Торжество справедлиости (МД-7)

МИРЫ ДОСТАВКИ

книга седьмая

ТОРЖЕСТВО СПРАВЕДЛИВОСТИ

ГЛАВА ПЕРВАЯ

МЕЛКИЕ ПРОСЧЁТЫ

Минут двадцать я ещё присматривался незаметно ко всем посетителям. На моё счастье Амалия с Шалонером вернулись очень быстро и выглядели очень довольными. Я тут же встал, одобрительно похлопал товарища по плечам и, наклонившись, шепнул ему несколько фраз на ухо. Ведь надо было предупредить о том, что некто так неожиданно оказался в нашей компании.

Лишний стул возле себя, как бы невзначай, я отставил в сторону. Откуда его тут же убрали расторопные официанты.

И лишь затем, сделав небольшой круг, отправился к наследнице Звёздного престола. Похоже, что танцовщица в жёлтых одеждах только делала вид полной незаинтересованности в окружающих соседях. Ведь подходил я к ней сзади и вроде как незаметно, но она ощутимо напряглась как раз перед моим обращением:

- Извините! Но вы не подскажете: куда пропала ваша очаровательная подружка в зелёной маске?

Мой голос звучал в меру развязно, а тело выглядело вполне расслабленно, что бы можно было заподозрить приличное хмельное состояние. После моего вопроса, принцесса очень искусно продолжила играть роль Садалинии. Величественно повернув голову в мою сторону, она презрительным взглядом оглядела меня с ног до головы и шумно рассмеялась:

- Ха-ха! Может вас отвести к ней за руку?!

Голос Патрисия изменила довольно сильно: если бы я не знал, с кем говорю, то и не заподозрил бы. А так знакомые и родные нотки я всё-таки расслышал. Да и глаза, хоть и полностью изменились с помощью линз и неизвестных мне средств, тоже можно было узнать. Это всё я заметил моментально, уже притворно сбившись на оправдания:

- Сегодня мой друг празднует помолвку и мы, все его друзья, хотим, что бы этот праздник запомнился графу на всю жизнь. Но он так и не успел задать несколько вопросов вашей подруге. Может вас не затруднит заменить её хотя бы на несколько минут?

Своими словами я давал отличный повод принцессе оказаться в самой гуще нашего застолья. Ведь недаром она сюда явилась? Значит, наверняка хочет что-то выведать именно у меня или виновников торжества.

А заодно успокаивал её соседа. Тот при первом же моём обращении стал метать молнии одним только своим видом. Ещё бы: неслыханная наглость: отбить Садалинию у того, кого она сама выбрала. Но в данном случае её как бы приглашал хозяин банкета, да ещё и не надолго. Потому то размечтавшийся кавалер ничего не мог возразить. Может и не только поэтому. Ведь связываться с пресловутым бароном Артуром Аристронгом – себе дороже! А знал бы он, с какой дамой империи общается и что ему ничего не светит, вернее – светят чреватые последствия, то ещё бы и обрадовался её уходу.

Тем временем наследница, будучи уверена в своей неузнаваемости, вновь коротко рассмеялась. Но легко вспорхнула со стула и игриво повисла на моём локте:

- Мне наплевать на вашего графа! А вот с виконтессой я с удовольствием пообщаюсь!

Ещё бы! Ведь ей приходилось играть роль махровой матриархатки. Доведя её до нашего места, я быстро сам уселся на стул, а колени сложил и указал на них приглашающим жестом. С внутренним коварством представляя, как она отвергнет моё предложение. Но Садалиния уселась мне на колени с подобным же бесстыдством, что и её подруги. Только от моего тщательного наблюдения не укрылась неуловимая задержка в движениях и дрогнувший от гнева подбородок. Пытаясь воспользоваться полной безнаказанностью, я продолжил свои нескромные поползновения на прекрасное тело и по-хозяйски возложил руки на её талию и бедро. Какой-то момент я смотрел на отводящийся локоть принцессы и уже представлял себя с расквашенным носом, но обошлось. Садалиния расслабилась и стала мило болтать с Амалией.

- Это было незабываемое представление! – восторгалась виконтесса. – Я раньше и представить не могла чего-либо подобного! Как вам удаётся достигать такого совершенства?

- Для нас танец - самое простое и естественное действо. – Патрисия говорила так уверенно, что никто бы и не засомневался в её словах. – Перед тем как научиться ходить, наши девочки уже умеют танцевать.

- Но это же очень трудно?

- Нисколько!

- У вас же совсем нет детства в таком случае?

- Наоборот: у нас самые счастливые дети.

- Ну а можно достичь вашего умения, скажем в моём возрасте?

- Увы! Совершенно невозможно!

- А если барабанщиком? – включился в беседу граф Шалонер. – За сколько месяцев можно выучится?

- С вашим возрастом и до старости не успеть! – засмеялась фальшивая Садалиния. – Да и зачем оно вам?

- Да это не мне. Это барону захотелось, как можно чаще находиться в вашем обществе. К тому же он хвастался, что у него превосходное чувство такта. И ритм он словно через себя пропускает.

- Так ведь барон, - принцесса оглянулась на меня, - Ещё старше!

- Это он просто так солидно выглядит! – засмеялся граф. – Он даже попадает в кандидатский лимит и имеет все шансы завоевать руку наследницы престола.

- Да, мы тоже наслышаны о его бурной и увлекательной жизни! – на мгновение девушка на моих коленках замерла, ощутив как моя ладонь трепетно ласкает её коленку. – Но я бы на месте принцессы сразу бы отвергла таких ухажёров. Ведь они всю жизнь будут наставлять несчастной женщине рога!

- Всё зависит от того, с какой точки зрения рассматривать те или иные моменты! – глубокомысленно изрёк я. Тем самым, дав танцовщице новый повод для насмешек:

- Но ведь граф Шалонер, например, – совсем другая личность. Это сразу заметно. Ведь признайтесь граф: вы бы ни за что не стали ощупывать посторонних женщин, если у вас есть избранница?

- Конечно! Никогда в жизни! – со страстью воскликнул не менее фальшивый граф, и погладил Амалию по спинке. – Но я вообще то однолюб, и влюбиться мне дано только раз….

- Тогда я вас поздравляю! Только мне интересно: как вам удалось найти друг друга в этом хаосе мирского круговорота?

- А здесь тоже виновата наша принцесса! – засмеялся мой товарищ. – Она просто-напросто приказала срочно найти себе невесту.

- А вы её так и послушались?

- Попробуй только не послушаться!

- Она что, такая ужасная? И грозная?

- Хуже! – чуть не плача воскликнул граф Шалонер. – Она пригрозила лишить меня всего состояния! А я и так в глубоком финансовом кризисе….

- И это вы называете кризисом?! – танцовщица обвела ручкой наш стол и весь зал ресторана. – Такого застолья и император себе позволить не может!

- О! После этого банкета я окажусь в таких долгах, что мне не позавидует самый последний нищий!

- Зачем же вам, милочка нужен такой бедняк? – обратилась Садалиния к довольной Амалии. Рука моего друга так и продолжала гладить её по спине. Впрочем, как и моя рука по коленке принцессы.

- Вы ведь тоже бедны, но не расстраиваетесь из-за этого? А мне достаточно, что бы мой мужчина меня любил. Остальное – неважно!

- Да, любовь – самое важное чувство в этом мире! – согласилась девушка, так удобно расположившаяся на моих коленях. И в тот же время почувствовавшая, что мои поглаживания не прошли бесследно. В первую очередь для меня. Своей почти обнажённой попкой, она ощутила солидное вздутие на моих штанах. И тут же принялась с какой-то мстительностью, ещё больше ерзать по моим коленям. Вводя меня в состояние ещё большего возбуждения. И не прерывая нити разговора:

- Вот только похоть – портит все самые высокие и светлые чувства!

Она видимо ожидала поддержки на свои высказывания, но Амалия неожиданно встала на мою сторону:

- Похоть тоже нужна нашим телам! И любви без неё тоже не будет. Да и вы, Садалинии, почему вы всегда себя ведёте так развратно и без малейшего признака стыда?

- Вообще то…, мы стараемся не распространяться на эту тему, - чуть ли не засмущалась принцесса. – Но могу вам немножко приоткрыть тайну нашего поведения….

- О! Мы слушаем со всем вниманием!

- Дело в том, что после выступлений, которым мы отдаём просто неимоверное количество энергии, нам необходимо эмоциональная и физическая разрядка. А что в таком случае подходит больше всего? Догадались? Правильно! Так что для нас такое поведение вполне естественно.

- Надо же! – воскликнул я ей на самое ушко. – Так почему же мы до сих пор сидим за этим столом?!

Садалиния даже растерялась от моей наглости. К тому же моя вторая рука приподнялась выше и со страстью стала ласкать её грудь. Танцовщица повернулась ко мне и с превеликим апломбом заявила:

- Но мужчин для своих утех мы всегда выбираем сами? А вы явно не в моём вкусе!

- Но я не особо то заметил чрезмерное ваше внимание к тому несчастному, который говорил с вами вначале! Или за этим столом вообще нет подходящей кандидатуры? Весьма странно, как для не переборчивых Садалиний! Вам не кажется?

- И среди нас встречаются исключения! – похоже, Патрисия уже еле сдерживалась от гнева и с жестокой брезгливостью отбросила мои руки от своего сладкого тела. – Но в любом случае только мы можем начинать ласки или давать разрешения на простое прикосновение к нашим телам!

- Странно! Но вначале вы ведь не возражали против моих прикосновений! – при этих словах я постарался придать себе вид самый обиженный и растерянный. – Чем же я так не угодил очаровательной Садалинии?

- Да всем! Хоть бы даже своей невнимательностью. Может, я голодна? Или пить хочу?

- Извините! – граф Шалонер во все глаза наблюдавший за нашей перепалкой, попытался остановить уже приподнимающуюся танцовщицу. – Это явно моя вина!

Но договорить ему не удалось. Как раз в этот момент официанты замелькали вокруг нас. Убрали несколько тарелок с общего стола, поменяли нам приборы и водрузили перед нами огромное блюдо. Тут же раздался торжественный голос главного распорядителя. Но говорил он тихо, для узкого круга:

- Ваш заказ подан! Рыбное дерево с плодами кугурди! Приятного аппетита!

Встающая принцесса замерла, а потом снова уселась мне на колени. И эдак осторожно спросила у виконтессы:

- А что это за пища?

Вот я и влип! И она ещё притворятся удивлённой и незнающей! Как всё-таки плохо, когда твоя любимая всё о тебе знает. Да ещё и чуть ли не все с тобой пробовала. Удивить её бесполезно. Помимо этого она ещё и воспользоваться может своим знанием. Мне же во вред! Как в данном случае. Вот только очень плохо, что о рыбном дереве на Оилтоне вообще знали единицы. Если бы хоть не Амалия! Она то не вовлекалась в нашу тайную игру. Поэтому затараторила весело и непосредственно:

- О! Это какое-то очень редкое блюдо, компоненты которого выращивают только на далёкой планете Лаишар. Я с графом ещё никогда такого не пробовали, но барон Артур утверждал, что мы не пожалеем. Такого вкусного удовольствия редко где можно найти во всей Галактике.

- Барон Артур?! – мне показалось, что по телу принцессы прошло некое электричество. Она тут же повернулась ко мне, отстранилась и заглянула, кажется, в самую душу: - Барон! А расскажите ка: где это вы уже пробовали это самое «дерево»?!

Самодовольная улыбка прятала мои неимоверные мыслительные потуги скрыть лихорадочный поиск ответа на поставленный вопрос. Ну надо же так попасться! Но ведь я не предполагал, делая заказ, что моя любимая в момент его доставки будет сидеть на моих коленях. И я почувствовал, что надо говорить только правду. Ну, или почти правду.

- Длинная история! Но вы помните, я вам рассказывал о своём знакомстве с Тантоитаном Парадорским?

Обращался я в первую очередь к графу и виконтессе, но заметил, что и принцесса чуть ли не кивнула головой вместе с ними. Но глаза её смотрели так холодно и расчётливо, что ошибиться в датах мне было не позволительно. Ведь я с ней пробовал рыбное дерево за год до моего беспамятства и соответственно не мог рассказать молодому баронету о подобном деликатесе при личной встрече. Но ведь мог Тантоитан поддерживать тайные контакты с бароном Зелом Аристронгом в то же самое время? Мог! Вот этим я и воспользовался.

- Так вот, именно он года два назад при разговоре с моим отцом похвастался, что попробовал пищу достойную богов. И рассказал где, что и откуда. А мой отец решил меня побаловать разносолами. Вот таким образом мне и удалось несколько раз поблаженствовать в моей отделённой от всего мира крепости.

- Ваш отец - весьма заботливый человек…! – с отрешённой задумчивостью проговорила принцесса. А граф Шалонер постарался, как можно быстрей перевести разговор в другое русло:

- Наши тарелки уже полны и запах просто изумительный! Начинаем пробовать! Разве только нужны особые напитки для такого угощения….

- …Сухое розовое вино, - все в той же задумчивости проговорила венценосная танцовщица, но тут же спохватилась и виновато улыбнулась: - Мне так кажется!

- Совершенно верно! – раздался голос вездесущего распорядителя, и в наши фужеры полилась розовая жидкость.

Интересно, она специально проговорилась, или действительно сильно задумалась? Как бы там ни было, она всё-таки встала с моих колен и уселась на предоставленный стул. Кушать в маске конечно очень неудобно, но она решила не отказываться от такого угощения. Левой рукой фальшивая танцовщица приподнимала маску и заодно прятала открывающийся подбородок, а правой подносила вилкой ко рту кусочки рыбного дерева и пряные дольки плода кугурди.

Видя такое действо, я не сдержался от небольшой шпильки в её адрес:

- Маску можете и снять! Здесь все свои. И люди очень порядочные. Никто вам особым вниманием надоедать не будет.

Садалиния спокойно прожевала пищу, проглотила и лишь затем соизволила мне ответить:

- Я сразу заметила вашу порядочность! И «свойские ручки» тоже обошли меня тщательным вниманием.

- Но ведь после того, как вы доказали свою неповторимую исключительность, мои руки готовы служить только для вашей защиты! Да и вообще: в таком месте и на такой празднике женщины и мужчины должны вести себя проще и податливее. Честно говоря, я бы предпочёл, что бы и вы оказались такой же ветреной сегодня, как ваши остальные подруги Садалинии.

И глазами указал на возвратившихся как раз за стол двух других танцовщиц. Которые тут же забыв о своих прежних симпатиях, принялись заигрывать с новыми мужчинами.

Даже сквозь маску я отчётливо увидел знакомую и презрительную ухмылку на личике любимой. Но гнев на развязного барона так и не выплеснулся. Лишь на некоторое время, она демонстративно замолчала, наказав меня высокомерным молчанием.

Не слишком то из-за этого расстроившись, я весело переговаривался со своими друзьями и громко комментировал последующие выступления самых разнообразных артистов. Граф Шалонер тоже старался изо всех сил заражать весельем окружающих. И уже чуть ли не под утро Садалиния в жёлтых одеждах вновь принимала участие в разговорах и даже соблаговолила станцевать со мной два танца. Как ни странно, никто из гостей не пытался пригласить «мою» Садалинию на танец. Хотя за её подружек постоянно возникали, чуть ли не потасовки.

Танцевали мы с ней конечно странно: я страстно пытался привлечь её к себе, а она время от времени не менее яростно пыталась вырваться из моей стальной хватки. А потом расслаблялась и позволяла моим рукам делать, что им заблагорассудится. От подобного я был вне себя от счастья и удовольствия. Вернее даже не удовольствия, а блаженства. В конце второго танца мне даже показалось, что Патрисия сама прильнула ко мне всем телом и еле сдерживает себя от более смелых действий. В сознании мелькнула яркая мысль:

«Она меня узнала! Вернее уже давно знает кто я! И только ждёт, пока я сам во всём признаюсь! И верит в меня! И любит!!!»

От сиюминутного признания и своего разоблачения меня остановило два фактора: неожиданно закончившаяся музыка и нестерпимый и неприятный зуд по всему почти телу. Помимо этого Булька ещё и обругал меня:

«Да у тебя никакой силы воли нет! Словно тряпка стал! Сейчас не время предаваться слюнтяйству влюблённости! Очнись! А-у-у!!! Отпусти даму, а то задушишь! Вот так, молодец! А теперь отведи и усади её на место! Ну, чего замер?! Теперь извинись и сошлись на неожиданные воспоминания о первой любви….»

К тому времени я уже отошёл от любовного дурмана, вызванного необычайной физической близостью, и действительно извинился за дерзость. Добавляя при этом:

- Вы мне очень напоминаете ту самую прекрасную и единственную женщину, которая сводит меня с ума одним лишь прикосновением.

На что Садалиния страшно удивилась:

- Но вы же хотите жениться на принцессе?! Как же вы можете её обманывать?

- Кого? Принцессу?! Так ведь я в неё и не имел времени влюбиться. Вот когда отпразднуем свадьбу, тогда я в неё и влюблюсь. Без спешки и без лишней суеты.

- О-о! Жаль, что я с ней не знакома! – Патрисия осудительно качала головой в стороны. – Я бы ей поведала о вашей непорядочности.

- А можно подумать наследница престола сама собирается тут же влюбиться в своего избранника! Ей нужен просто настоящий мужчина, непревзойдённый воин, талантливый стратег и тактик, знаток самой современной техники и разбирающийся во внешней и внутренней политике. Ну и как, скажите, она обязана выбирать? По зову сердца?

- Вообще-то вы правы….

- И лишь со временем она меня полюбит, - продолжал я, - И будет счастлива до нашей глубокой старости!

- И вы умрёте в один день?!

- Конечно! Иначе не стоит и стараться! – подтвердил я заключительные слова из старых сказок.

Через некоторое время Садалиния в жёлтом одеянии грациозно прошла в сторону дамской комнаты. А пока я перебросился десятком слов со счастливо улыбающимся Фонарём, как-то незаметно из зала испарились и остальные танцовщицы. Свободные мужчины сразу забеспокоились, забегали в поисках пропавших богинь танца. А мужчины со своими постоянными спутницами лишь печально водили по залу глазами. Лишь сидящий напротив журналист блаженно вздохнул и прокомментировал:

- Окончен бал! Исчезли все красотки! Затихла музыка и полумрак пропал. Последний тост с последней рюмкой водки…. И кто-то в чёрном, страшный счёт подал….

