Тяжкие будни цареводцев или как зачищали Эллиоты

***

Вечер 7 марта 1904 года по новому стилю.

Локация: Жёлтое море между островами Эллиота и китайским спортом Бицзыво. Кают-компания канонерской лодки "Кореец".

В накуренной кают-компании канлодки "Кореец" было душно и жарко. Как в прямом так и в переносном смысле.

Бравые гвардейцы в красивых мундирах занимались самым важным придворным делом - коллективно сочиняли правильный рапорт о достославных подвигах совершенных в походе.

Каждый, конечно, хотел единолично, но... Но риски перевешивали желание. Поэтому приходилось не только тянуть одеяло, но и пытаться слышать конкурентов, и (о, кошмар!) искать компромиссы.

Ведь написание правильного рапорта дело ответственное! Это раньше, в дикой допетровской Руси царь, говорят, жаловал за дела. Теперь в благословенной Российской Империи всегда награждают только по рапорту! И каждый опытный царедворец знает - неправильно расставленные акценты, даже просто слова могут сильно изгадить процесс награждения.

А то и поставить крест на карьере. Вон, простодушный чудик Беляев, при всех своих геройствах и громких победах из опалы не вылазит. И наград не имеет...

- Итак господа! - лейтенант флота Дукельский как адъютант уже бывшего начальника Первой эскадры Старка решительно взялся исправлять свое пошатнувшееся положение. - "Под четким, грамотным руководством наместника Алексеева блестяще проведена операция флота по деблокаде порта Дальний! Стараниями великого князя Кирилла канонерка "Кореец" избежала интернирования и вырвалась из японской блокады порта Дальний для осуществления крейсерских операций в Желтом море...".

- И что? - влез статский советник Павлов, презрительно хмыкнув. - Максимум благоволение, ну край Анна 4 степени... Клюква...

- Вы не дослушали, - не согласился Дукельский. - Бой с превосходящими силами противника, уничтожение цельного отряда вражеских миноносцев - это Георгий!

- Вот именно! - поддержал Дукельского молоденький мичман из свитских Кирилла Владимировича.

- Какие-то дохлые эти ваши миноносцы-кораблики, чтобы за них целый орден давать... - не согласился Павлов.

- Молчал б лучше! - неожиданно поднял лицо с дивана бравый, а точнее в хлам пьяный хорунжий в обляпаном казачьем мундире. И Павлов, попытался не услышать проскользнувшее "Шпак"! - Мы тут геройствуем, врага уничтожаем, а ты крыса штатская - ни себе не людям! Да за такое дело плетьми собаку пороть надо!

- В самом деле господа, враг потоплен, победа за нами. - попытался замять неловкость юный корнет из кавалергардов. - Я точно видел как Великий князь Борис Владимирович командовал орудиями, уничтожившими неприятеля!

- По левому борту! - вежливо уточнил мичман. - Батареей правого борта командовал Великий князь Кирилл!

- За это надо выпить! - опять оживился хорунжий. Правда не дотерпел до подносимого бокала и снова с храпом уткнулся мордой лица в диван.

Зато остальные все вздрогнули и осушив по рюмке, продолжили беседу.

- Так-с, продолжим господа! - Дукельский как адъютант хоть уже и бывшего начальника, но все ж почти самого главного Начальника, обладал немалым опытом пивной, пардон, штабной работы. - "Уничтожение вражеских миноносцев позволило предотвратить вражескую диверсию против наших броненосцев. Тем самым мы сорвали коварные планы неприятеля!".

- Во-во! - Поддержал его, справившийся с притяжением дивана, хорунжий. Но неосторожно ткнул пальцем в небо и снова проиграл бой гравитации и притяжению.

- "Благодаря энергичным и своевременным действиям... Великого князя Бориса Владимировича...", - уточнил юный кавалергард, - "была сорвана попытка вражеского десанта на наше побережье! Князь лично возглавил отряд, рассеявший десантную команду и потопивший японский большой воинский транспорт"!

- Это точно! Верный орден! - поддержали корнета все армейцы.

- "Великий князь Кирилл тоже не сплоховал"! - Заступились за коллегу моряки. - "Под его мудрым руководством были уничтожены четыре новейших канонерки противника"!

- Верный второй Георгий!

- Какое поразительное мужество! - не выдержал и влез с комментариями все ж изрядно набравшийся Павлов. - Шелупонь деревянная, тока на дрова и годящаяяся...

