Ты проснешься на рассвете-2 (Кладоискатели)

16 июня 1973 г. Ташкент.

- А ведь сегодня своего рода праздник, юбилей!

- Неужели?

- Ну, для меня-то точно праздник, а вот для тебя не знаю. Я вообще сомневаюсь, что ты понимаешь, о чем я.

- Я то, понимаю. Три года назад мы познакомились в этот день. Просто меня удивляет, что ты об этом помнишь.

- А почему ты думаешь, что я мог забыть?

- Вот, например, Игорь, никогда не помнит таких дат, и Жанна, постоянно обижается на него за это.

Жанна это жена Игоря. Она тоже врач, как и Викин брат, только занимается детскими болезнями. Когда он впервые приехал к нам с нею, и представил, то у меня, от ее имени, сразу появилась улыбка.

- Что-то не так? – удивленно спросил Игорь.

- Все в порядке, просто я вспомнил песню про Жанну. Вот потому и улыбнулся. – Ответил я.

Все находящиеся в доме, сразу же потребовали исполнения, и мне ничего не оставалось делать, как сесть к органу. Правда песня была про стюардессу, но я решил адаптировать ее к данной ситуации, потому заменил «Стюардессу» - «Педиатром». Все остальное осталось прежним. Впрочем, судя по довольным лицам, особенно у Жанны, песня понравилась. После, часто слышал, как Игорь называет жену – «Педиатр по имени Жанна», от чего она, всегда, мечтательно улыбается.

Кстати Игорь и Вика это русифицированное обозначение их имен. Еще когда мы только начинали изучать Китайский язык, оказалось, что Вика, на самом деле – Веика. Так ее имя звучит на Китайском языке. Оно обозначает – «Хранящая любовь». Помню, я тогда еще пошутил, сказав, что я как «защитник» буду защищать нас, а в ее обязанности будет сохранить нашу любовь. Она тогда даже покраснела, видимо от присутствия в этот момент дяди Чена. Впрочем, тот только улыбнулся.

- Тогда, наверное, стоит отметить, как-то этот день?

- У тебя появились деньги? – Удивленно спросила подруга.

- Скорее, еще остались. – Произнес я и, подтянув поближе джинсы, выгреб из кармана всю мелочь, что была там.

Вика, тут же склонилась над моей рукой, подсчитывая наши богатства.

- Да мы, почти миллионеры! – Воскликнула она минуту спустя. – У нас почти три рубля есть!

- Тогда точно миллионеры, совсем немного до него, не достает.

- Но на мороженое ведь хватает?

- И даже на лимонад!

- Тогда, что мы сидим, - Восклицает подруга и, вскочив, начинает натягивать сарафан. Мне не остается ничего, кроме как последовать ее примеру.

Дело в том, что в наших семьях сейчас включен режим «максимальной экономии» - как выразились наши родители.

Вообще, я все чаще замечаю, что страна, в которой я сейчас живу, довольно сильно отличается от «классической» если так можно выразиться. Взять хотя бы те же зарплаты родителей. Если в прошлой жизни мама получала сто пятьдесят рублей, работая на скорой помощи, и считалось что эта зарплата вполне приличная, то здесь она получает гораздо больше. Да конечно есть разница, в самой работе. Здесь она преподает в ВУЗе, но ведь и в прошлом я, ни разу не слышал, чтобы зарплаты превышали тысячу. Здесь же это вполне нормально.

А «экономия» включена для того, что бы как-то легализовать наши деньги, для последующей учебы. Да, после окончания десятого класса, мы хотим поступить в Фунданьский Университет, который находится в Шанхае, в Китайской Народной Республике. Это еще одно и очень существенное отличие этого мира. Я ни разу не слышал, чтобы кто-то в СССР, в моих прошлых жизнях, мог поступить на учебу в зарубежный ВУЗ. Здесь же это довольно обычное явление, если конечно не учитывать некоторые нюансы.

