Торговец мусором

«Тормози, тормози, черт возьми!» - мой мозг отчаянно кричал. Но я, как идиот, нажал на газ и въехал прямо в это сияние!

В голове всё смешалось, как если бы я сделал десять сальто подряд. А когда через мгновение я начал приходить в себя, видеть и соображать адекватно, с удивлением понял, что нахожусь не на своей привычной лесной дорожке под Селигером, а в степи! Я резко нажал на тормоз.

Я ошарашено смотрел в лобовое стекло. Ветер хлестко бил по кузову, гнал по траве волну, приглаживая эту зеленую шевелюру. Воздух был прозрачным и звенящим, без хвои и сырой земли — только горький запах полыни. Солнце выползало из‑за ровного горизонта, хотя я помнил, что ехал вечером.

Вот тебе, мать честная, приплыли! Я попал. Точно попал.

И тут сработал инстинкт. Не думая ни о чем, кроме как о необходимости вернуться, я резко включил заднюю скорость. В зеркало заднего вида хорошо было видно радужное пятно, в которое я въехал. Колеса "Амарока" взрыли незнакомую землю, и машина, рванула назад. Хорошо у меня прицеп на доработанной жесткой сцепке. Меня снова протащило сквозь этот светящийся, радужный круг - этот проклятый (или проклятое?), Гало*.

*Гало - атмосферное оптическое явление, характеризуемая возникновением вторичного свечения вокруг источника света, как правило, имеющее форму круга, кольца, дуги.

Момент дезориентации - и вот я снова в знакомом лесу. На лесной дорожке. Елки, березы, запахи влажной земли. Передо мной, пульсировало это мистическое, радужное пятно. Оно ждало.

Я заглушил мотор. Тишина леса обрушилась на меня, прерываемая лишь потрескиванием остывающего двигателя.

То, что сгубило массу кошек… но я ж не кот я человек!

«Стой, Алексей, остановись и подумай, какого черта здесь происходит. Гало. Портал. Иной Мир. Я только что был в степи, в каком-то немыслимом месте. И я, как трусливый щенок, рванул обратно. А что? Страшно-страшно… Сами вы не испугались в такой ситуации? Страшно, да еще не понятно. Мы – люди вообще не привычны к сказкам и волшебству, ну если конечно это не в кино и не в книжках. Но! Но любопытненько все же. Когда еще у меня такое было? Да никогда! Эх… любопытно все сильнее. Плюнуть и забыть? Проехать куда планировал? Планировал сбежать в старый дедов дом в глуши, от привычного мира, который вдруг для меня стал чужим. Сбежать, чтобы разобраться в себе. Уйти, чтобы вернуться. И чем степь в неизвестном Мире хуже, чем домик в глуши. Бежать от привычного Мира так – бежать!»

Я глубоко вздохнул, сжал руль до побеления костяшек. Щелчок. Первая скорость. «Ну что ж, новый мир или что там еще, - прошептал я. - Давай знакомиться».

4 июня 20** года

День Первый в Новом Мире.

Степь. Чужой Горизонт.

Я вновь въехал в сияющий круг. Сальто. Вспышка. И вот я снова в степи. Я осознано сделал этот переход.

Ну что ж, Новый Мир, надеюсь это именно он, а не степи Монголии. Если это другая планета, то я могу считать себя космонавтом? Или как правильно планетонавтом, инопланетянином, но наоборот?

Надо осмотреться. Я осторожно вышел из машины, чувствуя, как колени немного дрожат. Степь ударила в глаза сразу. Небо было непривычно выцветшим, почти белёсым у горизонта и густо синим выше, как будто кто‑то разливал краску небрежными полосами. Облака вытянулись тонкими, рваными перьями, словно их растягивал за края невидимый ветер.

Воздух дрожал от тепла и пах сухой пылью, нагретым металлом кузова и резкой горечью полыни; на языке чувствовался солоноватый привкус. Под ногами земля была жесткой, каменистой. Где‑то совсем рядом стрекотали невидимые насекомые — звук был непривычный, с металлическим звоном, словно кто‑то тер друг о друга маленькие медные пластинки.

Иногда над степью пролетали тёмные птицы с слишком широкими крыльями, в их крике было странное эхо, будто его подхватывал и возвращал обратно сам воздух. Когда ветер менял направление, тянуло чем‑то влажным и тяжёлым, и в этот момент становилось ясно: где‑то там, за этой волной травы, прячется вода и, возможно, цивилизация.

