Третья лига

Утро. Запах разгорячённого тела рядом, остатков духов и всего того, что было вчера: вина, сигарет и секса. Очень много секса. Это была ночь без обязательств. Встретились, переспали и разбежались. Вот и сейчас мне уже надо уходить, несмотря на замечательную ночь. Каждый из нас получил то, что хотел. Она — ночь, полную секса без обязательств. Я же сейчас получу немного денег, которые позволят мне продержаться еще чуть-чуть.

Кажется, всё в этом мире — для тебя. При условии, что у тебя есть член. Квартира, пособия, обучение — все это ты можешь получить, только протяни руку. Ан нет, для этого всего тебе нужны документы. Простая карточка, которая позволит тебе всё это.

А когда ты очнулся три месяца назад со знанием совсем других условий... Другая страна, другой язык, другое тело, другие воспоминания. Там ты был мужчиной среднего возраста с кучей болячек, у которого болело всë. Здесь ты — молодой человек, практически без памяти... Хорошо хоть со знанием языка и самыми простыми навыками, позволяющими хоть как-то влиться в общество. Повезло что пол остался тот же, а то я даже не знаю, как бы себя чувствовал. Хотя шанс поменять половую принадлежность был ну очень высок.

Куда ни бросишь глаз, можно встретить как минимум симпатичную девушку, и это в худшем случае. Скорее всего, это будет красавица, которую в старом мире можно было пускать на подиум. Причем это будет не доска два соска, а вполне сформировавшаяся девушка: с ногами от ушей и грудью как минимум третьего размера, либо полностью гармоничная красотка, у которой было все на месте. И как бонус — практически полное отсутствие мужчин.

Стоило мне выйти из того переулка, где я оказался, как я привлек заинтересованные взгляды — большинство из которых были вполне себе плотоядные.

Описывать первые несколько недель унижений я не буду. Для человека, привыкшего постоянно обеспечивать себя самостоятельно, пользоваться такими способами… Хорошо хоть появившиеся воспоминания говорили, что здесь это в порядке вещей. Та заминка на улице привела к тому, что меня буквально затащили в кафе, где я был накормлен, ощупан и буквально затрахан в местном туалете. Нет, все было по взаимному согласию. И я даже в какой-то степени благодарен Мери за тот раз. Она показала примерный выход из сложившейся ситуации. Но все равно пользоваться собой как валютой... Причём в большинстве раз до нормальных отношений, романтики и не доходило — первое время я просто кочевал из одной постели в другую. Зачастую это были даже не свидания, а просто секс. Дикий, животный секс.

Этому поспособствовало и то, что, судя по моим воспоминаниям, доступ к женскому телу в прошлой жизни был не такой легкий. А сейчас я мог просто подойти к понравившейся девушке — и, скорее всего, у нас будет секс. Ну еще бы, с такой конкуренцией! И это не у меня, а у них. Везде, где бы я не был, большинство тех, кого я видел, были девушки. За ту неделю, что я ходил по рукам, я видел не так много парней, и все, кого я встречал, были, ну... такое себе, если честно.

Я прекрасно понимал, что при таком обилии красоток зачем стараться? Можно просто “раздвинуть ноги” или, в моем случае, просто завалить любую понравившуюся красотку.

Каждая такая встреча вызывала у меня чуть ли не отвращение. Это не означало, что здесь не было тех, кого можно было назвать обычными парнями. Но таких было меньшинство, и каждая встреча с ними была как праздник. Однако за первые недели мне такие практически не встречались. А единственная встреча с таким парнем перевернула всё с ног на голову, приведя меня в нормальное состояние.

В этот раз моя очередная пассия решила шикануть, пуская мне пыль в глаза, и мы отправились в ресторан, явно не по нашему уровню. Нет, это не было какое-то пафосное заведение с тремя звездами Мишлен, а вполне тихий и хороший ресторанчик, единственным достоинством которого была качественная, и, что самое главное, вкусная еда. И именно здесь я увидел его.

Мужчина сидел полностью в одиночестве, и это было странно. Высокий мускулистый красавец, сидящий в полном одиночестве — достаточно странное зрелище само по себе. Его грубое, будто высеченное из камня лицо выдавало скуку. А классический деловой костюм, дорогие часы и запонки показывали, что он к тому же не беден. И такой мужчина просто сидел и скучал. Причём его одиночество было настолько важно для него, что он просто отгонял всех, кто пытался с ним познакомится.

Такое поведение хорошо наложилось на мои старые воспоминания, что я невольно начал сравнивать его с собой. Отпросившись в туалет, я посмотрел в зеркало. То, что я увидел в отражении, мне сильно не понравилось: напомаженный, накрашенный клоун, а не то, чем я был раньше. И как на зло, тот, с кем я себя сравнивал, прошел мимо. Остановившись рядом, он тоже посмотрел в зеркало, что еще больше усилило контраст между нами. Теперь я мог разглядеть того, с кем себя сравнивал. Лицо мужчины, пусть и несло на себе следы косметики, но её было минимум. В отличие от меня, который, наслушавшись своих новых друзей, нанес боевую раскраску. Увиденное мне сильно не понравилось. И дело было даже не в том, что я проигрывал неизвестному мужчине, а в том, что я предал себя прошлого. Нет, я не против меняться, чтобы подстроиться под новые условия, но не ценой потери себя.

