Тьма и Свет

Эпизод 2

Тьма и свет

Пролог

Измотанный, продрогший Теншен Ики вошёл в свою резиденцию на рассвете и увидел, как его домоуправитель беседует с тремя завёрнутыми в белые плащи типами. Лами явились лично или прислали очередных убийц?

- Господин посланник? – Старший из гостей оглядел его с удивлением и подозрительностью. Его меховая круглая шапка была украшена гербом Лами, а плащ на груди стянула титульная застёжка исполнителя третьего раздела Книги Распрей. Третий раздел содержит наказания за нарушения положений Книги. Значит, ещё двое – это помощники исполнителя, и Лами решили препроводить неугодного Ики в свою резиденцию.

Глава 18

Твердыня беззакония

Теншен Ики едва держался на ногах и с трудом цеплялся за реальность, чтобы не упасть в обморок. Время от времени ноги сводило судорогой, мысли не слушались, в глазах меркло. После ускорения следует отдохнуть пару часов, не применять его сутки, и, вообще, не напрягаться более. Теперь же, приходится бороться не только с усталостью, а это, всё равно, что передвигать ещё одно, такое же, тело, а временами и два.

Карета Лами оказалась так далеко в роще поклонных деревьев, что Ики буквально упал внутрь, и очнулся только, когда его сильно тряхнуло.

Дерево пылало жарким пламенем, обивка источала гарь и быстро обращалась в пепел, за языками пламени мелькали плащи Кого и Лами. Они сражались друг с другом и между собой, как в бреду.

Теншен собрал волю в кулак и вгляделся в происходящее в приоткрытую дверь.

Действительно, схватка на мечах кипела между Лами и Кого и…, да, между собой тоже. Это что же, значит, его пытаются спасти? Странно, неожиданно, невероятно! Не может быть! Лами всегда действовали во вред Ики!

Самым острым и чётким в этом зыбком мире оказался запах гари. Лак пузырился, шипел и вспыхивал на несколько мгновений, порождая облачка копоти.

Ики сдёрнул своё слабое тело на пол кареты и кое-как выскользнул наружу, со стороны жёсткого и мокрого боскета. Между стрижеными кустами всегда есть зазоры. Есть! Вот и выход!

За кустами, путь преградило тело одного из помощников исполнителя. Нет, он ещё был жив.

- Дурак…, беги! За камнем… кулак, спуск…, тропа…, Сойка сказа… ла, что ты можешь вернуть…, кха, кх. Как было! Иди же…

Теншен отполз в тёмную гущу сребролиста, в ста шагах от схватки, и там, пришёл в себя, понял, что находится близ ворот на Харани. Затем, дождался, когда схватка ещё немного отдалится, собрался, и, короткими перебежками, устремился назад, к роще поклонных деревьев, что к востоку от резиденции Оплота Ташине.

Туман, плотный и горький, окутал дорожки, стволы деревьев, весь мир, прошлое и будущее.

В сознании, уже бывшего, посланника Ики, остались только отдельные ориентиры. Тайник, камень в виде кулака на побережье, окружной путь до Ахи, и только там, возможность выйти из тени, предъявить браслет Дэцу, и обрести новое назначение.

С восточной стороны большого валуна, за лавкой, он раскопал свои вещи в тайнике. Взял самое необходимое, ненужное убрал в тайник.

Зачем? В пределах Тенсидани ничего не осталось от прошлой жизни. Ни одной души. Так ли было необходимо оставлять хоть что-то? И этот Лами...

Вернуть, как было? Хранитель закона не шутил и не пытался интриговать. На пороге смерти, в угасающем разуме нет места таким суетным вещам.

Сумрак быстро окутал округу и сменился чёрной, непроглядной ночью. До восхода луны, когда Шена явит свой незамутнённый ничем, пронзительный, таинственный свет меж редких облаков, остаётся времени совсем немного. Пора отправляться в путь.

Ради кого? Ради чего?

Всю ночь и весь день дул сильный ветер, ветки кустов и деревьев качались, туман висел густыми пластами в низинах и расщелинах, чуть ли не до полудня, но и благополучно достигнув берега, и обнаружив приметный валун, Ики застрял на месте из-за непогоды.

Спускаться на верёвке под сильными порывами ветра невозможно.

Камень в виде кулака, несомненно, является отличным ориентиром, приметным знаком на краю обрыва, под которым на вертикальном склоне обнаружился участок скрытой тропы. И наверняка, о камне многие знают в замке Лами. Возможно, даже, есть особый разъезд гвардейцев, заезжающий на этот выступ.

Буря не прекратилась за вечер и ночь; и под упругим, ровным напором воздуха с залива, ташине шагнул в серую мглу скальной расщелины, поздним вечером следующего дня. Его тут же закрутило, но он справился, вцепился в намеченный выступ и распластался по скальной стене.

Может это плохая верёвка, может она перетёрлась на каком-то остром выступе, или что-то ещё, однако, монолитная порода под пальцами расслоилась, верёвка лопнула, а Теншен сорвался со стенки и рухнул на камни у самой кромки прибоя.

Тропа, ведущая к чернильному проходу в скале, пронеслась мимо.

Обе руки оказались сломаны и не слушались, спина отзывалась острой болью даже на дыхание, ноги подёргивались, жили собственной жизнью. Заплечная сума лежала в двух шагах за спиной, но и перевернуться лани не смог. Фиалы с исцелением находились рядом, однако, достать их сил не было, смерть подкралась слишком близко. Боль молнией вонзилась в мозг.

Ночь просветления всплыла перед глазами.

- Будь благословен господин, и Малый Дом Ики, и слуги его!

- Всё хорошо. Располагайся, мой капитан дневной стражи.