Видимо Фонарь первым заметил приближающегося ко мне главного распорядителя с подносом и, как всегда, не преминул блеснуть остроумием. Он слыл человеком, весьма знающим и опытным, так что прекрасно догадывался о крупной сумме, которую придётся заплатить хозяевам застолья. Граф Шалонер вздрогнул и стал ниже ростом, Виконтесса Амалия попыталась разрядить возникшее напряжение смехом, но это у неё получилось так неестественно, что пришлось тут же замолчать и спешно прикрыть рот платочком.

Я полуобернулся и царственным жестом подозвал распорядителя к себе. Одновременно доставая чековую книжку.

- Ваша Светлость! – и вместо моментально убранной тарелки передо мной оказался поднос весьма старинной работы и несколько листков отпечатанного текста. Просмотрев сразу в конец столбика цифр, я не смог скрыть своего удивления и прошептал чуть в сторону:

- Мг! Даже так? У вас что, праздничные скидки?

- Ни в коем случае! – мне отвечали тем же шёпотом, предназначенным лишь для одного слушателя. - Просто остальные гости в знак признательности за доставленное удовольствие от просмотра выступления Садалиний, оплатили их приглашение. Инициатором и основным спонсором этой оплаты выступил барон Джек Лугов. Он со своими друзьями сидит за первым от главного прохода столом. И поднимает бокал в вашу честь….

Я проследил глазами в указанном направлении и увидел довольно улыбающегося мужчину огромного роста. Того самого, которыйподбадривал меня во время поиска по залу принцессы. Я тоже встал и сделал приветственный взмах рук в его сторону. Вереница газетных заголовков пронеслась у меня в памяти, и я таки вспомнил, сопоставив с именем, что Джек Лугов один из самых поворотливых дельцов в мире столичного бизнеса. Его инвестиционные банки за последний год здорово потеснили на внутреннем рынке, казалось бы, незыблемые финансовые столпы даже такого галактического конгломерата, как Доставка. Сделав себе зарубку в памяти, я уселся на стул и продолжил слушать пояснения главного распорядителя:

- …Вашу личную выпивку оплатил вон тот господин, в самом углу зала. Он лишь сказал, что является близким другом вашего отца….

Пришлось кивнуть и в ту сторону, хотя человек мне был явно незнаком. Более того: вызывал подозрительность. Что это за друг отца? Странно, что Зел Аристронг мне о нём ничего не рассказал.

- …Заказанный вами деликатес оплатили господа с того столика, где стоит высокий канделябр со свечами….

Вот тебе и раз! Никого из той компании я тоже не мог вспомнить. Да что ж это сегодня здесь творится?!

- …Большинство гостей графа Шалонера тоже решили оплатить блюда ими же и заказанные. Чаще всего вместе со стоимостью выпивки….

- Просто невероятно! – пробурчал я, поспешно выписывая чек и ставя размашистую подпись. – После посещения вашего ресторана у меня останутся незабываемые впечатления!

- Всегда рады видеть всех Вас вновь в нашем прославленном ресторане! – главный распорядитель источал такую радость и благожелательность, что его можно было на хлеб намазывать вместо масла. Когда он удалился, я обратился к напряжённо застывшему графу. Он ведь так и не увидел до сих пор суммы счёта:

- Расслабьтесь, дружище! Всё-таки миледи оказалась права!

- В чём именно?

- Общение со мной приносит счастье и удваивает капиталы!

- Та намекаешь, что нас покормили бесплатно?

- Не совсем так, но я уплатил примерно лишь десятую часть от положенной суммы….

- А остальное? – вырвалось у Амалии.

- Остальное нам оплатили многочисленные друзья в виде угощения….

- И Садалиний?! – не поверил Цой Тан.

- Их тоже! Ведь не даром мы разрешили любоваться этим чудом всем здесь присутствующим посетителям. Да и не только им. Закон равноденствия: ты людям – они тебе! И все довольны!

Мой друг вздохнул с неимоверным облегчением:

- И все смеются….

- Ну, не все! – возразил я, кивая головой в сторону Фонаря. – Некоторые просто плачут от счастья.

- Ах, барон! – журналист очумело помотал головой. – Я вам расскажу чуть позже слишком длинную историю для этой ночи. И вы тоже прослезитесь….

- Ну, хоть в двух словах?!

- Нет, нет! И не просите! Моё сердце и так разрывается от свалившихся на меня сегодня событий….

- Наверняка и вы стали жертвой большой любви? – предположила Амалия.

- Увы! Если бы только жертвой…, - Фонарь после этих слов что-то вспомнил, метнулся взглядом по залу и вскочил с места и помчался к выходу. До нас только и донеслось: - Извините! Но мне срочно….

Глядя ему вслед, я сообразил, что и мне пора хоть немного отдохнуть. Хвастаться и бахвалиться я умею, но экзамен есть экзамен. Если на первом отсеяли, чуть ли не восемьдесят процентов рвущихся к принцессе аристократов, то и на втором могут продолжить те же драконовские методы.

Поэтому я стал прощаться со своими друзьями и с теми, кто ещё оставался за столом. Как ни странно Амалия тоже захотела побывать в нашей гостинице. Резонно отвергнул невразумительные отрицания графа Шалонера:

- Мы ведь с тобой уже обручены! И теперь я могу спать с тобой где угодно! Матушка и слова не скажет.

Краткий отдых Николя мог оказаться под угрозой, поэтому пришлось мне вмешаться с самым суровым видом:

- Прошу не забывать, что на меня до сих пор ведётся охота! И враги не останавливаются ни перед чем. Так что спать лучше не в моём окружении!

- Прошлую ночь мы тоже так думали, - Амалии нельзя было отказать в последовательности. – И моего любимого чуть не убили….

- Это была явная ошибка! А скорей всего хотели добраться до моей шкуры.

- Но ведь и сегодня может повториться подобное….

- Сегодня охрана будет на чеку, И подобное не повториться.

- И всё-таки мне кажется, - не сдавалась виконтесса, - Что возле вас, барон, намного безопаснее. Да и счастье вы приносите однозначно!

- Не стоит так верить шуткам!

После этих слов я поцеловал ручки Амалии, ещё раз поздравил Цой Тана с предстоящим в скором времени бракосочетанием, и покинул расцвеченный невообразимыми огнями ресторан «Фаворит».

Моего любимого детища, созданного по личным эскизам флайера, на проспекте уже не было. Да и Нирьял мне доложил, что целый сонмпраздно шатающихся прохожих исчез недавно в неизвестном направлении. Что было вполне естественно: принцесса ведь отправилась во дворец. Хайнек со своими людьми за ней. А Энгор Бофке за ними в пределах видимости сотен глаз и тысяч приборов. Что мне весьма нравилось: меньше у меня будут путаться под ногами.

Поблагодарив начальника охраны за отличную службу, я попросил его сразу же позвонить на кухню ресторана и заказать мне в номер обильный ужин, совмещённый с завтраком. Когда у Нирьяла от удивления чуть глаза не вылезли из орбит, пришлось пожаловаться:

- Ты бы знал – какие в этом ресторане цены! Голодный остаёшься после тамошних разносолов, как бегемот среди ледников. Красота – а кушать хочется всё равно. Так что пусть к моему приходу всё подадут к номеру.

Лишь только усевшись во флайер, я вызвал Николя на поздний ужин, а всё остальное время пути внимательно слушал, что мне рассказывал бодрствующий на связи Роберт.

Начал он с того, что миледи вполне успешно закончила переговоры с засевшим на орбите предателем. Ей удалось уговорить инженера сдаться, на весьма выгодных для него условиях. Вплоть до полной впоследствии амнистии и не предоставления его властям для суда и следствия. С возможностями Синявы Кассиопейской такой вариант выглядел вполне приемлемым и допустимым. Главное, что предатель согласился на полное сотрудничество и добровольные допросы под действием домутила. Вдобавок мидели пообещала ещё и по-королевски наградить предателя, если его информация окажется ценной и выведет на след главного врага или его ближайших подручных.

Против награды особенно возмущался Малыш. Но все его крики и увещевания пропали втуне. Даже игнорировалось то, что он стал пророчествовать о том скором времени, когда все служащие яхты поймут, как выгодно быть предателем у миледи. А уж перед уходом на пенсию – и подавно. И все поголовно пойдут на классическую измену. Но Синява отреагировала весьма неадекватно на крики, и пророчества: наоборот ещё немного добавила к будущей награде. В данный момент Армата уже находился в пути на орбиту и собирался в скором времени начать выпытывать самые важные сведения у преступившего закон инженера.

Алоису удалось раскопать все данные по так называемому делу «Клона». Именно так мы называли моего двойника, очень похожего на меня в молодости. Которого по нашим начальным предположениям враги явно послали то ли на смерть, то ли на отвлечение внимания.

Как ни странно «Клон» имел все шансы остатьсяв рядах кандидатов. Пока! Ибо его отцом оказался мало кому известный герцог Октар Малрене. Титулованный хозяин, пожалуй, самой отдалённой части Оилтонской империи. Под рукой Октара находилосьоколо сорока почти незаселённых и жутко бедных планет, которые вращались вокруг двух, слабо мерцающих от старости звёзд. Именно из-за подобного мерцания, система и называлась Звёздные Блики.

Сам герцог Малрене никогда в истории не посещал ни саму столицу империи, ни её центральные части. Вернее подобное происходило не только с ним, но и в течении уже нескольких поколений. Власть в системе переходила от отца к сыну, и только при возведении на герцогство в столицу отправлялись данные и все пробы крови, тела и анализы ДНК нового правителя. Символические налоги оттуда платились исправно, пиратов не было, громких преступлений тоже. Военные действия вести там тем более было не за что. Да и не с кем. Мирная, забитая суевериями глушь да отсталая и плохо развитая инфраструктура. И людей: раз, два и обчёлся. В некоторых захудалых баронствах обитателей было в сто раз больше, чем в громогласном герцогстве Октара Малрене. В общем, жили там люди очень скучно, и только недавно перестали считать, что суша держится на трёх китах.

А вот непоседливый сын герцога решил попытать счастья в Большом мире. И с вполне амбициозными планами отправился в столицу. Звали его так высокопарно, что даже я рассмеялся, когда услышал имя. Цезарь! Ни больше, ни меньше! Натуральный Цезарь! Как раз с таким именем только и править империей!

Естественно, сделать, вырастить, воспитать и натренировать клона в такой глуши намного проще. Это Алоису сразу стало понятно. И он моментально отправил в систему Звёздные Блики ребят из хорошо зарекомендовавшего себя сыскного агентства. Того самого, которое помогло барону Зелу Аристронгу в разоблачении своего главного врага. Ребята уже находились в подпространстве, и оставалось только ждать от них каких-то результатов.

А на Оилтоне за Цезарем следило столько глаз и видеокамер, что Роберт высказал предположение:

- Может, он вообще сотворён с помощью магии? И представляет интерес для учёных всего мира? Мне кажется, за ним следят даже спецслужбы Доставки. Вокруг него не протолкнуться! Столько наблюдателей, что он сам похоже в шоке. Ходит потерянный и поминутно оглядывается. А сегодня вечером нескольким особо настойчивым следопытам набил морды. И, по рассказам свидетелей, набил очень красиво, грамотно и профессионально!

- Ну ещё бы! Я в молодости похлеще был! – но моё хвастовство Роберта только рассмешило:

- Да ты не радуйся заранее! Вот смеху то будет, если Клон тебя на всех соревнованиях и экзаменах обойдёт!

- От разбитого носа и пустого кармана – не зарекайся! – ответил я старым изречением. – Ну и ладно, с этим типом всё ясно. А что ещё новенького произошло?

Хоть время и было ночное, почти никто из ребят не спал. Но и не отдыхал, как я с Цой Таном. Шекун не поднимался из подвальных помещений особняка, ведя совместно с доктором постоянное наблюдение за пациентами и пленными. Комендант Шилони всё ещё находился без сознания, и следовало опасаться за его умственные способности в будущем. Спасённые узники постепенно оживали физически, но ещё долгое время от них вряд ли мы добьемся определённых показаний. Хоть Алоис и настаивал на их немедленной передаче в любой госпиталь, что-то удерживало меня от этого шага. Тем более что и медикаментов соответствующих у нас хватало, и непосредственной угрозы здоровью освобождённых не было. И мне очень уж хотелось первому получить от них любую информацию. Ведь что-то у них моусовцы пытались выяснить? А, судя по внешнему виду узников, враги затратили на это весьма и весьма много времени. Может это и для нас очень ценно? А вдруг спасённые нами люди даже знают что-либо о Стахокапусе? Так что пусть выздоравливают!

Горгону в данный момент нельзя было допрашивать под воздействием домутила. И так с этим мы все немного перестарались. Но вот в обычном состоянии она ведь могла говорить. Тем более никого при этом не утрируя своим прежним голосом. И Шекун старался этим воспользоваться. По мере появления свободного времени он вёл с пленницей душещипательные беседы и склонял к добровольному сотрудничеству. Только вряд ли у него предвидятся положительные результаты в данном направлении. Мои сомнения по этому поводу, разделяли и все остальные товарищи. Никогда уже в этой жизни, такая мерзопакостнейшая и подлая особа как Галина Стоурми, не согласится поменять своё мировоззрение.

Ульрих со своими помощниками продолжал проверять засвеченные Горгоной явки моусовской агентуры. Фактически возле каждой оставляя одного наблюдателя и монтируя вдобавок технические средства слежения и оповещения. Действовал Ульрих чётко и очень продуктивно, и его пресловутая рассеянность ему никак не мешала. Вот только, как и все, жаловался на постоянное недосыпание.

В поисковой системе, настроенной Алоисом, пока ничего важного не обнаружили. Следы затаившегося где-то генерала Савойски тоже отыскать не удалось. Оставалось только надеяться на бульдожью хватку Энгора Бофке в этом вопросе. И что он всё-таки настигнет предателя в ближайшее время. Если не слишком увлечётся слежкой за Хайнеком.

Профессор Сартре мобилизовал себе в помощь Малыша, и они что-то конструировали из области промывания мозгов. Новому прибору они дали условное, и немного скабрезное название «Затычка». Но пообещали, что действовать он в теории будет просто превосходно. Вернее даже не прибор, а очень сложное синтезирующее устройство, окончательным продуктом которого станет некое архинужное нам средство. Оставалось только дождаться конкретных результатов и проверить очередное гениальное, как считал в первую очередь сам профессор, изобретение на практике. Как ни странно полную поддержку оказала в этом вопросе Синява Кассиопейская. И не только поддержку несколькими своими специалистами, но и личным участием.

Самое оптимистическое известие Роберт оставил напоследок. С далёкой и старой Земли на связь вышел Гарольд. Рассказал о своём полном излечении от всех без исключения болезней, и теперь его совсем не тянуло оставаться на Хаосе. Вот только его возлюбленная Нина до сих пор не избавилась от зависимости, привитой ей моллюском Спейлоудом. Поэтому мой друг только и ждал её окончательного выздоровления и обещал в скором времени устремиться на родину. Уже высказывая явное нетерпение по этому поводу и сам удивляясь, почему он так надолго прикипел душой к этому проклятому острову.

Но и бездельничать Гарольд не любил. Поэтому повернул свою неуёмную энергию в нужное русло. Да и энергию большей части островитян. Затеяв крупномасштабную операцию по нахождению и, в окончательном варианте, полному уничтожению той агентурной сети, которую Моус разбросил на древней планете. В первую очередь, непосредственно в самом Токио. Отправив туда все свои огромные военизированные соединения, которых у него под непосредственным командованием становилось всё больше и больше. Скорей всего он уже являлся или некоронованным королём острова или его полновластным диктатором.

Попутно Гарольд занялся расследованием деятельности некоторых подозрительных личностей на самом острове. Которые раньше привлекли к себе наше внимание. К таким людям относились в первую очередь капитан Фредо и таинственные аристократы, посещавшие долгое время Хаос для просмотра кровавых поединков. Нина конечно во всём этом пыталась чинить моему другу препятствия, но, похоже, он их преодолевал весьма успешно. И обещал связаться в ближайшие дни с более конкретными сведениями и первыми результатами намеченных операций.

Что и говорить, обрадовало меня такое сообщение! За Гарольдом я соскучился просто невероятно. И готов хоть сейчас терпеть присутствие даже несносной и высокомерной капитанши Нины, лишь бы мой друг находился рядом со мной. Между прочим, почему он ничего не рассказал об Эльзе и Ренате? Как ни странно при воспоминании о них у меня приятно защемило в животе, а сердечко заработало в ускоренном режиме. Кошмар! Неужели я стал таким извращенцем? А если вдруг ещё об этом узнает когда-нибудь и Патрисия! То мне тогда несдобровать…. А то и калекой можно на всю жизнь остаться. И ведь самому признаться в таких прегрешениях опасно и безрассудно. Но ещё хуже будет, если она о моих приключениях услышит из уст кого-то постороннего. И как тут быть? Ладно, поживем, посмотрим. Как говорится: Новый год Старого мудренее.

В своём номере я как всегда забаррикадировался и дал строжайший приказ не будить меня до десяти часов утра. Надеясь вполне успеть и выспаться до того времени, а затем за один час совершить утренний моцион и добраться на место экзамена. Тем более что нам не вменялось прибыть строго к одиннадцати. Достаточно было начать регистрацию в полуторачасовой интервал после назначенного времени.

Войдя в пустующий номер графа Шалонера, я выпустил нетерпеливого от голода Николя, и щедрым жестом указал на роскошно сервированный столик:

- Это всё – в твоём распоряжении!

- Не откажусь! – он открыл крышку и наклонился над блюдом. – О! Слюной можно подавиться! Но я всё-таки вначале искупаюсь….

- А я спать: а то руки и ноги завтра на стрельбище будут трястись от усталости.

- Постой, у меня небольшое сообщение. – Николя, нисколько меня не стесняясь, на ходу стаскивал с себя одежду, одновременно приближаясь к ванной комнате.

- Что-то важное? – остановился я в дверях спальни.

