Тьма и Свет-II. Постижение Силы

— Три года прошло, Зорак, — звучит пронизывающий холодом хрип из глубины парящего над полом чёрного зеркала, обрамлённого ниспадающими клубами дыма. — Ты так и не узнал имя мальчишки. Три. Года. Зорак.

Маг, стоящий на коленях во тьме потайного подвала королевского дворца перед зеркалом связи, вздрагивает, услышав своё имя второй раз — Хозяин зол. Голова провинившегося, закрытая шлемом с забралом-маской, опущена. Он чувствует, как невидимая гигантская лапа, растопырив скрюченные когтистые пальцы, готова сомкнуться в кулак, раздавить ничтожного мага.

— Я дал тебе все возможности, чтобы выследить и захватить ребёнка, но всё это время у тебя провал следует за провалом. Я бы убил тебя прямо сейчас, не будь ты столь ценен и полезен.

Маг молчит, не смея оправдываться. Зорак Миар-Кин и сам ненавидит оправдывающихся подчинённых — убивает сразу же, стоит тем лишь заикнуться о причинах своего провала. У Зорака такие причины тоже есть — томящиеся в плену хранители не желают выдавать имя мальчика. Можно лишь позавидовать силе воли стариков, продержавшихся столь долго. Ни пыток, ни боли, ни смерти узники не боятся. Даже когда Зорак привёл к хранителям какого-то ребёнка из трущоб Трасота и угрожал прикончить несчастного, если пленники будут всё так же упрямиться да сопротивляться. Бессмысленно. Они лишь разозлились, когда маг свернул мальчонке шею, дабы показать серьёзность своих намерений.

— Вы решили, что жизнь этого ребёнка не ценнее жизни вашего ученика, — стоя над бездыханным тельцем, проговорил маг, глядя в лица пленников.

— Нет. Это ты убил его, тварь! — прохрипел прикованный к стене настоятель Гирард. — И ты поплатишься за это!

— Что ж, пусть он поваляется тут перед вами. Может, станете сговорчивее.

Но упрямые старики отказывались говорить. Если б только Хозяин поделился одним из своих гэрнитов, то сломить волю пленников стало бы легче лёгкого. После штурма горного храма Ордена Хранителей, в живых остался один из шести гэрнитов, который до конца битвы, пока все силы «Когтей Даррата» не отступили в логово культа, держал пленников в поле подавления. Хозяин забрал последнего гэрнита к себе, не позволив тому оставаться в повреждённом теле одного из бывших телохранителей Зорака.

— Я отправил вам на помощь нескольких рабов на время штурма горного храма хранителей! — яростный шёпот Хозяина вызвал острую боль, будто под череп просунули раскалённые иглы; маг закричал, рухнул на колени, схватившись за голову, но спустя несколько бесконечно долгих мгновений боль отступила. — И чего вы добились? Ребёнка схватить не смогли, рабов моих потеряли в бою, и взяли в плен всего троих хранителей! Не смей даже думать, что я отдам ещё хоть одного раба! — ответил Хозяин, когда маг попросил о помощи, когда, даже спустя месяц пыток, его старания ни к чему не привели. — Использовать моих бесценных рабов, чтобы разговорить трёх ничтожных пленников? Нет, Зорак! Ты справишься с этим простым делом сам.

Зораку тогда показалось странным, что Хозяин отказался помочь. Ведь ему так важно узнать имя ребёнка, чтобы найти и схватить того как можно быстрее. Однако Зорак более не смел просить Хозяина о помощи, чтобы вытянуть сведения из пленников, зная, что повторная просьба станет роковой ошибкой.

— Говори, — наконец, разрешает Даррат.

— Нам нужно время, Хозяин, — Зорак поднимает взгляд и, невзирая на кромешный мрак, видит благодаря магическому зрению зеркало связи. — Орден Хранителей, как кость в горле, но мы с ними разберёмся. Волю пленников после этого сломить будет не сложно.

— Я подожду, Зорак, но не забывай, моё терпение не безгранично…

Зеркало растворяется в воздухе, и вместе с этим исчезает невидимая хватка Хозяина, всего мигом ранее сдавливавшая железными тисками сердце и мозг. Маг вздыхает с облегчением, поднимает с каменного пола посох и, опираясь на него, встаёт.