Сэднора, выше его на полголовы, создание Аваши, воинственной стихии пламени, и гармонии танра Азуки, явилась в той одежде, в которой обычно спала – в коротких штанах и рубахе с поясом – в форме, что она надевает для кулачных боёв. В отличие от ханора, она бодрствует днём, однако, и едва проснувшись, она прибыла сильной, собранной, готовой тут же ринуться в схватку.

- Третий мне, как всегда, ничего не пояснил! – Выразила свой гнев Вторая, упав на колени и положив на пол перед собой домашний меч.

- Оставь клинок и просто выслушай меня.

- Да, мой хозяин!

- Танра дали мне новое дело. Я через какое-то время отправляюсь на запад. Передам корону сыну Мэйто. Всех самых преданных, пятерых слуг, я освобожу после этого, в любое удобное для вас время. Награда за службу будет по закону. Да ты сама знаешь, как это происходит.

- Вам сказали идти одному?

- Новую жизнь я начну один, а там посмотрю, как танра распорядятся моей судьбой.

- Вы будете паломником? Ланиноры так обычно поступают.

- Я пока не знаю, но начать планирую в качестве ташине – богатого торговца.

- Да, точно, хозяин, у вас есть девять колец ташине!

- Если у тебя нет планов, как жить свободной от обязательств, то сейчас самое время начать об этом думать.

- Думать? Я нума, за меня Аваши всё решила. Не надо думать, надо исполнять волю танра. Как вы, хозяин!

- Ладно, иди нума спать. Никому не сообщай о нашем разговоре. Третий, войди! Уведи её своим путём, надо всё оставить в тайне, и зови Четвёртую и Пятого. Завтра я расскажу вам, двоим, куда мы будем ездить в ближайшее время. А, ездить придётся очень много.

- Да, хозяин! Будь благословен господин, и Малый Дом Ики, и слуги его!

Теншен откинулся на кровать и тяжело вздохнул. Что вообще известно о танра? Может это знание сейчас важнее всего? Может обратиться к Хоронаи за советом?

Тьма накрыла мир вокруг. Нет, глаза были открыты, звуки беснующихся волн, тугой гул ветра, они никуда не делись, но полумрак скрыл все предметы. Остались клочья облаков, да запахи, сильный аромат моря, неизвестно откуда взявшийся дым и едва уловимый знакомый, из прошлой жизни, запах, родной даже…

Свет Шены, широким пятном лёгший на полумрак, закрыла крупная фигура. Сквозь гулкий шум прибоя, сильный, глубокий голос осторожно спросил:

- Эй, ланинор! Ты живой? В потёмках и не разглядеть… Огооо!

Ташине как пушинку приподняли сильные руки и ловко повернули на бок. Вскоре в его сжатый от безумной боли рот полилось дешёвое зелье исцеления. Изумрудное сияние окутало его изломанное тело, кости и ткани зашевелились и вернулись на свои места, изнуряющая боль, как и всегда в таких случаях, породила сильную судорогу.

- Спасибо… - Прохрипел ташине и попытался расслабиться.

- Хозяи… ну, эээ… Друг! Ты ли это? – Вскричала сэднора, и внезапно шмыгнула носом.

- Друг? Замала, ты?! - В этом хриплом шёпоте, лани излил своё крайнее недоумение. Чем-то ошеломить его уже сложно, но тут было очень близко. Почти! Слёзы навернулись в уголках глаз.

- Ага! Точно, я. Я так тебя ждала, ты даже не представляешь! – Бывшая Вторая знакомым движением поправила торчащие во все стороны, короткие, до наплечников, рыжие косички.

Она их заплела сразу на другой день после его просветления и коротко пояснила, что по воле Аваши, нума обязана носить шестнадцать косичек, чтобы её легко можно было узнать среди других сэдноров. Она собиралась влиться в свой народ, но что-то изменилось.

Замала кулаками потёрла крылья носа, в попытке скрыть свои слёзы радости и облегчения.

- А я тут тебя жду. Ты очень долго не шёл, но наконец явился! Ха-ха!

- В... Моей сумке... Фиалы с зельем...

- Несу. Вот. Не спеши.

- Почему ты ждала меня здесь? – Оглушённый болью, и плохо соображающий, ташине почти ничего не понял.

- Отдохни! Послушайся моего совета! Я тебя знаю! Давай, укладывайся и подремли. Тебе сейчас очень нужен отдых.

На утро Теншен Ики вскочил, как ужаленный, но увидев искреннюю, широкую, такую родную улыбку сэдноры, тут же расслабился и рухнул на спину от резкой боли во всём теле. Два фиала исцеления слегка привели его в чувство, пробудили интерес к жизни.

- Что ты тут делаешь?

- В Тагете я встретила, Пятого…, ну, Кита Хайфа! Кошель, полный монет мне дал, и сказал, что я единственная, кто надёжно сможет передать тебе его послание. Ещё он сказал, что ты свалишься на меня внезапно именно в этом месте.

- Чтобы Пятый…, то есть Хайф, дал кому-то денег? Не поверю! Ерунда какая-то! И, откуда он узнал, что я буду на Тенсидани именно в это время и в этом месте?

- Не подумала у него спросить. Он же ллесинор, у них свои связи!

- Связи? Он то что в Халлавии забыл? – Задумался Теншен.

- Проездом, закупился морскими чернилами. Они же здесь, в Чернильном заливе и добываются. Уже заходил на свой корабль, когда увидел меня на причале, и тут же затащил к себе. Всё у меня выспросил, дал денег… Ой! Я про деньги тебе не говорила! Он просил не раскрывать тебе, откуда у меня деньги… Совсем забыла про это… Беда!

- А твои деньги где? Я ж тебе большую сумму дал.

