Троцкий, отдай деньги!

ТРОЦКИЙ, ОТДАЙ ДЕНЬГИ!

„Она схватила ему за руку и неоднократно спросила: где ты девал деньги?“
А. Аверченко



- Здравствуй, молодой чулувек! И шо ты опять ко мне приперся? Ты не знаешь за магнитные бури. А они таки есть и их у меня в голове вьются. Шоб ты знал! Ты себе даже не догадываешься за то, как оно мене не радостно! Ну, говори, за чем пришел. Шо? Я говорил? Не Меркадер? И обещал лично вот тебе усю правду? Ладно. Расскажу. Только никому - бо страшная военная тайна.
В сороковом годе меня вызвал Берия. Уже точно не помню, но это было весной. Он долго мне рассказывал, какой я молодец и правильный большевик. Я сразу понял, что ему от меня чего-то надо. Я так и сказал:
- Товарищ Генеральный Комиссар! Если вам надо кого-то в распыл, только скажите. Я завсегда!
Берия умилился, налил мне чаю и доверительно мне сообщил одну штуку - он очень любит текилу. Ну, ты понял, кактусовую водку. Это у него еще с ссылки, кто-то там угостил, а он проникся. Вот... А в нашем рабоче-крестьянском государстве ее гнать не научились. Ну не получалась у большевиков текила, хоть убей. А товарищ Лаврэнтий успел на эту текилу все ЦК подсадить, кроме Сталина, тот хванчкару бухал себе. И никакой пленум не шел, понимаешь, без текилы нормально. А тут пленум на носу, а запас иссяк. И предложил/ приказал мне Берия съездить в Мексику, чтобы сопровождать груз текилы для ЦК в СССР. Понимаешь, да? Конкретно-секретное задание! Я чисто немножко удивился - не совсем чтобы мой профиль, для этого есть дипкурьеры. Но оказалось, шо их, качественных, почти и нету , как вида - все оказались врагами народа, а некоторые, ты представляешь, негодяи - действительно, бо отказались возвращаться на родину! А я, как товарищ проверенный и умеющий(это да!) метко стрелять и никого не боящийся(тут Берия сделал зверское лицо, а я сделал вид, шо испугался) подхожу для этой роли, как никто. Ну, я согласился, бо во время разговора вспомнил одну штуку, об ней попозже. Меня сразу отправили в отдел кадров, оформлять документы и все такое для досвиданья. Если ты думаешь, что у вас сейчас бюрократы, то ты наивный юноша!
В принципе ты и так .
Процедура вымотала меня так, что я пару раз в приступе революционной гневливости чуть не уконтропупил нескольких советских крокодилов из МИДа. Еле успокоили. Но как-то за месяц я справился. А ты как думал - я ж товарищ совсекретный был, секретоноситель такого уровня, что куда там Молотову с Кагановичем, не говоря о всяких Калилиных.
И где-то, со всеми делами, а работу по основной специяльности - расстрел врагов народа, никто ж не отменял, что ты, управился я к середине, шоб не збрехать, июля. И отправился. На пароходе.
Тут я тебе расскажу про ту штуку, об которой упоминал. Когда я служил красным кавалеристом в первой конной рядовым, а потом комэска и в самом конце замом по тылу, случилась у меня одна ситуация. Было то на Восточном фронте. Там как раз у Лейбы Бронштейна, тоисть у на тот момент Председателя реввоенсовета и министра по военным и морским делам Льва Троцкого случилась конфликта с гвалтом . Что-то они с тогдашним командующим фронтом Каменевым побили горшки. Там еще Вацетис мазу за Троцкого потянул, як Главком, а приспешники Каменева настучали Ленину и пошла возня. Так вот, все случилось из-за проигрыша. Троцкий приехал покомандовать, ему понятно баньку-шманьку, девки-водка и сели они играть в карты. В натуральные карты - в дурака. А надо сказать, что Гусев, один из корешей комфронта Каменева был шулер до революции. Ну и раздели они на пару Троцкого с Вацетисом до портянок. А Троцкий был игроман. Ну он наодалживал и давай отыгрываться. Вацетис уже понял, что масть криво легла и хотел отговорить, но тот же типа самый вумный и прошареный, ага! Ну и продули они еще раз. Короче, Лейба не угомоняется, но ему уже никто не дает грошей, хоть он и самый главный. Он , такой, и тудым и сюдым, а отовсюду дуля.