- Может быть. Но пока ни в чём не уверен. Дело в том, что сегодня днём в центре имперской связи было совершенно безлюдно. Тогда я от скуки решил раньше податься на подсмотр императорского кабинета. И чуть не наткнулся на ребят из службы зачистки. Они как раз проверяли помещения на наличие жучков и камер. Я вовремя сообразил, что они уже завершали проверку и через пять минут они вышли из кабинета. Но лишь только я расслабился, как в помещение вошёл один из секретарей императора. Его, кажется, Даниель Соляк зовут. Да ты его должен знать: он ещё при прежнем императоре в канцелярии работал. Такой пухленький тип, с приветливым и добрым лицом. Волосы он ещё в пучок завязывает….

- А-а! Да, помню!

- Так вот он поставил на стол небольшую стопку документов и совершил такой небольшой променад рядом с креслами. И что-то вроде как поставил на боковой столик между статуэток. И так он это проделал, будто бы статуэтку поправил. Я бы и внимания особо не обратил, но после ухода императора решил на всякий случай чуток выждать. Януш Второй пока был за столом бумаги подписывал, да два раза со своим первым секретарём о полных пустяках разговаривал. Так вот вышел он из кабинета, а минут через пять туда этот самый Соляк и вернулся. Взял стопочку документов под мышку и вновь тот же кружок нарезал! И опять что-то вроде как небрежно поправил на столике со статуэтками. Так что мне показалось: никак «клопа» этот тип там подкладывал!

- Да…. Очень даже, похоже! – задумался и я.

- Как дальше действовать?

- Такими вещами нельзя игнорировать! Завтра…, вернее уже сегодня опять потрать на кабинет императора больше времени. Если действия секретаря повторятся…. То я ему не завидую! И после купания сразу же позвони Алоису, пусть он копнёт под этого Даниеля Соляка как следует. Вместе с роднёй, знакомыми и недвижимостью.

- Сделаю! – пообещал Николя и уже из глубины ванной комнаты пожелал: - Спокойной ночи! Или чего там от неё осталось….

Четыре часа сна восстановили меня полностью. Тем более что накануне я не совершал ничего экстраординарного в плане физических нагрузок. Проверив, хорошо ли Николя закрыл за собой тайный вход в соседнем номере, я посетил ванную и быстро стал одеваться в соответствующий данному дню наряд. Затем несколько минут в тоскливом раздумье постоял перед пустым столиком, который ещё совсем недавно ломился от пищи. Николя слопал всё до последнего сухарика. А что не смог – унёс с собой в подземелья, кухня в которых не предусматривалась изначально.

Обижаться на товарища не было смысла. Опять заказывать новый столик тоже. Поэтому я решил просто зайти в любое кафе и легко позавтракать. А заодно и дать лишнюю работу всем тем ребятам, которые следили за моим передвижением днём и ночью. Поэтому, нигде не задерживаясь, я вышел на проспект перед гостиницей и только тогда скомандовал свой охране, уже державшей открытойдверцу моего флайера:

- У меня срочная встреча! Ждите меня в начале вон того переулка!

И быстрой походкой спешащего человека отправился в указанном направлении. За мной с угрюмым молчанием спешил Нирьял с двумя телохранителями. В указанном переулке находилось достаточное количество кафе и баров, что бы я мог выбрать себе подходящее место для завтрака. И компанию тоже. Хоть основной поток утренних посетителей уже схлынул, но я почти сразу увидел подходящий объект для моей невинной, в самом деле, беседы. Одиноко сидящий за длинной стойкой мужчина как раз откладывал в сторону газету и принимал от бармена чашку кофе и тарелку с румяными пирожками. Я тоже пристроился рядом с ним и дал заказ:

- Мне то же самое, только кофе двойное и к пирожкам добавьте два куска творожного торта! – а затем обратился к мужчине: - Здравствуйте! Вы не возражаете, если я составлю вам компанию и мы немного побеседуем?

- Да нет…, - мужчина с непониманием меня внимательно осмотрел и в его глазах зажёгся огонёк узнавания. – Постойте…, так ведь вы…?

- Конечно! Он самый! – мы одновременно взглянули на лежащую возле нас на стойке газету. На первой странице красовалось очередное моё фото. На заднем плане сверкал огнями ресторан «Фаворит». – Или вас это смущает?

- Наоборот! – улыбнулся мужчина. – Весьма интересно пообщаться хоть кратко с такой знаменитой личностью.

- Увы! Не все так считают….

- А почему?

- Дело в том, - стал я жаловаться незнакомцу. – Что за мной следят, чуть ли не все службы безопасности нашей Галактики. И в любом моём собеседнике они пытаются отыскать потенциального наёмного убийцу. Вы ведь в курсе моих приключений?

- Ещё бы! – воскликнул мужчина. – В каждом номере про вас столько всего интересного пишут.

- Излишняя популярность тоже имеет свои минусы. Не успеешь просто мило улыбнуться первому встречному, как его биографию тут же проверяют от самого момента рождения. И даже его родителей и всех родственников.

- Вы знаете, - ещё больше заулыбался мой собеседник. – Такое внимание мне даже будет приятною. Всё-таки подобная заинтересованность к моей скромной персоне меня весьма позабавит и скрасит мои серые будни. Да и свою родословную я не против узнать более подробно.

- О! Это у них запросто! – засмеялся и я. – Без особых усилий вскорости будете иметь подробнейший рисунок вашего генеалогического дерева.

- Здорово! Бесплатно и без забот!

- Вообще то, заботы они вам доставят порядочно! А то и вообще утомят своими глупыми вопросами….

- Ерунда! Я это переживу!

После этого заверения незнакомца, мы с ним с аппетитом позавтракали, задавая друг другу кучу ничего не значащих вопросов. И попутно хихикая над видимыми нам через зеркало «топтунами», которые уже через десять минут заполнили кафе наполовину. Ошалевший, от такого неожиданного количества посетителей бармен, метался по помещению как угорелый и старался быстро обслужить многочисленных клиентов.

Солидно подкрепившись, я попрощался с незнакомым мне собеседником за руку, и полностью довольный своим состоянием вышел на улицу. Призывно махнул рукой в сторону флайера и уже через минуту на всей скорости двигался в направлении стрельбища. С внутренним смехом, представляя себе картинку усиленного допроса моего недавнего собеседника целым сонмомследователей и дознавателей. Ведь вряд ли они сразу поверят невинному человеку, что мы оба зашли в кафе просто-напросто позавтракать.

Второй экзамен проводился на учебном полигоне, принадлежащем структурам Дивизиона. Место прекрасно мною изученное, хорошо знакомое и даже в некоторых местах существенно улучшенное после моих распоряжений. И наземные и подземные сооружения использовались постоянно для ежедневных тренировок личного состава и обучения новых видов и типа вооружений. На территории полигона также находилась и полоса препятствий, названная в обиходе среди бойцов неприятным словом: «мясорубка». Ведь не было, пожалуй, ни одного дня, что бы кто-нибудь не сломал на ней ногу или руку. А то и похлеще. Особенно среди новичков или командированных на занятия бойцов из других подразделений.

На этой «мясорубке» предстояло проходить следующий экзамен, третий по счёту. И уж в нём то я был уверен, как никогда. Ведь именно по моим указаниям последние четыре года ужесточалась и усложнялась полоса препятствий. Чего там только не настроили, не нарыли и не нагородили! Недаром полигон Дивизиона по праву считался самым современным и сложным одновременно.

Регистрировали нас в помещении центральной казармы и тут же разводили по отдельным классам или кабинетам. Как ни странно, но я прямо таки столкнулся с тем самым кандидатом, который походил на меня словно старший брат, и которого мы окрестили прозвищем «Бакен». И столкнулся только по моей вине, так решил обойти небольшую группу аристократов и зарегистрироваться как можно быстрей у пустующей кабинки. А из соседнее боком как раз и вышел мой чуть ли не двойник. Лысый мужчина хмыкнул от неожиданности и хотел возмутиться, но, взглянув на меня, сразу узнал, и его лицо расплылось в искренней и доброжелательной улыбке:

- О! Да это - сам барон Аристронг! Хочу сразу признаться: рад вас видеть и мечтал давно познакомиться. Разрешите представиться: герцог Мишель Лежси. Родом из системы Шакаван. Тридцать лет от роду. В столице впервые. Но мне здесь очень нравится!

- Очень приятно! – удалось и мне вклиниться в его поток слов, и мы пожали руки друг другу. – Я тоже здесь впервые, но не могу пожаловаться на отсутствие впечатлений.

- Я таким вас и представлял: во всём умеете найти хорошее начало и весёлое продолжение. И последние дни только и думал: на кого выйти из знакомых, что бы попасть в ваше окружение и с вами пообщаться.

- Чем я заслужил такой ваш неприкрытый интерес?

- О, не скромничайте барон, не скромничайте! За какую-то неделю вы стали самым известным и прославленным кандидатом на местоконсорта из того огромного и прямо-таки немыслимого количества собравшейся здесь знати.

- Насколько мне известно, не все из вышеназванной вами знати, относятся ко мне с симпатией.

- Ну что ж, преступников надо уничтожать самой безжалостной и твёрдой рукой! – в глазах Лежси мелькнула такая непоколебимость и прямота, что я сразу, мысленно похоронил всех его врагов. И не только личных, но и государственных. А он ещё и добавил: - Между прочим: моя личная гвардия вышколена для самых трудных и ответственных заданий. Так что, если будете нуждаться в помощи: обращайтесь без промедления. Постараюсь помочь всеми силами.

- Спасибо! Вполне возможно, что и обращусь. Здесь хоть и столица, но безобразия творятся довольно-таки часто.

Мне пришлось напомнить о недавних покушениях. Особенно то, где нас пытались отравить. В ответ герцог Лежси махнул рукой и с некоторой горечью рассмеялся:

- Всегда найдутся людишки злобные, алчные и завистливые. Мне их даже жалко: они не умеют по настоящему радоваться жизни и получать от неё удовольствие.

- Но ведь и вы мечтаете получить руку принцессы?

- Мечтать не вредно, и даже нужно. Но я реалист и прекрасно осознаю: выше головы не прыгнешь! А уж подлыми методами избавляться от конкурентов?! Никогда и ни за что! Потому то я и приехал сюда просто пережить невероятное приключение, познакомиться с интересными людьми, а если удастся, то и себя немного поднять в табели о рангах. Или вернее поднять свой жизненный рейтинг.

- Что вы уже и сделали: ведь первый экзамен просто поражал своей трудностью. Не правда ли?

- Ещё бы! Во время экзамена в моих бакенбардах появилось немало седых волосков от переживаний. Хорошо хоть шевелюрой я не обременён. А то бы выглядел стариком! А я и так смотрюсь старше своих тридцати!

И первым засмеялся над собой. Причём сделал это так легко и непринуждённо, что и у меня смех вырвался. Тем более я вспомнил, как на приёме мой товарищ оценил возраст герцога вообще тридцати шестью годами.

- А как сегодняшний экзамен? – поинтересовался я отсмеявшись. – Не боитесь?

- Нисколько! Я даже рад, что он сугубо технический и по порядку проведения стоит на втором месте. В оружии я разбираюсь досконально. А уж стрелять по мишеням я вообще - мастак. Постоянно брал все награды на наших местных соревнованиях.

- Ну что ж, тогда удачи вам! И может, встретимся на полосе препятствий?

- Очень на это надеюсь!

Мы крепко пожали руки и разошлись. Но в моём сознании осталась некая удовлетворённость и радость от только что состоявшегося знакомства. Мой лысый, но вполне приятный в общении двойник расположил к себе за несколько минут. И делал он это не с преднамеренным умыслом, а весьма непосредственно и с полным душевным откровением. Надо будет поинтересоваться, что там у Алоиса на «Бакена» собралось? Может действительно – он человек незаурядный и стоит поддерживать с ним нормальные и взаимовыгодные отношения?

Сам экзамен я провёл в спокойном и размеренном темпе. Два часа я под присмотром технического инструктора разбирал и собирал, чуть ли не все виды стрелкового оружия. От самых современных и сложнейших зенитных пулемётов, до архаических моделей пистолетов чуть ли не двух тысячелетней давности. Задержек и неуклюжести я не проявил, но вот одна деталь экзамена, мне совсем не понравилась. А именно: четыре камеры наблюдения, скрещивающие свои объективы на каждом моём движении. К чему такое тщательное наблюдение? Боятся, что бы испытуемый кандидат не стащил важную деталь механизма? Или фиксируют экзамен для последующей разборки в случае жалобы участника? Но зачем так много камер? И лишь под конец мы с Булькой пришли к единственно верному объяснению: если принцесса захочет просмотреть запись, то она вполне сможет узнать мои навыки, приёмы, жесты и своеобразные движения. Ведь сколько тысяч часов мы провели с ней на совместных занятиях в подобных классах! А сколько часов я лично потратил на её персональное обучение?! И не сосчитать!

И теперь у Патрисии появится неплохой шанс рассмотреть выбранного кандидата более тщательно. Но тут уж ничего не поделаешь! Оставалось лишь уповать на общие стандарты в движениях бойцом нашего роста и комплекции.

Третий час я в самом уверенном стиле отстрелялся в тире. Не допустив фактически ни одного промаха даже на пристрелочных выстрелах. Стараясь не выдать своего удовлетворения от результатов, я вышел на центральный плац, надеясь оказаться перед главным корпусом в гордом одиночестве. Но, к моему удивлению, не я один отменно разбирался в вооружениях. Там уже переговаривалось около тридцати человек. И вновь меня окликнул, но уже на правах знакомого, герцог Мишель Лежси:

- Вас тоже можно поздравить с успехом? – действительно, он оказался парень не промах! Даже меня опередил.

- А разве здесь собрались одни неудачники? – засмеялся я.

- Как это для кого-то ни прискорбно, но с десяток наших соперников не прошло первую часть экзамена.

- И как следствие, их не допустили к стрельбам?

– Совершенно верно! По их рассказам: достаточно было допустить существенные заминки с разборкой пяти видов вооружения, как они снимались с экзамена.

- Конечно, там под самый конец такие сложные орудия пошли! - согласился я, и немного приврал: – Мне самому пришлось напрягаться со стационарным парализатором.

- Да? Странно, вроде в нём ничего сложного. – Мишель Лежси пожал в недоумении плечами. – А вот с игломётом самой первой модели, я чуть вообще не опростоволосился.

- Вот видите: у каждого свои упущения в учёбе. А у нас в замке эти древние игломёты я разбирал, чуть ли не с пелёнок.

- Да, отличные вам игрушки достались! – улыбнулся герцог и добавил. – Сегодняшний экзамен мне понравился! И сразу знаешь свой результат.

- Да, теперь всё будет решаться сразу: и на полосе препятствий и в личных состязаниях….

Так переговариваясь, мы вышли за пределы учебного полигона, где на внушительном пространстве сотни флайеров ожидали своих владельцев. Заметив, что я оглядываюсь по сторонам, «Бакен» спросил:

- Вы кого-то ждёте?

- Да. Должен подойти граф Шалонер, мой приятель. Со своей очаровательной невестой.

- Не будет ли с моей стороны слишком назойливым, если я приглашу вас всех пообедать в уютном ресторанчике и отметить успешное завершение экзамена?

- Мне очень лестно ваше приглашение! – в этот момент я увидел спешащих ко мне Цой Тана и Амалию. – Но мы обязаны навестить в госпитале нашего общего друга Корта Эроски. Его тяжело ранили неизвестные злоумышленники позапрошлой ночью.

- Как же! - воскликнул герцог. – Наслышан! Надеюсь, его здоровье идёт на поправку?

- Врачи обещают его полную реабилитацию в ближайшем времени….

- Тогда обязательно передайте ему мои пожелания отличного самочувствия и скорого выздоровления!

- Обязательно передам!

- И ещё: мне весьма импонирует ваше стремление бороться со всякой преступной нечистью. И получается это у вас легко, артистично, словно играючись….

- Как по мне: то лучше оставаться простым бароном, чем казнить, пусть даже с кажущейся лёгкостью, расплодившихся преступников. Но приходится, и останавливаться на достигнутом – я не намерен.

- Рад вашей последовательности и полной самостоятельности в данном вопросе. Но если вдруг понадобится квалифицированная помощь, обращайтесь ко мне. Почту за честь оказать любое содействие.

При этом он с торжественным поклоном вручил скромно оформленную визитную карточку со своими реквизитами.

- Спасибо! – я справил кусочек пластика во внутренний карман и добавил: - Кто знает, что день грядущий нам готовит! – мой смех, вызвал в ответ довольную улыбку моего нового знакомого. В тот же момент и мои друзья наконец-то пересекли огромную площадь.

Я первым поздоровался с Цой Таном и его невестой и представил их Мишелю Лежси. После взаимных уверений, что эта наша встреча далеко не последняя, мы разошлись каждый к своему флайеру. Но я успел заметить, что охрана герцога действительно состоит из настоящих профессионалов. А, присмотревшись внимательно, узнал среди них одного из бойцов моего Дивизиона. Вернее одного из бывших бойцов. Так как ещё в мою бытность командиром, этот немного легендарный ветеран, которого за настойчивый нрав называли «Носорогом»,получил очень тяжёлое ранение. Врачи его подновили весьма основательно, и через короткое время он снова мог становиться в строй, но всё равно использовал представленную законом возможность выйти на льготную пенсию. Хотя силёнок и опыта у него было ещё о-го-го! А здесь он в охране у герцога! И по первому взгляду: в положении рядового бойца. Кто же тогда у него начальником всей охраны работает? Опять придётся Алоису загружать свои программы и копаться в биографиях ещё доброго десятка людей.

Ведь такой мощной охраны кроме меня не имел никто их претендентов. А значит жизнь у герцога – отнюдь не мёд или сахар. Или наоборот – его охрана создаёт кому-нибудь неожиданные проблемы. Хотя вряд ли Носорог опустится до нарушения законов. Этот вояка наоборот готов был давить каждого преступника в любом месте и в любое время суток. Но проверить эту боевую группу придётся. Наверняка и имперская служба безопасности их прощупывала по своим каналам. Тем более своего бывшего коллегу Хайнек так просто в покое не оставит. Вот бы добраться до их базы данных! Ведь недаром Патрисия так успокоилась на приёме, после короткого разговора с моим двойником. Что-то она о нём знает такого….