На треклятых пленников действительно ушло слишком много времени, а результата как не было, так и нет. С Орденом Хранителей необходимо разобраться, невзирая на то, что культ Когтей Даррата во много раз уступает Ордену по численности. Да и возможностей у хранителей больше. Их храмы есть в каждом королевстве, они могут действовать открыто, к тому же их поддерживают знать и простой народ. В ряды хранителей невозможно проникнуть, как и подкупить кого-либо из них. Когти уже пытались: множество раз и в разных королевствах. Нет, среди хранителей не все сплошь святые, однако каждый из них ставит Орден и его идеалы превыше собственных.

Но ничего. Культ уже давно готовит оружие, способное развалить Орден. Проблема лишь в том, что Зораку с подчинёнными приходится идти путём проб и ошибок.

— Один гэрнит, — шепчет Зорак, боясь, что Хозяин может услышать мага. — Всего лишь один гэрнит…

С помощью незримого раба Хозяина проблемы с хранителями можно было решить все разом.

Спустя два года.

Аймар Ран-Эртен — сорокалетний монарх королевства Геллор — одевается просто, как воины, в серый кожаный доспех, и не любит украшения, кои считает бессмысленными излишествам. Разве что королевская диадема из серебра с рубином в оправе охватывает черновласую с редкой проседью голову, да широкий кушак с серебряными пластинками, на котором висит простой кинжал в ножнах из оленьей шкуры. Смуглую кожу, так свойственную всем геллорцам, на лице покрывают густая, коротко стриженая борода и сливающиеся с ней усы, обрамляющие чуть пухлые губы. Пронзительно-синего цвета глаза рассматривают карту восьми королевств, лежащую на столе в зале совещаний. Вокруг стола стоят подчинённые, каждый из которых по очереди докладывает о состоянии дел в королевстве. Последним говорит начальник разведки — пятидесятилетний мужчина с серыми глазами, короткострижеными седыми волосами и бородой; его лицо практически не выражает никаких эмоций и голос звучит ровно, сухо, почти бесстрастно, но король улавливает в речи подчинённого нотки злости.

— Мидар, — король поднимает взгляд на последнего докладчика, когда тот умолкает.

— Да, Ваше Величество.

— Я услышал твои слова. Сделал выводы. Но хочу услышать, что ты можешь предложить?

Начальник разведки отвечает мгновенно, не оставляя никаких сомнений в единственно верном решении в данной ситуации:

— Изолировать Орден Хранителей, Ваше Величество.

Засс Сат-Вилари — генерал армии королевства — широкоплечий мужчина пятидесяти пяти лет с шрамом, рассекающим правую бровь и щеку, вздрагивает от слов Мидара. Младшая дочь генерала, как и множество детей других благородных семей, не претендующих на наследство, выбрала путь хранителя. Кесс остался последний год обучения во второй трёхлетке, так что она вместе с остальными учениками ордена окажется запертой в столичном храме королевства, реши Его Величество последовать совету Мидара. С учётом доклада начальника разведки и сложившейся мрачной ситуации с Орденом Хранителей, Засс был почти уверен, что король примет именно это решение.

— Чревато последствиями, Ваше Величество, — берёт слово старец с кустистыми бровями и гладко выбритым морщинистым лицом — Галам Нар — архимаг королевского магистрата; нахмурившись и отрицательно покачав головой, добавляет: — Неприятными последствиями.

— Если сведения разведки верны, а у меня нет причин им не доверять, — генерал Засс кивает в сторону Мидара, — то любое наше решение при нынешнем положении дел чревато неприятными последствиями.

— Так и есть, — Мидар Ан-Рал возвращает генералу кивок. — Моё предложение лишь сведёт эти последствия к наименьшему риску для королевства. Уверен, в остальных пока непострадавших королевствах, и получивших наши сведения, предпримут такие же действия. Это необходимо, если мы не хотим повторения чудовищных происшествий, как в Эриосе и Яране.

Мидар смотрит на генерала армии, и во взгляде начальника разведки Засс читает: «Прости, дружище. Иначе никак».

Подчинённые молчат, ожидая окончательного решения короля. Его Величество Аймар Ран-Эртен думал недолго.

— Засс, — говорит король. — Мы можем забрать твою дочь.

Эти слова дали понять — орден будет изолирован.

— Нет, Ваше Величество, — генерал качает головой; как бы трудно ни дался ему отказ от предложения, но он должен был отказать. — Остальные семьи нас не поймут, если вы заберёте только мою дочь. К тому же, теперь, после слов Мидара, хранители стали опасностью для всех королевств. Мою дочь забирать нельзя.

— Что ж, да будет так. Изолировать Орден Хранителей, — в глазах монарха непоколебимая решимость. — Всех, кто яро сопротивляется задержанию, убить. Действуйте.