Точка Сбоя - Что то не так

Я работал по сменам — неделя в ночь, неделя в день. Это обычное производство: постоянный гул, лязг металла и этот тяжелый, въедливый запах масла, который пропитывает одежду и кожу настолько глубоко, что даже дома в душе кажется, будто ты всё еще стоишь у станка. В ночные смены, если план выполняли без сбоев, нас отпускали пораньше, и обычно к трем часам ночи я уже был свободен.

Тогда как раз начинался ковид. Город замер, люди попрятались за масками, старались лишний раз не пересекаться взглядами и не открывать рот. Улицы стали какими-то приглушенными, словно из мира выкачали лишние звуки. Я вышел с проходной около трех, наткнувшись на привычный холод и пустоту. Остановка светилась под желтым фонарем, который противно потрескивал и мигал, а ветер гонял по щербатому асфальту какой-то мусор. Время тянулось невыносимо медленно: смотришь на экран телефона — там всё еще три с копейками, хотя по ощущениям прошла вечность.

Автобус приехал ровно в 3:27. Я отчетливо запомнил эти цифры на светящемся табло, когда он, скрипнув тормозами, замер перед остановкой. Двери открылись с тяжелым шипением. Я поднялся в салон и сразу почувствовал кожей, что здесь что-то не так. Внутри не было ни одного стоящего пассажира — все сидели на своих местах, идеально ровно, как манекены, будто ехали здесь с самого парка и никто ни разу не выходил. И среди всех этих застывших фигур оставалось ровно одно свободное кресло.

Я кивнул водителю, буркнув короткое «Здрасте», но он даже не шелохнулся. Он просто смотрел прямо перед собой, вцепившись в руль, не поворачивая головы. Я прошел вглубь, и тишина в салоне начала давить на уши. Мотор работал, но звук был глухим, будто доносился из-за толстой стены. Кресла тихо поскрипывали на кочках, а металлические поручни издавали мелкий, назойливый дребезг, который почему-то выбивал из колеи сильнее, чем полный мрак.

Я сел, достал наушники и включил музыку погромче, надеясь провалиться в полудрему. Тело гудело от усталости, голова была абсолютно пустой. Закрыл глаза, отдавшись мерному покачиванию автобуса, и почти отключился, но внезапно почувствовал на себе чужой взгляд. Это не было мимолетное любопытство соседа. Это было ощущение чего-то пристального и тяжелого, направленного прямо в лицо. Сначала я пытался игнорировать это чувство, списывая на усталость, но оно нарастало, становясь почти физически ощутимым, будто на меня уставились сразу десятки глаз.

Когда я открыл глаза, внутри всё похолодело. На меня смотрели все. Весь салон. Каждый человек вывернул шею в мою сторону под неестественным углом. Лица были скрыты масками, оставляя открытыми только глаза, которые светились каким-то мертвенным, тусклым светом, похожим на отражение луны в мутной воде. Они не моргали. И тут у них начали появляться улыбки. Сначала едва заметные складки у глаз, а потом они стали растягиваться всё шире и шире, хотя сами глаза оставались абсолютно пустыми.

Я сорвал наушники, и в ту же секунду реальность схлопнулась. Исчезли все звуки: ни гула мотора, ни скрежета металла, ни шума шин по асфальту. Остался только один звук — тонкий, невыносимо высокий писк, от которого сводило челюсть и начинало подташнивать. В этой абсолютной тишине по салону пополз шепот. Это не были слова, скорее сухой шелест, как будто тысячи насекомых трутся крыльями друг о друга. И под этот шелест они начали медленно, синхронно подниматься со своих мест, не отрывая от меня своих застывших улыбок.

— Остановите! — крикнул я, оборачиваясь к водителю, но тот всё так же неподвижно смотрел вперед.

Я глянул в окно. Снаружи мелькнула знакомая остановка. Мы проехали её. Через минуту — та же самая остановка. Тот же магазин, тот же столб, та же лавка. Мы кружили в каком-то безумном кольце, проезжая один и тот же участок дороги снова и снова. Тени в масках в это время уже стояли в проходе, медленно сокращая дистанцию, их плечи подергивались в такт этому тошнотворному писку.

— Эй! Вы меня слышите?! — я вскочил, вжимаясь спиной в стекло.

Автобус резко, до скрежета, затормозил. Двери выдохнули воздух и распахнулись. Я не помню, как вылетел наружу, ноги сами вынесли меня на асфальт. Я пробежал несколько метров, прежде чем решился остановиться и обернуться.

Я стоял на той самой остановке. На той, где ждал автобус полчаса назад. Я достал телефон, чтобы перевести дух, и экран резанул по глазам: 3:27. Ровно. Секунда в секунду. Как будто я никогда не заходил внутрь, как будто всё это время я просто стоял здесь и смотрел в пустоту. Автобус за моей спиной закрыл двери, постоял мгновение и медленно растворился в ночной темноте, уезжая в сторону промзоны.

В ту ночь я не пошел домой. Я вернулся на завод, прошел мимо удивленного охранника и до самого утра сидел в раздевалке. Я просто пил воду маленькими глотками и смотрел в пол, стараясь не прислушиваться к тишине. С тех пор я больше никогда не выхожу к дорогам в три часа ночи. Потому что иногда за тобой приезжает не транспорт, а что-то другое.