Три бомжа

Похолодало. В Крым, к теплу потянулись не только вороны, но и бомжи. К чему я о воронах? Они ведь не перелётные птицы. А вот и не угадали. Вороны тоже перелетают. Только не так далеко, как большинство других. Вороны перелетают в пределах трёхсот километров. Не более. А поэтому зимой в Крыму этих красивых и гордых птиц становится заметно больше. За Крымом ведь море! Вот почему здесь зимой этих умных птиц очень много. Через море лететь дурных нема. Вот и зимуют тут и местные, и залётные. Хотя я не о них сейчас.

Рядом с нами находится заброшенная воинская часть. Военные давно оставили эту территорию и уехали осваивать новые земли. А как водиться, после того как хозяева покидают насиженные места, после них остаётся не мало различного хлама. И вот каждый год, как только наступают холода, в бывших казармах заводятся бомжи.

Люди без определённого места жительства. Правда в данной ситуации совершенно определено их место пребывания.

И все, кто тут останавливался на зиму, находили средства для проживания. Хотел сказать обогащения, но как-то не похоже, чтоб кто-то озолотился.

Вот и эта троица, что поселилась в этом году, раскопала где-то склад с минами. Ну да. Обычными противотанковыми минами. Только учебными!

Но мы то этого не знали.

И вот иду я с утра прогуляться со своей собакой и вижу, - женщина на верёвке, как собачёнку тянет мину, а её два приятеля усиленно лупят железякой по второй такой же опасной находке.

- Стойте! Вы же взорвётесь! Вы что самоубийцы?

Вот так и состоялось наше знакомство.

- Не переживайте пожалуйста. Эти мины учебные и наполнены песком, а на приёмке металлов заставляют песок высыпать. Вот мы заранее и разбираем их.

- А вы уверены что они все учебные?

- Конечно. Мы бездомные, но не безграмотные. В Союзе всех заставляли учиться. А вот здесь, где вкручивается взрыватель, серым по зелёному написано, - «Учебная». Так что бояться нечего.

- Вы здесь на долго?

- А что? Мешаем?

- Нет. Вы здесь не первые и думаю не последние. Пока застройку не начнут, такие как вы будут здесь останавливаться. Крыша над головой есть, Дров для костра хватает. Главное вы себя не спалите и пожар не устройте.

- Мы аккуратно. Спасибо за беспокойство.

- У меня часто остаётся хлеб, и я его сушу на сухари. Не побрезгуете – принесу.

- Ну зачем же вас утруждать.

И обращаясь к женщине сказал:

- Надежда, сходи с человеком, он нам хлеба даст. Будет у нас к утреннему кофе, свежий сухарик.

Женщина пошла вслед за мной, но во двор заходить не стала. Ждала.

Я зашёл в дом. В большой кулёк сложил насушенные сухари, баночку варенья, пару банок кильки в томате, ну и в связи с холодной погодой, налил в бутылку грамм двести самогона. Чтоб согрелись.

Закрыл дом и вышел на улицу. Женщина тихо стояла в ожидании.

- Ого! Что это вы там несёте?

- Да вот вам собрал немного. Сегодня вроде как праздник.

- А какое число, не подскажите?

- Девятнадцатое декабря.

-Ух ты. Уже зимний Никола. Время то как летит.

Мы подошли к работающим.

- Прапорщик. Бери Серёгу и пошли перекусим. Тут джентльмен нам сделал бомжатский подгон. Перекусим, а дальше ещё поработаем.

- Подгон? Спасибо гражданин. Мы что-то должны за это?

- Да вы что. Я же просто поделился тем не многим что и сам имею. Пенсионер ведь.

- Ну благодарим. От души. Может тогда с нами посидите?

- А вот и посижу. Мне вот всегда было интересно, как это люди в такие ситуации попадают.

Мы, вчетвером прошли до ближайшей казармы. Полы уже были сорваны, часть балок сгнила. Мы прошли в отделённую стеной комнату.

Посреди догорал небольшой костерок, но дыма не было. Какой-то умелец из бумажных труб протянул к стене вытяжку. Опасно конечно, но действенно. Так как окон здесь не было, а дверь ещё и закрывалась, то от стен исходило тепло. Значит костёр был жаркий и при этом жильцы не угорели. Значит вытяжка действенная.

Руководил всем прапорщик.

- Серёга, давай ящики и посуду. Надежда с тебя скатерть.

Когда ящики были установлены, центральный и один боковой ящики были накрыты газетами.

- Присаживайтесь. Подскажите как к вам обращаться?