Дело в том, что обучение в иностранных ВУЗах, как правило, платное. Но при известной экономии, вполне можно накопить деньги на это, пусть не за год, но за пять-десять лет вполне. Было бы желание. Можно конечно взять кредит, в Сберкассе. Правда, чтобы его получить требуется, огромное количество справок и документов. Но, тем не менее, получить его вполне реально. Но дело в том, что кредит дается только на оплату обучения, а проживание за границей, то есть жилье, питание, уже за свой счет. Но даже на таких условиях многие берут такие кредиты. К тому же он дается всего лишь под символические - 2% годовых. Согласитесь, это немного. Проблемы возникают, как правило, после окончания ВУЗа. Дело в том, что по мимо кредита, ты подписываешь контракт с государством, согласно которому обязуешься пятнадцать лет отработать там, где будешь наиболее востребован, по мнению государственной комиссии. А это не всегда то, о чем ты мечтал. Но, даже не смотря на такие условия, многие соглашаются на это.

Есть правда еще возможность пройти обучение за счет государства. Это хотя и случается, но очень редко. Для того чтобы получить такой гранд, нужно с самого начала быть первым во всем. В школе, поведении, общественной жизни и так далее. В общем, забыть о себе, о личной жизни, о детстве, а все силы отдать только на достижение результата. Честно говоря, именно такое мне не нравится, но тем не менее находятся люди, которые так живут. И, да после некоторым из них удается пройти обучение, за счет государства. О таких, как правило, пишут в газетах, всячески восхваляя их упорство и стремление к цели. Я как-то видел интервью с одним из них по телевизору. Мне показалось, что он немного не в себе. У него на уме были только какие-то математические формулы, а на простых вопросах он как бы зависал, не зная, что ответить.

Но даже найдя необходимые средства ты обязан в первую очередь доказать, что нажиты, накоплены они честным путем, иначе вместо иностранного ВУЗа вполне можно отправиться в места не столь отдаленные.

И еще, во-первых, обучаться можно только в ВУЗах социалистических стран. И второе, отправиться туда, ты можешь, только если здесь, в СССР нет учебного заведения, где дают ту же самую профессию. Или если ты сможешь доказать, что именно там ты сможешь получить такое, чего не получишь здесь, внутри страны.

Вот, например, как у нас. Медицинское образование, можно получить почти в каждом городе, а вот акупунктуру изучают только в Китае.

Поэтому, чтобы как-то оправдать сделанные накопления, для всех посторонних мы «экономим». За счет этого, плюс какие-то дополнительные доходы, мой клад, постепенно перемещается из подвала, в сберкассу, поступая на наши счета. Дополнительно к этому, счета открыты по плану – «Срочный с дополнением». То есть до 20 июня 1975 года, мы не имеем права воспользоваться этими деньгами, а за счет этого, нам начисляется дополнительный процент. Правда, этот процент не слишком велик, но в нашем случае достаточно и этого.

С недавних пор, точнее с прошлого лета, мы с подругой дополнительно подрабатываем в технической библиотеке города Ташкента. Занимаемся переводами текстов. Это удалось сделать после того как мы получили сертификаты на владение языком. И сейчас если появляется, новый текст, то иногда его отправляют нам. В итоге у нас выходит на двоих где-то около сотни рублей в месяц. Мы хотели вначале отдавать эти деньги родителям, но те решили, что это будут наши карманные деньги. Ведь главное обозначить сумму, а на счета все равно ведь уходят деньги из подвала. Правда, сверх этого, мы тоже ничего не берем.

Вот и сейчас, подсчитав наши остатки, и оседлав наш мотороллер, мы мчим к ближайшему киоску за мороженым.

Купив четыре брикета крем-брюле, и бутылку ситро, возвращаемся на наше место, на Чирчике.

За эти три года, место действительно стало нашим, хотя ничего особенного в нем нет. Обычный небольшой островок, каких много в пойме реки. Чтобы добраться до него, нужно пересечь вброд несколько рукавов, на которые разделяется река. Впрочем, броды неглубоки. Чаще всего мы даже не останавливаемся, пересекая их. Разве что немного сбавляем скорость, хотя иногда хочется и пошалить, правда после этого приходится сушить одежду. Но это не так страшно на жарком Ташкентском солнце, скорее весело. Особенно когда вместе с нами едет сестра. Да, иногда мы берем ее с собою, но это случается довольно редко, ей просто не интересно с нами, а на мотороллере больше трех человек, не увезти.