А эта сволочь блеснула красными глазами, чему то улыбнулась и пошла дальше. А мне оставалось только "обтекать".

Полностью смыв боевой раскрас, я вернулся к своей спутнице. И, чёрт возьми, таким я ей понравился даже больше. Но всю оставшуюся ночь меня преследовала эта наглая красноглазая рожа.

После этой встречи мне пришлось подумать, серьезно подумать. Благо, деньги на первое время у меня были, и я мог позволить себе несколько дней на размышления.

Совсем не сорваться с резьбы мне дал небольшой брелок - каменное яйцо на цепочке, который я начал постоянно крутить в руках. Непонятно как, но это простое действие помогало мне успокоиться.

За эти несколько дней я сильно пересмотрел свои планы на жизнь. Да, мне придётся быть жиголо - пока это единственный способ выжить без документов.

Вот так и прожил Алекс Джон последние три месяца. Постоянные встречи с женщинами, которые я стал проводить намного реже, чем мог, — лишь бы не остаться без штанов. Всё остальное время у меня ушло на тренировки, обучение и чтение книг. Я даже пытался погрузиться в историю, но бросил, поняв, что окончательно запутался. Да, я знаю фразу “кто не знает истории у того нет будущего”. Но пока у меня и так нет будущего, кроме роли постельной грелки для достаточно богатой леди.

И вот я кручусь как белка в колесе. Благо статус мужчины давал некоторые преимущества: скидка в тренажерный зал, который в итоге стал для меня практически бесплатным. Уж очень хорошую рекламу я им делал. Ещё бы — мужчина занимается в тренажерном зале! Это конечно не сенсация, но обычно мужчины выбирали фитнес или йогу, а не силовые тренажёры, как я. Так что мои тренировки зачастую превращались в процесс соблазнения невинного мальчика. Ну, это они так думали. А на самом деле я просто кайфовал в обществе красивых полуголых девушек. А небольшой флирт позволил мне без документов зарегистрироваться в центральной библиотеке Нью-Йорка, что помогло мне чуть больше узнать об окружающем мире. Пусть это была лишь официальная история, но даже так она принесла мне уйму шокирующих открытий. Фамилии Старк и Роджерс из новейшей истории очень сильно выбили меня из колеи. Я даже сходил в музей Стефании Роджерс. Судя по сохранившимся фотографиям, она была красивой девушкой. Даже больше - на неё можно было активно пускать слюни.

Получается, я в мире, где всё это правда. Нужно быть острожным и стараться не попадать в неприятности. Тем более, как я понимаю, до момента, когда её разморозят, остаётся еще много времени. А с другой стороны, как я могу повлиять на грядущие события, будучи абсолютно бессильным? Ровным счетом никак. Так что да, похоже я попал.

Насколько я помню, этот мир опасен: тут постоянно кто-то с кем-то дерётся, за каждым углом может быть схватка, в которой можно пострадать. Правда это сильно расходится с реальностью. За то время, что я здесь, я видел лишь несколько ограблений, да и те в моём присутствии почему-то быстро прекращались, а меня просили удалиться. Нет, была пара случаев, когда ухаживания за мной переходили некоторые рамки и больше походили на насилие. Но оба раза мне сильно везло, и всё быстро заканчивалось. Вот после последнего инцидента я и начал знакомится только здесь. Я был очень благодарен владелице данной бара… ресторана… Да чёрт его знает, что там держала Люси. Короче, заведение, первый этаж которого был помесью бульдога с носорогом - нечто среднее между баром и рестораном. А второй этаж был полон различных комнат для проведения приятных встреч.

Можно сказать, что я сам бросился на дорогу проституции. Но что мне ещё оставалось? А хер его знает. Без денег, без документов, без всего. Благо, жильё мне удалось снять достаточно просто и дёшево. Можете догадаться, чем я оплачивал часть аренды.

Вот так я и жил последние три месяца: изучал новый для себя мир и постоянно вздрагивал при любом признаке опасности.

Нравилось мне это? Да не очень, если честно. Мог ли что-то с этим поделать?

Не знаю. Сильно не знаю. Уж очень плохие слухи ходили повсюду.

***

Очередной вечер в баре, когда тебе нечем заняться. А она просто сидит у стойки и играет с рюмкой чего-то крепкого. Виски. Да, впрочем, не важно. Важен взгляд и ненавязчивая настроение. А почему бы и нет? Пускай это просто совпадение, но, может, это судьба на сегодняшний вечер? А может, и просто совпадение, подогретое вином и усталостью от одиночества, которое уже не давило, а просто… присутствовало.

А дальше - разговор. Простой разговор обо всем и ни о чём. О дожде и кино, о подкасте нового блогера и о солнышке в Центральном парке. Обещание сводить в зоопарк, в которое никто не верит.

