У каждой легенды, свои герои и злодей #1

~ 1 ~ ВСЕГО ЛИШЬ ГЕРОЙ

Словно по чужому зову, Дарик проснулся посреди ночи. Натянул стоящие неподалеку кровати кожаные сапоги, расчесал пятерней густую копну темных волос и был готов.

Выйдя из дома, он привычно вдохнул насыщенный горной свежестью воздух, и, достав из кармана любимую резную трубку, закурил.

Слегка горьковатый, вяжущий вкус шалфея с легкими цитрусовыми нотками приятно обволок горло мужчины. А сильный аромат пряности и остроты с оттенком диких трав и хвойных деревьев сероватой дымкой разнесся ветром вдаль.

— Слышал, вы ищите соратника? — выражая невозмутимое спокойствие, спросил Дарик в пустоту. — Вот только задуманное вами потянет далеко не каждый.

Застигнутые врасплох странники замерли на полпути, во все глаза взирая на сидящего на камне неподалеку широкоплечего мужчину. Оторвав свой взгляд от усыпанного природными кристаллами небосвода, Дарик посмотрел прямо в лица пришедших "гостей".

— Почему ты видишь нас, смертный? — прошелестел тихий голос, лишенный каких-либо эмоций. — Кто ты такой, чтобы насмехаться над целью других?

— Я человек, гонимый людьми, — пожал плечами он, выпуская изо рта несколько колец дыма. — В роду колдуны водились, мне же досталось совсем немного способностей. Однако простым горожанам для неприязни хватило и этого, потому я поселился на окраине здесь.

Стоило, Дарику закончить свой лаконичный рассказ, как скрытые покровом ночи Тени, тут же активизировались, решив обсудить всё между собой.

— Как насчет того, чтобы заключить со мной сделку? — вмешался в обсуждение Дарик, и, потешаясь чужим замешательством в блеклых глазах, ловко вытряхнул пепел из курильной трубки.

— Какова твоя выгода в этом? — тут же приблизился к мужчине предводитель Теней. — Предательство людского рода?

— Верно! Людишки сильно задолжали мне, и дабы ответить им тем же я помогу вам, — с блеском в глазах озвучил свои намерения Дарик, и поднялся на ноги. — Вы же, хотите подчинить себе людскую волю, а для меня усыпить чужую бдительность, находясь рядом проще простого. А после, уже вы будите управлять этими безвольными марионетками.

— Кажется, так вы закрепляете договор, — сказал, будто с усмешкой в голосе лидер Теней, и протянул темную руку вперед. — Согласие Теней на твоей стороне, предок чародеев, — холодная ладонь утонула зрительно в большой человеческой, однако чужая хватка от этого менее крепкой не стала.

— Наша сделка вступила в силу! — подтвердил Дарик, и его губы тронула улыбка, из-за чего кончики черных усов забавно приподнялись вверх, кардинально изменив суровое выражение лица человека.

Гонимые сильным порывом ветра, небольшой отряд Теней ушли прочь, под шелест листвы крон. А оставшийся в одиночестве мужчина тихо рассмеялся, смотря созданным человеческой тьмой существам вслед.

— Вы ошиблись, поверив мне... — сознался Дарик, переводя взгляд на медленно тлеющую вокруг камня цветущую траву. — Я никогда не был против человечества, потому что верил, что в сердцах людей есть свет. И я видел его в глазах детей, и поступках стариков, готовых отдать последнее во благо других. И пусть, люди порой поступают не по совести и часто блуждают во мраке — они все еще не потерянны! Я верю в них.

Дым тлеющего шалфея рассеивает негативные энергии, и, примешиваясь к человеческой ауре, очищает её.

~ 2 ~ ИГРЫ БОГОВ

Древний артефакт покрывается тонкой корочкой инея, и воздух вокруг становится холодней с каждой минутой.

Ротар не ошибся, придя в хранилище. Звериное чутье никогда ещё не подводило его. В их мире по-прежнему присутствует зло, и, судя по проснувшемуся от столетнего забвения артефакту, оно становится лишь сильнее.

