Твои Глаза

Твои глаза…

Я помню, как всё начиналось… Мне снились твои глаза. Я видела их кругом. Глаза правдивые, тоскующие. Слёзы обо всём несбывшемся, о том, о чём так долго мечталось, но чему вряд ли суждено было сбыться. Мой нежный мальчик, я не знаю любил ли кто-нибудь сильнее, страдал ли кто-нибудь глубже, мечтал ли кто-нибудь горячее о встрече с любимой. Со времени первой встречи и до того момента, когда были произнесены первые слова любви прошли года, бесконечные минуты томительного ожидания. Сколь много было сказано и пережито врозь, на столько дорога была каждая минута вместе.

Ночное небо на исходе лета

И звезды замерзают на весу

И треск, и шорох не слышны уже,

Всё спит, пора осенней неги.

И я однажды задушу

В объятьях ту тоску земную

Ту осень, что живет во мне

И поселюсь навечно в Октябре

Чтоб уж никак не испустить дыханье

И тот балкон, что я ищу по жизни

Меня из осени обратно приведет

В то небо, звезды, тишину,

Шумящую толпу, твое несмелое дыханье

И прошепчу тебе «люблю»

И вдруг услышу … - «…тоже».

Надежда Савчук-Германович.

Красива ли была Маргарита, спросите вы меня. Красива! Очень! Особенно на его портретах. Слава рисовал с детства. Он был очень талантливый художник. Всё за что бы он не брался получалось красиво, иное и не впечатляло тонкую душу мастера. Особенно удавались ему этюды и акварели, цветы и море. Но, бывали такие лица, женские лица, которые затмевали розы и просились на холст автора. Любимой розой в Славином розарии была Маргарита.

Девушка была мила, нежна, хорошо образована, отлично воспитана, и в ней текла Королевская кровь родовитых предков. У неё было много поклонников и одно увлечение, которое сводило Славу с ума. Она тоже творила,- много творила, писала обо всём на свете и с головой ныряла в океаны и моря вдохновенных и одухотворённых строк и образов. Она часто путала мир грёз и фантазии с реальным миром. Жила иллюзиями и мечтами и редко бывала влюблена в кого-то конкретного. Девушка крутила роман, огромный роман с жизнью, миром и своими выдуманными персонажами. Любовью она жила, она ей питалась как молодое деревце. Так же шумела её голова весной, и ветер завивал её локоны в дождливую и ветреную пору.

Её любили, ей восхищались, а он был влюблён до глубины души. Она просто унесла его сердце, как птица, чарующая и завораживающая своей свободой и непосредственной прелестью. Он как-то увидел её на набережной Сены. Залюбовался и всё пытался унять приятную дрожь в груди. Она сидела и смотрела на речной трамвайчик, который в тот день стоял на якоре. Он подошёл, присел рядом и сказал:

«Bonjour Mademoiselle! Мне кажется, или это колокольчик звенит в ваших волосах?»

Она обернулась, её глаза всё ещё туманил речной туман. Она посмотрела на юношу, в её голове прояснилось, и она произнесла:

«Excusez-moi, Monsieur?

«Я хотел сказать, прекрасный день сегодня, вы не находите. Не хотите чашечку горячего шоколада? Я знаю отличное кафе здесь, недалеко».

Так началось их знакомство.

Она была красива, я уже говорила, она была просто прелестна. У неё были курчавые волосы, правильный римский профиль с горбинкой и отличная фигура. Элегантная, тонкая, но сильная. С ней рядом Слава чувствовал себя свободно, но слегка волнительно. Да, она волновала его душу. Он не мог унять эту дрожь, она нравилась ему… очень. Любил ли он её? Да!

Ему нравилось в ней всё. Как она смеётся, как танцует, как пьёт кофе, плачет.

Он сам не заметил, как увлёкся и скоро не замечал никого вокруг кроме неё. Он дарил ей цветы, гулял с ней часами по набережной, нежно целовал и …рисовал её лишь одну.

Она снилась ему ночами, всегда была рядом и штрих за штрихом, черта за чертой на холст ложился цельный портрет прекрасной натуры, чёткие следы яркой личности. Так он создавал её для себя, перенося девушку из реальной жизни глубоко в свой внутренний мир одарённого художника.

О Её глаза… Особенно ему нравились её глаза. Глубокие, грустные в слезах, и с чёртиками, когда она смеялась, они никогда не молчали, они говорили обо всём на свете, никогда не бывали равнодушны к чужому горю, людской радости и окружающему миру.