Целых полтора часа мы провели возле постели нашего раненого виконта. Корт сильно осунулся, побледнел и даже похудел, но по последнему моменту шутил больше всего:

- Вы себе не представляете: меня здесь морят голодом! Я просто умираю от желания срочно насытиться!

- Не иначе, как здесь работают одни садисты! – посочувствовал ему граф Шалонер.

- Точно! Ребята, заберите меня отсюда! Дома я встану на ноги в два раза быстрей!

- Может тебе чего-то из деликатесов подкинуть тайком? – спросил я с участием.

- Да вы что?! – воскликнула Амалия. Среди нас она была самой информированной в вопросах состояния здоровья своего кузена. – Ему же чуть ли не новый желудок пришили! И теперь некоторое время только специальными растворами через капельницы питаться надо! Пока внутри всё не приживётся. А вы про какие-то деликатесы говорите.

- Что, уже и подразнить нельзя? - мои оправдания ещё больше расстроили Корта:

- Я только лежу и вспоминаю те блюда, которые я не попробовал на последних пирах и приёмах. Даже взбитый крем с ядовитой посыпкой проглотил бы не задумываясь.

- Да у тебя никакой силы воли нет! Всего неделю прожить без обжорства не можешь. – Амалия сердилась по настоящему. – Вот я пожалуюсь на тебя доктору!

- А я кому пожалуюсь?! – чуть не захныкал раненый виконт. – Как представлю, что без меня такая помолвка прошла! Да ещё в таком месте! Да ещё с таким блюдом! И с Садалиниями! От тоски выть хочется на весь госпиталь.

- Не волнуйся, мы специально устроим повторную помолвку в поместье для всех родственников после твоего выздоровления! – торжественно пообещал граф Шалонер.

- Конечно! Но там уже не будет ни экзотического блюда, ни божественных танцовщиц.

- Насчёт рыбного дерева, - стал рассуждать я. - То мы пойдём тем же путем, как и у меня на родине. Отец мой знает рецепт приготовления. И нам останется лишь заказать составляющие ингредиенты с планеты Лаишар.

- А хоть одну Садалинию я увижу? – капризничал Корт Эроски, пользуясь своим положением тяжело раненого человека.

- И это вполне возможно!

- Да, но по какой цене?! – с некоторым ехидством воскликнула Амалия.

- Мне кажется и в этом плане возможны некоторые варианты…, - так как все смотрели на меня с непониманием, я пояснил как можно туманней: - Знание некоторых секретов империи позволяет нам надеяться на решение этого вопроса с очень положительным результатом….

- Если бы это сказал кто-то другой, - пробурчал Корт, - То я бы его выгнал из палаты. Но у тебя, Артур, всё получается! – тут он оживился: - И ты мне прямо таки до боли в желудке напоминаешь одного парня….

- Ты от этого парня получал под дых? – попытался я отшутиться от его слишком придирчивого взгляда.

- Ещё чего! Да ведь и ты дружил с Тантоитаном Парадорским?

- А, вот оно что! Признаться: мне весьма лестно такое сравнение! Я всегда стремился быть похожим только на него. Даже пытался в своё время копировать все его движения, манеру поведения, интонации голоса и даже походку.

- Ну, так сильно ты на него не похож….

- А жаль! – хотя внутренне я порадовался несхожести. Но вот виконт продолжил совсем другим тоном:

- …Внешне! Но вот гораздо более сильное сходство у тебя с ним внутренне! Вы оба решаете любые проблемы с одинаковой лёгкостью и бесшабашностью!

- Вот такая оценка меня уже радует! – при этом восклицании я сильно старался, что бы моя ложь не бросилась всем в глаза.

Цой Тан тоже приложил свои усилия для того, что бы отвлечь Корта от скользкой темы разговора:

- А следователи к тебе приходили?

- Да…! Приходил какой-то несолидный заморыш и задал пару десятков вопросов сегодняшним утром.

- И как, ты смог его чем-то удивить?

- Хм! Вообще то: нет! Похоже, им уже и так всё было известно!

- Вот видишь! Мне кажется, они могли тебя вообще не беспокоить….

- Конечно! Я теперь никому не нужен: тебя граф, освободили без моего участия. Гнездо моусовцев разгромили тоже без моего одобрения! Экзамен провалил! Да и после такого ранения я бы не смог вести полноценную борьбу, хоть на той же полосе препятствий. Обидно! Так друзья ещё и гулять по лучшим ресторанам стали в то время, когда я к кровати привязан тяжёлым недугом….

- Хватит плакаться! – топнула ножкой его кузина. – Сам виноват: спал бы в бронежилете, и ничего бы с тобой плохого не случилось!

От такого обвинения мы засмеялись все хором. Вот только Корту это оказалось строжайше запрещено. Стрелки приборов, контролирующие состояние тела и органов, возмущённо запрыгали от сотрясений, громко зазвенел звонок в коридоре и через минуту нас бесцеремонно вытолкали из палаты весьма строгие и категорически несговорчивые врачи. Угрожая навсегда лишить нас всех последующих посещений больного за нарушение своих предписаний.

После разговора с Кортом, мы и сами ощутили естественное желание подкрепиться. И Амалия принялась настаивать на полёте в поместье Эроски. Добавляя при этом, что её мама категорически настаивала на нашем присутствии. Тем более, что сегодня утром приехали какие-то важные родственники. И застолье намечалось просто неимоверное.

Но вообще то присутствие Амалии возле нас начинало, мягко говоря, мешать. При ней мы не могли толком ни о чём поговорить, да и задействовать Цой Тана в одном деле мне просто было необходимо. Поэтому я шепнул незаметно товарищу приказ, а он уже довёл процесс отмежевания от красавицы до нужного завершения;

- Дорогая, ты езжай в поместье, а нам всё-таки надо заняться делами. Господин барон оплатил мои вчерашние расходы, но это не значит, что отдавать мне не придётся. Поэтому мы сейчас срочно займёмся продажей вин и коньяков, которыми загружен мой корабль….

- Боюсь, что прибыль от этой операции не покроет всех расходов….

После такого грустного замечания с моей стороны, граф воскликнул с хорошо разыгранным оптимизмом:

- А мне твой отец обещал дать товара ещё на две, три ходки. И если я оправдаю его ожидания, то впоследствии стану его представителем по продаже нейтрино-селта! Вот тогда я уж твёрдо встану на ноги!

- Граф! Как вам не стыдно заниматься такими пошлыми для аристократа вещами? – но мои подначки он пропустил мимо ушей:

- Для меня главное – благополучие моей будущей семьи. И свадьбу хочется отпраздновать не в долг. А впоследствии хочется ещё и экспедицию по молодым и нераскрытым мирам организовать вместо свадебного путешествия. Амалия сразу на неё согласилась.

- Тогда ладно: займёмся низменной торговлей! – воскликнул я, и мы чуть ли не силой затолкали обиженную Амалию в вызванный для неё флайер.

- Куда теперь? – деловито спросил Цой Тан, когда мы остались одни.

- В гостиницу! – ответил я, доставая крабер. И многозначительно добавил: - Надо хорошенько пообедать и отдохнуть. Воспользуйся своим крабером и закажи нам из ресторана хороший обед в номер.

- Понял! – и он тут же стал набирать номер гостиницы «Рока».

Первым, с кем попытался связаться я, был Николя. Но я ему дал лишь сигнал на вибратор крабера. А сам стал звонить с другого аппарата. И опять таки всю дорогу к гостинице выслушивал последние новости.

Час назад на орбиту вокруг Оилтона прибыло четыре персональных крейсера шефов Доставки. Сами Дирижёры в данный момент совершали посадку на центральный космодром столицы, где их встречала принцесса Патрисия с первыми министрами империи и самыми богатыми предпринимателями. Естественно и огромная часть знати стремилась лично, хотя бы лицезреть людей, так хорошо известных всей Галактике.

Дирижёр Ортокс намеревался там же, прямо на космодроме, выступить с приветственной речью к народу Оилтонской империи.

Дирижёр Стилон должен был сразу после речи своего коллеги отбыть на заседание финансистов, которое проводилось в огромном и немного аляповатом здании центральной биржи.

Дирижёр Сельригер тоже намеревался обсудить некие гигантские проекты освоения глубокого космоса и разработки недр неперспективных планет. На эти обсуждения, оказывается, прибыло несколько министров из дружественного королевства Блеска, двух соседних империй и нескольких независимых республик. Получалось, что визит Сельригера притянул на Оилтон самых нужных, знаменитых и деловых людей со всего близ расположенного к империи Космоса.

Чем собирался заниматься на нашей планете Дирижёр Барайтис, никому не было известно. Но полным ходом кем-то распространялся слух, что прибыл он просто для короткого отдыха. А заодно и полюбоваться на такое немыслимое скопление знати собравшейся со всей Оилтонской империи. Вот этот слух и вызвал мою небеспочвенную обеспокоенность. Такой человек как Барайтис, просто не вяжется с самой мыслью о каком-то отдыхе, или рассматриванием толп веселящихся аристократов. Что-то очень важное заставило шефа всей обороны и разведки Доставки, прибыть именно к нам и именно в это время.

Далее Роберт рассказал важную новость, которая касалась нас более конкретно. Армата допросил предателя из экипажа миледи. И тот дал весьма важную наводку на то, где может скрываться генерал Савойски. Правда, эти сведения являлись лишь предварительными, так как говорилось об этом добровольно, без воздействия каких-либо средств. На данный момент Армата уже доставил преступного инженера на яхту, и они вместе с Малышом приступили к проверочному допросу под воздействием домутила. Но, судя по тому, что допрашиваемый сам давал на это согласие, и даже настаивал, сведения вполне достоверные. По ним получалось, что генерал Савойски прячется в одном из замков-музеев, всего лишь за двадцать километров от столицы. Помимо этого пошедший на сотрудничество предатель настаивал на том, что покойный герцог Рибенгол получил несколько лет назад из центра Галактики некое грозное и мощное средство возмездия. Якобы герцог всегда мечтал о том, что если придётся уходить с Оилтона, то он уйдёт и очень громко хлопнет за собой дверью. Инженер сам как-то подслушал его хвастливые заявления: «Здесь только я имею право вершить полную власть! А если не я – то и никто другой! А в таком случае я превращу планету в объект для свалки мусора!» Армата выражал большие сомнение о наличии на поверхности такого опасного вида или средства вооружения. Но скидывать подобное заявление со счетов, не приходилось.

Алоис уже загрузил систему на поиск всех данных по этому, невзрачному на первый взгляд, музею, и к моменту подтверждения допроса, тоже выдаст о нём всю найденную информацию.

Я сразу весь так и напрягся от предвкушения удачи. Если взять генерала Савойски живым, то моё будущее окажется не таким уж туманным и непредсказуемым. Всё-таки пора выходить из подполья на большую сцену с истинными и натуральными декорациями. И под своим именем.

Но всему своё время. А пока я добавил ребятам ещё работёнки:

- Срочно проверьте всю группу охраны, которая сопровождает герцога Лежси. Да и по нему лично, я до сих пор не имею должной информации. Кого он так опасается? И почему? Кстати, его охраняет не кто иной, как Носорог! Мне помнится, ты даже с ним дружен был, до того как он не ушёл на пенсию после ранения?

- Конечно! – обрадовался Роберт. – Классный дядька! Я его так и называл: дядька Носорог. Хоть он меня всего на восемь лет старше….

- И про него, и про его коллег – все данные откопать!

- Сделаем!

Уже подходя к своему номеру, я получил вызов от Николя:

- Ты что-то хотел?

- А где ты сейчас?

- Только что отполз от центра. Там начинают делать проверку. И ругаются наши ребята, просто жуть! Повторяю дословно: «Смотри-ка, ещё и второй раз пойдём с проверкой, но уже в присутствии этих задавак из Доставки. Ага! И при их непосредственном участии!»

- Значит, там будут говорить о чём-то сверхсекретном. Не иначе! А может, даже Дирижёр в центре будет присутствовать. Тогда, тем более сиди там. А к другой дырочке я сам немедленно наведаюсь. И несколько часов понаблюдаю.

- Добро, командир. А как вообще дела? Улучшения есть?

- Пока неизвестно точно, но к этому идёт. Между прочим, - в тот же момент мы с Цой Таном увидели в коридоре два готовых для нас столика с обедом. – Передо мной просто изумительные блюда! Так что голодными мы не останемся!

- Вот это действительно: самая лучшая новость! - засмеялся Николя. – А то мне тут от скуки только и осталось удовольствие – пожевать нечто вкусненькое. И мне кажется, я уже и поправляться начал….

- Ну вот, а ты жаловался на плохую работу. Ещё месяц, второй и навсегда застрянешь между узких стенок!

Но Николя ничуть не обиделся на мои угрозы:

- А ведь освобождать меня, тебе лично с отбойным молотком придётся!

ГЛАВА ВТОРАЯ

ОГОНЬ, КРОВЬ И ОЩУТИМЫЙ ВРЕД ИСТОРИИ

Дверь в своём номере, я забаррикадировал как всегда и отдал уже обычное распоряжение: не беспокоить меня ни в каком случае. Сославшись дополнительно на плохое самочувствие и настоятельную необходимость длительного сна. Цой Тан остался дежурить в наших номерах и доедать то, что осталось на столиках после моего короткого обеда и размещения доброй половины всех блюд в полиэтиленовых пакетах. Действительно, в последние дни мы подкармливали Николя даже слишком! Не знаю, поправится ли он, но похудеть ему точно не удастся!

И с полной нагрузкой, обвешанный мешающими пакетами, я отправился в подземные лабиринты. Добравшись до развилки ходов в два самых тайных места империи, сложил всю принесённую еду прямо в проходе, там же сбросил все наличные у меня краберы, и без груза спешно пополз к кабинету императора. Не создавая даже минимального шума, убрал упор выдвигающегося блока, а затем и сам блок вытащил, чуть ли не по миллиметру. Перестраховаться не помешает. А вдруг в этот момент служба проверки ведёт «зачистку» кабинета?

Но когда выглянул в отверстие, успокоился и стал устраиваться удобнее. Лишь минут через двадцать на моём объекте наблюдения началось рабочее оживление. Вначале появился первый секретарь императора вместе с маркизом Винселио Гроком. Секретарь наводил идеальный порядок на письменном столе, а старый начальник дворцовой стражи два раза обошёл весь кабинет. То, передвигая чуть-чуть кресла, то, поправляя портьеры, настольные лампы или как ему показалось, криво висящие портреты. Когда оба вышли, заскочил тот самый секретарь, который вызвал подозрения у Николя. Миловидный и подвижный Даниель Соляк вновь водрузил на стол кипу документов, отбежал в сторону, как бы любуясь проделанной работой, и довольно хмыкнув, выскочил из кабинета. Как я ни присматривался, но странных действий Соляка так и не заметил. Ещё чуть спустя, вновь зашёл первый секретарь и вкатил в кабинет столик с разнообразными напитками. Накрыл его прозрачной вуалью, прошёлся взглядом по кабинету и опять вышел. А ещё через минуту опять в кабинет поспешно вошёл Соляк. В руке он демонстративно держал несколько папок и не менее демонстративно водрузил их на стол в общую кучу. Видимо немного ранее разыграл целый спектакль, показав, что забыл предоставить императору ещё несколько нужных документов. Но уже теперь то, во второй раз, всё-таки подошёл к указанному ранее Николя столику и поставил на него небольшую статуэтку. Вернее не поставил, а с невероятной ловкостью заменил предмет точно таким же. С моим вовремя сфокусированным зрением я без труда рассмотрел, что статуэтка ничем не отличалась особо от других, себе подобных. Но факт раскрылся! Соляк враг! Ещё одна подленькая, завистливая и злобствующая душонка! Да ещё и в самом сердце империи!

Вот мерзость, какая развелась! И ещё неизвестно, кто у него в сообщниках?! И ко всему прочему, как назло: ну нет у нас во дворце доверенных людей, которые бы взяли под контроль все передвижения Соляка и его личные контакты. Разве что только Винселио Грок? Уж в его то лояльности сомневаться, было бы последним делом. Но вот сможет ли престарелый начальник охраны всё сделать на должном уровне? Хватит ли у него преданных людей? И кто вообще, на данный момент, находится в его подчинении? Ведь очень важно выяснить: на кого работает миловидный предатель. И дойти до главного заказчика. Хотя…. Может след ведёт в никуда? Тоже ведь так бывает…. В какой-то тайник, где просто меняют статуэтки, и кто-то считывает информацию о жизни императора. Может Соляк лишь регулярно получает свои деньги на тайный счёт? И ни сном, ни духом не ведает про своего работодателя?

И всё-таки придётся обращаться к маркизу Гроку. Разве что только испробовать ещё один вариант и синхронизировать его действия с деятельностью старшего следователя? Энгора Бофке? Опять невозможно: по крайней мере до тех пор, пока Бофке не найдёт в своём окружении ещё одного замаскировавшегося предателя. Вот нам и новая задачка! В то время когда от старых проблем ещё не избавились!

По ходу моих рассуждений в кабинете появился сам император. Без проволочек сел за стол, и тут же стал просматривать документы, писать на них свою резолюцию и ставить подписи. Работал он как всегда слаженно и целеустремлённо. Но только сегодня он всё-таки несколько раз посмотрел в сторону двери. Видимо некий гость ожидался с минуты на минуту. Но никто из посторонних так и не появился. Лишь по одному разу заходили оба секретаря и меняли документы на столе. Два часа нудной рутинной работы истекло, и Януш Второй с облегчением встал, потянулся, разминая мышцы от долгого сидения и покинул кабинет.

А для меня так и осталось в тайне: кто же намеревался пообщаться с императором в его рабочем кабинете? Видимо встреча всё-таки произойдёт, но гораздо позже и совершенно в другом месте. Можно было предположить, что подобную встречу могли заслужить лишь очень большие люди. А скорей всего, не кто иной, как кто-то из числа только что прибывших шефов Доставки. Вот только кто именно из Дирижёров так спешил пообщаться с императором?