Спросил меня их старший.

- Зовите Виктором. И вам проще, и мне понятней.

- Ну, как угодно. Хозяин барин. Ну что Витёк, выкладывай чем порадуешь.

Мы расселись. Единственно Сергей раздувал кострище под установленным на кирпичи чайником.

- А чего это вы мне ящик застелили?

- Просто ты в чистом, а нам и так сойдёт. Тут же сапёры и танкист служили, везде мазут и литол. Не хочется, чтоб хороший гражданин испачкал обмундирование.

- Понятно. Ну вот что я тут принёс. С вашего разрешения я тоже пригублю глоточек.

И я достал чекушку самогона. Пока доставал и выкладывал другие продукты, смотрю, прапорщик задумался, а потом поднял руку.

- Витя. Ты эти продукты нам принёс?

- Конечно.

- И я могу делать с ними всё что захочу?

- Да конечно же.

- Ну тогда, Надя, иди сюда. Раздевайся.

Подошедшая женщина посмотрела на него, но при словах немного отпрянула и стала озираться, в основном глядя на меня.

- Но я… Мне как-то.

- Я сказал скидовай верх и садись передо мной.

Сам поднялся. Помог стащить с плеч кофту и что-то наподобие платья. Усадил перед собой полуобнажённую женщину и взял алкоголь.

Обратился ко мне.

- Ты уж Витёк прости, но эта дурёха недавно промокла и никак не очухается. Кашляет.

Налил в ладонь самогон и стал усиленно растирать подругу.

- Хотел сказать, что же вы молчали. Но мы же были не знакомы. Я сейчас таблетки принесу и ещё что. Скажи, что надо?

- Да нет. Ничего не надо. Я и это всё не использую. Сейчас по глоточку согреемся. Тут всем хватит.

Он закончил растирание. От его заскорузлых ладоней и алкоголя, спина женщины пылала. Казалось, что растёр до крови. Но мужчина быстро натянул лохмотья на женщину и ещё сняв с себя пиджак накинул на ей плечи.

Пока проходили процедуры, на столе уже всё было готово. Консервы открыты.

- Вот эта банка тебе, а эта нам. Пьёшь ты первый, мы следом.

- Нет. Так не пойдёт. Получается я всё принёс и сам сожру. Давайте все вместе.

- В нашей команде, все подчиняются мне. Один глава – это порядок. У нас нет пьянок и разгулов. Мы честные люди. Просто попали в такую ситуацию. С тобой, Витя, немного другое и мне приходится объяснять. Вилок и ложек у нас нет. Мы будем есть руками. Ну и пить будем с одного стакана что здесь же и нашли. Мы хоть и не больные, но всё же не слишком чистые. Ты первый выпьешь, мы за тобой. А закусывать ты будешь с отдельной банки. Что не съешь, мы доедим. Но не ты за нами. Так что выполняй. Я прапорщик – мне виднее.

- Понял командир.

Сказал я и опрокинув в себя пятьдесят грамм, взял рукой килечку и закусил.

Пустил стакан и банку по кругу.

Все выпили и закусив, отложили почти пустую банку в сторону.

В углу зашуршала бумага и из вороха вылезла Булька. Это местная, дворово уличная собачонка которую подкармливаем всей улицей.

- О Надежда. Твоя грелка проснулась. Корми.

Женщина пододвинула к собаке недоеденную кильку.

Собака взглянула на кормилицу и принялась вылизывать подачку.

Мы посидели ещё немного. Доели кильку и попили с вареньем что я принёс горячий цикорий. Довольно-таки хорошо и на морозце приятно.

Дальше прапорщик объявил окончание перекура, и тройка отправилась на продолжение работ.

Надежда

Но просто так от меня отделаться, у прапорщика не получилось. Я пришёл и на следующий день. Правда в казарме орудовала сама Надежда.

- А где же прапорщик?

- Да они пошли сдавать, что вчера наработали.

- Так что, вы голодными из-за меня остались? Это ведь я вас отвлёк.

- Что вы. Вы нам помогли. Так у нас запасов совсем не было, а теперь будут.

- Это как?

- Ну то мы что заработали, то и проели. А так как вы нас вчера накормили, то теперь сегодняшние заработки пойдут на завтра.

- А сегодня как же? Не есть что ли?

- На сегодня у нас со вчера осталось.

- Ну ладно. Не пойму вашу математику. Когда они вернуться?

- Да уже должны. С минуты на минуту будут. А вы что-то конкретно хотели?