- Ну, знаешь, у богатых людей столько друзей…, а потом я осталась одна. Зато у меня теперь доспех нумы, вот!

- Ничего себе! Ты же могла сама купить себе и доспех, и корабль… И оплатить роту наёмников! А и ладно!

- Всё получилось именно так. Вот письмо, помялось немного. Ты готов его читать, друг?

Ики хмыкнул и раскрыл, вчетверо сложенный, серый лист самой дешёвой писчей бумаги.

«От лица Внутреннего Совета Флага «Надёжное Единство» я, Риф Тэй, сообщаю, что нашему главному управляющему распорядителю явилась танра Короуш и дала указание содействовать Вам на землях Империи ХэНраФои. Он не воспринял указания, как руководство к действию, но рассказал нам о явлении танра, и Совет уполномочил меня направить вам письмо со словами поддержки. Мы делаем этот жест из осторожности, поэтому просим понять нас правильно и воздержаться от излишних надежд. Подчёркиваем, что данное письмо не является поводом к принятию его в качестве обоснования претензии к Флагу, либо как доказательство каких-либо противозаконных деяний Флага в отношении Королевства Балшер и его подданных. Так же, Флаг предварительно и на неопределённое время отказывается от предоставления банковской помощи услугами, либо денежными средствами. В дальнейшем обязуемся рассмотреть в кратчайшие сроки ваши обращения, безотносительно их сути и формы. Это всё, что я уполномочен вам сообщить».

- Ну как? Ты что-то понял из этих разных слов? – Будущая нума наклонила голову и обрела серьёзный вид.

- Если Флаг доверил мне тайну явления танра Короуш, то в Империи меня без своей помощи они не оставят. Явление танра для них дикая ересь. Даже если это Короуш, что создала их когда-то. Культ Двенадцати нра правит ХеНраФои. Но, империя далеко, это дело будущего. Сейчас мне надо пробраться в замок Лами и выяснить, кто оседлал наш Правящий дом.

- Ого! Это надо узнать, сначала, где войти, а так, нас туда не пустят.

- Тропа над нами. Когда падал, я увидел чёрный провал в склоне.

- Хм, значит ты всё равно туда полезешь. Отговаривать смысла нет. Тогда, и мне нет смысла уходить сейчас. Хотя, я бы ушла, с тобой в Халлавию.

- Иди, не думай! Меня поддерживают танра, поэтому я справлюсь.

- Ты…, слушай, я тебе буду помогать не просто так. Вот!

- Замала! Ай, да Замала! Погоди, ты становишься нумой, и тебе от меня что-то нужно?

- Именно! Теперь всё меняется.

- Постой, дай угадаю. Ты уже понесла и тебе срочно нужна крепость?

- Уууу! Какой ты догадливый! Ничего от тебя не скроешь! Ну, да, сглупила, увлеклась. А помочь с крепостью можешь только ты один. Такие дела, друг.

- Приходила мне в голову мысль, что ты на свободе поведёшь себя, как собака, сорвавшаяся с привязи. Быстро же ты!

- Зачем ты так? Я же хорошая!

- Ну конечно, ты хорошая! – Сэда было приуныла, но тут же расцвела. - Только вот кроме меня, тебя отругать больше некому.

- Чую, что ты мне поможешь! Когда ты ругаешься, то уже решил помочь. У тебя же есть такое, что ты можешь в любой момент собрать столько денег, сколько надо. Хаа! Не отказывайся, я видела!

- Понятно. Есть к тебе и у меня дело, в связи с твоей просьбой. Можешь сейчас отправиться в Аху, чтобы собрать сведения о посольстве Тенси и представительстве Ики, тихо, мирно, без драки, а затем подождать меня там?

- Не увиливай! Я пойду в замок Лами с тобой. Если тебя убьют, то кто мне крепость подарит? То-то же! Молчи и не возражай!

- Ладно, но после, ты из Харами прямиком отправляешься в Аху! Сколько тебе осталось носить плод?

- Пять месяцев. Понимаешь? Мне нужна крепость через пять месяцев!

- Ооо! Вот же! Я так и думал. Как же с вами, сэднорами, тяжело!

- И легко тоже! Не спорь со мной. Отдохни и поешь. Карабкаться по скалам – очень тяжёлая работа, знаешь ли.

Сон, скрывавшийся в тени сознания, внезапно навалился и захватил мышцы в свои мягкие путы, силы покинули лани, он вновь провалился в черноту.

- Мы тебе поможем, смертный! – Нежный голос излился в тускнеющий разум и пробежал по телу.

- Я готов следовать вашим приказам…

- Иди на север вдоль берега и у самой воды заметишь провал среди камней. Спускайся туда, чтобы подняться наверх. Как проникнешь в тайный проход, держи ухо востро! Будь предельно осторожен, двигайся медленно. Время не имеет значения, важно сохранить жизнь!

- Я понял…

- Теперь отдыхай!

-…

Когда твою спину прикрывает опытный сэднор, с которым ты истоптал не одну пару сапог и съел мешок соли, это большое дело. Когда твою спину прикрывает будущая нума, это означает, что ты можешь сам за её спиной прятаться. Но, Ики никогда так не поступали. В большинстве.

Ночь – время вировых упырей, вировая лихорадка отнимает разум и направляет тело, куда пожелает. Больной днём не вспомнит, что делал ночью, в его звенящей, пустой голове всплывут лишь смазанные картины, полные нелепых тел и безумных красок.

Поэтому Теншен и Замала выдвинулись на рассвете.

В миле от стоянки, действительно, обнаружился низкий проход между серых валунов. По пояс в ледяной воде, два воина прошли полсотни шагов и упёрлись в стену. Теншен подсветил потрёпанный рукав кафтана и разглядел под потолком ход. Замала подхватила его и вознесла над собой. Ики втянул себя на узкую каменистую площадку, затем закрепил трос и скинул его напарнице.