На островке, растет пара деревьев, больше похожих на кустарники и есть небольшой галечный пляж. Сам островок, чем-то напоминает полумесяц. Заводь, образуемая его формой, не очень глубока, примерно по грудь, а дно ровное и чуть покатое. Нас это вполне устраивает, тем более, что деревья расположены так, что немного закрывают нашу обычную стоянку, и у их корней место достаточно ровное, чтобы можно было расстелить покрывало для отдыха, или сделать небольшой навес, для тени, воспользовавшись их ветвями. Мы пару раз пробовали сменить место, но у нас так ничего и не вышло. В первый раз, когда мы это сделали, возле нас расположилась, веселая компания. Нас правда не задевали, но и отдохнуть тоже не получилось. Другой раз, мы попали под дождь. Вы, представляете? Дождь! Летом! В Ташкенте! Это почти фантастическое явление, потому что, начиная с мая и до сентября, а иногда и дольше, небо абсолютно синее, а облака если и увидишь, то только в районе гор, до которых около сорока километров.

Вот как раз под дождь, а скорее ливень, мы и попали. И попали, как раз в тот момент, когда загорали на другом берегу. Пока сообразили, пока переплыли обратно, дождь кончился, но одежда была уже насквозь мокрой. Правда, за какой-то час она высохла, но помятость и пожеванность, все равно была заметна. Благо хоть добирались мы сюда на мотороллере, а то, как бы на нас в автобусе смотрели?

С тех пор мы постоянно приезжаем именно сюда, и даже как-то сроднились с этим местом, считая его своим.

Вернувшись назад, мы вновь расположились у воды и принялись за поедание лакомства. Когда мороженое было уже съедено, а лимонад допит, я собрав обертки и подхватив пустую бутылку, поднялся, чтобы отнести мусор в специальную ямку выкопанную мною за деревьями. Так как мы останавливались здесь постоянно, то решили, что нужно поддерживать чистоту. Поэтому, уезжая, всегда наводили порядок, складывая мусор в яму. Когда яма переполнялась, мы сжигали его. Таким образом, наш островок всегда был чист. Кстати это была еще одна причина в том, что мы отдыхали только здесь. В других местах мусора порой было столько, что казалось, это не река, а свалка.

Уже дойдя до ямы, вдруг услышал окрик от подруги:

- Стой! – Воскликнула она. – Не выбрасывай бутылку! У меня идея!

Еще не понимая того, что она задумала, я вернулся назад.

- Давай, напишем письмо, вложим его в бутылку…

- … и запустим ее в реку. – Продолжил я начатую фразу. – А она или разобьется, и кто-то порежется, или выловят ее из реки, посмеются над письмом и сдадут в приемный пункт.

- Нет, ты не понял! – ответила Вика. – Мы закопаем ее, а лет через десять выкопаем и посмотрим, что там написано. А писать будем отдельно, чтобы ты не видел, что написала я. А я, что написал ты.

Идея мне понравилась. И я спросил:

- А где закопаем?

- Да, прямо здесь, на нашем месте.

- Не пойдет. – Ответил я. – У тебя же терпения не хватит, а мне придется каждый раз ее выкапывать, чтобы ты убедилась, на месте ли она.

- Да, такое тоже возможно… - задумчиво произнесла Вика.

Мы на некоторое время задумались, перебирая варианты нашей закладки.

- А, знаешь, - Начала фразу Вика, - давай ее закопаем…

- В пещере, там, где, обрыв! – воскликнули мы одновременно и расхохотались.

В последнее время, такое случалось довольно часто, что и думали мы одинаково и одни и те же мысли, причем одновременно приходили в наши головы.

Отсмеявшись, мы расселись спиной друг к другу и начали писать свои послания. После завершения, свернув листочки в трубки, засунули их в бутылку и я, вырезав из куска ветки пробку, плотно закупорил ее. Но этого нам показалось маловато, поэтому достав из мусорной ямы несколько целлофановых пакетов, я поджег их, и падающими с них каплями, мы залили горлышко бутылки. Теперь, была гарантия, что сырость не проникнет внутрь. Осталось только закопать бутылку в том месте, что мы решили.

Еще разок, окунувшись в реке, и чуть обсохнув, мы оседлали наш мотороллер и поехали к обрыву, до которого от нас было метров пятьсот.

