Твой голос

Последний ком земли. Тихие проводы. Монотонный голос священника.

Я поднимаю взгляд в небо и наблюдаю за танцем дождя на чужих зонтах, крепко держа свой.

Мы никогда не были близки. Всегда разные, всегда по обе стороны баррикад. Ты не понимала меня, я не слышала тебя – и взаимные упрёки обеспечены.

Ты любила сказать, что я бестолочь. Криворучка. Тварь неблагодарная. А я слушала и давилась слезами, не имея сил сказать что-то в ответ.

И хоронила себя заживо по миллиметру, когда всё-таки тебе уступала. А потом – этот диагноз.

И вот я стою под зонтом у земляной ямы и слушаю дождь, заглушающий заупокойную службу.

Потом я пойду в дом, который «свинарник, а не дом - как ты могла его запустить?», сброшу туфли («Сразу убирай на этажерку, сколько раз повторять, бестолочь!»), налью себе немного чаю («Больше лей – ты что, краёв не видишь?»), сяду на диван цвета фуксии («Ты не могла выбрать ещё более кричащий цвет, чтоб уж все увидели, какая ты психопатка?»). Подогну ноги («Сядь нормально!»), брошу взгляд на шторы с пятнами («Что ты наделала, тварь, как теперь в глаза гостям смотреть?!») – и отопью прямо здесь, в комнате.

Так странно.

Я знаю, что всё будет не так, как прежде. Что теперь днём я смогу делать то, что надо мне, что никто не ворвётся в мою комнату без стука, что теперь не будет никаких внезапных гостей, для которых нужно быть «красивой».

Но ты как будто и не уходила.

Ведь у всех замечаний в моей голове – твой голос.