От карниза круто вверх протянулась узкая тропа. Тьма скрыла широкую трещину в породе, осыпи щебня и крупные куски камня наполнили её препятствиями. Сырость и холод царят здесь веками от самого Потрясения, а может и дольше. По крутому спуску с волнами влаги сползают песчинки, плесень и лишайники проникли и вцепились в изломанные своды.

Крупный валун заткнул узкий проход, и они остановились, чтобы передохнуть и решить, что с ним делать.

- Энши, ужмись вниз, я хочу пощупать валун.

- Давай лучше вернёмся назад шагов на двести, и я тебя пропущу вперёд, чтобы ты смогла вытолкнуть этот камень наружу.

- Я не смогу развернуться здесь и не люблю двигаться спиной вперёд. Давай, придумай что-нибудь ещё!

- Дай флягу с водой! Промочу горло и возможно вспомню старые фокусы.

- Ага! На.

- …

- Чуешь? Дрожит земля…

- Отходи назад! Валун шевелится!

Камень вздрогнул сильнее и медленно ушёл в темноту, а из неё на них уставились два красных безумных глаза, пахнула волна сильного жара.

Это явился вировый упырь собственной персоной. Ему осталось не больше месяца, и он в безумии мечется здесь, под землёй, в темноте и одиночестве.

- Энши, у него на шее что-то блестит.

- Это же медальон Дайши Кого! Неужели…

Упырь взвыл хрипло и коротко, а затем устремил к Ики свои исковерканные болезнью пальцы. Лопнувшие оголённые кости острыми шипами торчали из опухшей чернеющей плоти, их надо опасаться в первую очередь, но не меньше следует опасаться той воронки, что была когда-то волевым ртом над гордым подбородком. Эта воронка, в то время пока конечности надёжно вцепились в жертву, втыкается в её горло, под которым у норов расположен главный узел аурамолов, и высасывает виру досуха.

Теншен почувствовал толчок промеж лопаток и резко осел до предела, тут же над его головой пронёсся меч нумы и отделил голову упыря от тела. Шейха натаскала Замалу, ещё в школе наёмников, с огромной скоростью бить вперёд, перед собой, удерживая меч горизонтально полу. И теперь её уроки сильно пригодились.

Всё, Дайши Кого почил с миром.

Дальше узкий проход расширился. Пока друзья надевали доспехи, Теншен высказал своё недоумение:

- Как же он попал в эту ловушку, он же был мудрым и расчётливым воином?

- Таких воинов, как он, болезни обычно не трогают. – Кивнула нума, слегка приподнялась на носках, покрутила руками и выгнулась назад.

- Он здесь точно не один, поэтому, теперь, будем общаться только жестами.

Замала подняла ладонь и хлопнула ей два раза по левому наплечнику Теншена. В ответ он тут же улыбнулся, как раньше, когда-то очень давно. От осознания утраченного, губы тут же сами вытянулись в тонкую полоску.

Коридор несколько раз расходился в разные стороны извилистыми ответвлениями, завалами и спусками. Примерно с дюжину бесцельно слоняющихся по старым коридорам лани, поражённых порчей, нападали на чужаков и обретали неизбежный покой. Вымотанные долгим подъёмом, схватками и напряжением, путники пару часов отдыхали, а потом вновь двинулись вперёд, к своей цели.

Спустя ещё часа полтора они взломали очередную решётку, и вошли в низкие палаты. Это точно было строение, а не вырубленные в скале имитации строительных конструкций.

Под ногами захрустели кости и Замала остановилась.

Ташине огляделся вокруг и ощутил ужас в душе, здесь, в темноте и холоде нашли свою смерть десятки лани. Что это Кого с Лами здесь устроили? Склеп? Но, тогда почему кости лежат в беспорядке? Ему показалось важным здесь и сейчас ответить себе на эти вопросы.

Если бы на стенах имелись орудия пыток или на полу были разбросаны тлеющие тюфяки, то можно было бы принять это помещение за тюрьму. Если бы здесь произошла битва, и павшие были высокомерно брошены и забыты, то на каменных плитах можно было бы обнаружить оружие и части доспехов.

Но нет.

Толчок в правое плечо, быстрый жест указующий вверх и вот, его взгляду открылись хорошо знакомые ордера на низких сводах, стоило поднять взгляд.

Эти лани были соблазнены, обращены и принесены в жертву через вировую порчу служителями танра Нокты. Ики обратил внимание на искажённые кости, черепа, клыки и всё понял. Его глаза открылись.

Это место стало временным храмом Нокты, стихии смерти духовной, храмом жнеца слабых духом, отчаявшихся, лишившихся разума, рождённых во зле, обладающих злой природой. Нокта собирает по миру свою армию мёртвых и пустых тел, тел с исковерканной душой, под командованием благословлённых ею полководцев – повелителей мёртвых. Именно здесь, заблудшие и принявшие порчу лани, становятся безумными и бессмысленными слугами, навсегда утратившими свою бесценную природу и связь с создателями, с танра Сошеей и Шеной.

«Покойтесь с миром, и вернитесь в мир, как дети Сошеи и Шены! И нет иного пути для ланинора!»

Ики сотворил очистительное плетение, и Свет Хъяры смёл со всех поверхностей ужасные символы…

Они вспыхнули злобным багровым светом с грязно-лиловым отливом, развеялись грязным маревом сажи. Некто начертал здесь вирографы! Порядок и построение символов вирограф явно указало на школу ллесиноров. Именно такое начертание и сочетание прививают ученикам их прославленного университета! Ики тряхнул головой и внимательно оглядел каждую плоскость в поисках остатков или обрывков и в дальнем углу за пилястрой обнаружил небольшой кусок кругового узора.