Когда-то на вершине обрыва стоял дом, который до революции принадлежал то ли купцу, то ли еще кому-то, но после дом разрушился, а кирпич потихоньку растащили местные жители. Хотя и говорили, что место здесь нехорошее, но видимо на кирпич, это не распространялось. Хотя там никто и не селился. Но это скорее происходило из-за того, что река, протекающая у берега, постоянно подмывала его и иногда часть берега, просто осыпалась вниз.

В одно из таких обрушений, из обрыва выкатился огромный валун, оставив после себя довольно большую пещеру. Мы как-то залазили в нее, но ничего интересного там не нашли. Просто небольшой грот, около четырех метров вглубь и два-три метра шириной.

Именно там мы и собирались спрятать бутылку с посланием, рассчитывая, что в ближайшее время, новых обвалов не ожидается, потому что река, из-за последнего обрушения изменила свое русло и теперь протекала в десятке метров левее. Оставив мотороллер у подножия, я достал из-под сидения лопатку, которую всегда возил с собой, и мы поднялись по склону до пещеры, вход в которую находился чуть выше трех метров от основания.

Войдя внутрь, дошли до дальней стены. Выбрав место, я уже собирался начать копать, когда заметил умоляюще-завистливый взгляд подруги. Похоже, она сама хочет этим заняться, понял я, и протянул ей орудие труда.

Вика, сразу же расцвела и еще раз оглядевшись, решила копать одну из боковых стенок. Некоторое время я стоял возле нее, надеясь, что она одумается и отдаст лопату мне. Но ничего подобного не произошло. Наоборот, она выставила меня из пещеры, сказав, что позовет, когда яма будет готова.

Глина, из которой состояли стены пещеры, была очень сухой и слежавшейся, отчего ее приходилось не копать, а скорее рубить. Из-за этого, в пещере вскоре поднялась пыль, и стало трудно дышать.

Немного поработав, подруга вышла на свежий воздух, и дождавшись пока пыль чуть осядет, вернулась обратно, так и не отдав мне инструмент.

Я присев, на один из валунов, во множестве лежащих возле обрыва поджидал ее. И вдруг звуки рубки стены прекратились, а я услышал восклицание:

- Ой! Сашка иди сюда скорее! Тут такое!

Быстро взобравшись по склону я, вошел в пещеру. Вика стояла в глубине ее у боковой стены, которая вдруг обрушилась, образовав довольно широкий проем. В его глубине, в полумраке проникающего с улицы света мы рассмотрели похожие на оружейные ящики, стоящие друг на друге. Все это было покрыто паутиной и толстым слоем пыли.

Вика взглянула на меня и, тут же сделав шаг вперед, попыталась проникнуть внутрь. Я едва успел удержать ее от этого шага.

Оттащив ее от провала, я попытался объяснить ей, что делать этого ни в коем случае нельзя. Потому что если там находится, действительно, что-то ценное, то после, замучаешься доказывать, что ничего не взял. Поэтому наилучшим выходом, будет уйти отсюда, и рассмотреть находку, в присутствии милиции.

Но все мои слова, бились, словно о глухую стену. Вика совсем не слушала меня, продолжая рваться вперед.

Кое-как, схватив подругу в охапку, я выволок ее на свежий воздух. Оказавшись внизу, так и не смог понять, как же мы не навернулись с такой высоты. Вика вновь стала вырываться от меня, пытаясь подняться в пещеру, но я ее удерживал в очередной раз пытаясь объяснить, что делать этого нельзя.

- Ты же видела, что там все заросло паутиной, а вдруг там какой ядовитый паук, - пытался втолковать ей. – Что мне после прикажешь делать?

После этих слов, она немного задумалась, но все равно, то и дело бросала взгляды на пещеру. Но было заметно, что она обиделась на меня. В этот момент я взглянул на ее лицо и неожиданно для нее расхохотался.

Вика недоуменно посмотрела на меня. Я пытаясь как-то успокоиться, дотянулся до кармашка, на ее сарафане и, достав из него зеркальце повернул его к ней. Вика взглянула в него, потом повернула его ко мне и, спустя мгновение, хохот раздался у нас обоих.