И вот кто-то шепнул иудушке Троцкому, типа - вы у Изи Базлая одолжите, у того есть. А, надо сазать, я деньги не тратил, как другие революционные кавалеристы, а складывал. И если получалось какую буржуйскую гниду в плен взять, то я, так сказать, немножко с этой гниды на нужды трудового пролетариата себе оставлял. А что - у меня мамаша в Одессе и пятеро братишков-сестренок маленьких совсем, а папаня во время погрома насмерть пострадавший. Имел я право? Имел! И нечего мне тут про мародерство. Они, понимаешь, с нас три а то и пять шкур, а мы молчи?
Вот и скопилась у меня сумма. Собирался в отпуск с оказией, мамане дом на херсонщине купить, чтоб с бахчой, с садом, все культурно.
Сижу я возле Барсика, это коняка мой, шашку точу. И вдруг подходит ко мне, азохен вей, сам главный военный у пенсне. И обращается, вы, говорит, красный героический кавалерист Изя Базлай? Я понимаешь шашку уронил, встал навытяжку и отвечаю - так, мол точно я Изя Базлай, красный кавалерист, а героический или нет, про то надо у врагов наших спрашивать и у коммандиров. Он, такой, мне руку на плечо положил и доверительно сообщает - мне, мол, товарищи говорили за вас, как за преданного делу партии большевика. Ну и дальше все плетет кружева, про то, какой я красивый и героический. А я уже смекнул - что-то главвоенмору от меня надо. И понял уже, что. Слухи-то про игру в карты быстро разошлись...
В общем попросил у меня в долг . По первому требованию вернуть обещал. Я как дурак ему все и отдал. Ну дурак, что я могу сказать. Он взял и ушел.
Проиграл и это все. Потом начал на Каменева гнать, приказы его отменять, на пару с Вацетисом гнобить. Думал, что те деньги вернут. Якраз. Нашел дурных. Те пожаловались Ленину и вождь дал Лейбе отлуп. А Вацетиса вообще снял с должности и арестовал, як предателя. Тот и правда был такой себе, недалекий. Русских не любил, евреями брезговал. Тогда его не расстреляли, это уже потом...
А Троцкий со всеми этими делами взял и упхнул в Москву. Ох, надо мной и потешался эсадрон - ты, говорили, Изя, хоть и еврей, но лапоть-лаптем. Ищи-свищи свои гроши теперь. Сильно взьебло это меня тогда. Да так, что во время одного боя порубил я что-то много сильно врагов и слег с гарячкой. А потом меня отозвали в работу в ВЧК-ОГПУ и завертелось. Троцкий все время был как бы и неподалеку, но не пересекались.
А потом произошел раскол в партии, Ленин уже благополучно в мавзолей переселился и Сталин начал одеяло тянуть. Так тянул, что Троцкий сначала в Алма-Ате оказался, а потом вообще из Союза выслан был. Он там что-то много где побывал, но его отовсюду гнали - деньги клянчил и боялись, что революцию объявит.
В конце концов он в Мексике оказался, в Койоакане. Там якраз Карденас командовал. В Мексике денег особо ни у кого не было, а революции и так каждый день, так что еще один революционер, а хоть бы и Троцкий, им было пох.
Вот ведь какая штука. И тут мне Берия со своим , понимаешь, предложением. Я аж порадовался - смогу, понимаешь , добраться до оппортуниста и негодяя Троцкого и струсить свои кровные. Никому я про это все не сказал, понятно, но приготовился.
Добрался я до Мексики нормально, только жарко там и все в самбреро ходят. С товарищами пересекся, все в ажуре, груз приготовили, я им литературу привез и уверения в нашем полном одобрении. Все это погрузили и уже через пару суток я должен был плыть обратно. Расспросив местных товарищей, я отправился в эту ихнюю Койоакану. Дыра, понимаешь, еще та, хуже чем в забайкалье. Приехал и к Троцкому сразу. Мордовороты меня обыскали при входе, а я ж без оружия. Нашо оно мне - то ж гембель. Решил там по ситуации. А здоровые парни у Давыдыча в охране! Почти как наши костоломы в НКВД. Я секретарю представился, как товарищ по Восточному фронту и член четвертого Интернационала, меня сразу и пустили. ДокУменты у меня все с собой были еще из Союза. В коридоре какой-то поц мордатый маячил, он на меня как-то кисло посмотрел, но ничего не сказал. А мнне до фонаря. Это, оказывается Меркадер был. Рамон, то-есть. А было это утром 20-го августа. Вот, вхожу я, такой. Троцкий, старенький уже, сидит за столом и что-то себе читает, типа, умный. Я откашлялся. Он голову поднял и спрашивает:
- Вы кто? Вам что надо, товарищ? Вы из четвертого Интернационала?
- Нет, - говорю,- товарищ Лейба Давыдович. Я из первой конной. Пришел, говорю, долг с вас получить!
