Тролль и Интернет

Жил на свете тролль. Девятьсот лет жил, застал ещё храбрых викингов, что иногда приносили на ужин отец и старшие братья. Викинги дрались отчаянно, пахли морем и звали не маму, а Одина и Вальхаллу. Но чаще приходилось есть разную живность вроде овец, коров, барсуков. Еды в пещере на всех не хватало, да и старшие братья частенько беднягу поколачивали, а потому взял молодой тролль, не спросясь, отцовскую каменную дубину и ушёл в тёплые края.

Там ему понравилось, да и разгуляться было где, не то что в стеснённой горами и морем Норвегии. Правда, солнце здесь горело ярче, и днём охотиться тролль уже не мог. Зато в густые леса, где полно кабанов, косуль, зайцев и грибов, светило редко заглядывало, а потому тролль мог выходить и днём. Выгнал тролль дубиной из берлоги пару медведей и сам занял тёплое местечко. И некоторое время жил припеваючи.

Зимы здесь оказались мягче, да и густая шерсть согревала, а по весне тролль линял. Порой видел он в лесу людей, когда парами – таких можно и пугнуть, а то и съесть, чтоб не шастали, когда скопом и верхом на четырёхногих зверях. От таких тролль держался подальше, а вход в берлогу заваливал огромным камнем.

Шло время, тролль вырос, стал чаще выходить из леса, натыкаться на целые поселения. Лес поредел, люди вырубали его, разбивали пашни, охотились, пугая уже тролля громкими криками. Да вот беда: людскую речь он худо-бедно понимал, а сам говорил с трудом, редко и мало. Да ещё его смущал большой торчащий нос, что постепенно рос всё больше. И куда бы бедняга не приходил, в каком бы селе не появлялся, люди бежали прочь, а порой толпой избивали и кляли его. И пришлось снова уйти в лес, в берлогу.

Однажды подслушал тролль, что в лесу завелось огромное клыкастое чудовище, пожирающее всех от мала до велика.

– Что за чудовище такое? – удивился он. – Сколько здесь живу, не видел.

Есть людей он уже не ел, а коли ел, так давно и неправда! Да и больно возни много: они ж ещё и железками дерутся, что те викинги... Решил понравиться людям. Попробовал отыскать чудище, дабы приложить дубиной и принести в бург, а там обрадуются и сделают тролля героем. Весь лес исходил, ещё одного медведя и пару лис вспугнул, а никакого чудища не нашёл.

Через немного приехал к берлоге всадник, сам в кольчуге, в шлеме с наносником, в руке копьецо, в другой – небольшой, заострённый к низу щит с гербом. Приехал и кричит:

– Выходи, чудище! Биться будем!

В ответ лишь птички робко чирикают.

– Выходи, страшилище! На бой тебя вызываю!

Молчит берлога.

– Что, испугался настоящего кнехта?

Ни звука из берлоги. Час стоял рыцарь, два, выкрикивал всякие обидности да карой грозил. Даже птицам надоело слушать, улетели подальше.

– Да где такое видано, чтоб… кх-кх… чтоб сэр Гийом… кх-кх-кх… – понял рыцарь, что голос сел, умолк.

Только сполз с коня, хрустя суставами, в берлоге зашуршало. Конь мирно щипал траву, закусывал ветками, ему всё одно, что со всадником на спине, что без.

Откатился в сторону каменюка, на входе появился тролль, рот во всю раздирает зевота, глаза пальцами ото сна протирает…

Узрел эту картину храбрый рыцарь – зверюка здоровая, глаза выпученные, пасть – во, зубы – во, лапищи волосатые, плечи размашистые – со стоном возделся на коня и с криком… гм, сиплым шёпотом «Чудовище!» устремился на тролля.

– А?! Где чудовище?! – мигом проснулся тролль и с испугу отпрыгнул.