Вирографу начертал явно выпускник имперского университета. Однозначно! Они всегда ограничивают начертания вирограф кругом, тогда как лани плетут свои ордера в форме дерева.

Наконец-то путники взяли след! Теперь всё должно пойти быстрее.

В узком, более-менее чистом коридоре, Теншен сел на пол, раскрыл заплечную суму и принялся поедать заготовленный ещё на берегу перекус. Затем, он принял пост Замалы, а она в свою очередь поглотила свою порцию еды, раз в пять большую, чем понадобилась её товарищу, чтобы насытиться.

Далее они поднялись по заваленной мусором винтовой лестнице, прошли узким, шириной в локоть, коридором, и, через крохотную дверь, вползли в низкую и тесную нишу, ограниченную решёткой. Тюфяк, керамические черепки и выбитый в полу жёлоб, доставляющий в темницу воду, указали, что это часть подземелий замка Лами.

Наконец-то! Теперь осталось найти и уничтожить повелителей мёртвых.

Нет. Искать не пришлось. На всплеск виры Хъяры они потянулись сами, истово завывая от лютой ненависти к чистому свету истины, и одновременно, от голода виры. Обращённые и утерявшие разум создания, под действием порчи исказились, стали жуткими тварями, обрели наросты и звериные конечности, чтобы творить зло безнаказанно.

Теншен Ики оглянулся в сомнениях, длившихся одно мгновение, затем мягко улыбнулся и легко пожал плечами. Видя это, Замала засияла от переполнивших её чувств, именно таким она привыкла видеть своего старшего друга в минуты смертельной опасности. И это всегда означало, что выход есть, победа близка, просто она сама не видит признаков надежды, но он видит, а что ещё нужно воину Аваши?

Сам же Теншен в своей душе обратился к Сошее с благодарностью за просветление и сожалением, что не оправдал её надежд.

Ещё через мгновение, в тесноте каземата стало совсем не повернуться.

Яркий алый и пронзительный синий – два оттенка ослепительного света залили весь объём и вытеснили тьму за решётку.

Когда к напарникам вернулось зрение, они обнаружили две замершие друг против друга, сгорбленные под низким сводом, прекрасно вылепленные фигуры, из которых одна источает слабый алый свет и напомнила сложением сэднора, другая же мерцает голубыми искорками, как закатный прибой под слабым бризом, а формами повторяет норов из морского народа.

Они явно не ожидали лицезреть друг друга так близко, в этом месте и в это время.

На бесстрастных величественных лицах не отразилось ни капельки эмоций, выраженных их позами и видимым напряжением.

Неверие в коварство танра, но ожидание подвоха, преданность и покорность танра, но предчувствие осложнений от их решений, намерение идти по пути порядка танра, но понимание бесконечности разнообразия случайностей, знание совершенства танра и своего несовершенства.

- Чами Аваши! – Гаркнула Замала и бухнулась на колени чуть ранее, чем с тяжким гулом ударился о камни, выставленный на вытянутых руках, её огромный меч.

Запах заряженного вирой воздуха, и отсутствие места, заморозили чувства Теншена, и он, отчаянно тряхнул головой, чтобы обрести хоть какие-то мысли.

- Надо выйти из этого места. – Прогудел бархатным низким голосом авашинра.

- Несомненно. – Прошелестел сошеянра, и в то же мгновение, буквально выплеснулся сквозь решётку, в зардевшийся алым, тюремный коридор.

Авашинра прошёл сквозь преграду, оставив за собой шипящие, потрескивающие куски металлических прутьев, и огляделся. Затем, он провёл рукой по стене коридора, отчего большой кусок кладки вспыхнул багровым свечением и обвалился в следующее помещение с резкими щелчками и шипением.

Они проделали своеобразный проход до просторной залы бывшего архива и хранилища свитков, где единым вихрем очистили его от преград.

Почти тут же через арки хлынули внутрь и окружили их десятки жутких исчадий Нокты и её искажённых порчей слуг.

- Нокта привычно нарушает Медианный договор. – Равнодушно заключил авашинра и взмахнул рукой. Вслед за этим движением его тело покрыла мощная броня, а и без того высокий рост ещё более увеличился. Из воздуха сформировалось орудие напоминающее меч нумы, но большего размера. Так же поступил и сошеянра, но воплотил из ткани мира изящный меч и длинный кинжал.

- Здесь нет ноктанра, только воплощения и отпечатки. Я справлюсь. Сохрани жизнь смертного.- Вежливым тоном распорядилось воплощение огня.

- Он и сам может о себе позаботиться. – Отмахнулось воплощение воды.

- Мы так не выполним приказ.

- Он не один, твоя нума и он являются соратниками. Они бьются вместе, привыкли прикрывать друг друга.

- Нума прикрывает создание Сошеи?

- Пламя и вода создали круг в их душах.

- Весьма сложный вопрос. Сначала я очищу это место. – Выражая неприятие подобных вещей, заключило порождение Аваши.

Авашинра, без паузы, сразу перешёл от слов к делу и породил огненный вихрь, который обратил воинство Нокты в могильный прах.

- Это место меняется! – Воскликнул созданный водой воин и вскинул руки. Тонкие ниточки струй дотянулись до высокого свода и на головы посыпались каменные осколки, под которыми обнажились молочной белизной мириады костей.

- Что здесь такое творится? – Прошептал Теншен, и похолодел от мрачного предчувствия.

- Ещё одно нарушение Медианного договора. – Констатировал с неизменным спокойствием авашинра, и монотонно запел двумя вибрирующими гортанными голосами странную песню, с непонятными словами.

- Он возвращает нас в мир, но нам надо защитить его и себя, пока мы не окажемся в мире. – Прошелестел сошеянра и сосредоточился.