«Славушка, какой же ты славный, говорила Маргарита и целовала любимого в щёку. Я так люблю тебя, всегда помни это».

Время шло, зима сменила золотую осень, и наступило Рождество.

Эта зима была особенно хороша. Тихо падал снег, светило яркое зимнее солнце. Стоял небольшой мороз, и сугробы приятно хрустели под ногой.

«Мороз и солнце; день чудесный!

Ещё ты дремлешь, друг прелестный,-

Пора, Красавица, проснись:

Открой сомкнуты негой взоры

Навстречу северной Авроры,

Звездою севера явись!» … А.С. Пушкин

Маргарита сидела одна в центральном кафе, допивала свой кофе и писала лирическое эссе о взаимной любви. Как молода она была и как талантлива. Ждала ли она чудо? Да!

«MerryChristmas!» Раздалось у неё над ухом.

«Девушка, можно с вами познакомиться? Я вижу, вы что-то пишете. Можно заглянуть в ваши записи. Вы поэт?»

«Да, я пишу. Хотите взять у меня автограф?»

«А почему бы и нет? Что вы делаете сегодня вечером? Можно пригласить вас в ресторан?» «Кстати, меня Павел зовут. А вас?»

«А я Маргарита и я не верю в случайные знакомства, случайные связи и скоропостижные решения. Присядьте, Павел!»

«С удовольствием. Что это будет? Разговор, интервью, а может быть литературный вечер?» И он процитировал…

Шаганэ ты моя, Шаганэ

Потому, что я с севера, что ли

Я готов рассказать тебе поле,

Про волнистую рожь при луне.

Шаганэ ты моя, Шаганэ…С. Есенин

«А вы любите?»

«Что? Стихи? Да, очень. Я в молодости и сам писал.»

«А сколько вам лет, коль вы молодость поминаете?»

«Мне 45. У меня бывшая жена, двое взрослых детей и огромное желание найти звезду. Я богат и мне есть, что вам предложить. Хотите книгу? Вашу книгу? И вы знамениты».

«Очень заманчивое предложение. Скорее да, чем нет. Мне нужно подумать»

«Думайте быстрее. Я не шучу. У вас большое будущее, мне виднее. Соглашайтесь и идите меняйте платье – мы идём в ресторан. Жду вас в 7 вечера у подъезда… С цветами!»

Он быстро поднялся, поцеловал Маргарите руку и вышел, оставив растерявшуюся девушку в полном недоумении.

Но платье она всё-таки одела. Лучшее. Синее, с ажурным кружевным воротником.

Ровно в 7 Маргарита увидела такси у дома и спустилась к Павлу изящной походкой.

Они пришли в шикарный ресторан в центре Минска и между ними завязалась непринуждённая беседа о смысле жизни. Павел был позитивен, весел и очень обаятелен. Он шутил, заказал музыку, хорошо танцевал и предложил порадовать Маргариту портретом, «Здесь хорошо рисуют, я отлично знаю это место и художник тут творит чудеса.»

«Да, но у меня свой художник и вы меня вряд ли удивите, Павел»

«Но всё-таки, Маргарита, разрешите на память…»

И тут пришло время удивляться. Рядом со столиком появился Слава. Маргарита замерла. Слава поднял глаза и лукаво улыбнулся. Любимые глаза, вдруг поняла Маргарита. Вот то, что больше всего поражало. Вот он правильный эпитет.

«Ну что, попалась, птичка?!»

«Вы знакомы?»

Маргарита хмыкнула. «О Да!» произнёс Слава. «Я начну? О, это будет шедевр!»

Повисла пауза. Разговор дальше не клеился. Маргарита молчала – позировала. Павел курил молча.

Слава рисовал профессионально, быстро, но как всегда талантливо. Иначе он не умел.

Он скоро закончил. «Денег не надо. Дарю. Маргарита в курсе. Эта натура - личное дело художника.»

«Вот как? Спасибо. И я нахожу её особенной. Павел! Отныне только спонсор данной звезды, как я полагаю!»

И они рассмеялись.

Среди миров, в мерцании светил

Одной звезды я повторяю имя…

Не потому, что я её любил,

А потому. Что я томлюсь с другими.

И если мне сомнение тяжело,

Я у неё одной молю ответа,

Не потому, что от Неё светло,

А потому, что с ней не надо света...

Лев Аннинский

конец