Я полез на крышу "Амарока". Не зря я возил с собой все эти годы свою профессиональную технику. Собрал свой лучший объектив-телевик, который служил мне для съемок дикой природы, и начал рассматривать окрестности через экран видоискателя, используя фотоаппарат, как подзорную трубу.

Вдалеке паслись стада. Не видно, что это за скот, даже в телевик. Но самое важное - далеко-далеко на горизонте была видна зеленая стена поросли, наверное, оттуда и тянуло влагой.

«Я как человек, который бывал на низовьях Волги на рыбалке, видел такое. Пойменные леса вдоль русла. Это явно река. А если есть река, есть и жизнь. Она всегда была центром всего: торговли, поселений, цивилизации. В конце концов, я же ехал на берег озера, чтобы там выживать, а тут у меня будет река!

Рыбалку я люблю. И вот это, чёрт возьми, знак. Я не должен сидеть тут и трястись. Я должен двигаться к воде. Вода - это жизнь, это пропитание, это возможность двигаться, используя лодку. И, возможно, именно там, где река, я найду какую-никакую цивилизацию, «которая еще не сгинула под натиском ИИ» - с цинизмом я себе напомнил о своем крахе. Или, по крайней мере, найду тихое местечко, где я смогу построить свой чертов понтон из "пятилитровых мусорных бутылок"».

Я спустился с крыши, спрятал фотоаппарат в кабину. Резкий вдох.

«Ну что, старина. Поехали к реке. Порыбачим, поразмышляем, а потом, глядишь, и наладим тут свою долбаную жизнь. До этого весь мой мир свернулся до домика на краю озера, а теперь у меня есть целая река с огромным миром. Эх перспективы гигантские! Хотя будет смешно если выеду к стойбищу монголов - пастухов. Трава в степи хорошая смотрю, жирная и совсем не пожухлая. Для животноводства то, что нужно.»

Я сел в машину. Завел мотор. Направил "Амарок" в сторону зеленой поросли на горизонте. К берегу, надеюсь реки, а не болота. С другой стороны, какие болота в степи?

Я двинул «Амарок» неспешно. Степь сначала казалась ровной, как асфальт до горизонта, но очень быстро эта иллюзия рассыпалась: колёса то проваливались в мягкие, пыльные просадки, то подпрыгивали на жёстких, каменистых буграх. Машину чуть водило из стороны в сторону, руль отдавал в ладони болезненными толчками, и через него чувствовались невидимые ямки и, скорее всего, норы или пересохшие русла ручьёв, когда‑то протравивших в этой земле свои дорожки. В открытое окно тянуло сухим горячим воздухом, пахнущим травой и той самой горькой полынью, от которой чуть сводило язык.

Впереди медленно вырос небольшой холмик — как островок среди волнующегося моря трав. Я взял на него курс, чувствуя, как под колёсами меняется грунт: стал более твёрдым, с редкими, хрусткими под ногами камешками. Заехав на вершину, заглушил двигатель. Я вышел из машины, и ветер сразу ударил в лицо сухим, горячим потоком, заставляя глаза прищуриться.

Я решил воспользоваться моментом остановки и достал фотоаппарат. Птички, кружащие надо мной, были далеко. Навел телевик, который обычно давал невероятное приближение.

Мое сердце ёкнуло. Я присмотрелся.

«Ох, ох, блин, ежики жеванные, (это я так научился ругаться, когда детишек в детских садах снимал) это что за птица такая?!»

Клюв у нее был зубастый, крылья перепончатые. Это был не голубь и не орел. Это был, чтоб его, птеродактиль!

«Я что, не в Казахстане, не в Монголии, а в другом Мире? В какую древность меня занесло?!» - у меня полезли все самые нецензурные слова, какие я знал, совсем не ежики жеванные.

Инстинктивно я сделал несколько снимков пролетающей твари. Камера – у меня же инстинкт все снимать, так что камеру последнее, что выпущу из рук. И тут я почувствовал, как надо мной нависла тень. Огромная. И, судя по всему, эта тень охотилась именно на меня.

Я быстро упал на землю, как на войне (смотри, а рефлексы-то остались). В то же мгновение надо мной пронеслась тень. Порыв ветра ударил мне в спину. Я был на волосок от смерти! Я рванул к машине и нырнул внутрь.

Я лихорадочно зарядил ружье. Оружейный сейф на заднем сиденье оказался очень кстати мной положен (еще при загрузке подумал, пусть оружие будет на виду у меня, не из-за того, что опасности ждал, просто оружие большая ответственность). Нет, ну что ж, твою мать, теперь я готов!

