Тонкая струна контакта

— Выйдите из машины. Предъявите документы.

Инспектор Чапец заглянул сквозь прозрачное стекло черной «Инфинити». На него, не мигая, смотрели два глаза. Странно. Глаза у людей бывают одного цвета, очень редко — разных. Чапец слышал, что это называется гетерохромией.

Глаза женщины, сидящей в машине, быстро меняли цвет. Сначала ему показалось, что они синие, но, когда незнакомка опустила стекло и протянула ему права, глаза оказались сине-черными, мглистыми, как южная ночь в Сочи, где Чапец недавно отдыхал вместе с женой. Инспектор глянул на права, сощурился и прочел: «Арнелла Росс». Должно быть, иностранка. Глаза на фото были ярко-синего цвета.

— Верните документы, инспектор. Я тороплюсь, — голос был слишком низким для женщины.

Чапец продолжал разглядывать лицо Арнеллы Росс. Кожа белая, будто прозрачная, отливает легкой голубизной. Над высоким лбом короткий ежик светлых волос. Судя по правам, возраст шестьдесят пять лет. Но на вид ей тридцать, не больше. Ни морщин, ни складок. Чапецу было с чем сравнивать. Его Лариске сорок пять, а двойной подбородок почти лежит на груди. Вспомнив жену, Чапец напрягся и буркнул:

— Я же сказал: выйти из машины!

Он отступил в сторону и наблюдал, как открылась дверь и наружу одна за другой скользнули две стройные ноги в серебристых туфлях на высоких каблуках. Над туфлями виднелся белый комбинезон, перехваченный на узкой талии серебряным поясом. Арнелла Росс выпрямилась и оказалась на голову выше крепыша инспектора.

Почерневшие на солнце глаза женщины, не отрываясь, смотрели на Чапеца.

— В чем дело, инспектор? Почему меня остановили?

Чапец зачарованно моргал, пытаясь освободиться от ее пристального взгляда, но безуспешно. Ее глаза впивались в голову, пронзали насквозь, заглядывали прямо в мозг. Где-то хлопнула дверь машины. Вроде в кусты метнулась неясная тень. Инспектор ничего не заметил. Он молча отдал права и шагнул назад. Женщина повернулась к машине, взялась за ручку … и вдруг рухнула на асфальт.

— Что ты застыл, как истукан? — рявкнул бегущий человек в сером костюме и белой рубашке с тонкой полоской галстука. – Ты свою задачу выполнил – остановил машину. Теперь убирайся.

— Зря ты с ним так жестко, Зорькин. Посмотри на его лицо. Она его загипнотизировала. Хорошо, что ты ее вырубил, не то стояли бы здесь все вместе и пускали слюни, как идиоты.

К Зорькину, среднего роста и комплекции, подошел другой «костюм». Носком черной туфли потрогал неподвижное тело женщины и махнул рукой:

— Забирайте ее и кладите в машину. Только рот заклейте да мешок на голову наденьте. Вдруг, очнется и попробует нас оболванить.

Два «костюма» подхватили легкое тело и потащили в сторону белой «Газели». Внезапно Зорькин остановился и обошел вокруг «Инфинити».

— Ребята, кто открыл пассажирскую дверь?

«Костюмы» покачали головами. Мозги у Зорькина работали не в пример лучше, чем у инспектора Чапеца. Недаром он дослужился до капитана.

— Она была не одна. И ее пассажир сбежал, — сообразил Зорькин.

Он ткнул пальцем в одного из коллег и скомандовал:

— Бери Валеру и прочешите местность. Он не мог далеко уйти.

— Игнат Сергеевич, а когда найдем его – что делать? – пролепетал подчиненный.

— В Управление. Только тихо. Без шума. Усыпите, как эту.

Двое кивнули и бросились к придорожным кустам. Валера сжимал в руке длинный пистолет с дротиком-шприцем, заполненным транквилизатором. Такие пистолеты использовали, чтобы обездвижить крупных животных.