Всадник, выставив копьё, пронёсся в глубь берлоги, но конь-то умный, убиваться об стену не захотел, а сэр Гийом пролетел чуть, пока благополучно не протаранил головой стену, да и распластался на земле. Стена ничуть не пострадала, шлем помялся, а голова и так давно отбитая, хуже не будет.

Тролль осторожно заглянул внутрь.

– Что за народ пошёл? – бормотал он, идя к рыцарю. – Вот батя бы враз полстены головой снёс! Человеки, что с них взять, кроме мяса, и то костлявое…

Рыцарь лишь в бессилии обречённо хлопал глазами. Тролль поднял его, положил на коня, тот неодобрительно фыркнул, а тролль под уздцы вывел коняшку из берлоги и хлопнул по крупу. Видать, приложил чересчур – конь заржал и унёсся прочь, а рыцарь мерно бултыхался по бокам. Щит и копьё тролль не решился отдать, а то вдруг поранится.

С тех пор тролля не трогали. Народ обходил Троллево урочище, как его прозвали, стороной, а у дворян и так проблем хватало. Тролль жил-поживал, охотился, бил рыбу в речке, вошёл в возраст, когда задумываются о семье. Но других троллей вблизи не обитало, а идти куда-то далеко он не хотел. Оставить-то берлогу не на кого, а уйдёшь – её тут же займёт какой-нибудь медведь.

Так и жил он по-троллиному неторопливо, даже пытался образовываться, услыхав от людей, что это важно. Стащил у деревенского священника толстую книгу с крестом на обложке и долго изучал мелкие странные значки. Особо не понял, зато с интересом разглядывал цветные картинки. Там были изображены солнце, луна и звёзды, сотворение человека и всех зверей, утопающая в зелени долина и большое цветущее дерево. Дальше, как понял тролль, человек что-то нарушил, и его изгнали из этой долины, а крылатый рыцарь в доспехах и с огненным мечом закрыл вход. Затем люди расплодились, но расплодились и другие виды, дети созданий вроде того крылатого рыцаря и людей. И на мир была послана Большая Вода. Главное, что вынес из книги тролль, – он потомок крылатых созданий, которые то помогали людям, то враждовали, и ему самому выбирать, каким быть.

Из-за книги-то он и попался. Священник, не будь дурак, не найдя её в кирхе и зная прихожан, смекнул, кто книгу утянул. А раз с чудищем не справились оружием, решил созвать всё село и справиться силой Божьего слова. Ну и вилы с топорами не лишними будут. Да ещё и владевшего селом рыцаря тоже упросил поехать с ними.

Тролль, конечно, удивился, когда берлогу окружили с шумом и криками люди. Впереди всех шагом ехал рыцарь в цельном металлическом панцире, даже руки вплоть до кончиков пальцев покрывала броня. Шлем же был глухим, а на мир рыцарь смотрел, поднимая забрало. Одна рука покоилась на огромном тяжёлом копье с раструбом, а левую сторону груди прикрывал не менее тяжёлый щит с дверь размером. Рядом ступает тот самый священник в хламиде, молитвы творит, на груди крест качается, в руках патера большое серебряное распятие блестит.

Хотел тролль узнать, чего им надобно – всё равно столько не съешь, на жертвоприношение тоже не тянет, разве что вилами в глаз аль в бок – но больно рожи у всех… рожистые, галдят, требуют, крики кричат.

Ехал по тем местам человек по имени Торстейн, по слухам, возвращался домой из дальних стран. Узнал он, что расправу чинят над троллем, и скорее поскакал в Троллево урочище.

А там патер, под присмотром рыцаря, приблизился к троллю и протянул распятие:

– А ну, чудище, коснись Святого креста!

Вздохнул тролль и накрыл лапой сразу половину креста. Отдёрнул священник руку и боязливо отступил на шаг. Примолкшая толпа загомонила ещё больше.

– Да не чудище я, а тролль! – попытался объяснить тролль. – Лет триста здесь живу, а вы всё обзываетесь…

– Если ты Божье создание, так чего нам жить мешаешь? – вступил в разговор рыцарь. – То пугаешь, то церковь вон разоряешь?