В зеркале отражались наши физиономии, измазанные глиной, с дорожками пота, лившимися по щекам и, как попало размазанные по лицу. Волосы, вообще трудно было описать. Непонятного рыжеватого цвета, они топорщились во все стороны, создавая, что-то похожее на произведение абстракционистов.

Смех растопил обиду, и спустя минуту мы, быстренько раздевшись и побросав одежду на мотороллер, бросились в воду, отмываясь от глиняной пыли.

Искупавшись, мы вышли на берег, и Вика вновь посмотрела на проем пещеры. Я вновь объяснил ей, повторяя все доводы, против посещения пещеры.

- Лучше всего, будет быстрее доехать до дома и вызвать милицию, а уж вместе с ними можно и посмотреть, что же там находится. – Сказал я.

- Тогда, что мы сидим? – тут же подскочила подруга, натягивая свой сарафан.

Через минуту, мы уже мчались домой.

По дороге мы договорились, что все это расскажем родителям у меня дома. Въехав во двор, Вика сразу же помчалась к себе, приглашать отца. А я вошел в дом. Мама смотрела телевизор, а сестра, видимо умчалась к подружкам. Увидев мой взволнованный вид, мама спросила, что произошло.

- Страшного ничего, - ответил я ей. – А подробности будут, когда Вика приведет папу. Ну, чтобы дважды не повторяться.

Мама выключила телевизор, и мы вышли в столовую. Через минуту пришли и Вика со своим отцом.

- Так, что у вас произошло? – Вновь спросила мама.

- В общем… - Начал я.

- …Мы нашли клад. – Закончила Вика.

Мама с дядей Ченом переглянулись и, усевшись поудобнее потребовали, подробного рассказа.

Мы от волнения перебивая и дополняя друг друга рассказали родителям, что сегодня у нас юбилей. Три года, со дня нашего знакомства, на что они улыбнулись. И вот мы решили отметить его. Купили мороженое и лимонад и съели его на берегу реки. После этого нам пришла в голову идея написать самим себе послание и запечатав в бутылку закопать ее в укромном месте. Наилучшим местом, нам показалась гора, то есть обрывистый склон реки, под разрушенным домом, какого-то купца.

- Это бывший дом, первого военного министра Туркестана. – Вставил реплику дядя Чен в наш рассказ.

- Там после последнего обвала образовалась пещера. – Продолжили мы. - Вот в ней, и собирались прикопать нашу бутылку. Тем более, что река изменила русло и в ближайшее время обвалов не ожидалось. Вика забрала у меня лопату и сама стала копать там, где посчитала нужным. Я же ждал ее у входа в пещеру, потому что там пыльно и тесно для двоих.

- Я копала, копала, а потом лопатка взяла и провалилась сквозь стенку. А когда пыль улеглась, я увидела ящики стоящие там, все в пыли и паутине. Позвала Сашку и хотела влезть туда, но он мне не дал. – немного обиженно закончила Вика наш рассказ.

- И правильно сделал. - Сказала мама. – Раз уж нашли ни в коем случае, нельзя его трогать, а то после замучаешься доказывать, что ничего не присвоил из найденного.

- А вдруг там паук, или змея? – Вставил дядя Чен.

- Вот и Сашка то же самое говорил. – Грустно произнесла Вика. – А после мы отмылись от глины, и приехали сюда. Решив рассказать все вам. И что же теперь нам делать?

- Я думаю, тебе стоит позвонить твоему другу, мам, Исмаил-ака. Думаю, что он не откажется помочь нам, тем более что клады наверняка проходят по линии ОБХСС. А для нас, если там найдется, что-то ценное, тоже будет плюс. Все же 25% на дороге не валяются. Легче будет легализовать оставшиеся деньги. – Сказал я.

Родители переглянулись.

- Да, пожалуй, это будет наилучшим решением, - произнесла мама и дотянувшись до телефона набрала известный ей номер.

Исаков Исмаил Исакович, мамин школьный товарищ, и как я давно подозреваю, давно и тайно влюбленный в нее. Во всяком случае, замечал иногда взгляды, которые он бросал на нее, иначе их просто не назовешь. Они дружат еще со школьной скамьи, но дальше дружбы не продвинулись. Хотя последнее время и стало более заметно, как он старается приблизиться к ней. Особенно после того, как нас оставил отец. Но как мне кажется, это будет продолжаться еще очень долго.

