Тринадцатая

За окном — ску-ко-та! Сплошная и липкая, будто промозглая ноябрьская слякоть. На фоне этой серости назойливо пляшет рыжий листопад. Осень — депрессивное время года. Ага, в самый раз для таких, как я. Ведь моя жизнь — низкобюджетный сериал. Я в нём и режиссёр-постановщик, и главный актёр, и благодарный… Увы, единственный зритель.

В окнах пятиэтажки напротив — тоже креатива ноль. В 34-й живёт старушка Пелагея. Каждое утро, выходя на балкон, вооружившись дырявой лейкой и позитивной деменцией, она поливает вечно умирающие герани. Тяжело смотреть… Агонизирующее растение почти как моё израненое сердце. Килограммы антидепрессантов не в состоянии унять пожар… Он лишь полируют броню…

В 26-й — молодожёны. Третью неделю подряд таскают коробки из «Икеи». Парочка трудолюбивых муравьёв, верящих в то, что барахло даёт комфорт. Знаем-видим-проходили.

«Ну, где же драма, где интрига?..»

Опа!

В 13-ю, пустовавшую больше полугода, заехала какая-то красотка. Чуть не разлил на себя горячий эспрессо. Яркая, будто вспышка магния на старом фотоаппарате, блондинка. Волосы до пояса, в просторной белой рубашке, закатанной до локтей, и коротких джинсовых шортиках с пушистой бахромой.

— Ох-х…

Незнакомка подняла голову и заметила мой немигающий, наверное, жутковатый взгляд — поймала с поличным. А я, дурак, от неожиданности машинально помахал рукой. Она улыбнулась. Широко, беззаботно. Помахала в ответ, словно мы старые приятели. А потом… потом поднесла руку к губам и послала мне воздушный поцелуй. Лёгкий, небрежный, но такой искренний…

Мозг отключился. Моя рука сама скопировала жест с пугающей точностью. Я стоял с идиотской улыбкой, чувствуя, как что-то щёлкает внутри. Знак. Приказ свыше.

Несколько минут провёл в борьбе с собой. Идти? Не идти? А вдруг неправильно понял? Вдруг это просто вежливость? Да нет. Воздушный поцелуй… это вам не «здравствуйте». Это приглашение. Вызов.

Полчаса и жалкие ошмётки сомнений растоптаны. Решение созрело, твёрдое и тяжёлое, как булыжник: пойду!

Но не с пустыми руками. Не так я воспитан. Да и правила игры намекают быть галантным: подарок на первую встречу — святое.

Опустился на колени перед комодом, отодвинул нижний ящик. Там под стопкой носков-невидимок — «коллекция». Отполированный временем кухонный нож с узким лезвием. Идеально! Он создан не для угроз... Чтобы не кричала. Счастье любит тишину, знаете ли.

Положил подарок во внутренний карман куртки. Холод металла просочился через ткань, прижался к рёбрам, убаюкал дрожь в руках. Дорога до подъезда — три минуты. По пути обдумывал каждое слово, перетасовывал фразы, что найти правильный рецепт.

«Извините, я ваш новый сосед, хотел познакомиться». «Кажется, вы что-то потеряли… моё сердце».

Едва нажал кнопку домофона, из динамика зажурчал звонкий, мелодичный голос:

— Кто там?

— Сосед… я вам махал.

Фраза прозвучала по-детски. Но что поделать — правда же.

Щелчок. Дверь открылась.

Она поджидала меня на пороге квартиры, прислонившись к косяку. Улыбка всё так же играла на лице, но глаза… глаза были другими.

— Ну, заходи, сосед.

Вошёл. Пахнуло свежей краской и ароматом дорогих духов: жасмин. Я почувствовал, как нож в кармане начал пульсировать. Боится, что забуду про него…

— Как зовут-то моего поклонника? — спросила она, скрестив руки на груди.

Я открыл было рот, чтобы представиться, как мир треснул на до и после.

Дверь с грохотом сорвалась с петель. Комнату заполнили люди в чёрной форме, увешанные «тактильным» добром. Меня скрутили, ткнули мордой в щербатый ламинат.

— Ну что? Артём Воронов… Доигрался?! Я думала, дольше провозимся.

«Это же моё настоящее имя».

Дошло. Теперь я не охотник. Глупой рыбёхой клюнул на блесну. Повёлся… А ведь она могла стать моей тринадцатой. Так символично. Я бы такое шоу замутил. Интересно… А я у неё первый?

— Пакуйте, — властно приказала новая соседка.

Меня грубо дёрнули с пола и поволокли к выходу. Один из оперативников, тыча в затылок стволом, принялся зачитывать права:

— Артём Воронов, вы задержаны по подозрению в серии убийств…

Остальные слова потекли фоном. Скучно. Опять. Они думают, что ведут меня в клетку. Не понимают, что я в ней уже давно. Их кастрированный мир с дурацкими правилами, протоколами — это ещё одна большая, но всё же клетка.

Перед тем как сесть в машину, посмотрел на окно своей квартиры. ОНА была там. Изучает… Правильно, детка. Тебе нужно получше меня узнать, ведь когда я вернусь за тобой (а я вернусь, уж поверь), это знание поможет тебе прожить немного дольше. Сделает игру интереснее.