Тринадцатый: Вектор свободы.

Граница между Ираном и Турцией пахла пылью, жареным мясом и раскаленным асфальтом. Марк заглушил двигатель своего «гуся» — тяжелого BMW R1250GS, обвешанного кофрами, которые повидали больше стран, чем среднестатистический турист за всю жизнь.

Тишина после многочасового гула мотора всегда казалась Марку оглушительной. Он снял шлем, под которым скрывались коротко стриженные русые волосы, и подставил лицо сухому ветру. Ему было двадцать. Пять лет из них он провел в движении.

— Документы, — небрежно бросил пограничник на ломаном английском.

Марк протянул паспорт. Внутри лежала стопка дополнительных вкладышей — места для штампов давно не хватало. Пограничник долго вглядывался в лицо парня, затем в документ.

— Марк Северный? Из России? — таможенник поднял глаза. — Тебе двадцать, а ты здесь на таком звере? Откуда деньги, парень?

— Заработал на треках, — спокойно ответил Марк. Его голос звучал ровно, без тени юношеской бравады или раздражения. — Я профессиональный мотогонщик.

Он не лгал. Последние три года он участвовал в эндуро-рейдах и региональных сериях по всей Азии и Европе, забирая призовые фонды, которых хватало на бензин, запчасти и простую еду.

Марк не любил экраны. Его раздражала привычка сверстников смотреть на мир через пятидюймовое стекло смартфона. Фотографии казались ему плоскими и мертвыми. Он хотел чувствовать кожей влажность джунглей, вдыхать горечь высокогорного воздуха и слышать настоящий хруст гравия под колесами. Его абсолютная память была и даром, и проклятием: он помнил каждый поворот серпантина в Непале, каждую трещину на стене придорожного кафе в Подмосковье, откуда он сбежал пять лет назад.

Детский дом в Химках остался в его памяти серым пятном. Он помнил холодную овсянку и строгий распорядок, но всё, что было до его шестилетия, тонуло в густом тумане. Марк просто появился там однажды — без прошлого, без фамилии (фамилию «Северный» ему дали уже в приюте) и без единого воспоминания о матери или отце.

— Куда теперь? — спросил пограничник, возвращая паспорт.

— На запад, — Марк надел шлем. — Хочу увидеть, как солнце садится в океан в Португалии. Говорят, там другой оттенок золотого.

— Видел в интернете?

— Нет, — Марк завел мотор, и мощная вибрация отозвалась в его груди. — Предпочитаю убедиться лично.

Он включил первую передачу и плавно отпустил сцепление. Мотоцикл, нагруженный его нехитрым скарбом и жизненным опытом, рванул вперед, разрезая жаркое марево. Марк не знал, кто он и откуда пришел, но пока под ним была дорога, это не имело значения. Дорога не требовала ответов, она требовала только внимания и движения.

Впереди была Турция, за ней — Европа, а где-то далеко за спиной — пустота первых шести лет жизни, которую он когда-нибудь обязательно заполнит. Но не сегодня. Сегодня его ждал закат, который нельзя было пропустить.