- В смысле…

- Ну к нам часто люди подходят и предлагают работу. Мои то не пьющие. Так если, по пятьдесят и всё. Вот к нам и обращаются. Вскопать, вынести.

- Нет. Я просто зашёл. От ещё немного продуктов принёс.

- Ой, зачем вы. Нам хватает. Мои хорошо зарабатывают. Тут мин много. По пять шесть штук в день разбирают и сдают.

- Ну я же не просто так. Я сразу прапорщику сказал, что мне интересно узнать, как люди попадают в такие ситуации. Вот вы как оказались на улице.

- Давайте присядем. Вы знаете, о себе как-то сложно рассказывать. Давайте лучше о Серёже. Он ведь инженер. На большом предприятии работал. Уважаемым человеком был. К нему иначе как по имени отчеству и не обращались. Но случилось "ЧП" на предприятии. Погибли люди. Вскрылись факты крупного воровства. Он как главный, первый и сел. Потом конечно разобрались. Через три года. Да только в Сибири, на лесозаготовках сильно подорвал здоровье. Его оправдали и выпустили, а он из леса, да на больничные койки. Жена ушла. Точнее выписала из квартиры и замуж вышла. На работе уже не стали восстанавливать, хоть и постановление выдали ему на руки. Это он раньше был гордый и властный, а как с зоны вернулся – так мягкий и тихий стал. Убили в душе у него человека. Ходит всегда тихий и спокойный, но правда работящий. Вот к нам прибился. Хороший он.

- А прапорщик и правда служака?

- Правда. Боевой был. По горячим точкам ездил. Имеет ранения и награды. Да у него дом – полная чаша. Я видела со стороны. Он как-то проходя указал. И жену его видела. Красавица. И детки хорошие. Выросли уже правда. У него фоточка в кармане всегда.

- Так как так-то? И жена красавица и дети хороши, а он бомжует.

- Так получилось. Пока он по горячим точкам ездил, деньги большие сюда, им пересылал. Жинка на эти деньги и загуляла. А когда он вернулся, это когда по возрасту из армии списали, он стал никому не нужен. Денег больших у него уже нет. Вот жена и выставила ему за порог чемодан с вещами. Но он гордый. Ничего не взял. Так, в чём был, так и ушёл.

- Вы всё же пришли выведывать.

Раздалось позади. Мы вздрогнули и оглянулись.

Прапорщик и Сергей стояли в дверном проёме.

- И что вы всё вынюхиваете? Подкупаете добротой и в душу лезете. Не тревожьте нас. Вы думаете, что тут алкашьё собралось и думаете сдать нас в полицию. Скажите прямо что хотите от нас избавиться, и мы уйдём. Никого не потревожим.

- Не думал, что вот так всё серьёзно обернётся. Ничего я не выведываю и в души ваши не лезу. И да, прапорщик. Я имею право думать, что люди по своей глупости и из-за пьянки потеряли жильё и свои семьи и даже лицо. Не расспрашивая не узнаешь правды.

- Узнали? Всё! До свидания! Надежда, собирай вещи. Мы уходим. Найдём себе другое место. Быстро.

Женщина засуетилась. Заохала…

- Стоять. Слушай мою команду. Я старший по званию и поэтому приказываю отложить переезд и всем оставаться на своих местах. Да прапорщик, я старше и по возрасту, и по званию. Разрешите представиться – Майор Виктор…. Вот подтверждающий документ.

Прочитав, прапорщик приложил руку к помятой кепке:

- Здравия желаю, товарищ майор.

- Вот так уже лучше. Здравия желаю. И на правах старшего приказываю оставаться в данном месте дислокации до того момента пока вам это самим будет необходимо. То есть минимум до весны.

- Есть.

По-военному ответил прапорщик.

- Может представитесь? Как-то не правильно всё время твердить прапорщик.

- Разрешите этого не делать. Не хочется позорить своё имя и фамилию. Тем более что в определённых кругах они хорошо известны.

- Вы хоть пенсию получаете?

- Моя зарплатная, а ныне пенсионная карта осталась там, где и все мои бывшие мечты – в семье.

- Но как же так. Они живут припеваючи на ваши деньги, а вы перебиваетесь небольшими заработками.

- Да я бы конечно вернул свою пенсию, но тот дом не пойду.

- А попробовать восстановить на себя другую карту. Ну вроде как эту украли?

- Это подсудное дело, а я своей семье, пусть и такой, но не враг.

- Видите какой он гордый! А мог бы хорошо жить.