Зорькин повернулся к инспектору, который до сих пор стоял возле «Инфинити» и недоуменно хлопал глазами.

— Савчиков, возьми этого олуха, и езжайте на его машине. Не хочу, чтобы он стоял здесь с таким видом, будто повстречался с инопланетянином.

Савчиков прыснул смехом и сжал губы.

— А он и так повстречался.

— Разговоры! – рявкнул Зорькин, а Савчиков схватил инспектора за плечо и увлек к «Весте», одиноко мигавшей на обочине.

Зорькин юркнул в фургон «Газели», куда перед этим загрузили тело женщины, хлопнул дверью. Машина свистнула шинами, выехала на дорогу и слилась с потоком транспорта. Один из «костюмов» забрался в пустую «Инфинити», закрыл дверцы и плавно двинул следом за «Газелью». Вскоре место, где только что похитили человека, опустело, и лишь пыльный след шин на асфальте свидетельствовал о происшедшей здесь встрече.

***

— Слушай внимательно. Времени у нас мало. Я не хочу, чтобы тебя схватили. Тебе придется бежать.

Эллерика не умела плакать. Она с детства привыкла подавлять эмоции. Она глядела на бабушку неподвижным взглядом, слушала ее ровный бархатный голос и не могла поверить, что они расстаются.

— Посмотри мне в глаза, Эллерика, — приказала бабушка и вцепилась взглядом в светлые глаза внучки. В глазах обеих замелькали схемы, картинки, символы. Арнелла Росс передавала внучке файлы с заданием. Спустя пару минут свет в глазах погас, и она сказала:

— Сейчас к нам подойдет человек в форме и попросит у меня документы. Как только я выйду из машины и отвлеку его, ты выскользнешь в правую дверь и скроешься. Не ищи меня и не пытайся со мной связаться. Выполняй свое задание. В случае неудачи, если тебя раскроют — свяжись с Руфианом. Он отправит тебя на корабль.

— Что будет с тобой? – тихо спросила Эллерика. Ее рука взметнулась и легко прикоснулась к щеке бабушки.

— Буду следовать плану. Возможно, мне придется работать в трудных условиях, но я справлюсь, — спокойно ответила Арнелла Росс, открыла бардачок и вынула права на вождение машины.

Эллерика молча смотрела, как бабушка открывает дверь, выходит из машины. Потом рука Эллерики скользнула к ручке двери, открыла. Эллерика выбралась наружу и присела. Ее зоркий взгляд мгновенно оценил обстановку. В двадцати метрах от них на обочине стояли две черные машины и один белый фургон. По дороге в обе стороны мчался транспорт. Вдоль обочины, рядом с Эллерикой зеленели кусты. Задержав дыхание, она сгруппировалась, бросилась в кусты, скатилась в кювет. Выпрямилась, нашла ориентир и побежала в сторону серых высоток. При беге она могла развивать скорость до пятидесяти километров в час, но сейчас держалась сорока. Вдруг, ее кто-то увидит и запомнит? Через пятнадцать минут она достигла окраины города, застроенной одинаковыми блочными девятиэтажками, нырнула во двор одной из них и скрылась за придомовыми гаражами.

Бабушку уже схватили. Она сильная, выносливая. Они не смогут ее сломать. Но все же она в плену у землян. Эллерика должна подчиниться. Главное – выполнить задание, помнить о Миссии. Да и бабушка приказала не искать ее. Эллерика упрямо сжала губы. Ей двадцать пять. По стандартам Системы Росс она совершеннолетняя. Она выполнит задание и спасет бабушку. Эллерика скользнула правой рукой по запястью левой — активировала компьютер, и по руке побежали символы. Девушка быстро пролистала файлы и отыскала нужный. Совпадение девяносто процентов. Она загрузила адрес в чип-навигатор, вживленный в мозг, и быстро двинула в указанном направлении.