- Замала, прикроешь нам спину? – Протянул со вздохом Ики.

- Справлюсь! – Мрачно заверила его нума.

Спустя какое-то время, из арок выплыли шесть жутких фигур ноктанра. Пять небольших мёртвых драконов под командованием полководца – Воющего Зверя.

Туша на коротких ножках с короткими руками-обрубышами о четырёх разновеликих головах разинула на груди кривую пасть и завыла мерзко и жутко. Непереносимая боль пронзила тело ланинора, и он упал на колени. Скосив налитые болью глаза, он едва разглядел в белом мареве опирающуюся на меч нуму. Она яростно сопротивлялась, но её ноги дрожали и подгибались. По телу сошеянра ходила рябь, но его спокойствие натиском воздуха не нарушилось.

Хорошо. Пусть будет нижняя стойка, решил Теншен, и, привычным усилием воли, приподнял своё тело с колен. Тут же грязной волной нахлынули враги.

Полумрак залы, едва разгоняемый светом авашинра, вспыхнул семью оттенками багрового цвета, уплотнившись в пласты. Пол обрёл объём, а стены слегка раздвинулись, дали толику свободы для боя. Очертания каждого врага проявились, приобрели индивидуальный рисунок и характер движений, которые ощутимо замедлились, а собственное дыхание участилось и перешло в гул. Особое умение лани ускоряться, всегда ранее, помогало выживать в схватке, и иногда, справляться с исчадиями Нокты, миновать смертельный исход.

Теншен Ики уверенно остановил мечём огня конусовидный коготь, со скоростью стрелы, ударивший по лезвию, и пронзил мечём холода мышечное утолщение за вторым суставом на рваном крыле. Укреплённым голенищем сапога, отразил когтистую лапу, перенёс центр тяжести на левую ногу, вышёл на расстояние уверенного удара и с разворота вогнал меч в гниющую морду, между корявыми рогами.

За это время, Замала располовинила тушку одного дракона и изрядно покромсала второго. Со своими, и с одним из врагов Ики, справился сам сошеянра.

Толстяк увидел силу врага, прекратил выть и принялся переваливаться с ноги на ногу. Его пасть на груди ожила, при каждом ударе каменных клыков друг об друга, жар волнами расплывался вокруг, от чего воздух сделался нестерпимо жгучим и горьким.

Именно в этот миг, песня авашинра стихла, с потолка осыпалась лавина костей, а сухой жар сменился влажной прохладой.

Воющий Зверь изрыгнул рой сгустков лавы и несколько раз топнул ногами так, что каменные плиты выстрелили в потолок осколками, а пол поплыл под ногами.

Костяные осколки взлетели в воздух и закружились в нескольких вихрях, предвещая приход Своры Резни.

- Вода! Веди этих смертных дальше. Мне нужно задержаться здесь ненадолго.

- Хорошо, Огонь. Да пребудет с тобой воля танра!

Соратники устремились к, выплывшим из костяного омута, воротам и скрылись за ними. Проследив за их уходом, авашинра выдвинул ещё две мускулистые руки и устроил новый огненный вихрь, в котором исчез и сам, забрав с собой всех порождений ненавистной Нокты.

Только они завернули за угол, сошеянра явно расслабился.

- Зовите меня Водаш, не ошибётесь! Водань или Повода…

- Огонь не ожидал увидеть тебя, а ты его.

- Такое бывает, если тебе интересно. Мы приходим в мир по определённому делу, и, выполнив его, уходим. У нас нет плоти мира, только воля, поэтому задерживаться в мире нам нет смысла.

- Нет тела?

- Определённо нет. В ваших глазах мы выглядим так, как желает танра.

Из дверей, на шум скоротечных стычек, выбегали заспанные обитатели замка, застывали в недоумении, прятались, либо устремлялись в дальние коридоры с криками ужаса.

На пустой лестнице порождение Сошеи замерло на несколько мгновений.

- У порождений танра нет плоти. Считается, что мы принимаем ожидаемый образ, или устоявшийся с опытом, на который меньше всего влияет мир. Часть моей воли постоянно уходит на сохранение образа в мире.

- Воля – это ведь ахура?

- Хм, считающаяся моей, воля является частью воли танра Сошеи, и это её ахура, но в том то и дело, что её ахура разлита по всему миру и вне его. Я воплощаю свой образ в ахуре Сошеи, и с помощью ахуры, да, но воплощаю его в мире я, а не мать моя Сошея, и вот это уже не её ахура, а именно что моя воля. Иначе ничего не получится. Поэтому, пусть и весьма редко, но случаются обращения порождений светлых и тёмных танра. Это часть бесконечной большой игры, замыкающей Круг.

- Враги устроили очаги обороны на нашем пути. – Нахмурился Ики.

- Значит, мы идём в правильном направлении. – Улыбнулся Водаш и тут же обратился к бегущим: - Вам туда! Там безопасно.

- Что же мы ищем? Думаю, что здесь всем заправляет некий кукловод.

- Не совсем так. Я вижу в дальней башне шесть обращённых ллесиноров, удерживающих круг силы, что питает их прислугу вирой, как ветер играет с опавшими листьями по осени.

- Повелители мёртвых?

- Можно и так их называть. Где-то я уже слышал подобное название. Однако эти кукловоды пользуются свойствами круга и овладевают разумом живых созданий.

- Будь благословенна Сошея, Шена, Аваши, Фатая, все танра, и Хъяра во главе их.

- Ты удивишься, дитя Аваши, но они тебя слышат. Они ощущают твои слова, как важный и сложный смысл, так и повседневные образы, что слетают с твоих губ. Кстати, дитя Сошеи, забыл отдать тебе карту.

