб. Операция. Имплант не зажил... — виновато сказал Джим. — Боль. Я управляю. Я, не он. Я механик. Мой номер... Номер... три один четыре пять... нужно. Уйти. Уйти из зоны действия.

Роберт потянулся было к рулю, но мир снова покачнулся.

Чейзер нёсся по улицам. Всё больше разбитых машин мелькало на дорогах. Вот попались первые люди, несколько полицейских, они двигались как пьяные. Кто-то вскинул в их сторону оружие, но не открыл стрельбу. Всё больше вывесок с "гнилью" мерцали на зданиях. Мигали в странном ритме светофоры, где-то что-то горело. Впереди возникла группа военных, над ней возвышался мех, Мех дёрнулся, нацелил в них своё тяжёлое орудие...

Внезапно всё кончилось. Группа расступилась в стороны, позволила проехать, Чейзер резко затормозил, остановился и Джим устало откинулся на кресло. "Гниль" медленно исчезла с его прозрачного щитка.

— Получилось. — выдохнул Джим.

Роберт осмотрелся. Впереди мерцал огнями обычный город. Город №2, с яркой рекламой, прохожими, зеваками у оградительной ленты. Позади лежали пустые улицы со следами битвы, и вывески с "гнилью" на них.

Компьютер авто ожил. Скрежещущий динамик, холодным голосом Комиссара сказал:

— Поздравляю. Вы не погибли, и мне не придётся штрафовать ваш отдел. В командный центр. Немедленно.

Вокруг Чейзера стояли военные. Большая группа военных, и среди них было почему-то очень мало высокоранговых аугментов.