***

Эллерика шагала по оживленной улице и старалась не смотреть людям в глаза. Проходя мимо торговых рядов, стянула черные очки, надела. У следующего прилавка взяла бейсболку и нацепила на короткие светлые волосы. Свернула в переулок, ускорила шаг, вошла в парк и огляделась. Ее сердце билось часто, но не от страха. Просто у россиан пульс был восемьдесят ударов в минуту.

Наступил вечер, и парк заполнился народом. Эллерика сбавила темп и медленно пошла вдоль скамеек, фонтана с голубями и уткнувшихся в телефоны подростков. С одной из скамеек взяла джинсовую куртку, набросила на плечи. Миновала сиреневую аллею и вышла с другой стороны парка к уличному кафе.

За крайним столиком сидела девушка и пялилась в открытый экран ноутбука. Рядом торчал стакан с газировкой. Вера Желткова, двадцать пять лет. Студентка юридического факультета. Работает уборщицей. Живет одна. То, что нужно.

Эллерика села по другую сторону, сняла темные очки и внимательно оглядела девушку. Волосы чуть желтее и глаза серые. Но, если не присматриваться, очень похожа. Тонкая, хрупкая с виду, с небольшим упрямым ртом и коротким, вздернутым носом. Эллерика терпеть не могла свой нос и ждала лишь возвращения на Росс, чтобы сделать такой, как у бабушки: длинный, с горбинкой. Девушка оторвала глаза от экрана и недоуменно уставилась на незнакомку.

— Вера, мне нужна твоя помощь, — сказала Эллерика и пристально посмотрела на девушку.

— Все, что угодно, — моргнула девушка, не сводя глаз с незнакомки.

— Мне негде жить. Я знаю, что у тебя две комнаты. Одна из них будет моей.

— Одна из комнат. Хорошо, — кивнула Вера.

— Вставай, бери ноутбук, пошли домой.

Вера встала, закрыла ноутбук, сунула его в холщовую сумку-шоппер, надела длинную ручку на плечо и обернулась. Эллерика ободряюще улыбнулась и взяла ее за руку. Девушки быстро направились в сторону жилых домов. По дороге промчалась полицейская машина с мигалкой. Эллерика подняла руку и надела темные очки. У нее получилось.

***

До того, как схватили бабушку, заданием Эллерики было найти подходящую землянку, загипнотизировать ее, сделать послушной, а после убить и занять ее место в земной жизни. Операция называлась «Внедрение» и Эллерика тщательно готовилась к ней. Учила земные языки, историю, знакомилась с обычаями и жизненным укладом. Им с бабушкой предстояло работать в самой большой из земных стран — России, название которой было так схоже с именем их родной планеты Росс 128. Арнелла и Эллерика осознавали важность россианской Миссии в этой земной стране с богатыми культурными традициями разных народов, заселяющих ее обширную территорию.

Теперь, когда бабушку схватили, все усложнилось. Выбор нелегок и решать нужно быстро. Если Эллерика ослушается приказа и вместо того, чтобы выполнить задание, примется искать и спасать Арнеллу — может забыть о Миссии и карьере агента. Ее отправят на Росс. А на место Эллерики пришлют другого. Благо, что к Миссии готовили тысячи россиан и каждый из них был рад пожертвовать жизнью ради достижения общей цели. Но если Эллерика сосредоточится на задании, бабушку могут убить, и она больше никогда ее не увидит. И, кто знает, как отреагируют на Россе на ее решение оставить Арнеллу — ведущего ксенобиолога Института исследований экзопланет Системы Росс в плену у землян? Вину за провал задания Арнеллы могут возложить на нее, Эллерику.

К тому времени, как Эллерика добралась до города, она уже приняла решение. Она выполнит задание и спасет бабушку из плена землян. А для этого ей придется стать Верой Желтковой.

Эллерика выбрала Желткову не только из-за внешнего сходства. У Веры было одно важное преимущество. Она работала уборщицей в управлении ФСБ, агенты которого захватили Арнеллу. Эллерика с документами Веры проникнет в ФСБ и узнает, где держат ее бабушку.