Пусть Алоис прояснит этот вопрос у своего дворцового информатора, Эрика Пульмена. И вообще: очень даже возможно, что этот пресловутый интендант-информатор и руководит продажным секретарём. А, возможно, и прочими шпионами в императорском дворце. Может его вызвать в город, поймать, да допросить с помощью домутила? Вполне резонно! Пусть Алоис разработает эту операцию. Тем более что интенданта не так быстро схватятся в случае его исчезновения, как постоянно мелькающего у всех на глазах секретаря императора.

Ну вот, и сам предатель снова вернулся в кабинет! Сразу же жестом профессионального карманщика смахнул меченую статуэтку в карман, весело подскочил к столу и подхватил с него стопку документов. А затем, чуть ли не вслух насвистывая под нос радостную мелодию, выскочил из кабинета. Скорей всего поспешил устанавливать другую статуэтку в другом месте! Именно там, где у него есть доступ и в том месте может хоть какое-то время находиться император Януш Второй. Ох! Мне бы сейчас вольный допуск во дворец! Почистил бы я там кое-кому личики своими сжатыми в кулак пальчиками! Ладно! Осталось недолго тварям ходить по этой земле! Скоро мы до них всех доберёмся!

Больше торчать у дырочки смысла не было, и я пополз к развилке. Пакеты с едой так и лежали нетронутыми. Поразмыслив, я захватил пару из них и двинулся на встречу с Николя. Лишь задержавшись для разговора по краберу с Алоисом и дачи ему новых и обременительных заданий.

Подползая к месту нашей встречи, я чуть ли не лбом упёрся в раструб парализатора, которым Николя в меня целился, так и не вылезая из своей щели.

- Это же я! – предупредил его мой сдавленный шёпот.

- А кто вас знает?! – ещё тише зашипел мой товарищ. – Ползают тут всякие!

- Что-то интересное подслушал?

- Пока ничего, но беготня порядочная….

- Я тут тебе деликатесов подбросил. Извини, что без тарелок….

- Ну правильно! Зачем подпольщикам тарелки?!

- Не ворчи! У тебя и так самая высокооплачиваемая работа….

- С чего бы это вдруг? – удивился Николя. При этом он даже попытался рассмотреть моё лицо при свете фонарика.

- Так ведь ты на пенсию собрался. Поэтому мы тебе зарплату и повысим для улучшения ставки. И премиальные набавим.

- И за последних полтора года не забудь выплатить недоимки!

- Не знаю, где ты шлялся это время! – мне стало смешно. - Все претензии к Гарольду!

- Будут претензии, только вот где его найти?

- Обещал, что скоро будет на Оилтоне! Так что продолжай наблюдение. И про Соляка подтвердилось полностью! Теперь у кабинета императора проводи больше времени. И до, и до после. А я постараюсь внутри дворца на его слежку кого-нибудь мобилизовать.

- Хорошо, прослежу!

- Счастливо оставаться и не переедай! А то Зарина тебя не узнает!

- Главное – что бы, я её узнал! – буркнул Николя.

На прощание я похлопал товарища по голени ноги, сдал задом до развилки и со всей возможной поспешностью пополз по кротовым норам в гостиницу.

В моё отсутствие никто поисков барона не проводил и ничего сверхважного не случилось. Позёвывающий после дремотного состояния Цой Тан лишь с сожалением указал на пустые тарелки на столиках:

- Я так и остался голодным! И прямо-таки не дождусь той минуты, когда мы сможем заказать ужин.

- Да хоть сейчас же! – смилостивился я.

- Как всегда: три порции?

- Естественно! – и тут же в моей голове раздалось повелительное восклицание:

«Каждому!»

«Извини, я про себя забыл!» - сказал я мысленно, а вслух добавил:

- Но рассчитай заказ так, что бы четверо могли наесться! А то Булька категорически против, когда я сижу на диете.

«И совсем не против! – возразил риптон. – Но только в том случае, когда мы будем иметь возможность спать и питаться раздельно. И я получу на ночь в своё распоряжение приличную лабораторию».

«Всё-таки не хочешь делать карьеру военного? Так и тянет тебя в науку?»

«Конечно! В мире формул, уравнений и усиленной умственной деятельности, я буду чувствовать себя гораздо более в своей тарелке. Чем среди пуль, лучей лазера и падающих обломков. При постоянных погонях, побегах, голодовках и прочих неоправданных телесных нагрузках!»

«Нет в тебе романтики и тяги к приключениям!» - пожурил я Бульку. Но тот только засмеялся в ответ:

«Именно так недалёкие умом особи оправдывают угробленное здоровье, поломанные ноги, а то и полную инвалидность!»

Я сделал вид, что так и не понял на кого это риптон сказал, что они недалёкие умом, а решил заняться текущими делами. И сразу выяснить весьма важный вопрос: избавился ли старший следователь от предателя в своём окружении. Изменил свой голос, чуть ли не на женский, и набрал нужный номер:

- Слушаю! – голос был сердитый и сильно запыхавшийся. Словно его хозяин только что пробежал стометровку с полной отдачей сил.

- Что с вами? Догоняете генерала Савойски? – попытался я сыронизировать.

- Ага, значить опять со мной говорит…?

- Конечно, Ветер! – пошло подтверждение с моей стороны. – Кто ещё осмелится так развязно говорить со старым и пожилым, и тем более запыхавшимся человеком? Только – я!

- Оно и слышно! Но вот по поводу старости, - похоже, Энгор Бофке решил обидеться, - Это ты загнул! Хоть сам и помоложе будешь….

- С чего это вы взяли? Может я давно на пенсии?

- Может, не может! – передразнил меня следователь. – Я ж тебе говорил, что всё о тебе знаю? Забыл?

- Шутник вы, однако! – засмеялся я женским голосом. – Но так и быть, проверю! Назовите мне, хотя бы, мой возраст?

- Хм! – на короткое время повисла пауза, и я уже подумал, что Бофке переведёт разговор на другое в своей излюбленной манере. Но он неожиданно сказал: - Ты ровно в два раза моложе меня!

- О! Совсем не угадали! – затянул я заранее приготовленное восклицание. А сам в тот же момент вспомнил его возраст: пятьдесят шесть лет! А уж разделить на два и получить мои двадцать восемь - университетских образований не надо было. Но не признаваться же Рексу, что он меня сильно удивил! Поэтому я продолжил с довольными нотками превосходства: – Слабо ваш сыск работает, слабо!

- Ничего! – похоже, что Энгор Бофке уже отдышался. – Я тебе ещё этот разговор припомню!

- Рад бы конечно с вами встретиться лично…, - я горестно вздохнул, но договорить мне не дали командным окриком:

- Говори немедленно: куда коменданта Шилони спрятали?!

- А мы его и не прятали! – женский голос подходил для притворного изумления лучше всего. – Он сам по ранению лёг на стационарную госпитализацию. Здоровье его вне опасности. Обещал в скором времени дать показания.

- В скором времени?! Да вы с него ведро крови выпустили! Мы же по следам видели!

- Жив он, жив! Хоть и не в полной кондиции. Ещё надоест вам впоследствии своими россказнями! Но у меня к вам три вопроса….

- Хам! – воскликнул старший следователь и тут же, словно спохватившись, добавил: - Извините, мадмуазель, это я не вам!

- Я так и понял…! – проворковал я томным и нежным голосом. Похоже, мне удалось добиться полного сходства, так как на том конце трубки возмущённо крякнули. – Первый вопрос: количество наград, Изумрудных Листков – двадцать пять. Когда будете их иметь на руках, мы договоримся о передаче.

- Гр-р-р…! – раздалось с той стороны.

- Постеснялись бы разговаривать таким тоном! – опять отчитал я его и продолжил. – Вы уже нашли предателя среди своих коллег?

- А что б на него вулкан брызнул! – вспылил старший следователь. – Ну не могу же я всех буквально допросить под домутилом! К тому же не зная, что спрашивать!

- Это уже ваши проблемы! Тогда третий вопрос об операции по захвату генерала Савойски отпадает….

- Слушай!!! Ты…! …Ветер!!! – кажется, Энгор Бофке вообще перестал себя сдерживать. - Говори всё что знаешь! А то я из тебя такой «Сквозняк» устрою, что ты сразу в обычного «бздунчика» превратишься!!!

- Но, но! Только без гнилых угроз, ладно?! – перешёл я на интонации змеиного шёпота. – А то, для восстановления справедливости придётся подыскать более покладистого компаньона! Вокруг которого нет предателей и стукачей!

Моя тирада произвела на старого профессионала должное впечатление, и он сказал примирительным голосом:

- Всё равно любые крупные дела проходят только через меня….

- Пока – нет! Отыщите предателя!

- Ищем.

- Хорошо, как только найдёте… всех! Так сразу мне и сообщите!

- Куда и как? - сразу оживился Энгор Бофке.

- Записывайте номер, - я продиктовал ряд цифр. – Там на связи сидит мой дежурный оператор. И он мне сразу сообщит необходимые новости.

- Оператор…? Хм! – в его тоне сквозила неприкрытая зависть, перемешанная с сарказмом. – Ну, …Ветер! Не слишком ли ты много на себя берёшь?

- В самый раз!

- Смотри не надорвись!

- А что делать? Если больше не на кого положиться! – и почти не прерываясь, добавил томным голосом: - Слабой и беззащитной мадмуазель!

- М-да…. Я тебе это припомню!

- И не стыдно? Такой…, - я вспомнил, что он не считает себя старым, и подобрал другое слово: - …Опытный человек, а меня на пушку берёт! Лучше скажите: напали на след генерала или нет?

- Как же тут, нападёшь…. Вы там всех офицеров перестреляли, и коменданта забрали. А мне одну шелуху оставили. Никакого с них толку!

- Тогда: ищите предателя и до связи!

Пока я завершал разговор, на другом крабере меня слушал внимательно Роберт. Поэтому особо пересказывать ему смысл разговора не было. Я только посоветовал:

- Если Рекс на тебя начнёт давить и запугивать, ссылайся на то, что ты простой оператор и сидишь, чуть ли не в тюрьме. Мол, на предательство у тебя нет малейшей возможности. Ну а в остальном, ты сам с ним разберёшься.

- Разберусь! – пообещал Роберт.

- Что там по этой мерзости, Соляку?

- Копаем. Алоис продумывает, как вытащить из дворца интенданта, Эрика Пульмена и побеседовать с ним по душам.

- Давно пора! Освобождённые узники уже говорят?

- Нет ещё. Пока выводят из них остаточные ферменты накопившегося домутила. Но завтра утром док обещает ввести им стимулирующие средства и надеется на их возвращение к нормальному состоянию.

- Комендант Шилони?

- Без изменений. Скорей всего впал в коматозное состояние. Если через три, четыре дня не вернётся в наш мир, то док советует его сдать в специализированный центр. Там ему смогут сделать операцию мозга. И шансы на выздоровление повысится.

- Ладно, раз пару дней есть, потерпим. Какие данные по герцогу Лежси и его охране? А заодно по Носорогу?

- Алоис только что начал обработку сведений. Если сможешь, перезвони через пол часа. – Роберт опередил мой следующий вопрос: - А по Клону, которого зовут Цезарем, пока тоже никаких существенных деталей. Из-за отдалённости и почти полного отсутствия цивилизации этой мерцающей системы, поиск сильно замедляется. Да и ребята из агентства пока в пути.

- По замку-музею – уже есть планы и карты?

- Тоже Алоис обещает, но чуть позже.

- Тогда соединись с Малышом и Арматой. Пусть выбираются в город и начинают просто гулять. Будем надеяться, что их персоны уже стали неприкосновенными, а от слежки мы их при необходимости оторвём. Пусть захватят с собой самые маленькие средства наблюдения. Мне кажется, эти чудеса под натуральную имитацию микро фауны, могут нам пригодиться. Если сообщу дополнительно: тогда встретятся с нами. Или только с графом. Может даже – «случайно». А может, тайно соберёмся на определённой точке. И всех людей, которых мы задействовали при атаке на особняк – тоже подготовь. Пусть постепенно концентрируются на окраине города. Поближе к этому долбаному музею. На Дивизион рассчитывать не приходится. Пока…. У Бофке тоже до сих пор в окружении таится предатель, так что возможно придётся брать генерала своими силами. Если он там, конечно….

- А-а мне…, когда к замку двигать? – Роберт всегда в таких случаях, от предвкушения хорошей потасовки, чуть ли не заикался.

- Когда поступит команда! – осадил я его порывы, оставить место оператора. – На данный момент – твой пост самый ответственный и напряжённый. И не спорь со старшими!

- Так ведь я же тебя на две недели раньше родился! – возмутился мой товарищ. На что я буркнул:

- Данные были подтасованы, скорей всего….

И отключил крабер. Потому как в номер опять набежало официантов, меняющих наши столики. А в воздухе запахло свежеприготовленными блюдами. Вышедший из моей спальни Цой Тан, как раз прятал свой крабер в карман, чем и вызвал моё удивление:

- С кем ты так секретничаешь?

- С кем ещё, как не с Амалией! – похоже, что товарищ был расстроен. – Чуть ли каждые полчаса требует отчёта и готова сию секунду сразу вылететь в то место, где мы находимся. Говорит: сильно соскучилась….

- В следующий звонок, дашь мне крабер! Я с ней переговорю и поставлю на место….

Граф Шалонер поле моих слов замер и посмотрел на меня с опаской.

- Да не бойся, обижать твою невесту я не собираюсь. Только тактично поучить уму-разуму. Короче, сам услышишь.

После того, как мы наелись не просто от души, а так, что из этой самой души, чуть ли не через верх вываливалось, расслабленно расселись в больших креслах и принялись обдумывать возможные действия в предстоящую ночь. Вернее, если выражаться более точно, обдумывали только мы с Булькой. Цой Тан тяжело вздыхал, сосредоточено двигал бровями в ответ на свои мысли, да часто бросал взгляд на свой карман с затихшим на долгое время крабером. Видимо Амалия нашла себе на какое-то время занятие.

Попутно мы почти с полным равнодушием просматривали на экране очередной приём кандидатов в императорском дворце. Как ни странно, поток желающих наконец-то стал иссякать: на сегодня зарегистрировалось только полторы тысячи представителей аристократии. Поговаривали, что завтра, максимум послезавтра состоится последний приём. А потом уж: кто опоздал, тот не виноват! И так кандидатов, прибывших последними, загоняли просто в невероятные графики проведения экзаменов. Утром после приёма, экзамен с двумястами вопросами, вечером того же дня – стрельбище. И на следующее утро – полоса препятствий. Тогда как мне, на пример, ту же самую «Мясорубку» предстоит проскочить только послезавтра.

Больше всего я присматривался к личику принцессы. Патрисия выглядела как всегда превосходно. То ли косметика в последние годы стала неимоверного качества, то ли действительно ей хватило нескольких часов для сна. Но я не заметил и малейшего следа усталости.

«Ишь ты! Всё успевает: и ночами танцевать, и Дирижёров днем встречать, а потом ещё и балы устраивать. К тому же не просто танцевать, а как божественная Садалиния! Это – что-то!»

Затем я опять вернулся к делам насущным и уставился на графа Шалонера.

«Может и его взять на штурм этого музея? Хоть какие-то патроны будет на себе нести?» - больше всего меня беспокоило малое количество людей.

«Не боец! – возражал Булька с присущим ему скепсисом. – Такого только на любовный фронт отправлять. Да и то: несколько боёв и он позорно сдаётся в плен…. Не-е, не боец!»

«Да уж! Какой попался, такого и пригрели. Когда ж его учить было всем премудростям скоростного боя? И так на удивление гармонично любитель флоры и фауны влился в нашу команду».

« Вот и я говорю: парень с головой! – непоследовательно продолжал риптон. - Великим ученым может стать! Таким только и делать открытия, находить новые миры и устанавливать контакты с иными разумными существами. И уж под пули его совать, совсем не следует….»

«Слышь, Булька! Эти слова я сам подумал, или это ты там что-то бубнишь?»

«Учти: если в твоей голове умная мысль – значит, прислушивайся к моему «бубонению». Если – абракадабра, ахинея и мусор – то смело можешь приписывать авторство себе».

«Здорово! Тогда я немного вздремну, а ты отыщи мне с десяток отменных бойцов. А ещё лучше – полсотни!»

«А тут и думать нечего! – кажется риптон действительно решил поучить меня уму-разуму в данных вопросах. – Пусть каждый из вас возьмёт своих друзей из Дивизиона, которым доверяете на все сто! И тогда….»

«Но ведь ты слышал от пленного: из Дивизиона врагов кто-то прикрывает! Значит, полной уверенности в благонадёжности даже очень достойных бойцов нет. Особенно среди тех, кто оставался служить в период моего отсутствия. Любой может проколоться. Среди людей такие методы для шантажа, угроз и запугивания отработаны, что ты сразу нас невзлюбишь, когда узнаешь все подробности».

«Всему своё время. Мне и так трудно всё упоминать. Создаётся впечатление, что я от такого количества информации в последнее время, пухнуть начал. Не мешало бы взвешиваться, хоть изредка….

«Обоим, или по отдельности?» - уточнил я с ухмылкой.

«Конечно, отдельно! При твоём нерегулярном питании, очень трудно учесть меняющиеся параметры твоего веса….»

В этот момент поступил сигнал от Роберта, прервавший наши малопродуктивные потуги совместить переваривание обильного количество пищи с полезными размышлениями. И мы стали получать донесения и свежие, обработанные данные.

- Малыш и Армата уже в городе. Экипированы несколькими комплектами беззвучных «пчелок» и «комариков». И направляются в тот самый ресторанчик, где всегда любят собираться бойцы Дивизиона. Мол,возжелали выпить со старыми боевыми товарищами.

- Только минимум алкоголя! – вырвалось у меня.

- Они в курсе предстоящей операции. – Роберт говорил таким тоном, словно уже всё решено и даже его участие не стоит под вопросом. Видимо стоит прислушиваться к его докладу внимательнее. – Но самое главное, при ребятах находится новое средство. То самое, что разработала сборная группа профессора Сартре. Под кодовым названием «затычка». Это самое средство расфасовано в разовые уколы и служит ни много, ни мало: для аннуляции действия домутила и других психотропных веществ, используемых при допросах. Профессор гарантирует действие «затычки» в организме сроком не менее пяти суток после введении. Хоть в теории, возможны и все десять. Сам представляешь, какие возможности кроются при правильном употреблении нового укола. Главное – после употребления, разломить корпус шприца. Попадающий вовнутрь воздух разрушит пластик полностью. И идентифицировать средство никому больше не удастся. Да и выяснить саму его суть и направленность действия.