Но, так или иначе, дружба продолжается, и мама и он многое делают друг для друга, каждый в своей области. И еще я, да и мама, твердо уверены, он никогда не сдает ничего такого, что могло бы повредить нам.

После недолгого разговора, мама положила трубку и сказала, что Исмаил Исакович, скоро приедет сюда. Пока же нам стоит пообедать, потому что потом, на это может не оказаться времени.

Пока мы с Викой обедали, родители разошлись, каждый к себе, чтобы переодеться. Ведь возможно понадобится их присутствие на месте.

Исмаил Исакович, подъехал примерно через сорок минут.

Мы собирались ехать все вместе, но из-за недостатка мест в машине, маме пришлось остаться дома.

Сев в машину, я удивился тому, что он приехал один. В ответ на это он усмехнулся и сказал не волноваться хуже, было бы, если бы он приехал, со всеми вместе.

- Ты представляешь, что бы соседи подумали, увидев здесь такую кавалькаду? – спросил Исмаил-ака улыбнувшись.

Вскоре мы догнали, неспешно движущуюся колонну и присоединились к ней, встав впереди. Здесь был грузовик с фургоном и несколько милицейских УАЗов заполненных милиционерами. Один из них, обогнал нас, расчищая дорогу и обеспечивая нам «зеленую» улицу.

Вскоре, следуя нашим указаниям, мы подъехали к Чирчику. По команде Исмаила Исааковича, который сегодня был в полковничьей форме, что случалось довольно редко, милиционеры выставили оцепление, не подпуская никого к месту находки. Мы с Викой показали пещеру и остались возле автомобиля, а по указанию Исмаил Исааковича, к пещере поднялись два милиционера. У одного из них был мощный фонарь, а другой был увешан фотоаппаратурой.

Первый вошел в пещеру и пару минут пробыл там, разглядывая нашу находку. Отсветы его фонаря, часто мелькали в проеме пещеры. Вдруг послышались громкие вскрики и ругань и раздалось несколько выстрелов. После этого из пещеры, была выброшена, какая-то лента грязно-серого цвета, с плеском упавшая в воду. Тут же запищала рация в машине Исмаил-ака.

Подняв трубку и с кем-то переговорив, он обратился к нам:

- Я всегда считал тебя умным человеком, Александр! – Произнес он. – Сегодня ты лишний раз подтвердил мое мнение о тебе. Во второй пещере оказалось гнездо гюрзы.

- Представляешь, что было бы, не удержи тебя твой друг, от этого шага?! – Обратился он к моей подруге.

- А вообще, ты все правильно сделал, - он вновь посмотрел на меня. – И то, что удержал свою подругу, и то, что не дал посмотреть, что там находится и сообщил мне. Так, что поздравляю. Как минимум благодарность ты заслужил, а если там обнаружится, что-то ценное, то и 25% тоже не будут лишними. А пока отдыхайте. Минут через пятнадцать вынесут все, что там есть и посмотрим, что вы нашли. Мы отошли в сторону, и присели на какой-то камень. Дядя Чен, посмотрел строгим взглядом на свою дочь, но та уже давно поняла, от чего ее удержали и, уткнувшись в грудь отца, расплакалась. Исмаил Исакович вновь переговорил с кем-то по рации и вскоре присоединился к нам.

Минут, через десять из пещеры вылезли милиционеры, находящиеся там. Доложив, что работу они закончили, отошли в сторону. Исмаил-ака, тут же вернул нам, забытые в пещере лопатку и бутылку с запиской, посоветовав в следующий раз выбирать места более безопасные.

Еще через пять минут, несколько милиционеров начали выносить из пещеры ящики, находящиеся там, и выставлять их в ряд, неподалеку от нас.

За линией оцепления, видимо привлеченные суетой, и донесшимися до них выстрелами стали собираться местные жители, с интересом поглядывающие в нашу сторону.

