Ты меня полюбишь!

– Это ужасно! – громко причитала мама, нервно меряя шагами комнату. – Сначала ты лишилась дара, а теперь ещё и жениха! Какой позор!

В её словах звучал неприкрытый упрёк. Как будто в случившемся была виновата я, а не череда обстоятельств. Что ж, очевидно, она именно так и считала.

Моя мама, урождённая эйра Камилия Дорган, принадлежала к старинному, знатному и некогда влиятельному роду. Но после того, как его главу обвинили в государственной измене, всё переменилось. В одночасье лишившись поддержки, привычного комфорта и средств, она вышла замуж за давнего поклонника, который ранее не подходил ей по статусу.

Естественно, выгодной эта партия не была, отец умер рано, почти ничего нам не оставив, так что мама возлагала очень большие надежды на мой дар проводника, считающийся редким и весьма ценным.

Проводники способны возвращать уже отошедшие в междумирье души. То есть спасать тех, кому не смогли помочь целители. Правда, мой дар был среднего уровня, а после перенесённой недавно болезни, стал ещё и нестабильным.

Поэтому мне категорически запретили его задействовать в ближайшее время, но способности проводника включились автоматически, когда рядом чуть не погиб мужчина. Его-то я в итоге спасла, но вот дара фактически лишилась. А вместе с ним и жениха. Потому что интереса для наследника рода Баднеров больше не представляла.

Справедливости ради, узнав об этом, я испытала облегчение – слишком правильный, занудный и во всём покорный родителям Идон Баднер мне никогда не нравился. Но вот потока сплетен и лицемерной жалости знакомых по поводу потери дара и сорванной помолвки, конечно, не хотелось.

– Наверняка об этом уже всем известно! Что же теперь делать? – вторя моим невесёлым мыслям, продолжала сокрушаться мама, схватившись за голову. У неё от любых неприятностей начиналась сильная мигрень. Во всяком случае, она так всегда заявляла.

– Я знаю, что делать. Мы просто организуем помолвку с другим человеком, – спокойным тоном заявил эйр Фэргис – двоюродный брат отца и второй мамин супруг, являющийся моим опекуном. – Эйр Пальрис давно засматривается на нашу Альсанду, и не раз намекал, что не прочь жениться в третий раз.

– Ни за что! – воскликнула я категорично, едва услышав имя предполагаемого жениха. – Он старый, а уже двух молодых жён пережил! Говорят, они умерли при странных обстоятельствах. Я не хочу стать третьей… безвременно почившей эйрой Пальрис!

– Да, он совсем уже в возрасте, – неуверенно поддержала меня мама. – Неужели нет вариантов получше?

– И что мы можем предложить этим вариантам получше, если у твоей дочери больше нет дара проводника? – нахмурившись, напомнил опекун. – Солидное приданое мы тоже предоставить не сможем. А эйр Пальрис готов закрыть на это глаза, он достаточно обеспечен. И не нужно придумывать глупостей – в смерти его жён нет ничего странного. Несчастные случаи у нас, к сожалению, не редкость.

Его слова ничуть не успокоили. Стоило вспомнить обрюзгшее тело, некрасивое лицо, наполовину скрытое густыми усами и седой бородой, сальный взгляд маленьких серых глаз, под которыми залегли глубокие морщины, как меня буквально передёрнуло при мысли, что окажусь с Пальрисом на супружеском ложе. Уж лучше сплетни и злые шепотки за спиной, чем его тошнотворные ласки!

– Тебе сейчас необходимо найти достойного, представительного жениха, чтобы заткнуть всем рты!

– Я сама его найду! Помолвка всё равно должна была состояться только в конце учебного года, у меня ещё есть время! – заявила твёрдо, не собираясь уступать уговорам родственников, а они прекрасно знали, насколько упрямой я могу быть.

– В Королевскую академию без дара проводника возврата нет, Санди, – с тяжёлым вздохом напомнила мама, продолжая демонстративно массировать виски.

– В Рансааре есть и другая академия, – спокойно возразила я, уже принявшая окончательное решение. – Оплата до конца года внесена.

Деньги я получила от супруги спасённого мной мужчины в качестве благодарности. Сумма была не слишком большой, но для этой цели её хватило. Оплату я поспешила внести сразу, как только узнала об отказе Баднеров от помолвки, потому что понимала – меня теперь либо выдадут замуж за кого придётся, либо отправят к дяде в провинциальную глушь – переждать, пока утихнут сплетни. Ни тот ни другой вариант меня не устраивали.

– Упрямая, безрассудная девчонка! Ну и чему ты теперь собираешься учиться? – с издёвкой поинтересовался эйр Фэргис, весьма недовольный моим отказом.

– У меня ещё есть дар сновидящей, просто… не совсем проявленный, – напомнила, не собираясь отступать.

– И совершенно бесполезный, – безжалостно дополнила мама. – К тому же… не думаю, что тебе там сейчас будет комфортно… пойдут сплетни.

– Они в любом случае пойдут. От этого уже никуда не деться. – Как бы неприятно это ни звучало, я предпочитала смотреть на вещи реально. Шансов, что до моих будущих однокурсников слухи ещё не дошли – ничтожны. На это рассчитывать точно не стоит.

– Не думаю, что это хорошее решение в сложившейся ситуации, – сухо резюмировал опекун.

– Пожалуйста! – взмолилась я, решив немного изменить тактику. – До конца сезона Иргаля осталось не так уж много времени, дайте мне его! А вдруг дар вернётся? Ведь целители сами ещё ни в чём не уверены. Но если ничего не изменится, выйду замуж, за кого скажете!