Вступила в разговор женщина.

- Давайте я попробую что можно узнать и как уладить вашу проблему.

- Может не стоит, товарищ майор.

- Может и не стоит, но жизнь не завтра кончается. Вы собираетесь так лет десять бомжевать?

- А он и собирается…

- Надежда. Ты бы не лезла. Сама разве не такая?

- Я другое дело. У меня дочь.

- Которая сдала тебя в дурдом, чтобы оставаться в твоей квартире со своими любовниками.

- Это я сам виновата. Не много не правильно её воспитала. Да и её отец был такой же гуляка. А в молодости какой он был красавец. Половина школы за ним бегали, а он меня выбрал.

- А потом бросил при первой возможности, как только ты родила. Эх женщины. Ведётесь на всё блестящее и яркое. А ведь самые верные мужики из простых получаются, а не из ярких и скачущих…

- Ну вот я с вами и познакомился. А так как вчера была пенсия, я приготовил вам небольшой подарок. Пошли Серёжа со мной. Возбмём коробку и принесём. Надя не справится. А потом отметим мы вчерашний день Святителя Николая.

Мы сходили за коробкой.

Я не могу точно сказать, что послужило толчком к моему поступку. Ведь здесь и раньше селились бомжи, но эти мне как-то припали до души.

Может порядок который установил прапорщик, а может его забота о ближнем. Как он вчера растёр самогоном женщину. Другой бы просто выпил и не факт, что с кем-то поделился. Не знаю.

Но я купил в секонд хенде различных одежд для Сергея и Надежды, а вот для прапорщика не пожалел своей старой формы. Конечно без знаков и погон, но очень добротная одежда.

Когда переодевания и расхваливания закончились мы сели выпить по маленькой.

- Спасибо – э-э-э…

- Виктор.

Напомнил я.

- Хорошо. Давай без регалий. Спасибо Витя. Мы и правда поизносились. Особенно наша дама. Теперь то она конечно супер. А это пальтишко просто находка. Может наконец-то очухается и перестанет кашлять.

- Теперь я вот прикинул, но хоть и зима, вы сможете навести порядок в моём подвале. Надо не крыше посмотреть шифер, но это если снег сойдёт. Так что вот вам фронт работ. А об оплате я думаю сговоримся.

- А вот за работу, так это особое спасибо. Знаешь, как тяжело принимать подачки, когда у тебя руки есть и желание что-то создавать и делать.

- Ну вот на сегодня у вас всё есть, так что давайте по соточке, а завтра приметесь за работу.

- По сто грамм — это хорошо, но на завтра не рассчитывай. Мы договорились с приёмщиком что ещё два дня будем ему носить металл. А вот потом мы в полном твоём распоряжении.

- Договорились.

Ящики были расставлены, и мы расселись. Вечер получился длинным и приятным. Наговорились вдоволь. Даже Сергей не остался безучастным. Под аккомпанемент наших губ и голосов прошли небольшие танцы…

- Всё! Пора расходиться. Завтра встанем ещё за темно и начнём работать. Может мы быстрее управимся с задачей и переберёмся работать к тебе.

- Спасибо прапорщик. Хороший ты мужик. Правильный. Всё что смогу, я для тебя сделаю. Мы восстановим все документы, и ты получишь всё по своим заслугам.

- Спасибо Витя. Но ты не рвись. Я уже привык. Втянулся, так сказать. Даже если ничего не получится. Не страшно. Жизнь продолжается. Надюше бы помочь. Она женщина. Ей такая жизнь совсем не подходит.

Сама Надеждя сидела в сторонке на ящике и краешком нового для неё платка вытирала слезящиеся глаза. То ли плакала, а то ли дым от костра всё же не весь выходил в бумажный дымоход…

А на утро я проснулся от небывалого грохота.

Сквозь сон не мог понять – что же произошло и что это за гром был на улице…

Но когда на улице раздался вой нашей уличной собачонки Бульки – в душу закралась тяжёлая боль догадки…

Как был в пижаме, та и выскочил на улицу.

По дороге с завыванием приближалась пожарная машина.

Развалины казармы пылали.

Встревоженная собака сидела в сторонке и протяжно выла глядя на вакханалию и пляску огня…

А прапорщик вчера сказал, что они встанут по раньше, чтобы начать работать…

Неужели среди всех учебных мин попалась одна настоящая?

Или прапорщик всё же решил не принимать помощи от меня и уйти не прощаясь. Так чтоб я его не искал.

Как хочется верить в лучшее, пусть и не такое радужное…