Вскоре, со стороны города показалось еще несколько автомашин, которые подъехали к нам. Из них вышло несколько человек, среди которых угадывались два корреспондента, какой-то газеты. Один из них постоянно о чем-то спрашивал, поднося микрофон, а другой фотографировал всех присутствующих. Исмаил Исакович подозвал нас, и мы в очередной раз рассказали нашу историю, о том, как нашли клад. Корреспондент, как оказалось из газеты «Ташкентская Правда» задал еще несколько вопросов, касающихся нашей учебы, планам на будущее и наших родителей, потом переключился на Исмаил Исааковича.

Наконец, все ящики были извлечены, и мы подошли, поближе. Ящиков оказалось шесть штук. Каждый из них был заперт на защелки, и кроме того на каждом висел большой замок, которые обычно называют амбарными. Корреспондент еще раз сфотографировал находку, после чего Исмаил Исакович, распорядился вскрыть их. Выделенные для этого люди, попросили отойти всех подальше, опасаясь возможных сюрпризов. После того, как пространство было освобождено, ящики вскрыли, откидывая их крышки и визуально проверяя на возможные ловушки.

Когда с этим было покончено, нам предложили подойти поближе.

В первом ящике оказалось оружие. Это были хорошо смазанные новенькие винтовки системы Мосина. Они занимали все пространство ящика, находясь в нем в несколько рядов. Переложенных вощеной бумагой. В следующем ящике, находился пулемет, довольно странной конструкции, чем-то напоминающий пулемет Дегтярёва, только с толстым трубчатым стволом, чуть сужающимся к его обрезу. Вместе с ним, в ящике находились несколько дисков для него и пара пистолетов в деревянных кобурах, а остальное пространство было заполнено патронами, несколько цинков и большей частью россыпью.

В третьем и пятом ящике оказались золотые и серебряные изделия, покрытые росписью и драгоценными камнями. Там были, чаши, блюда, кубки, кинжалы и многое другое. Не смотря на пыль, добравшуюся до них, все это сверкало и переливалось в лучах солнца. Стоящий возле меня Исмаил-ака сжал на мгновение мне плечо и шепнул: «Поздравляю». В четвертом ящике находились какие-то брезентовые мешки. Когда вскрыли один из них, то оказалось, что он полностью забит, какими-то бумагами. От толпы приезжих отделился, какой-то мужчина и предъявив удостоверение бегло прочел одну из бумаг. Потом, распорядился отнести ящик в сторону и поставил возле него охрану. Сказав, что там находятся важные документы. Последний ящик, гораздо был меньше других, но когда его доставали из пещеры, то выносить его пришлось вчетвером, из-за его веса. Его содержимое говорило о том, что он тоже представляет собой огромную ценность. Почти до самых краев он был заполнен золотыми и серебряными слитками и монетами. Золотыми червонцами царской чеканки.

После того, как все рассмотрели, Исмаил Исакович собрался дать команду на погрузку, но подошедший к нему корреспондент о чем-то попросил его и он распорядился сдвинуть ящики, с драгоценностями поставив их треугольником. После этого нас с подругой, усадили на край ящиков, дав в руки несколько драгоценных изделий. А перед нами стоял раскрытый ящик с монетами и слитками. И несколько раз сфотографировав, нас отпустили.

Ящики вновь были упакованы, загружены в фургон, и под охраной увезены. Мы вновь сели в машину Исмаил-ака, и он отвез нас домой. Там уже нас ждала мама с накрытым столом. Исмаил Исакович, немного задержался, выпив с нами чашечку чая и рассказав маме, о нашей находке.

- Конечно на всю сумму, вряд ли можно расщитывать, но даже и то что дадут, будет вполне достаточно. Во всяком случае, на учебу с лихвой хватит. – Сказал он. – Я тут немного подсуетился, корреспонденты еще о вас напишут, так что думаю, все будет нормально.

Я проводил его до самых ворот, и дождавшись пока он отъедет и скроется за поворотом, вернулся в дом. Там мы вновь рассказали маме о том, что было в ящиках, и как нас фотографировали рядом с ними. Сестра, к тому времени вернувшаяся домой слушала нас с раскрытым ртом, сокрушаясь и сожалея о том, что отказалась сегодня ехать с нами. А еще фотограф, обещал прислать нам фотографии, оказывается, об этом позаботился дядя Чен, оплатив их и сказав наш адрес. Так, что и память останется.