И тут я услышал. Глухой, скрежещущий звук. Птеродактиль, тяжело опустился на крышу кабины моего "Амарока" и начал царапать металл. Звук, от которого кровь стынет в жилах. Эта тварь, этот, жеванный ежик, птеродактиль, приземлился.

Я не стал ждать. Ну нафиг – еще устроит эта тварь мне не санкционированный люк в крыше, не закрываемый. Решение было принято мгновенно: или я, или он. В руках - моё верное помповое ружьё. Мой любимый итальянец, Fabarm SDASS Tactical 12 калибра сочетает в себе простоту, отточенный механизм. Разработано итальянскими оружейниками. Детали ружья идеально подогнаны. Стволы изготовлены из хромомолибденовой стали, коническая форма ствола обеспечивает прекрасные характеристики по резкости боя. Ручная перезарядка обеспечила всеядность ружья. Возможна стрельба подходящими по калибру боеприпасами любой мощности, также применение стальной дроби. Подствольный магазин на 5 патронов повышенной мощности, чтобы центровка была лучше. Это конечно хуже стандартного на 7, но пришлось количество патронов пожертвовать в сторону прицельности и ухватости ружья.

Я рванул дверь и выскочил из "Амарока". Отбежал на несколько шагов, чтобы увеличить дистанцию. И увидел.

На крыше моего верного пикапа, сидел огромный птеродактиль.

Первым пойдет заряд картечи. Чтобы шокировать его, сбить с толку. На второй выстрел - пуля. Главное - не промахнуться, чёртов паразит мне уже краску на крыше попортил, ежики жеванные!

Прицелился в его тушу, сидящую на крыше. Выстрел!

Картечь ударила в птеродактиля. Тот только взревел - дикий, визгливый звук. Он открыл свою пасть - огромную, сплошь утыканную острыми зубами, взлетел, и по кругу облетая меня и машину решил зайти сзади и атаковать зубастой пастью.

Секунды не прошло, и я веду мушкой цель в воздухе. Передернул цевье помпового ружья. Звонкий, жесткий звук перезарядки. Второй выстрел! Пуля, прямо в грудь атакующему птеродактилю.

С глухим, тяжелым шлепком он рухнул на землю, сминая траву. Затих.

Охота удалась. И хотя я был, ежики моченые, на волосок от смерти, победа осталась за мной. Дрожь в руках утихла, сменившись острым, животным удовлетворением. Я жив.

Я осторожно подошел к упавшему птеру. Огромная летающая рептилия. Пасть – больше полметра в длину, сплошная стена острейших зубов. Ясно одно: это не мой Старый Мир. Это Юрский период…

Осознание, что я хрен знает где.

У меня вдруг началось, типа паническая атака. Я просто не знаю какие они эти панические атаки, но думаю у меня сейчас именно она - атака.

«Так, Алексей, дыши. Надо перестать быть таким беспечным. Я не на Земле. Я попал в проклятую задницу времени и пространства. Степь неизвестная, а веду себя, будто выехал на пикник. И вообще ощущение, что я внутри кино с хорошей реалистичной картинкой и с запахами, и даже с ощущениями.

А может ну его эти рефлексии и желание убежать, может сесть в машину, вернуться обратно в цивилизацию и просто заняться нормальным делом, сделать "нормальный" бизнес, который ИИ не заменит. Плюну на свои фотоаппараты, языки. Вместо фотостудии открою овощную лавку, а лучше - мясную лавку открою. И буду торговать, деньги будут всегда. Ведь люди хотят кушать и хорошо кушать и желательно раза 3 в день. Отращу животик. На спокойной и безбедной жизни опять девушки на меня будут заглядываться. Женюсь. Может детей и собаку заведу… Для этого нужно всего лишь повернуть обратно, вернуться в цивилизацию, и реализовать свой бизнес-план!

Но я ведь никогда себе не прощу, что не поехал дальше, что не узнаю, как и где тут? И что тут? Да и какой из меня лавочник? Разорюсь в первый месяц. А охотник, рыбак и выживальщик я вроде не плохой».

Конец панической атаки и рефлексии. Вздохнул с облегчением и как будто с плеч гора свалилась. Мир заиграл красками по-новому. И я почувствовал, что у меня прорезается интерес к жизни. Я достал свой Дневник, я его начал вести несколько дней назад, когда понял, что у меня жизнь начинается с «чистого листа». Нужно записать, что со мной приключилось сейчас в новом Мире, пока все свежо в памяти и эмоциях. Мой взгляд остановился на первой странице Дневника, и я снова провалился в воспоминание нескольких последних дней, которые полностью изменили мою жизнь.