Разумеется, становиться женой Пальриса я не собиралась ни при каких обстоятельствах, но сейчас мне просто необходимо было получить отсрочку, чтобы хорошенько всё обдумать и понять, как действовать дальше. Ну а сплетни и злорадные насмешки переживу. Они всяко лучше ласк престарелого мужа, у которого к тому же молодые жёны мрут как мухи.

– Хорошо, но только до конца сезона, – помедлив, неохотно согласился эйр Фэргис. – Так что время пошло. Начинай готовиться к свадьбе с Пальрисом!

***

Когда мы остались одни, мама присела рядом, взяла за руку в знак поддержки и, понизив голос, сказала:

– Если ты и впрямь решила найти будущего мужа в этой академии, обрати внимание на Рэйвуда Мэйверза. Точнее постарайся обратить его внимание на себя.

Если это была шутка, то совершенно несмешная, потому что хуже варианта просто и быть не могло!

Хоть за Мэйверзами до сих пор числился статус эйров, все знали, что в их родовую линию затесалось непозволительно много простолюдинов. Из-за этого в обществе к ним относились с пренебрежением, но не могли не считаться, потому что семейство было весьма состоятельным. Настолько, что глава рода выкупил замок моего прадеда, чьё имущество было конфисковано и выставлено на торги после обвинения в госизмене. Поэтому мама Мэйверзов терпеть не могла и не упускала случая отпустить колкость по поводу сомнительного происхождения некоторых членов этой семьи.

К тому же она прекрасно знала, что мы с Рэйвудом с детства друг друга терпеть не могли. Общаться периодически приходилось, ведь он дружил с Идоном, а с Баднерами мама всегда старалась поддерживать приятельские отношения, но наша обоюдная неприязнь с годами только крепла.

Даже не знаю, с чего она началась. Возможно, с того приёма, на котором он, семилетний, случайно испачкал моё прелестное новое платье, а я, шестилетняя, не осталась в долгу и пролила на его стул сок баставы насыщенного коричневого цвета. Обивка мебели была таких же оттенков, так что Рэйвуд ничего не заметил и сел. Учитывая, что на нём в тот момент был белоснежный костюм, эффект получился весьма впечатляющим.

Да, пожалуй, именно с того дня делать друг другу мелкие пакости, стало для нас традицией. А с тех пор, как меня начали прочить в невесты его другу, Рэйвуд не уставал во всеуслышание заявлять, что Идон заслуживает жены получше. И вот теперь мама даёт мне этот абсурдный совет!

– Рэйвуд Мэйверз – серьёзно?! Да как ты можешь мне такое предлагать? Знаешь ведь, что терпеть его не могу! – искренне возмутилась я, вспомнив белобрысого нахала, всегда готового отпустить обидную колкость в мой адрес.

– Я знаю только, что эйр Пальрис – куда худший вариант, Санди! – нахмурившись, сухо отчеканила мама. – Позволь, напомнить – ты больше не завидная невеста! Всё, что у тебя осталось – слабый дар сновидящей и красота, но для статусных семей этого слишком мало. Даже если тебя полюбит кто-то из наследников, их родители просто не позволят такому союзу состояться! Разве ты не понимаешь?

Я выдохнула, с неохотой признавая её правоту.

– Понимаю, только при чём тут Мэйверз? Его родители, кажется, тоже не горят желанием с нами породниться, кстати, во многом благодаря твоим нападкам. Или это не так?

– Так, но Рэйвуд дал магическую клятву, а это всё меняет! – с едва заметными торжествующими нотками в голосе напомнила мама. – Глупый и безрассудный поступок – в духе Мэйверзов, но нам он на руку.

Да, в начале учебного года ходили слухи, будто Мэйверз-младший не просто отказался от помолвки с навязываемой невестой, но и дал магическую клятву, что никогда не женится против своей воли. Мы поначалу сомневались, но родители быстро перевели его из Королевской академии в обычную и лишили содержания, очевидно, в наказание. Значит, так всё и было. Что ж, этому типу всегда было плевать на приличия.

– И как это поможет?

– Если удастся его всерьёз заинтересовать, родители не станут возражать против вашего брака, потому что магическая клятва – не шутка. Им придётся смириться с любым выбором сына, даже если он приведёт в качестве невесты простую служанку. Но я надеюсь, что это будешь ты, и замок Дорганов в итоге снова будет принадлежать своим настоящим хозяевам! – на этой фразе голос мамы дрогнул от волнения и наполнился пафосом, а я невольно поморщилась.

Мне этот старый замок, в народе именуемый змеиным, был нужен примерно так же, как и сам Рэйвуд Мэйверз, но в словах мамы имелось рациональное зерно, вот только…

– И как это сделать? Я ведь ему, мягко говоря, не нравлюсь.

– А ты разве пробовала понравиться? – резонно возразила мама. – Всё только дразнила да огрызалась. Теперь придётся изменить тактику и забыть о ваших детских конфликтах. Конечно, если не хочешь стать женой эйра Пальриса! Учти, у него есть взрослые дети, и уже внуки имеются, так что тебе даже наследства не достанется!

Разумеется, я этого не хотела. Но любезничать с Рэйвудом … бр! Да он же меня засмеёт, как только поймёт, чего добиваюсь! Попробую пока начать с варианта попроще – есть у меня один более-менее подходящий ухажёр на примете. Сам давно знаки внимания оказывает. А что касается Мэйверза, пусть это будет план на крайний… самый крайний случай.