Вот так, сразу быка за яйца. А шо тянуть? Я на стене у него за спиной маузер углядел в деревянной кобуре, с им Троцкий всю Гражданскую тягался. Думаю, ежели что не так - дам ему промеж ушей, маузер возьму и к едрене фене тую охрану в штаб Духонина отправлю. А потом уже с Лейбой буду сурьезную беседу вести. Но все пошло наперекосяк. Он глаза выпучил, палец на меня выставил указательный и как заорет :
- Вы провокатор! Сталинский прихвостень! Никаких денег я вам не дам!
И из-за стола прыг ко мне и за руку укусил, тварь такая. Я от неожиданности ему по зубам - хрясь! Он упал и давай вопить:

- Враги! Спасайте! НКВД пришло меня убивать!
Вскочил и опять ко мне. Тут якраз этот из коридора , Меркаде, а в руках...ледоруб, представляешь? Скалолаз хренов... А Троцкий увидел, что нас уже двое и к стене , за маузером. Ну я у Меркадера ледоруб перехватил и от души ему, Троцкому, по черепу как дал! Он такой остановился, повернулся ко мне и спокойно так говорит:
- Товарищ, вы не правы! Это не по-большевистски. И денег я вам никаких теперь не отдам - и дулю мне тычет. А ледоруб из головы при этом торчит. Я чуть умом не тронулся от этой картины. Но слышу, бегут по коридору - охрана бежит. Я мимо Троцкого бочком просочился, вижу, что он уже как-бы не в себе, с ледорубом-то в мозгах, хвать маузер со стены и Меркадеру:
- Дальше сам, братишка! - и за дверь встал. А тот глазками только луп-луп и рот, як рыба на Привозе открывает. Дверь распахнулась и влетели эти, футболисты... Как они Меркадера начали футболить, мама моя... А Троцкий, гнида такая, с ледорубом в башке скачет вокруг них чортом и вопит:
- Только не убейте, товарищи! Он должен рассказать, кто его послал!
Потом упал и давай дергаться. Ну все засуетились, толпа набежала, бабы вопят, врачей зовут, Меркадера продолжают лупить. Я под это дело маузер под пиджак и за дверь, по коридору и бегом на улицу. Охранник на воротах мне такой:
- Что с товарищем Троцким?
- Плохо, товарищ, - отвечаю,- ледорубом его ударил Меркадер. Я за врачом бегу.
Он в лице поменялся и ломанулся в дом, на ходу дубинку достал. Pizdec - думаю по-мексикански, товарищу Меркадеру и сам дёру. Поехал в порт, сел на корабль и - в Союз. Уже в каюте достал маузер из кобуры, а на рукоятке, представляешь - с одной стороны здоровый алмаз, а с другой - точно такой же рубин. Я их потом через спекулянтов скинул. Большие деньги получил. Рассчитался со мной главвоенмор Троцкий, хоть и таким странным способом. Дома я доставил груз Берии, отчитался. Про Троцкого ни словечка.
Потом уже пришла информация, которую в Правде напечатали: «В могилу сошёл человек, чьё имя с презрением и проклятием произносят трудящиеся во всём мире, человек, который на протяжении многих лет боролся против дела рабочего класса и его авангарда — большевистской партии. Господствующие классы капиталистических стран потеряли верного своего слугу. Иностранные разведки лишились долголетнего, матёрого агента, не брезгавшего никакими средствами для достижения своих контрреволюционных целей».
Меркадера нав двадцать лет посадили. Он после тюрьмы в Союз приехал, ему Звезду Героя дали. Он когда из Кремлевского зала выходил, а тут я навстречу. Он аж посерел, бедолага, как меня увидел, аж губы затрусились. Говорили, что ему место на кафедре предлагали, но он после встречи со мной малость повредился в уме и страшно заикаться начал. Брешут, я думаю - ему видно те придурки Троцкого голову отбили, а в тюрьме добавили. А то что он меня испугался, так мало ли - он же меня мельком видел и в гриме, да еще двадцать лет прошло. Не, я ни при чем, думаю.
Вот такая история, хочешь верь, хочешь нет. Вот на запястье видишь шрам, как от зубов - это он, гнида очкастая, Троцкий укусил. Я еще по приезде в Союз уколы от бешенства делал, а то мало ли. Шучу, их только с 1957го начали, так шо я, до того возможно немножко бешеным был. Шучу.
Вот кто бы мог подумать, что ближайший бывший сподвижник самого Ленина, дважды Председатель Петросовета окажется жадиной и кусается? И что на маузер драгоценные камни налепит, идиотина. От такое.
Ладно, иди себе. Только никому, понял - ВАЕННАЯ ТАЙНА! А то расстреляю. Из маузера Троцкого. Атож, конечно у меня, в коллекции. Будешь себя хорошо вести, покажу. Ладно, пока.