Второй этаж, и комната — не самая маленькая, но и не большая. Единственное достоинство — это кровать. Большая, с мягким на вид матрасом, который в деле удобнее, чем на вид. И губы, настойчиво требующие внимания. И дыхание — одно на двоих, когда двое дышат как один.

Одежда разбросанная по всей комнате. Где чьё — сейчас не важно. Как и потом. Здесь есть только она и он. И влечение, которое с каждым мгновением нарастало, постепенно переходя в страсть.

Это был секс, просто секс. Назвать его актом любви не получалось. Он забудет её практически сразу, как уйдет. Она, скорее всего, не забудет его ни когда. Но он останется только хорошим воспоминаем. Больше ничем. А может, и она забудет к утру. Но это будет позже, а сейчас — стон. И удовольствие. Как для неё, так и для него. Стон — негромкий, но настоящий. Вздох — не для эффекта, а от переполняющих чувств. Пот — не помеха, а доказательство: это живое. Живое — не идеальное, не отретушированное, не для инстаграма. Просто — настоящее.

Он ушёл первым. Она проводила его взглядом, не вставая. Дверь закрылась.

И всё. Ни сожалений, ни эйфории. Просто — было.

***

Как же я не люблю себя после этого. Но, как говорится, я был молод, и мне нужны деньги. И пофиг, что это было всего пару минут назад. Мне действительно нужны деньги, и я действительно молод.

– Малыш, она оставила неплохие деньги, да и за комнату хорошо заплатила. Так что вот твоя доля, — окликнула меня Люси перед выходом.

Неплохо. На это я смогу прожить как минимум неделю. В этот момент стройная негритянка загадочно улыбалась, но, несмотря на мои опасения, деньги она отдала.

– Малыш, тебе нужно чаще появляться, и ты будешь больше зарабатывать.

– Зачем? Мне хватает на жизнь. Так зачем?

– Ну, деньги нужны не только тебе, но и мне. А твоя мордочка хорошо

их приносит. Так что, может, будешь заходить чаще?

– Не хочу. Просто не хочу. Я не против хорошо потрахаться, но делать

это постоянно... Уволь меня от этого.

– А что будешь делать, если я тебя действительно уволю?

– Люси, я у тебя не работаю. Так что уволить меня ты не можешь.

– Аргумент. Но ты всё равно подумай. Можешь просто приходить. Ужин с меня.

– Ну, если только ты сама встанешь за плиту, тогда я подумаю. Мои слова вызвали гомерический хохот.

– Знаешь, ты не захочешь есть то, что я приготовлю. Уж поверь мне, я слишком хренова в готовке. И пробовать ты это не захочешь.

– А ты попробуй, может, мне и понравится.

–Ловлю на слове. Жду тебя завтра. Так что запасись противоядием. Постараюсь не отравить моего сладкого мальчика.

Привычно увернувшись от прощальных обнимашек девушки я побрёл домой, охваченный одной лишь мыслью — о сне. Хотя вечер я и провёл в нежных объятиях, это не принесло покоя. Тело требовало горячего душа, а разум — забытья в глубоком сне. Вот и шел я домой, не обращая внимания ни на что.

А на улице в свои права вступала осень. Немногая зелень начинала желтеть. Стояла та погода, когда не поймешь, есть дождь или нет, но всей кожей ощущалась влага. Это полностью совпадало с моим настроением, когда ничего не хотелось. НИ-ЧЕ-ГО.

Вот и шёл я по улице, сопровождаемый заинтересованными взглядами. "Красивый, хорошо одетый мужчина идет в полном одиночестве. Как не познакомиться?" — читалось в глазах проходящих мимо девушек. Вот мне и приходилось уворачиваться от притязаний на моё комиссарское тело. Здесь было всё: от простого предложения познакомится до активных приставаний.

Но это уже было привычно, и я знал как этому противостоять. Кому-то просто улыбнуться, кому-то дать по рукам, с кем-то можно перебросится парой фраз, а то и поговорить. Всё это уже делалось на полном автомате. Как бы не хотелось красоткам со мной пообщаться, но мне хотелось одиночества. Так что, проскочив до комнатушки, которую снимаю, я закрылся на все замки и просто сел у окна.

Смотреть на комнату было не охота, да и незачем. Фактически прямоугольник площадью примерно двадцать квадратных метров. Окно на такой же дом — и всё. Единственная радость — это то, что туалет и душ находились в комнате, а не на этаже. И за такую красоту мне надо было или спать с владелицей раз неделю, или платить три штуки баксов в месяц. Зато ни документов, ни чего другого от меня не потребовали. Да и не будут требовать впредь.

На этой площади ютилась небольшая кухонька, обеденный стол, пузатый телевизор, который казался мне анахронизмом, и диван, который можно было разложить в кровать. Но если честно, мне хватало и одной секции для сна, так что разложен он был редко. Вот и вся моя холостяцкая квартирка, которую я стараюсь поддерживать в чистоте. Если честно, получается это далеко не всегда.