– А разве вы не дерётесь другом с другом? – по-умному ответил тролль.– Я не хочу, чтобы меня трогали. А книгу верну, мне бы только узнать о мире побольше.

– То мы, люди, нам привычно сражаться между собой, – громыхнул из-под забрала рыцарь.

– А книгу возвращать не надо, – завертел головой священник.

По его глазам тролль понял, что книгу могут забрать и потом, после избавления от чудовища.

Народ на поляне перед берлогой снова затряс вилами, так как что делать, было неясно.

– Слыхал я о троллях... – сказал рыцарь. – Говорят, они каменеют под лучами солнца. Патер Грэхем, – оба переглянулись, – разве это свойственно Божьим творениям?

– Если ты Божье творение, пройдись днём при ярком солнце до кирхи, – повелительно обратился священник к троллю.

– Верно!

– Патер дело говорит! – закричали в толпе.

Тролль взглянул патеру в глаза, выпрямился, в фигуре появилось благородство. Он хотел уже ответить, но взгляд метнулся на другой конец поляны.

– Есть ещё способ решить эту проблему, – перекрыл выкрики сильный уверенный голос.

Все повернули головы, священник обернулся, а рыцарю пришлось подать коня в сторону, чтобы увидеть обладателя голоса. Разрезая толпу, как нож масло, к ним ехал воин. Густые чёрные волосы волнами спускаются на плечи, спокойное лицо с внимательными карими глазами, широкий плечевой пояс и высокий рост, что сразу ревниво заметил рыцарь. Из-за левого плеча выглядывает рукоять не меча – секиры!.. причём секиры с двойным лезвием, тело защищает толстая куртка со вшитыми железными пластинами на груди и плечах, на открытых выше локтей руках блестят широкие наручи.

– Ты норвежский тролль, верно? – продолжил он, подъехав к ним и легко спрыгнув с коня. Тролль замедленно кивнул. – Меня зовут Торстейн Харальдарссон, я еду в Норвегию из Константинополя. Город пал, его захватили турки... Там погибли последние крестоносцы, что до конца защищали империю. И теперь я возвращаюсь домой.

Священник растерянно смотрел на незнакомца, не зная, что предпринять. Рыцарь, что исподлобья наблюдал за ним, насмешливо спросил:

– Что же ты не погиб вместе с другими? Или ты не христианин? Что-то кресте на тебе не вижу.

– Верно. У Адама тоже не было креста, да и у Ноя. Их тоже не считаешь христианами? – не глядя ответил Торстейн.

Рыцарь сконфуженно умолк.

– Но зачем тогда ты здесь? – спросил патер.

– Так из-за тролля. Дорога долгая, возьму его с собой: и мне не скучно, и разбойники будут шарахаться.

Воин обошёл тролля и шепнул:

– Соглашайся. Не сегодня-завтра они тебя прибьют.

Тролль снова тяжело вздохнул и кивнул.

– Только мне собраться надо...

Он исчез в берлоге, а Торстейн взглянул хмуро на притихших крестьян, на рыцаря и священника.

– Что, хотели показательную казнь устроить? Просто выгнать не могли? Раз чудовище, да ещё и жить мешает, надо убить?

– Это у вас в Норвегии тролли живут по соседству, а здесь и своей нечисти хватает, – проворчал рыцарь.

– Такова людская природа, – промямлил патер. Он, похоже, уже и сам был не рад своей затее.

– В этом соглашусь. Других людей нет, а с этими работать и работать... – задумчиво сказал Торстейн.

Из берлоги вышел тролль, в одной руке он нёс небольшое копьё и старый меч, в другой – дубину из куска скалы.

– Вот, – протянул он копьё и меч священнику. Тот отшатнулся:

– Ты ещё и проезжего кнехта ограбил?!

Народ на поляне опять загомонил.