Отправившись на поиски источника мрака, оборотень наткнулся на предка чародея. Он единственный, кто воочию имел дело с Тенями. Вот только развеянный Дариком отряд, оказался лишь малой частью этих существ.

Обсудив друг с другом наблюдения, они решили действовать. И вот теперь они здесь. У подземной пещеры какого-то существа. Именно сюда привели их нити мрака, отслеживаемые амулетом-поисковиком.

Нетипично широкий вход пещеры, уходя вглубь, с каждым шагом становился всё светлее из-за горящих в настенных нишах свечей. А затем, гладкие стены и вовсе разошлись в стороны, образовав большой круглый зал, в центре которого стоял колодец.

Водная поверхность колодца была гладкой, будто служила зеркалом для того, кто обитал здесь. И словно, в насмешку пришедшим, огонь освещающий пещеру дрогнул поочередно каждой свечей, на манер падающих друг за дружкой костяшек домино.

Не дождавшись каких-либо сюрпризов, оба спутника подошли ближе к колодцу, и тут же замерли в удивлении. Ведь их взору предстала жизнь людей, точнее, та ее часть, где алчность и злоба овладевали их разумом.

— Занятно, не правда ли? – насмешливое эхо, отдавалось от стен, скрывая хозяина голоса. – Глупые людишки, так многого боятся в своей короткой жизни, и так часто винят кого угодно, только не себя.

— Кто ты, покажись? – бросает громко Дарик, и оглядывается.

— Пытаясь отыскать причину появления мрака, вы пришли не туда, — шипит наг, с тихим шуршанием вползая в зал, и заполняя большую часть помещения своим хвостом, останавливается напротив «гостей».

— Васуки, — тут же узнает Ротар, вспоминая древний фолиант с изображением большого змея с человеческой головой и торсом. – Полубог, приходящий в людские сновидения и затягивающий души во тьму.

— Фу, как грубо! Я прихожу лишь к тем, в чьих сердцах уже поселилась тьма, – тут же отмахивается змей, и устремляет острый взгляд в колодезное зеркало. – Ложь, излишняя доверчивость, измены, отсутствие понимания и поддержки со стороны родителей или сверстников, в конечном счете, приводят к самому большому людскому страху – одиночеству, — каждое слово, произнесенное нагом, равнялось истории человека, образ которого мелькал в водной глади. — В глубоком отчаянии кидаясь проклятиями, люди взывают ко мне, и часть их души становится Тенью, а они уже кормят меня, — довольно облизывается змей, и смотрит горящими желтыми глазами.

— Доля правды есть в твоих словах, — размышляет вслух Дарик, бесстрашно смотря на Васуки. — К сожалению, человеческая природа всегда стремиться во тьму, а когда наберёт той под завязку, вдруг обращается к свету. Но, сторонники мрака довольно часто нарочно искушают людей, разве нет?

— А ты не так прост, как можно подумать на первый взгляд, хотя магией от тебя за версту несет, отчего дальнейшее развитие событий лишь веселее, — смеется тихо наг, и в мгновенье сокращает разделяющее их расстояние, останавливаясь напротив, на уровне человеческого роста. — Разве тебя не страшит одиночество?

— В мире полном живых существ это невозможно! — улыбается по-отечески мужчина, поглаживая пальцами ухоженную бородку. — Для меня одиночество осознанный выбор.

Недовольно сверкнув вертикальными зрачками, змеиный полубог резко мотнул головой в сторону молчаливо взирающего на чужой диалог оборотня.

— А что насчет тебя? — теребит раздвоенным языком Васуки, неторопливо раскачиваясь из стороны в сторону. — В твоём сердце я четко вижу глубокий след любви и привязанности. Думаешь, оставшись один, ты справишься с раздирающей душу болью, не обращаясь к мраку?

— Даже лишившись любимых, я непременно справлюсь! Ведь память о них бессмертна, и живет она в моем сердце, позволяя ему биться как прежде, — говорит твердо Ротар. — А с годами, любовь делает людей лишь сильнее.