- Ну вот! – воскликнул я, не сдержавшись. – А я переживал: кому вручить два лишних затребованных у Бофке Изумрудных Листка. Можешь порадовать профессора и миледи.

- Сартре может и порадуется, а вот Синява на Земле тонны наград получила, по рассказам. Хотя и обещала поделиться со всеми нами, после обнародования истинных героев уничтожения моллюска Спейлоуд.

- Хм, не жадная девчонка…. Ладно, продолжай!

- Остальные наличные у нас силы тоже подтягиваются к окраине под руководством Ульриха и Шекуна. Оружия только маловато: после особняка много пришлось бросить. Да и здесь у нас почти ничего не осталось. Теперь о планах интересующего нас объекта. Весь он окружён строительными лесами и на нём уже длительное время ведутся реставрационные работы. Которые застопорились из-за нехватки то ли средств, то ли отсутствующего усердия исполнителей. Внутри замка расположен музей изобразительного искусства эпохи Великого Расцвета Оилтона. Некоторые полотна стоят просто колоссальных денег и являются достоянием мировой культуры. Как именно генерал Савойски или покойный герцог Рибенгол смогли воспользоваться музеем в своих целях, до сих пор непонятно. Как и не доказано, что они воспользовались. До сих пор ни одна деталь не указывает на существующие связи между предателями и руководством музея. И никаких подтверждений присутствия в данный момент в древнем замке ни генерала, ни ему подобных личностей.

Дальше: Алоису удалось выискать в одной из древних библиотек сведения, касающиеся ещё тех времён, когда в нашей империи не ведали о Доставке. Тогда под территорией замка находилась обширная сеть катакомб, хорошо изученная и нанесённая на муниципальные планы. Сами планы сохранились в той же библиотеке скорей всего по недоразумению. Само собой, за такой длительный период катакомбы могли, просто-напросто зарасти корнями или плесенью, но шанс пробраться снизу – имеем прекрасный. Алоис очень скоро вылетает на место предполагаемого входа в катакомбы, самого ближайшего к замку-музею. И на месте проверит возможность проникновения под землю.

- Вот именно: может, мы рано радуемся! – моё замечание вызвало небольшую паузу с обеих сторон. Но потом Роберт стал рассказывать с ещё большей поспешностью:

- По вопросу герцога Мишеля Лежси. За последние полтора года он навёл такой жёсткий порядок в своей системе, что от него вся преступная прослойка буквально брызнула в стороны. Но большинство негодяев, так и расплющилось под его железным и беспощадным сапогом. В итоге, решительные действия Его Сиятельства вызвали положительную реакцию со стороны соседей и лично принцессы Патрисии. Вероятно поэтому, пол года назад наследница престола посетила систему Шакаван с кратковременным частным визитом. По некоторым данным они с герцогом даже стали приятелями. У Мишеля Лежси имеется невеста, которая несколько раз посещала Оилтон за последний год и почти всегда долго общалась с принцессой. Скорей всего именно поэтому Патрисия сильно удивилась, увидев герцога на приёме претендентов. А он ее, вероятно, успокоил тем, что приехал просто развлечься. Или что-то в этом роде. А может, имея определённые цели в поимке своих разбежавшихся врагов.

Вся его служба охраны состоит примерно из таких монстров боевой выучки, как наш дядя Носорог. Который, кстати, отличился в борьбе с преступностью в системе Шакаван, на самом высшем уровне. То есть, этому человеку можно верить, и даже просить о помощи. А уж он наверняка может повлиять и на самого герцога.

- Ты на что намекаешь? – спросил я, хоть сам уже прекрасно понял мысль Роберта и в бешеном темпе просчитывал все варианты такой идеи. – Ведь кроме Носорога, мы никого из той команды не знаем. А если это - организованная заранее подстава на таких ребят как мы?

- Брось, Танти, Ты ведь сам в такое не веришь. Они люди со стороны, и у них своих забот хватает. Но вот помочь в крупном и праведном деле, они вряд ли откажутся. И их участие нам даст неоспоримое преимущество, я надеюсь, и отличные козыри в руки. Да и на здешних предателей они ну никак не могут быть завязаны. Даже через подставных лиц. Конечно, и ребят, которые с нами особняк брали, я не хочу обижать, но такие бойцы как Носорог – каждый, пятерых «топтунов» стоит. А то и больше! Хотя окончательно решать тебе…. Да и как именно сформулировать и подать предложение о сотрудничестве – твоя прерогатива. Здесь даже Алоис ничего не смог подсказать…. Между прочим, он стоит рядом и собирается вылетать на место предполагаемого входа в катакомбы. А по дороге он захватит одного из специалистов по спелеологии. Довольно известный парень с самыми лестными рекомендациями. Знает своё дело по высшему стандарту. А также считается самым грамотным специалистом по роботам и землеройным техническим приспособлениям. Алоис его машины уже задействовал в помощь при подготовке к операции разгрома базы производителей наркотической дури.

При упоминании о том факте, что нам так и не удалось законспирировать Николя, раздался дружный вздох разочарования. Ну, кто мог знать, что принцесса так моментально выведет нас на чистую воду?

- Алоис! – решил таки сделать я напутствие. – На рожон там не лезь, постоянно – связь с Робертом. Главное: подтверди наличие катакомб.

- Всё будет в лучшем духе славных побед! Вот только победа стала портиться: и синоптики обещают затяжной ливень на всю ночь. Но нам ведь только этого и надо! Так что я, уже в пути! – выкрикнул наш бравый информационный гений и, судя по раздавшемуся топоту, побежал к своему флайеру.

Согнав со своего лица улыбку, вызванную известием о дожде, я вновь обратился к «Молнии»:

- А ты, Роберт, не отключайся. Послушаешь, что я буду говорить герцогу через крабер….

- А откуда у тебя его личный номер? – с удивлением воскликнул он. – Даже Алоису не удалось его раздобыть!

- Да мы с ним и до, и после экзамена успели наговориться и чуть ли не подружиться. Я ему свой номер дать не решился, а он свой предложил вполне искренне и без раздумий.

- Ну, командир, ты вообще…! И все к тебе тянутся!

- Ладно, не ёрничай! И слушай внимательно….

В подобном случае, человек сидящий на месте оператора связи, предпринимал все действия, что бы допустим, мой собеседник не заметил его присутствия в эфире. Такие приёмы нами отрабатывались, чуть ли не в самом начале нашей службы в Дивизионе. Поэтому Роберт наверняка уже переключил все наличные у него краберы на прием только в световом режиме и исключил неожиданное и шумное вторжение через дверь.

Какое-то время на мои запросы никто не отвечал и лёгкое недоумение стало перерастать в неприятное беспокойство. Но вот длинные гудки прервались, и раздался уверенный голос:

- Здравствуйте, барон. Как поживаете?

- Почему вы уверены, что это именно барон? – вырвалось у меня вместо приветствия.

- На этот крабер только вы получили карточку с номером. Потому то я и не успел так быстро добраться именно до этого аппарата.

- Здравствуйте, Ваше Сиятельство! – надо было всё-таки соблюдать некоторый этикет. – И многим вы раздаёте номера лишь к персональным краберам?

- Нет, Ваша Светлость! Только избранным и заслужившим самое большое уважение.

- Ох, господин герцог, - мой вздох получился вполне естественным. – После такой высокой похвалы в свой адрес, мне даже стыдно обращаться к вам с небольшой просьбой….

- Артур, давайте без церемоний?! – предложил Мишель Лежси. – Не пристало двум воинам расшаркиваться ножками.

- Вы так думаете?

- Уверен! К делу: какие-то проблемы?

- У меня то нет. Но вот у моего очень хорошего знакомого есть одно такое деликатное …, даже не знаю, как сказать….

- А почему вы сами этим не займётесь?! – сразув упор спросил герцог.

- На мне будет висеть забота прикрытия….

- Понятно! И кто этот ваш знакомый? Кто ещё может за него поручиться?

- Очень решительный и достойный человек. На данный момент он занимается обезвреживанием самых оголтелых врагов империи. И в его команде люди доказавшие делом свою компетентность, честность и мужество. Он мне сказал, что в вашей охране работает некий Носорог. И что они вполне сработаются, стоит им лишь сойтись вместе.

- А дальше?

- Но необходимо содействие всей вашей группы профессионалов, Желательно и с вашим личным участием.

- Я никогда не работаю втёмную! – кажется, герцог весьма упорно держится за свои правила в жизни. – И конечная цель должна быть ясна.

- Я не знаю вас до такой степени, - продолжал я подбирать слова со всей тщательностью, - Но мой знакомый почему-то уверен в вашем предстоящем сотрудничестве. Тем более что он обещал полностью посвятить вас во все детали и конечную цель предстоящего события.

- Если посвятит полностью, то я буду исходить из целесообразности предполагаемых действий на благо империи! В первую очередь.

- О! В этом можете не сомневаться! По данному вопросу я могу дать полные гарантии! По крайней мере, до вашей встречи. А уж на месте вы сами будете решать окончательно.

- Такой вариант меня устраивает! Когда и где?

- Постарайтесь не пренебрегать лишним вооружением и средствами защиты.

В ответ на мои осторожные советы герцог произнёс самым деловым и безапелляционным тоном:

- И я, и мои люди готовы в любой момент хоть к глобальной войне!

- Да, сильно сказано! – вырвалось у меня. – Видимо мой знакомый знает о вас достаточно много.

- Видимо ваш знакомый ведёт борьбу в одинаковом со мной направлении. Ибо уже очень давно враги перестали мне устраивать наивные ловушки. И если бы не ваша гарантия, то я бы так и подумал: очередная попытка заманить меня в западню.

- Хорошо, что вы так не думаете. Тогда действуйте: ваш Носорог должен выйти в известном ресторанчике на встречу со своими бывшими сослуживцами, Малышом и Арматой. Постарайтесь их отбрить от многочисленных «топтунов» и за городом, а то и по дороге туда, они вам всё объяснят в подробностях. На место сбора чуть позже прибудет и мой знакомый. Хоть он немного лысоват и несуразной наружности, но боец он превосходный. И уже под его руководством, вы предпримите то, что он задумал. Опять-таки, повторяю, цель у вас будет ясная и правая. Так, по крайней мере, мне обещали.

- Хорошо! В котором часу Малыш и Армата будут в ресторане?

- Может они уже и там. В крайнем случае, прибудут с минуты на минуту.

- Ещё что-то добавите к деталям?

- Разве только, что с вами приятно иметь дело: ни лишней болтовни, ни праздных сомнений.

- Сомнения то у меня есть, но я верю вашему слову, что на месте меня от них избавят.

- Правильно! И учтите, теперь вы у меня тоже в любой момент можете просить помощи.

- Артур, не смешите меня. Я ещё даже не вышел из своей квартиры.

- Тогда: удачи! И до встречи!

- Спасибо. Встретимся обязательно!

После отключения крабера и короткой попытки осмыслить: всё ли я сказал правильно, заговорил с Робертом:

- Всё слышал? Тогда действуй по обстановке.

- А я?! - воскликнул Молния, предвидя, что я сейчас отключусь и с его линией разговора. Уж так ему не хотелось отсиживаться на месте оператора.

- Лишь только Алоис вернётся, сдашь ему пост и можешь мчаться к нам. Но все данные разложи перед ним до мельчайших деталей. Что бы он сразу вник во все наши переговоры и передвижения. Всё, отбой!

- Понял! – но оптимизма в голосе товарища явно прибавилось.

Так, операция началась! Я вскочил и в возбуждении потёр ладони.

«Пора опять надевать личину старого солдата-ветерана!»

«Прямо здесь?!» – засомневался Булька.

«Зачем же здесь, можно и в подвале! – прикинулся я наивным. – Только придётся дождаться Николя. Нужна хотя бы эфемерная замена на моё место. И ещё: сколько времени тебе понадобится для того, что бы сделать голос Николя примерно такой же, как у меня сейчас?»

«Пять минут!»

«Хвастаешь?! – не поверил я. – Ведь тебе раньше часами колдовать приходилось? Горгоне, например».

«Ей я делал навсегда, я здесь лишь на одну ночь. Если я правильно понял. К тому же учитывай, риптоны очень прогрессивные разумные существа. И я никогда не стою на месте, постоянно усовершенствуюсь в своих знаниях и умении. Постоянный мыслительный процесс….»

«Булька, дружище, - перебил я непомерные разглагольствования товарища. – Ты специально хочешь меня разозлить или напроситься на заслуженную похвалу?»

«Скорей на последнее!» - забулькал смехом риптон.

«Да, от скромности ты не умрёшь!» – и я хихикнул вслух, чем вызвал недоумённое моргание вскочившего на ноги Цой Тана:

- Ты чему радуешься?

- А вот кто помнит: сколько человек участвовало в операции по штурму особняка моусовцев?

«Двадцать один!» - тут же отозвался риптон.

- Правильно, двадцать один. Но одну награду положено Цой Тану. Ещё две: миледи и профессору Сартре. А ведь ещё одна осталась….

- На всякий случай? – предположил граф.

- Ещё чего! Просто я хотел Бульке сообщить о представлении его к награде в более торжественной обстановке, Когда он будет лежать на электрических проводах….

«Да-а?! – не поверил риптон. – А что я с вашей наградой буду делать?»

- Да что хочешь! Хоть сам носи, хоть на моей груди….

«Понятно! Всё себе, да себе! – возмутился Булька. – Сам буду носить! Закатаю в самый толстый слой и буду тебя им царапать при нужде!»

- Вот для этих целей награды ну никак не предназначены! А ты чего стоишь? – обратился я заинтересовавшемуся моим непонятным ответом Цой Тану. – Тебе сегодня вместе с Николя предстоит важная задача: целую ночь имитировать нашу пьяную попойку в номере. Так что ложись, поспи часик. Наберись сил. И на падай духом: с Амалией я переговорю лично. Дай сюда крабер! Давай. Давай! Вот, я его в руке держать буду. И ложись! А мы….

«Не мешало бы душ принять перед большой нагрузкой!» - твёрдо посоветовал Булька.

- Согласен! Всегда готов! – согласился я, и принялся не спеша раздеваться. Но в тот же момент раздался сигнал вызова на крабере графа Шалонера. Пришлось отвечать:

- Слушаю вас очень внимательно!

- Кто это? – у меня пред мысленным взором сразу же предстало недовольное личико виконтессы. И то, как она в недоумении хмурит свои идеальные брови.

- Барон Артур Аристронг, к вашим услугам, о прекрасная Амалия!

- А где Луи?

- Как?! Разве он вам ещё не позвонил?!

- Нет, А что случилось?

- О! Ничего страшного, Даже наоборот, только приятные новости. Сегодня мы так удачно сторговались винами и коньяком, что сразу же решили перезвонить моему отцу. И он тут же дал обещание загрузить корабль графа Шалонера под самую завязку. Вот Луи и бросился в полёт сломя голову. Уж так ему хочется побыстрей насобирать деньжат на предстоящую свадьбу, так уж хочется….

- Так он что: улетел без меня?!!! – возопила разгневанная и брошенная невеста.

- Да он и в мыслях не подумал подвергать вас длительному и трудному путешествию из-за каких-то низменных торгашеских дел…..

- М-м-м-м-г! – раздалось возле моего уха. Кажется, девушка слишком расстраивается из-за пустяков? Иначе, зачем так мычать в капризной истерике? – А почему он мне не перезвонил с этого крабера?!

- Так ведь аппарат то мой! – по простецки пояснил я. – Я ему давал на время. А у него на корабле вроде старый был. Вот он и хотел уже позвонить перед лунманским прыжком. Может, забыл в суете предстартовой подготовки? Или неисправность, какая в крабере?

- Барон! Передайте этому…, м-м-м-м-мг, …если он вам позвонит, то передайте: я его видеть больше не хочу!!! И растерзаю как…, как…!

- Ну зачем же так? - стал укорять я девушку, а сам еле сдерживая смех от гневной непоследовательности. – Прежде чем растерзать, надо вначале хотя бы увидеть. Потом поймать. Потом приласкать, а уж потом…. Он, между прочим, старается только лишь с мыслями о вашем счастье. А вы так плохо оцениваете его старания.

- Но как же он посмел улететь без меня?! – Амалия рыдала уже взахлёб. Я даже испугался, что слишком уж нафантазировал с полётом. Попытался утешить:

- Это же не надолго: неделя, максимум две, и вы снова вместе!

В ответ рыдания только усилились, раздался непонятный треск и крабер отключился навсегда. Я виновато развёл руками и примирительно глянул в сторону стоящего в дверях спальни Цой Тана. И столько обвинения читалось в его глазах, что я потерял свою знаменитую выдержку и стал оправдываться:

- Зато теперь звонить целую ночь не будет….

Но бедный граф Шалонер лишь с беспредельным фатализмом махнул рукой и ушёл в спальню делать вид, что отдыхает по приказу командира.

«Вот такая ваша воинская служба! – констатировал Булька в моих мозгах. – Никакой личной жизни! И ты меня ещё уговариваешь на эту каторгу?! Нехорошо, нехорошо….»

«Ну, вначале всегда трудно, - продолжил я раздеваться. – Зато потом: звания, награды, приключения, почет, слава, фанфары….»

«А кому и урна с прахом! – с ехидством воспользовался моей паузой риптон. – Разве что, порой, на урну приклеят Изумрудный Листок. И родственники с гордостью будут показывать на награду пальцем, хвастаясь перед друзьями и соседями. А в мыслях между тем прикидывая: «За сколько можно продать этот Листок, если вдруг приспичит?»

«Слушай! Пацифист деланный! – я чуть в слух не заорал. – Твои шутки начинают переходить все границы! Мои друзья гибли не для того, что бы глумились над их памятью и прахом! А для того, что бы остальным людям жилось легче без окружающей их мрази! Что бы преступники не могли уничтожать жизнь как раз именно всех простых друзей и соседей, не мешали им радоваться солнцу, любить и продолжать род человеческий. И не только ради романтики они поступают на службу! И не только из-за фанфар и чисто условных наград! Лишая себя при этом спокойной жизни, семьи и счастья воспитывать и иметь детей. Они полностью отдают себя на борьбу справедливости со злом и никто не имеет права опошлять или осмеивать их выбор! Ты слышишь меня?! Никто!!!»