Вера жила в одной из высоток, свечками тянувшихся к небу. Кабина лифта натяжно скрипела, поднимая девушек на двенадцатый этаж. Эллерика разглядывала землянку, пытаясь запомнить ее мимику, жесты, манеру поправлять волосы. Вера стояла с безразличным видом и, не отрываясь, смотрела на разрисованную стену лифта. Будто там вместо нецензурных слов было написано что-то важное и нужное для нее.

В квартире Веры обнаружились две небольшие комнаты, тесная кухня и совмещенный санузел. Уже в лифте Эллерика заметила, что перестаралась с гипнозом. Глаза Веры слипались, она засыпала. И, едва они вошли в квартиру, девушка привалилась к стене и медленно сползла на пол. Эллерика неуверенно глянула на землянку. Оставить ее здесь, возле двери? Нет, у землян так не принято. Она схватила Веру под мышки и потащила в ближайшую комнату, где водрузила на разложенный диван. Подумала – и сняла с нее туфли, поставила рядом. Потом наклонилась и приложила два пальца к шее девушки. Пульс чуть замедленный, но в пределах нормы, дыхание ровное. Убедившись, что землянка в порядке, Эллерика встала и принялась исследовать квартиру.

По россианским меркам здесь был беспорядок. В мойке сохла грязная посуда, на полу скрипели крошки. Окна пестрели грязными разводами и птичьим пометом. Состояние ванной комнаты вызывало у россианки отвращение. Эллерика сняла куртку, сбросила кроссовки, оставшись в широких брюках и коротком топе, пошарила взглядом по обувной полке и нашла мягкие тапочки. Обулась – тапочки оказались впору, и принялась за уборку.

Привычку к чистоте и аккуратности россианам прививали с раннего детства. Дисциплина, самоконтроль, любовь к труду – лишь малая толика качеств, которыми обладал каждый россианин. За годы учебы в школе—пансионате, расположенной на одной из лун планеты Росс, Эллерика научилась работать на земле — возделывать обширные сады и огороды, где выращивали овощи и фрукты для всей Системы Росс, а также убирать комнаты и помогать старшим гуманикам (так на Россе именовали людей).

Из истории Росса она знала, что еще двести оборотов назад россиане пытались использовать для физического труда роботов. Но быстро отказались от этого намерения. Росс строил грандиозные планы экспансии в другие системы, где уровень развития мог оказаться гораздо ниже привычного. Значит, каждый россианин должен обладать базовыми навыками самообслуживания, а не зависеть от роботов-уборщиков, роботов-поваров и роботов-нянек.

Эллерика в быстром темпе убрала квартиру Веры. Два часа спустя окна и пол сияли чистотой, посуда была вымыта и убрана в шкаф, одежда выстирана и аккуратно развешана на сушилке. Удовлетворенно кивнув, она принялась за шкафы. Спустя еще пару часов, довольно оглядев квартиру, приняла душ, надела Верин халат и села в кресло. Эллерика запустила свой ручной компьютер, желая отыскать место, куда отправили ее бабушку. Ничего не вышло. Видно, сеть ФСБ не связана с земным интернетом. Придется следовать первоначальному плану: под видом Веры пробраться в здание Управления ФСБ и вести поиски на месте. Эллерика свернула файлы, разложила кресло и легла спать …

— Кто ты такая? – резкий голос прервал сон Эллерики. Она открыла глаза. Рядом стояла заспанная и очень сердитая Вера.

— Твоя подруга, — быстро ответила Эллерика.

— Какая, к лешему, подруга? Я тебя впервые вижу, — пискнула Вера.

Эллерика поднялась, села. От яркого солнечного света ее глаза быстро потемнели. Разгневанная Вера этого не заметила.

— Мы познакомились вчера в кафе. Я сказала, что у меня нет денег и мне негде жить, и ты предложила пожить у тебя.

— Вроде я газировку пила? – нахмурилась Вера. – Ничего не помню. Может, ты мне что-то подсыпала в напиток?

— Когда я к тебе подошла, ты уже выпила свой напиток. Но, чтобы убедиться, можешь сдать анализ крови.