– Лет триста вспять здесь рыцарь попроще искал чудовище и... уронил эти вещи, когда на полном скаку врезался в стену... Наверное, чудовище было там, – пояснил тролль.

– Кажется, мой дед рассказывал о таком случае с заезжим франком, – кивнул рыцарь. – Дай-ка сюда, это хорошие трофеи.

Тролль отдал оружие и закинул дубину на мохнатое плечо.

– Готов? Тогда поехали! – Торстейн легко запрыгнул в седло, и оба, больше не сказав ни слова людям на поляне, отправились в путь.

По дороге они сдружились, тролль узнал, что Торстейн – викинг, что тоже прожил не одну человеческую жизнь, терял друзей и любимых, падал, но всегда поднимался и шёл вперёд. Эта черта передалась ему от отца – короля Норвегии Харальда Хардрады.

С тех пор ничего столь опасного с троллем не случалось. В пещере, где когда-то жила его семья, царили мусор и запустение да гулял ветер. Лишь две лежанки хвороста по углам говорили, что раньше пещера была жилой. Перед взором тролля пронеслись полустёртые воспоминания, и он со вздохом принялся за уборку. Через пару дней он навёл порядок и зажил обычной мирной жизнью.

Норвежцы его не тревожили. Сами тролли постарались, чтобы скандинавы считали их злобными, вредящими людям существами, в чём немалая доля правды. А потому тролль не лез к людям, а те – к нему. Так год шёл за годом, век за веком. Снова тролль видел, как исчезают леса, прокладываются мосты и горные дороги, только горы остаются столь же нерушимыми, как во времена викингов.

А потом люди придумали сразу три небывалых штуки: электричество, автомобиль и самолёт! И тролль понял, что прогресс неизбежен, и придётся как-то свыкнуться с ним. Недалеко от горы, где тролль жил, тоже проложили дорогу, но она сворачивала в сторону моря. Первое время он пугался и прятался при звуке проезжающей машины и пригибался, слыша низколетящий самолёт, а потом вспомнил, кто хозяин здешнего леса и гор и перестал бояться.

Окрестности постепенно заселялись, опушка леса сместилась, зверей и птиц стало меньше. Да и воздух, которым он дышал, стал гаже, большой нос тролля почти сразу ощутил изменения. Но поделать с этим ничего нельзя, и он медленно привык и к этому.

Наконец тролль узнал о телевидении, но так и не придумал, как его приспособить в хозяйстве, а позже и об интернете. Торстейн помог провести в пещеру сеть, ибо кто же из людей в здравом уме полезет в логово тролля, показал, как можно общаться на расстоянии, оставаясь невидимым для собеседника.

Как-то раз встретил тролль в интернете Тролля Сотого уровня. Ух, как он обрадовался! Значит, не только люди сидят здесь, тролли тоже! С сородичем-то, поди, всегда больше тем для разговора: большая ли семья, как жилось раньше, давно ли ел людей?..

– Приветствую тебя, Великий Тролль Сотого уровня! Пишет тебе тролль простой, обыкновенный. А расскажи, как ты достиг столь высокого звания, научи меня.

– Да как все тролли: кулаками махал, ногами двигал и пришёл! – отвечает «великий» и кучу маленьких рожиц добавляет.

– Ага, – ехидничают другие комментаторы, – посылали его, посылали, ну вот и добрался.

– А как с людьми? Много ел?

– И людей ел, и кровь пил, и по головам шёл… – говорит интернет-тролль.

– А я зим семьсот не ем людей, – признался тролль.

– Жри, чё дали! Нефиг перебирать! – смеётся народ, невдомёк, что тролль-то всамделишный.

А он всё спрашивает:

– Но что ты для этого делал?

– Да разное: зарядку, прыжки, рывки...

– А что теперь делаешь?

– Да ничего. Всё влооом.

– Это как? – не понял тролль.

– Всё влооом! – и опять куча странных рожиц.