Весь, пылая гневом и кипя от распирающей меня ярости, вскочил под струи воды и какие-то время даже не ощущал их температуры. Лишь через минуты две я почувствовал их леденистую упругость и стал успокаиваться. Давно я так не срывался. Очень давно. Что-то я терять стал рассудительность. Только этого ещё не хватало….

Но и Булька, после очень длинной паузы решил таки извиняться:

«Танти, та не принимай мои слова так близко к сердцу. Я ж не со зла. Скорей просто от желания пофорсить своим интеллектом и добавить во всё немного юмора. И действительно этот юмор у меня стал в последнее время слишком чёрный. Так что прости меня. Не хотел я насмеяться над нашими товарищами».

«Ага, «над нашими»? Ты ведь служить не хочешь? Так зачем к военным подмазываешься?!

«Я хоть и учёный, но раз я при тебе наподобие ординарца или помощника, то значит тоже частично мобилизованный. Куда ж я денусь от вашей службы?»

«Давно бы так! – фыркнул я, и ещё больше добавил горячей воды. - Попаримся?!»

«С удовольствием!» - мысленно воскликнул успокоенный моим прощением риптон и стал поочерёдно открывать участки моей истинной кожи.

Когда прибыл Николя, мы усадили его на стул, и я ему дал конкретные указания: как дышать носом и как не сглатывать без особого предупреждения ни в коем случае. И уже через пять минут, или чуть более, Николя пробовал разговаривать баритоном барона Артура.

- Слушай, у тебя получается ещё натуральнее, чем у меня! - комментировал я, его потуги. – Булька говорит, что тебе и подправлять ничего не пришлось: это и так почти твой естественный голос.

- Но что-то мне там мешает. – Николя аккуратно поглаживал себя по шее в районе гортани.

- Это временно. А к завтрашнему обеду накладки вообще рассосутся.

- А есть и пить, они мне не помешают?

- Кому что, а тебе….

- Так ведь мы с Цой Таном праздновать вроде как собрались?

- Конечно! Теперь иди спрячься в душевую, мне уже стучали: мы ведь заказали массу выпивки и вагон лёгких закусок. Поэтому я должен лично впустить твои любимые лакомства в номер.

Отодвинув мебель, подпиравшую дверь, я впустил ловких и шустрых официантов с очередными столиками и провёл краткую беседу с начальником охраны.

- Нирьял, мы вначале намеревались отправиться отмечать сдачу экзамена в поместье к виконтам, но потом передумали. Знаю, знаю, что ты одобряешь! Просто у графа с невестой небольшая размолвка произошла, и мы решили от души напиться, не выходя из гостиницы. Но! Меня ни для кого нет! Всем можешь жаловаться: барон Аристронг сбежал от охраны и буянит с друзьями где-то в городе. Ты лишь выполняешь распоряжение, оставаясь на месте нашей постоянной дислокации. А будут спрашивать о Шалонере, отвечай: спешно отбыл в неизвестном направлении. И никаких посетителей даже на этаж не допускать! Учти: хоть раз побеспокоишь сам, то мы сразу подадимся в первый попавшийся ресторан. Ну и соответствующие меры приму за невыполнение приказа. Понятно?

- Нет проблем, Ваша Светлость! – начальник охраны рад был несказанно, что не придётся гоняться за объектом своего наблюдения по неизвестным и опасным местам. И вряд ли он допустит ко мне хоть самого императора. А уж Амалию, которая как я подозревал, может сюда наведаться, и подавно!

Когда я выбрался час спустя через один из канализационных люков, то не пожалел, что захватил с собой пластиковую накидку с капюшоном. Дождь лил как из ведра. Или, скорей, как из бочки. И вот под такой аккомпанемент хлещущих струй ещё час добирался на общественном транспорте к месту нашего сбора на окраине столицы.

Несмотря на жуткие погодные условия, патрули на перекрёстках действовали с прежним рвением и, похоже, не боялись промокнуть. Так и просвечивали пристальным взглядом старого ветерана, просто утомили своим вниманием. И скорей всего именно от скуки: так как людей на улицах почти не было. Один раз меня даже проверили на лайзмере, тщательно при этом обыскав. А затем два раза – просто внимательно рассматривали документы. Хотя моё ворчание не пришлось по нраву некоторым патрульным, один из них даже попытался припугнуть меня наказанием в виде тёплой и сухой камеры для задержанных. На что я только громко рассмеялся и стал ругаться более витиевато. Благо за свою не слишком длинную жизнь таких ёмких выражений и словосочетаний успел наслушаться…! А с моей то памятью, и напрягаться не приходилось для заучивания.

Наконец я добрался до самого конца промышленной зоны и стал осматриваться вдоль высокой задней стены одного из ремонтных комплексов. Именно сюда и должны были Малыш с Арматой стянуть всех наших помощников и новых союзников. Если те, конечно, сочтут наши откровенные доводы убедительными. И таки окажут нам полное содействие.

Когда сквозь нити дождя и клочья сырого тумана я заметил четыре предполагаемых флайера с участниками предстоящего штурма, то замер и связался с Малышом:

- Как у вас?

- Ждём только тебя.

- Я рядом. Людей хватает?

- Хм! Наш новый знакомый привёл с собой маленькую армию.

- Отлично. Хочу с ним познакомиться лично. В каком флайере вы находитесь?

- Коричневый «Дрим-15».

- Ага, тут так льёт, что ни окрасок не различишь, ни моделей. Только и смотришь, как бы не смыло в канализацию….

- Ориентируйся на самый большой.

- Вижу! Начну стучаться, не пугайтесь и не вздрагивайте! – пошутил я, направляясь к выбранной машине.

- Нашёл пуганых! В наши годы вздрагивают уже только один раз – в самый последний. - Малыш как всегда нашёл удачный повод для своего философствования.

Когда меня впустили вовнутрь, то места там оставалось лишь на одного меня. Да на тот десяток литров воды, что стек с моей накидки на пол. Но моё сердце застучало радостно и более уверенно. Все кто сидел в машине были облачены в комбинезоны высшей боевой защиты и бугрились выпирающим отовсюду оружием. Да с такой экипировкой мы любой музей возьмём трёхминутным штурмом. Даже Армата с Малышом красовались в обновках.

Герцог первым мне протянул руку. Приговаривая:

- Ваши коллеги мне рассказали все предварительные обстоятельства намеченной операции. Я со своими людьми в полном вашем распоряжении. С меня даже взяли обещание о неразглашении имён участников сегодняшнего рейда до лучших времён.

– И правильно! Лишняя огласка нам пока не нужна. Вот когда вытравим всех врагов….

После этих слов я повернулся к внимательно рассматривающему меня Носорогу и протянул ему руку для приветствия:

- Приветствую дядю Носорога!

- Хм! Так меня называл только…. – Он явно меня не мог узнать. Так как я находился в данный момент в уже хорошо освоенной маске лысого и уродливого ревнивца.

- Правильно: Роберт. Он будет нас встречать возле входов в катакомбы.

- И ещё один человек….

При этих словах старый ветеран попытался сжать мою ладонь в своей излюбленной манере. Его стальных рукопожатий знающие люди всегда остерегались. Но только не я. Мне ничего не стоило при таком напряжении даже улыбнуться:

- А тот самый человек мне много о вас рассказывал….

Какое-то мгновение Носорог ещё старался сжать мою ладонь под моим насмешливым взглядом. Но потом сразу отпустил и уважительно покрутил головой:

- Он видимо не только рассказывал.

- Конечно, он у меня ещё и уроки брал.

- Как лучше к вам обращаться? – спросил Мишель Лежси. – Ваши товарищи сказали, что вы сами назовётесь.

- Обращайтесь ко мне или «Командир» или «Ревнивец».

- Принято.

- Ещё будут вопросы?

- На ваш рост у нас тоже есть комбинезон с полным комплектом.

- Отлично! Тогда в путь! Малыш, вылетаем на исходные позиции! Помоги пилоту!

Мы тут же взлетели и с неизбежной в такую погоду осторожностью, двинулись к месту выхода катакомб на поверхность. Армата мне помогал облачаться и навешивать вооружение. Наблюдая, как я ловко и сноровисто проверяю оружие, герцог заметил:

- Выучка чувствуется. А мы с вами раньше не встречались?

- Вряд ли! Я в основном специализировался на тайном обучении самых высших воинских чинов нашей империи. И мне не резон было светиться на людных балах и приёмах.

- Да я тоже там редко бывал! – улыбнулся Лежси. – Мне больше по нраву небольшие деревенские застолья. Вот вы что больше всего предпочитаете из выпивки?

- Стараюсь вообще не пить! – соврал я на полном серьёзе. – Алкоголь мешать концентрации и блокирует самовосстановление организма.

- А-а-а! – протянул герцог с непонятным удовлетворением и замолк. Лишь с улыбкой легонечко ткнул локтём в бок сидящего рядом Носорога. А тот в ответ только печально вздохнул. Зная прекрасно о пристрастии нашего ветерана спорить по любому поводу, можно было предположить, что и сейчас они с герцогом в чём то засомневались и заключили пари. Вот только итог, скорей всего, оказался для Носорога неутешительным. Надо будет потом спросить о теме их спора.

Приземлились мы в небольшом распадке среди нескольких холмов. Прямо между остатками почти разрушенных до основания стен и торчащими из бетона прогнившими от ржавчины прутьями арматуры. Предупреждённый Роберт, выглянул из тёмного зева свежо раскопанного подвала, посигналил нам фонариком и мы длинной вереницей потянулись за ним в подземелья. В машинах осталось только два охранника для присмотра за окружающей местностью.

- Герметизируйте комбинезоны! – сразу предупредил Роберт. – Здесь воды мне по грудь.

Сам он был одет во что-то подобное нам, но слишком уж устаревшего образца. Упущение Алоиса, хоть и винить его особо нельзя. Ему и так дышать некогда.

Затопленный участок меня вначале заставил насторожиться, но через сотню метров уровень воды стал понижаться, и под ногами оказалась высушенная веками почва. И уже ничто не мешало выложиться, как следует. Двигались мы бегом и даже, невзирая на обилие торчащих из стен и свода корней, камней и намытых водой окаменелостей, за двадцать минут преодолели больше четырёх километров запутанных и петляющих переходов. По всему нашему маршруту тянулась гирлянда мощных лампочек с фотонной подкачкой, и жаловаться на плохое освещение не приходилось.

А затем вбежали в довольно таки высокую и длинную пещеру. Своей формой полость в слоях известняка напоминала поставленную на ребро ракушку моллюска, стоящую на широком основании. По стенам пещеры стекали многочисленные ручейки воды, а кое-где капало отвесно сверху. В глубине подземного образования, под раскинутым тентом из пластика копошился поджарый и шустрый мужчина. Он бегал между нескольких экранов, отдавал команды голосом в несколько разных микрофонов и постоянно подкручивал верньеры чуть ли не десятка приборов на раскладных столиках.

- Можно отдыхать! – громко крикнул Роберт бегущим за нами бойцам и стал меня знакомить со спелеологом. – Это наш командир. А это наш хозяин «кротов» и «бурёнок».

- Рад познакомиться, Майк, - мужчина пожал мою руку и широким жестом повел рукой на окружающие нас стены. – Здесь просто здорово! Я и не знал об этом месте! А тут целое море археологических и природных находок! Ваш чернокожий товарищ мне пообещал приоритетное первенство в разработке этих подземных образований.

- Не возражаю! - сопроводил я своё согласие кивком головы. - Потом – хоть живите здесь. А сейчас нам надо спешить. Какие у нас возможности достичь намеченного квадрата подземелий?

- Смотрите! – инженер-спелеолог подозвал меня к большой схеме. – Здесь вы вошли. Здесь – находимся сейчас. Мои стальные помощники находятся здесь, здесь и здесь. На этом месте обнаружен очень глубокий обвал. Но работы по проходке ведутся с хорошей скоростью. Остальные машины пошли в других направлениях, в поисках обходных путей. Справа пройти вряд ли удастся: мощные оползни за века фактически замуровали прежние проходы. Хоть вода и пробила несколько новых для себя русел, но мы не знаем, куда они выведут. А вот слева один из «ползунков» пробрался вот до этого места. Хоть и пришлось сделать километровый крюк. И находится уже вот в этом узком тоннеле.

Прикинув расстояние до подземелий замка, я спросил:

- Там ведь осталось всего чуть-чуть?

- Конечно. Предположительно метров пятьсот.

- Тогда немедленно направляемся туда! – скомандовал я. – Своды укреплены?

- За «ползунком» следуют «крот» и «бурёнка». Они уже прошли примерно половину дистанции. Заодно укрепляя подозрительные участки. Раз вы решили двигаться там, то я немедленно отправляю туда «светляка». Он проложит гирлянду с подсветкой.

Несколько уверенных включений приборов, десяток команд, и механический исполнитель где-то в невидимом нам пока ещё пространстве подземелий стал прокладывать для нас иллюминацию.

- Можем начинать движение? - спросил я.

- Минут пять лучше переждать. И потом не старайтесь обогнать «светляка». И ещё: вот вам несколько копий этих участков. Возможно уже через час, мои помощники таки пройдут мешающий завал, и установится прямая дорога. На обратном пути можете ею воспользоваться. Там тоже подвесим автономную гирлянду.

- Когда будем уже непосредственно под замком, - такой вариант мной предвиделся: - Возможно, придётся проламываться через древние стены. Как в таком случае нам быть?

- Просто смотрите в объективы «крота» или «бурёнки» и высказывайте задания. Через небольшие микрофоны возле объективов можете послушать мои ответы в случае необходимости. Я отсюда продублирую приказы, а при необходимости пошлю к вам всю наличную технику.

- Да, ваша оснащённость техническими средствами поражает! – похвалил я инженера спелеолога. – Да и умение с ними обращаться – тоже.

О! – воскликнул польщённый специалист. – Вы увидите, что здесь будет, когда я подвезу всё свою технику! А если ещё и коллеги налетят, то скоро мы здесь экскурсии начнём проводить.

- Надеюсь, с нас плату за вход взимать не будут?

- Да вы что?! Дети и защитники отечества – бесплатно!

- Отрадно! – я повернулся к герцогу, - Что нас приравнивают к детям.

- Скорей это детей сравнивают с потенциальными защитниками Отечества! – без тени улыбки ответил Лежси. – И лишь со временем детей, порой превращают во врагов собственной Родины.

- К сожалению! – согласился я. И тут же спелеолог указал пальцем на один из экранов:

- Светляк скоро догонит крепёжников. Можете и вы выходить. Удачи!

И Майк посторонился, давая проход моментально сорвавшейся с места на лёгкий бег, колонне следующих за мной воинов.

Крюк действительно пришлось сделать основательный: пол часа нам понадобилось, что бы догнать механизм, развешивающий освещение. Затем ещё пол часа мы медленным шагом плелись за крепёжными роботами. И лишь затем упёрлись в капитальную стену из архаичных строительных блоков.

- Вы находитесь прямо у объекта! – раздалось из динамика «крота». – Что делать дальше?

- Этих машин хватит для того, что бы быстро и тихо сделать проход в этой стене?

- Вполне!

- Тогда пусть начинают. Но вначале надо заглянуть в середину. Что там находится?

- Хорошо. Отойдите немного назад. Вы можете мешать роботам.

Через короткое время «крот» и «бурёнка» принялись выжигать лазерами слежавшиеся за века блоки до окаменелости. Едкий дым наполнил сразу же туннель, и нам пришлось перейти на дыхание через фильтры наших комбинезонов. А ползунок поднялся к самому своду и там стал пробивать стену более тонким лучом. Минут через пять мы услышали усиленный голос спелеолога:

- За стеной наличествуют пустые помещения. Своды потолков – прочные и во вполне рабочем состоянии. Сами подвалы чуть ли не доверху забиты перегноем мусора и нанесённой за века землёй. Явно не жилые. И вряд ли их кто посещал в этом тысячелетии. Передвигаться вам придётся согнувшись. Но если найдёте удобный выход впоследствии, мы его быстро расширим.

- Отлично! Как там прямая дорога? Готова?

- Пока нет. Большие трудности по проходке. Около сорока минут ещё понадобится для сквозной проходки.

Во время нашего диалога роботы всё углубляли образующийся проход. Стальные клещи хватали обрезанные блоки, расшатывали их с помощью рычажных гидравлических домкратов и с завидным усилием отбрасывали обломки назад. Именно эту деталь их работы и приходилось учитывать, и мы вообще отошли далеко вглубь прохода. Но вот дым перестал стелиться удушливым облаком под нашими ногами, а роботы очень быстро прорыли туннель по восходящей линии сквозь, нанесенную за года почву. И протиснулись в щель под сводом. За ними, грациозно перебирая длинными лапками, потянулся «светлячок». А уж за ним и мы поспешили.

Самые нижние подвалы, если бы их очистить и раскопать, представляли бы несомненный архитектурный интерес. Но нам было не любований древними конструкциями. С громадными усилиями мы таки проломились в следующий уровень, но уже более низких подвалов. Не считая сгнившего не то дерева, не то старой мебели под ногами, да миллионов копошащихся мокриц, в этих помещениях тоже ничего не оказалось. Похоже, люди и сюда не стремились. А что бы и любопытных не было, с более верхнего уровня все три хода ведущие вниз, заглушили такими мощными листами железа, что прорваться через них даже не стоило пытаться. К тому же отчетливо просматривались многочисленные следы сварки. Скорей всего слоёв стали было несколько. А уж там, где установили такие искусственные заглушки, наверняка не поленились установить и многочисленную сигнализацию. Ведь музей всё-таки! Да ещё и с бесценными полотнами и прочими произведения древнего искусства.

- Господа! – раздался в одном из динамиков робота голос спелеолога. – Мой комп провёл анализ нивеля того самого уровня, где вы сейчас находитесь.

- Что-то интересное?

- Ещё бы! Оказывается, вы находитесь ниже известных нам уровней на добрых пятнадцать метров! Не считая даже того этажа, что остался под вами. Который тоже может оказаться не самым нижним.