- Не, эта дрянь сегодня догундится! - Хорунжий с трудом преодолел коварное притяжение дивана, поднялся на ноги, но тут канонерку качнуло не иначе как предательской, подосланный джапами волной и он снова оказался проигравшим. Правда уже не на диване. Но зато в более устойчивой коленно-локтевой позиции.

Дамы начали хихикать, а у усатого господина с моноклем, от вида казачьей кормы в интересной, более присущей женскому роду позе, неожиданно заблестели глаза.

- И не говорите, - поддержал коллегу заплетающимся языком мичман. - Какой-то шпак, совсем не при деле, всё на нас клевещет!

- В самом деле? - саркастически улыбнулся Павлов. - Я к вашему сведению гвардейская шелупонь целый статский советник! И в море поболе вашего ходил! И генерал! К сожалению сейчас приказом Наместника по линии жандармерии!

- Ах ты ж сволочь! - Кулак мичмана из гвардейского экипажа влетел в печень Павлова.

- А мы с этой сукой за одним столом ПИЛИ! - поддержал его ревом хорунжий, правда для устойчивости так и оставаясь на карачках.

В шуме и неразберихе никто не понял, кто умудрился попасть Павлову по затылку пустой бутылкой.

- Совсем оборзели шпаки, может нагайкой его поучить? - задумчиво зашарился по поясу лейб-конвойный офицер.

- А потом, что с ним делать? - спросил всё-таки самый трезвый из всех Дукельский.

- За борт и вся недолга, - не задумываясь ответил лейб-конвойный.

- А вдруг кто скажет?

- Кто? Команда, которую он два раза с наградами прокатил? - густым басом ответил корабельный священник, тихо просидевший весь банкет в темном углу. - Он ить завистник, все только себе тянет!

- Тагды точно топить сволочь - обрадовался хорунжий. - благоразумно оставаясь на полу. И пытаясь затуманенным алкоголем мозгом понять, показалось ему или кто-то потрогал, можно даже сказать, уверенно погладил его зад. Дам сзади не было. Хорунжий всё пытался понять, считать ли это отягчающими для Павлова обстоятельством. И стоит ли это озвучивать.

- Топите гада, - простонал Кирилл, - это его Мартелем мы траванулись.

- Точно! - поддержал брата Борис.

- Я не виноват! - истерически выкрикнул Павлов, уже не только мозгом, но и пятой точкой отчаянно почуявший неладное. - Напитки городской голова Сахаров лично из своих запасов предоставил!

- Надо с дядькой поговорить, - Борис, как кавалерист, развил натиск. - Ничего у него по нормальному сделать не могут, даже выпивку нам хорошую организовать.

- Да, стареет дядя Женя... - поддержал брата Кирилл. - Совсем у него шпаки распоясались.

- "Несмотря на полученные во время битвы контузии оба Великих князя мужественно оставались на боевом посту до окончания битвы и ободряли матросов своим присутствием!..." - Дукельский постарался увести разговор от скользких тем.

- Душевно выходит! - поддержал коллегу тоже чуть протрезвевший мичман. И теперь изрядно переживавший за свой необдуманный конфуз с Павловым. Пить со шпаком противно, и морду бить надо! Но как это может аукнуться для карьеры?

- Вот вот - тока шпака заткнуть надоть!

- Господин Павлов - вы всё осознали? - Борис пьяно взглянул на белого с окровавленными волосами статского советника.

- А что с Беляевым и командой? - из-за спин офицеров раздался чей-то девичий голосок.

- Об их награждении пусть капитан думает. - ответил главный моряк Кирилл. - Нам свое представление утвердить поперёд надо!

- Точно! - воскликнул хорунжий, отвлекаясь от обороны тыла. Зря. Чья-то совсем не хрупкая пятерня опять уже хозяйски прошлась по тылам потерявшего осторожность казака.

"Павлов! Точно, сука, Павлов!"- мелькнуло в мозгу у хорунжего! - "Это, сука, его жандармские проделки!.. Как же хорошо было с коняшкой, никаких машин, никаких тылов...", - с тоской подумалось ему.

- За это надо перцовой! Для поправки здоровья! - провозгласил опытный мичман, с легкостью разливая новый напиток, одновременно пытаясь теперь и оправдаться, и, от греха, задвинуть Павлова поближе к выходу кают-компании, - За здоровье их высочеств!

Неосторожно потянувшийся за рюмкой перцовки казак опять ощутил предательское наступление на тылы. Пить хорунжему почему-то резко расхотелось...