— Какой, на фиг, анализ? – крикнула Вера. – Я через час ухожу на экзамен. К этому времени будь любезна убраться из моей квартиры.

Вера метнулась из комнаты, хлопнула дверью ванной, откуда вскоре послышалось журчание воды. Эллерика задумалась. Она может убить Веру и забрать ее документы. Но еще слишком рано. Она плохо ее узнала. Вчера в кафе девушка показалась ей простой и милой. Сегодня она орала, словно разъяренная фурия из земных мифов. И как быть с экзаменом? Эллерика может узнать, где находится факультет Веры. И наверняка справится с простым земным экзаменом. Только вряд ли у нее получится обмануть преподавателей и однокурсников Веры, выдав себя за нее. Ее заподозрят, и весь план пойдет насмарку. Нужно время. Однако, она не сможет целыми днями держать Веру под гипнозом. Для этого ей придется неотрывно следовать за девушкой. Значит, придется убедить ее в своей дружбе, стать для Веры нужной и полезной. Эллерика вспомнила, что она читала о дружбе в земных книгах, и облегченно вздохнула. Друзья помогают друг другу.

Снова хлопнула дверь и показалась обалдевшая Вера.

— Это ты навела порядок? Все блестит и ничего не найдешь. Где моя зубная паста?

— На нижней полке в шкафу над умывальником.

Вера прикусила губу. После душа ее лицо посвежело, взгляд прояснился.

— Я не смогу заплатить тебе за уборку. Зарплата только на следующей неделе. У меня едва хватит денег продержаться на хлебе и лапше БП.

Эллерика подошла к Вере и натянуто улыбнулась, обнажив ровные зубы.

— Друзья помогают бесплатно. Хочешь, я еще что-нибудь для тебя сделаю? Мне действительно негде жить, и денег у меня тоже нет.

Вера сняла с головы полотенце, тряхнула короткими волосами.

— Ну, экзамен за меня ты вряд ли сдашь. Я на четвертом курсе юридического.

Она бросила мокрое полотенце на кресло. Эллерика машинально взяла его в руки.

— Слушай, может, сходишь вместо меня на работу? Всего-то дел – вымыть кабинеты и два туалета. Я вижу, ты здорово справляешься с уборкой.

В глазах Эллерики сверкнули едва заметные огоньки.

— Знаешь, у меня нет документов. Можно я воспользуюсь твоими?

— Не вопрос. Там нужен лишь пропуск. Мы с тобой похожи. Даже странно немного.

Вера взяла Эллерику за руку и подвела к длинному зеркалу.

— Ты выше ростом, глаза у тебя синие и волосы слишком белые. И абсолютно чистая кожа. Ни веснушек, ни прыщей, ни морщинок. Что за косметикой ты пользуешься?

— Я не пользуюсь косметикой, — спокойно ответила Эллерика. Ее тело было продуктом развитой генной инженерии Росса.

Вера вздохнула и потерла кончик носа. Эллерика повторила за ней.

— Ничего. Оденешься, как я, и пройдешь. Главное – ни с кем не разговаривай. Только здоровайся, и все будет в порядке. Справишься?

Эллерика кивнула.

— Дай мне свою одежду, пропуск и объясни, что нужно делать.

Вера открыла шкаф, и ее глаза медленно округлились.

— Ты трогала мои вещи? Как я теперь найду, что нужно?

— Просто. Я все разложила по комплектам. Очень удобно. Смотри. Пуловер синего цвета отлично сочетается с бежевыми брюками. А к розовому платью подойдет черный кардиган.

— Если ты будешь здесь жить, запомни: никогда не бери мои вещи без спроса, — отчеканила Вера и сердито посмотрела на Эллерику. – Кстати, как тебя зовут, уборщица? Я так и не вспомнила наше знакомство.

— Элла Иванова, — быстро ответила Эллерика. У нее не было документов на это имя. Но она и не собиралась им пользоваться. Она должна стать Верой Желтковой.