Тот кто видит магию

Ник родился в большой деревне на старом тракте — месте, где магия была не чудом, а частью жизни.

Здесь к ней относились просто: как к ремеслу, как к инструменту, как к ещё одному навыку, который рано или поздно должен проявиться.

Каждый это знал.

В десять–двенадцать лет магия приходила ко всем.

Не одинаково, не сразу, но приходила.

Ник рос спокойным ребёнком. Он редко спорил, редко спешил и чаще наблюдал, чем действовал. Отец учил его держать деревянный меч правильно, не силой, а стойкой. Мать — слушать и не делать выводы раньше времени.

Магия пришла утром.

Без вспышек и боли.

Просто мир стал другим.

Ник сидел на кровати и смотрел, как свет пробивается сквозь щель в ставнях. Он видел не только сам свет — он чувствовал, как он держится, как будто что-то невидимое поддерживало его форму.

Он не испугался.

— Мам, — тихо сказал он. — Я чувствую магию.

Элиана не задала лишних вопросов. Она лишь кивнула и сжала его ладонь.

— Значит, сегодня пойдём к Корвину.

Маг жил в каменной башне у края деревни. Невысокой, старой, без украшений. Он проверял детей каждый год — спокойно, без торжественности.

В зале было шумно. Кто-то волновался, кто-то хвастался, кто-то делал вид, что ему всё равно.

Перед магическим резонатором дети становились по одному.

— Обычный отклик.

— Хорошая чувствительность.

— Стабильно.

Корвин говорил коротко и без эмоций.

Когда подошла очередь Ника, всё шло так же. Он положил руку на кристалл и сосредоточился.

И мир снова изменился.

Ник увидел магию внутри резонатора. Не свет — структуру. Потоки, напряжение, места, где энергия расходилась неравномерно. Он понял это мгновенно, будто всегда знал.

Корвин нахмурился.

Он не говорил несколько секунд. Потом ещё одну.

— Начинающий, — сказал он наконец.

Ник уже хотел выдохнуть, но маг добавил, чуть тише:

— С нестандартным откликом.

В зале стало тихо. Не из-за удивления — скорее из-за неловкости. Такие формулировки никто не любил.

— Это плохо? — осторожно спросил кто-то.

Корвин не ответил.

Он посмотрел на кристалл ещё раз, потом на Ника.

— Иди, — сказал он спокойно.

Ник отошёл, чувствуя на себе взгляды. Не завистливые. Не восхищённые. Скорее… оценивающие.

Он заметил ещё одну деталь.

Когда Корвин делал записи, он не вписал его имя сразу.

Перо зависло над страницей, будто маг не знал, в какую строку его определить.

По дороге домой Ник молчал.

— Всё нормально? — спросила мать.

— Да, — ответил он честно. — Я начинающий маг.

Это была правда.

Но почему-то она звучала не так просто, как у других.

Ник ещё не понимал, что именно произошло.

Он не чувствовал опасности, не чувствовал угрозы.

Но в этот день мир впервые дал ему понять:

не всякая магия желанна.

И это было только начало.