- Майк! Это значит, что мы даже и близко ещё не добрались до официальных хранилищ в подвалах музея?!

Спелеолог не разделял моего панического настроения:

- Зато этот замок оказался поистине уникальным среди себе подобных! Даже странно: почему об этом никому ничего не известно? Видимо руководство, явно замалчивало этот факт….

- Да плевать нам на руководство! – воскликнул я. – С ними потом разбираться будем. А вот как нам вверх прорваться?

- Ну, я не знаю. Вам там из подвала видней! – пошутил Майк, и предложил: - Хоть свод ломать нельзя, но можем попробовать, в крайнем случае. Но советую осмотреться более тщательно.

После бесцельных поисков хоть мизерной возможности выйти на верхний уровень, я дал приказ продолжать обследования, а сам собрал возле себя ребят и герцога с несколькими самыми опытными бойцами.

- Что будем делать?

- Взорвать все люки одновременно и брать замок штурмом! – предложил Носорог.

- Слишком много шума! - скривился я. И мы не знаем, сколько их там наверху. Но на самый крайний случай так и придётся сделать.

- А может пусть спелеолог пошлёт все машины вокруг стены? В обход? – спросил Малыш. – Наверняка вдоль стен существовали раньше или ступени, или шахты для ссыпки угля….

- Точно! - воскликнул герцог. - Только шахты мы вряд ли найдём. А вот камины в замке должны быть. И уже отсюда должны вести на самую крышу каналы дымоходов. Чем ниже окна для вычистки золы, тем лучше тяга.

- Что-то здесь не видно ни одного отверстия для зачистки, с сомнением протянул Роберт, вместе с нами оглядываясь по сторонам.

- Так ведь здесь больше метра грязи с грунтом! – с воодушевлением продолжал Мишель Лежси. – А разгрузочные окна - у самого пола. Если мы выроем траншеи вдоль стен, то обязательно на них наткнёмся.

- Хорошая идея! – и я тут же передал команды нашему спелеологу. А уже через минуту все три машины деловито принялись рыть узкие траншеи возле выбранных нами стен. Впоследствии по нашим следам подтянулось ещё три агрегата, и эффект не замедлил сказаться.

- Есть! – доложил один из бойцов, следящих за действиями робота. – Целых шесть вместе!

После того как очистилось несколько квадратных метров возле отверстий, я спрыгнул туда и стал прилаживать на голову специальные очки со встроенным прибором голографического изображения. Малыш тоже примостился рядом, бережно достал из коробочки маленького чёрного жучка с блестящими крылышками и на ладони поднёс к одному из отверстий. В него единственное немного втягивался воздух, и именно из-за этого мы и решили начать именно отсюда. Видеокамера жучка работала в инфракрасных лучах, потому темнота в изображении быстро рассеялась. Я и стал путешествовать взглядом по жутко замусоренному паутиной дымоходу.

Именно из-за паутины отправить мини разведчика в полёт, я не рискнул. Но и при вертикальном беге по стенке жучок показывал хорошую скорость. Вот только долгое время мне не удавалось высмотреть и малейшей щёлочки в цельном стволе. Видимо отводы замуровали давным-давно, Если, конечно, они тут когда-то были.

И лишь на отметке в тридцать пять метров моему жучку удалось отыскать выход во внутренние помещения. Моему взгляду открылась большая комната с развешенными по стенам картинами и большим камином в углу. Через который собственно мы и «выбрались» к цели. Что сразу мне бросилось в глаза, так это явно не музейная обстановка. Почти весь пол комнаты загромождался многочисленными и разнообразными ящиками с продуктами, напитками и простой водой.

- Ого! – я комментировал свои наблюдения в слух. – Мне кажется, музей превратили в заурядный склад продуктов! Ладно, ползём дальше. Вернее, попробуем полетать!

Изображение, видимое мне, легко сдвинулось, и моя точка зрения переместилась на самый крайний ящик возле выхода. А уже оттуда, я стал рассматривать следующую залу. Там музейных экспонатов красовалось ещё больше. Даже древние статуи возвышались по углам и в центре. Но вот четыре двухъярусных кровати, в беспорядке расставленные, где попало, вызывали прямо-таки омерзение своим несуразным видом. В импровизированной казарме находилось пятеро человек. Трое из них безмятежно спало на верхних ярусах, а двое просто полулежали на нижних и время от времени передвигали шахматные фигурки по разграфлённой квадратами старинной мраморной доске. Сама доска стояла на фанерном ящике между кроватями.

- Гляди ка! – воскликнул Малыш, высказывая своё мнение. – И среди предателей образованные люди попадаются!

- Вот такие умники – хуже всего! – герцог Лежси буквально висел над нами, прислушиваясь к каждому моему слову.

- Ого! – продолжал я свои наблюдения. – Да у них гелематы на вооружении! У каждого висит на спинке кровати…. И игломёты у двоих! А что б им пальчики ещё в детстве отсохли!

Обстановка прояснилась полностью: музей полон врагов! Вряд ли здесь находятся тайные силы безопасности! Вот только от осознания этого легче не становилось. Вопрос оставался открытым: как таки добраться до преступников? А в идеале: и генерала Савойски захватить живьем. Коль он здесь найдётся, конечно.

И я «пополз» дальше. Стараясь не попадаться на глаза бдящим шахматистам. В следующем помещении картина предстала примерно та же самая. Только кроватей возвышалось целых шесть, а спало на них только двое. Здесь я уже не стал скрываться так тщательно, а просто воспользовался летательными способностями жучка и вылетел в большой и широкий коридор. Прямо из него вниз полукругом вела широкая и роскошная лестница.

- Внизу находится главный выставочный зал! – подсказал мне Армата, сверяющийся по моим комментариям с разложенной рядом схемой замка.

- Отлично! Тогда посмотрим, сколько там кроватей они умудрились установить! – проворчал я, и изображение послушно повело мой взгляд в требуемом направлении. Только я постарался «пролететь» так, что бы сразу остаться под потолком огромного зала и уже оттуда осматривать окрестности.

И правильно сделал. Внизу стояло двое часовыхи безмолвно, но внимательно осматривались вокруг. А возле окон стояло ещё четверо с приборами ночного видения и с портативными локаторами. Подобные локаторы позволяли рассмотреть даже небольшие двигающиеся предметы метров на триста, четыреста даже в густом туман и проливном дожде. А ведь таких наблюдателей может быть очень много! Чуть ли не у каждого окна. Хорошо, что мы не полезли штурмовать замок нахрапом и с улицы!

Но не это меня напугало больше всего. И не перспектива попасть под перекрёстный огонь, вызвала в моих коленках старческую дрожь, а в районе поясницы, леденящий озноб. От увиденного, мои комментарии прервались, и минут пять я только и делал, что переводил объективы засевшего на центральной люстре жучка с места на место, да фокусировал на выбранных деталях. Окружавшие меня люди прочувствовали моё состояние и терпеливо ждали приближающегося момента истины. Даже Булька не осмелился вмешаться в моё сознание со своими обычными шуточками.

Но пояснений от меня так и не дождались. Вместо этого я снял со своей головы очки с голографическим изображением и протянул их замершему в недоумении Армате:

- Ты в этом лучше разбираешься. Но если ты увидишь то же самое, что и я, то попробуй выразить своё мнение вслух. А я сопоставлю со своими наблюдениями.

Пока я говорил, наш специалист по самым сложным и современным вооружениям, закрепил прибор у себя на голове и замер, словно гончая перед стартом. Но, в отличии от меня, свои эмоции он сдерживать не стал. Слова так и полились из него, словно горный водопад. Хотя в своём подавляющем большинстве они считались слишком вульгарными и не предназначенными для нормального общества. Но если плохие слова вычленить, а оставить только литературные, которые чередовались лишь как одно из двадцати, получился бы монолог следующего содержания:

- Ах … …! Твою … …!!! Да что ж… …!!! Как же… …!!! Где … … … достали?!!! Ну не … …!!! Ублюдки … … …!!!

Через две минуты его речь немножко нормализовалась и стала более предметной:

- Святые электроны! Да ведь это же ракеты «Кастет-40»! Они даже и оружием почти не считаются. Слишком кощунственно их применение! Их только изредка используют для того, что бы пробить твердую кору необитаемой или мёртвой планеты и усилить сейсмическую активность и вулканическую деятельность! Их применение делает старые планеты почти молодыми, а молодые – полностью непригодными для жизни на ближайшую сотню лет! И они готовы к старту!!! Лежат на направляющих полозьях! Все приборы включены! Ужас! И этот монстр! Генерал Савойски! Вот же он лежит…! Спит, сволочь … …!!! Но ему же только руку протянуть….

Мои мысли метались в поисках выхода их создавшегося положения. Поэтому я даже не сразу обратил внимания на похлопывания по плечу. И лишь когда герцог заговорил, я понял, что он хочет:

- Можно и мне посмотреть? Я никогда не видел «Кастеты-40» в их натуральном виде, но знаком с ними по рисункам, чертежам и макетам.

- Да, да! Конечно. Армата, дай прибор, пусть и Лежси полюбуется на исторические ценности музея.

Пока наш новый союзник осматривал найденную нами опасность, я с ребятами довольно бурно начали обсуждать создавшееся положение.

- Давай план замка!

- Ты тоже обратил внимание: куда они направлены? – спросил Армата, поправляя карту на свежо разрытом срезе.

- Пока уверенности нет….

- Как нет? Смотри: это главный зал. Вот два огромных витражных окна. А вот ориентировка….

- Точно: выходят окна прямо на столицу!

- Постойте, - вмешался Малыш. – Если я правильно помню скорость этих монстров, то уже через десять минут после старта, они на всей скорости врежутся где-то в центре Старого Квартала?

- Если только стартуют, - скорбным тоном произнёс Армата, - То от столицы вряд ли что останется….

- Но ведь при старте ракеты выжгут весь зал?! – заинтересовался я.

- Они фактически испепелять весь замок-музей!

- Может быть, их окна задержат? – предположил Малыш. – Они ведь с металлическими вставками….

- «Кастет-40», - с пессимизмом фаталиста разъяснял Армата. – Проникают в земную кору на один, два, а то и три километра! И лишь потом взрываются….

- А если мы…, - начал было я, но замолчал на полуслове. Молчавший до сих пор Роберт не выдержал:

- Что?! Не тяни!

- Ладно, отбросим на момент подозрения, что и на орбите дежурная армада флота находится под наблюдением предателей. И в таком случае, если свяжемся с адмиралом, поясним ситуацию и он нам поверит…. Хотя! Но всё-таки: смогли бы они дать залп спутниковыми гиперлазерами и сжечь ракеты сразу после старта?

- Сжечь они их успеют уже над столицей. Но! Взрывы произойдут всё равно.

- А если они сразу сожгут непосредственно замок?

- Минута, как минимум у генерала Савойски будет….

- Как это? – удивился Роберт.

- Так ведь удару гиперлазера предшествует возникновение мезон поля на всем протяжении предполагаемого залпа. Вряд ли они не предусмотрели такую возможность и не держат приборы включёнными. Судя по готовности генерала, он успеет произвести запуск.

- А сколько ему для этого понадобится времени? – задавая этот вопрос, Малыш уже приблизительно знал ответ.

- Две секунды – вскочить с кровати. Три секунды – дважды повернуть ключ зажигания. И три секунды – трижды синхронно нажать на две красные клавиши…. Итого: максимум десять секунд!

На какое-то время мы все мрачно замолчали, отрешённо гладя, как герцог снимает прибор с головы и передаёт его Армате.

- Тогда остаётся только одно: - угрюмо забормотал сидящий чуть выше нас на корточках Носорог. – Продолжить прорываться отсюда вверх и убирать врагов одного за другим. Быстро, бесшумно и беспощадно! До тех пор пока последняя пуля не разорвёт голову ублюдочного генерала!

- Не горячись, Носорог! – герцог с ожесточением почесал переносицу. – Сигнализации там натыкано…! Даже удивительно, что они жучка ещё не засекли. Если начнём просачиваться: толку не будет. Да и сами костьми ляжем….

- Значит, у тебя есть предложение получше?

- Есть! И сразу два. Но первое под большим вопросом. А выглядит оно так: срочно раздобудем боевой флайер космопехоты. Я знаю, где поискать…. И на нём проламываемся на всей скорости сквозь витражные окна в зал и валим всех без разбора…. А?

- Хм! Весьма неплохо! – похвалил я. - Только вот….

- …Мы слишком хорошо знаем генерала Савойски! – продолжил за меня Малыш. – Вряд ли он по периметру замка не установил несколько пушек. А то и самонаводящиеся ракеты из подземных укрытий. Успеет отбить первую атаку….

- …И нажать клавиши! – подвёл я черту, под вышесказанным. – Ну а вторая идея?

- На первый взгляд она вам может показаться слишком простой и банальной. Но прошу учитывать, что я являюсь знатоком в одной из самых тонких военных специализаций. И мы находимся в данный момент в самой выгодной для применения моих знаний стратегической точке.

Герцог сделал эффектную паузу, которую прервал заметно оживившийся Носорог:

- Точно! Я вначале и не подумал! А ведь Лежси – самый лучший минёр и подрывник!

- Ну, может и не самый, - хмыкнул герцог. – Но могу гарантировать: в течении трёх секунда замок-музей сложится вовнутрь как карточный домик.

- Но ведь здесь…, - я в сомнении обвёл руками мощные, нависающие над нами подвальные своды.

- Никаких трудностей! Размеры нам известны, глубины тоже, взрывчатые вещества у меня чуть ли не с собой….

- А если кто-то останется в живых и всё-таки даст старт ракетам?

- Исключено! Если какой счастливчик и выживет под обломками, - герцог саркастически усмехнулся, - То я устрою ему амнистию, и он до конца своих дней будет жить на моём довольстве, ходить со мной в казино и приносить мне удачу.

- Ты всё слышал? – дотронулся я до плеча Арматы, который со всем вниманием продолжил рассматривать внутренности главного зала.

- Да! И это – единственный выход!

- А ракеты сами не взорвутся?

- Нет! «Кастет-40» - не патрон, который может взорваться от удара или большой температуры окружающей среды….

- А где взрывчатка? – повернулся я к герцогу.

- Носорог! – тут же скомандовал Лежси. – Сбрасывайте с себя тяжести и с ребятами мчитесь во флайеры и тащите сюда все, что есть из наших запасов! А я начну размещать те заряды, что при мне.

- Хватит? – похоже, мои сомнения, только раззадорили нашего нового союзника:

- Сам увидишь, как от замка только одна пыль останется! Кстати: ответственно на тебе всё-таки лежит большая, за такие действия….

- Да мне никого из этого отребья не жалко. Вот только бы генерала живьём взять для информации….

- Да я не об этих поддонках, я о другом. – Лежси двумя большими пальцами рук указал наверх: - Ведь над нами бесценные сокровища живописи, скульптуры и других не мене ценных произведений искусств!

- Да…. Вот этого – упускать из виду не стоило…, - загрустил я. – Меня потом по головке не погладят….

- А кто должен гладить? – уж слишком заинтересованные нотки послышались в голосе герцога.

- Да есть и надо мной начальство….

- Разве начальству обязательно знать всегда и обо всём?

- Может и не обязательно…. Но знать будет! – при этих словах я вздохнул так тяжело, что Малыш счёл нужным меня подбодрить:

- Не волнуйся, Ревнивец! Мы тебя прикроем и разделим твою тяжкую участь. Никакой музей не стоит целой столицы. Тут даже и сравнивать нечего!

- А мы не поверили той информации, что у генерала может быть некое страшное оружие! – напомнил Армата, прислушивающийся к нашему разговору.

Тем временем Носорог с десятком бойцов почти полностью сбросили с себя всё оружие и на максимальной скорости устремились в обратный путь, к флайерам. А герцог, сверяясь с планом, принялся распоряжаться «кротами» и «бурёнками», которые стали выжигать шурфы в разных местах древней и слежавшейся кирпичной кладки.

Если быть до конца честным, то масса сомнений всё-таки не покидала меня ни на мгновение. И переживания об утере таких исторических ценностей, меня занимали меньше всего. Более важной д меня была уникальная специализация Мишеля Лежси как минёра и подрывника. При поиске информации о нём, Алоис мне не сообщил таких данных. Утешало лишь то, что и Носорог не сомневался в профессионализме своего нынешнего шефа.

Ну а если всё-таки ракеты успеют взорваться? Что тогда будет? Ведь даже попытка предупредить или начать эвакуацию из столицы, может заставить генерала запустить жуткую летающую смерть.

Первые лучи солнца принесли в окрестности столицы и существенное исправление погоды. Дождь прекратился, и только лишь из низин, да с мест поросших лесом тянулись шлейфы дымного тумана. Наш маленький прогулочный флайер неспешным курсом двигался в северо-восточном направлении и ни у кого не должно было появиться и подозрения, что мы направлялись к окружённому строительными лесами замку-музею. Мы двигались по касательной, и должны были пролететь мимо музея на расстоянии полтора, два километра.

В тесном салоне, рассчитанном лишь на двух пассажиров, нас разместилось целых пять человек.

Малыш небрежно пилотировал флайер.

Герцог Мишель Лежси немного с излишним напряжением сжимал в руках пульт дистанционного управления взрывом. Видимо и он волновался изрядно.

Армата сидел с прибором на глазах, и продолжал наблюдение за главным залом музея. Сообщая о малейших изменениях. Неимоверно дорогим жучком мы решили пожертвовать без особых сожалений. Хотелось до последнего момента наблюдать за действиями генерала и его подопечных.

Роберт, стоя на коленях между сиденьями и боковой дверцей, с ловкостью жонглёра управлялся с несколькими видеокамерами, с помощью которых мы намеревались снять тот момент, когда замок-музей сложится как карточный домик. Если верить обещаниям герцога.

Ну а я, осуществлял так сказать общее руководство.Всё ещё терзаясь сомнениями и сам себе, находя массу оправданий для совершаемых нами действий.

И в этот момент первые лучи нашей центральной звезды озарили показавшийся на переднем плане замок. Весьма красивый, между прочим, и действительно достойный любования. Но, увы, участь этого шедевра зодчества и архитектуры была предрешена!

Разве вот только….