Карта возникла на его большой ладони, не спеша, с достоинством проявляясь в мире.

Трое закованных в латы охваченных порчей Кого выскочили на перекрёсток коридоров и испустили вопль хищной твари, испытывающей жуткий голод.

Схватка продлилась дюжину ударов, затем подступили ещё четверо в рваных чёрных плащах, и она возобновилась.

Продвижение сильно замедлилось, а потому необычная троица решилась обследовать внутренний храм, где уже несколько веков хранится первая Книга Распрей. Для этого, им нужно добраться по крышам через большую часть замка, до предваряющей широкую лестницу башни.

- Я опережу вас и узнаю, сможете ли вы там пройти. Догоняйте, только сохраняйте осторожность.

- Твоя внешняя суровость обманчива. – Ухмыльнулась Замала.

- Я суть вода. – Донёсся до неё шелестящий голос.

Шесть служителей Нокты засели именно в этой башне, и Ики с товарищами пришлось сражаться с охраняющими ллесиноров Лами. До сего момента Теншен ни разу не наблюдал, как Лами сражаются, и удивился, обнаружив в их руках такие же, как у себя короткие мечи. Он-то думал, что приёмы боя на коротких мечах принадлежат только Ики, ввиду особенностей несения службы на кораблях, но оказалось, что это не так.

Выглядящие вполне здоровыми, ланиноры в алых плащах, оказали достойное сопротивление натиску, выученной побеждать обладателей коротких мечей Замалы. Её длинный меч здесь, под низкими сводами, оказался неудобен.

Нума протянула руки за мечами Теншена, и он догадался, что она задумала. Оставив себе третий сапожный меч, Ики укрепил доспех напарницы дюжиной сильных плетений и приготовился вступить в схватку. Водаш в свою очередь повторил плетения Ики и добавил одно своё, укрепляющее тело. Любое плетение виры на живого лани, либо его бездыханное тело, было всегда крамолой, мрачным и преступным делом, однако это сделал сошеянра, походя, не задумываясь. Следует потом расспросить его об этом.

В небольшой предзале с низкими, широкими окнами, перед богато украшенными дверями троица явно застряла и не смогла продвинуться дальше. Выпады мечников и удары вирой из круга чередовались с большой скоростью, Водаш поглощал виру, а Замала и Теншен Ики пытались пробиться через грамотную защиту Лами. Их застывшие глаза были явно живыми, но при этом не выражали ничего, будто их обладателей лишили души.

Ташине удачно атаковал в маску на лице одного из противников, под которой скрывался его старый знакомый. Этот Лами изрядно попортил крови Ики и его друзьям, но сейчас это может помочь.

- Рико! Ты ли это? – Крикнул Теншен что есть мочи.

В ответ Лами даже губы не разомкнул, ни одна мышца на его лице не сжалась, рука не дрогнула, взгляд как смотрел сквозь Ики, так и не изменился.

- Смерть Кайто твоих рук дело? – Продолжил настаивать Ики.

-…

- Вижу, что да. Это ничего, я уже отомстил тебе, убив твоего приятеля Ацуки Рэм. Я убил его в честном поединке на палубе его же бригантины у островов Деоро. Да, я его убил, легко!

- Мммм… - Раздалось замогильное мычание, и глаза Рико Лами подёрнулись влажной пеленой. В тусклом свете охваченного непогодой вечернего неба это едва заметное изменение стало сущим подарком.

Лами, что бился по правую руку от Рико, дёрнулся в сторону Ики, попал под проникающий удар Замалы и рухнул на пол.

- Рико, не теряй головы! Отомсти за Ацуки и убей меня! Он был так молод, неопытен, и я убил его. Помнишь мой удар снизу левым клинком? Ты однажды видел его. Всё так и было…

- Агх! – На бесстрастном лице Лами левая сторона рта исказилась в гневе.

- Ууу! Да ты забыл совсем про своего приятеля? Тебе не жаль его? Понимаю! Служить Нокте так увлекательно, что про всё на свете забываешь!

Резкий выпад Рико попал под удар с двух сторон и Лами пал от руки Замалы. Но, вира круга настигла Ики. Невидимый таран вдавил широкий ремень с толстой пряжкой, нижний край нагрудника, кольчугу и крепкие мышцы под кожаной рубахой так, что тело лани отшвырнуло назад на все пять шагов, в широкие объятия сошеянра.

- Эх, ты, смертный! Вставай быстрее! Хватит отдыхать!

Весёлый тон Водаша никак не уменьшил боль от удара, но немного приподнял дух ташине.

- Ты должен был не допускать подобного. Тебе меня совсем не жаль.

- Жалость? А что это такое? И вообще, хватит ныть!

Ики вернулся к Замале и вынудил одного из врагов переключиться на себя.

Когда последний Лами рухнул на каменные плиты, сошеянра выбил ворота и темнота разлилась по предзале, только гнутые металлические пластины тускло светились в полумраке.

Круг повелителей мёртвых пел и ритмично двигался, напоминая единый живой организм, одно тело, один разум. Искусство ллесиноров, обращённых во тьму, выглядит именно так, красиво, величественно, завораживающе.

Теншен Ики с трудом увернулся от очередного тарана из виры и пронзил мечём Замалы, как копьём, одного из слуг Нокты, но он, со страшной раной на шее и болтающейся головой, продолжил двигаться и петь, как ни в чём не бывало.

- Вира поддерживает его. – Прошелестел сошеянра.

- Держи свои мечи и готовься, я тебя швырну внутрь круга. – Прохрипела юная нума, и тут же схватила своего бывшего хозяина за широкий пояс.

Выпускать виру внутрь круга они точно не станут, мысль, несомненно, здравая, но неужели у них нет ответной меры, ведь есть.