– Не обращай внимания, – пишут другие, – он со всеми так. Это ж стёб.

– ВЛОООМ!!! – мерцает на экране.

Так продолжалось и на следующий день, и через день. Надоело это троллю, рассердился и стал думать, как бы проучить наглеца. Благодаря Торстейну узнал тролль, где живёт обидчик, застоявшаяся в углу дубина сама прыгнула в лапы, и он направился туда.

Дверь подъезда была выдрана с корнем. Мимо камеры пронеслось большое тёмное пятно. Припомнив, как впечатлился его внешностью сэр Гийом, тролль сделал морду лица повпечатлительнее и, с хрустом проломив дверь квартиры, с дубиной наперевес вломился внутрь.

С утробным рыком тролль промчался через две больших, заставленных полуразобранными компьютерами комнаты и влетел в третью. Среди столов и проводов с плоскими мониторами и блоками развалился в кресле жилистый парень лет двадцати, кудрявый и взлохмаченный.

– Эт чё за?.. Слышь! А платить кто будет?

Тролль опустил дубину и с сомнением посмотрел на него.

– Ты, что ли, Тролль Сотого уровня?

– А чё, не похож? А, щас. Это, как его... А-а-а-а!!! – закричал парень. – А-а-а-а! Б-берите, ч-что хотит-те! А-а, мама!

Тролль громадной пятернёй почесал затылок.

– Да чё-то не то...

– Ненатурально?

– Ага...

– И чё делать будем? – спросил кудрявый.

– Дык, я это... Тот самый тролль из интернета, напугать тебя хотел... – совсем сник тролль.

– Кто ты? Тролль? – отмахнулся парень. – Не смеши. Есть люди, есть юзеры, всё. А ты просто огромный заросший мужик... С дубиной... И зубами... – всё медленнее говорил он. – Который ел людей...

Тролль поднял голову и неуверенно взглянул на него. Кудрявый развернулся к мониторам и спешно крутил страницы, ища диалог.

– В смысле тролль? В смысле жрал людей? – ужаснулся он, отлипнув от экрана. – Ты чё, этот, что ли?!

– Я не этот, – помотал головой тролль.

– Ты и меня пришёл съесть? – дёрнулся парень. Похоже, до него дошло.

– Ну, ты, конечно, сочный, мяса нарастил, не то что нынешние хиляки... – протянул тролль. – Что за люди пошли, вытянулись вверх, сплошь мешок костей и кружка крови... Но я зим восемьсот уже людёв не ем, – твёрдо сказал он.

Парень слегка выдохнул...

– Хотя что ты там писал мне в ответ? – огромная дубина несколько раз постучала по широченной ладони тролля. – Какое-то заклинание всё время повторял...

...И тут же вжался в кресло.

– Всё влом, – сглотнув ком в горле, прошептал он.

– Пёсий гном? – «не расслышал» тролль.

– Всё влом... – пошло бурыми пятнами лицо бедняги.

– Лосий корм?

Кудрявый молча смотрел на тролля, в глазах плескался откровенный страх.

– Ага. Значит, проняло, – удовлетворённо сказал тролль. – Эх, разнести бы тут всё, – описала круг дубина, указав на компьютеры и оборудование, – да уж ладно, я зим семьсот как добрый...

Парень снова незаметно выдохнул.

– Но ты не балуй! Ежели что, я вот он! – тролль сделал шаг назад, а парень часто закивал.

– Я всё понял!

– Эт ты правильно, молодец! – сказал напоследок тролль, закинул дубину на плечо и тяжело затопал прочь. Здесь его работа была окончена.

А дома тролль огляделся вокруг, сел за компьютер и в поле для имени набрал: «Тролль Бергстейнссон», что значит Сын Горы и Камня. Так и будет он теперь прозываться до конца жизни. Так быть посему!

P. S.: Тролль Бергстейнссон ещё проявит себя как давний друг и помощник Торстейна, когда мир накроют Сумерки богов.