И точно, круг из шести врагов распался на две тройки. Впрочем, оказалось, что с ними справиться легче, по крайней мере, ордера виры они испустили через больший промежуток времени, и не такой сокрушительный оказался их удар.

- Кажется, мне тут больше нечего делать, смертный. Пока не спали чары кукловодов, у тебя есть время убежать. Прощай!

Сошеянра буквально растворился в воздухе тут же, где стоял.

- Друг! Он сказал, что у нас есть немного времени, чтобы выбраться отсюда. Бежим! Посмотри путь по карте! Прихвачу пару этих, напугаем ими кого-нибудь по дороге!

Далеко они не ушли, лестница из башни привела их в зал, где хранится Книга Распрей.

От внезапно распахнутых ворот во все стороны отпрянули испуганные лани, прятавшиеся здесь от шатающихся по замку упырей и другой нечисти.

Вокруг стойки с книгой собрались главы клана Лами. Мики Лами воззрилась, на вломившихся в зал, незваных гостей с ненавистью, а через мгновение узнавания и отвращением.

- Ики! Что вы делали в закрытой на ремонт башне? Это вы в моём замке устроили беспорядок и пролили столько крови?

Замала вышла из-за спины товарища и бросила к её ногам два трупа ллесиноров с явными признаками обратившихся во тьму. Венцы из коротких рожек-шипов ни с чем не перепутаешь.

- Наверху, в башне есть ещё четыре таких же. Круг повелителей мёртвых управлял вашими владениями под охраной Рико Лами. Он тоже лежит там. Если вы хорошенько осмотрите его тело, то обнаружите несколько странных вещей. Я пришёл очистить это место по велению танра. Теперь ваша очередь наводить здесь порядок.

Сказав это, Ики бросил своё оружие на пол. Убивать владетеля Лами он точно не собирался.

- Капитан, Мири, идите и проверьте то, что сказал этот омерзительный лани!

Буквально через четверть часа Лами спустились и принесли полуобнажённое тело Рики. Под потёками крови зловещим кругом расположились вирографы.

- Как такое могло произойти в моём доме? – Не веря своим глазам, пробормотала глава клана Лами. Тут же сверкнула глазами и сжала губы – сообразила, что прилюдно проявила слабость.

- Из нашей смены ты один всегда мне был отвратителен! И большинству учеников ты не нравился. Но, треть из нас были с тобой дружны и преданы тебе до глубины души. Как ты можешь делить окружающих подобным образом? У одних вызываешь ненависть, у других тёплые чувства и вечную дружбу. Мне ненавистна твоя личность, ты всегда появлялся в мгновения моей слабости, позора, неловкости, отчаяния…, и, протягивал руку помощи. Меня такая твоя черта бесит! Ты мне мерзок!

- Сошея мне отдала приказ и указала путь. Я выполнил всё. Меня не удивляет ваше отношение ко мне, оно всегда было мне известно. Что меня удивило, так это ваша слепота…

- Я догадывалась о происходящем! Ты мне противен, Теншен Ики! Забирай своё оружие и уходи прочь! Немедленно! Выпроводите его из замка, сейчас же! Нууу же! Скорее!

Её голос перешёл в вопль лани, теряющей рассудок, поэтому ташине легко подхватил мечи и спешно удалился.

- Эта госпожа не поняла, что произошло? – Наивно спросила нума.

- Поняла, но не смогла сразу принять. На самом деле, очень тяжело принять правду, когда в твоём замке бродят больные вировой лихорадкой и жуткие твари, порождённые Ноктой. – Ответил запыхавшийся Теншен.

Только они отдалились от ворот, их провожатые со недовольством на лицах вогнали свои мечи в ножны. Однако, как по команде коротко поклонились в благодарность за совершённое. Двойственность Лами столь очевидно ещё ни разу не являлась Теншену.

Замала молчала, потрясённая последними событиями где-то пару миль, но, как всегда, быстро отошла.

- Вы с ней знакомы с детства?

- Наша смена состояла из детей Великих Оплотов и древних Домов. Мы все знаем слабые и сильные стороны друг друга. Но, это нас не сближает и не разделяет, не отнимает и не прибавляет к силе королевства. Это личное.

- Пошли к моей стоянке на берег? – С неизбывной надеждой закинула удочку Замала, когда они достигли развилки.

- Мимо Харани я пройти могу, только спустившись по Пограничному Склону тропой беглецов. – Осадил её Ики и сжал губы.

- Это верно, там всё перекрыто наглухо… Слушай, а может свяжем плот и того…

- Нет. Иди в Харани, затем в Аху, своей дорогой, а я пойду своей.

- Друг! Слушай, мы всё равно встретимся, зачем тебе рисковать собой? Это лишнее.

- Не хочу, чтобы ты пострадала от тьмы, зло вьётся вокруг моего пути, но меня хранят танра, теперь я это знаю определённо. Ты видела огонь и воду сегодня. Это оно самое. Давай, поспеши! – Откровенно оттолкнул друга Теншен.

- Как скажешь, друг. Я буду ждать тебя там, столько, сколько нужно. – С глазами побитой собаки и вялой, вымученной улыбкой ответила будущая нума.

Сердце Ики сжалось, давнее, уже забытое чувство. Особая боль потери, возможной потери, которую ещё можно предотвратить, вот прямо тут. И он сам сейчас, как брошенный старый пёс. Гонка закончена, остались такие долги, которые пока ещё не описаны и не измерены, но они есть, и надо идти дальше.

Буря сомнений прогрохотала и стихла, растворилась в ледяном равнодушии. Всё. Сегодня он спустится со склона, с высоты сто мранов, и ступит на землю Халлавии, на той половине полуострова. Пешим ходом путь не близкий, но он готов к нему. Это точно! Не смотря ни на что!