Убить Сколопендру. Ч. 3

– Лёш. Ответь, пожалуйста...

Она смотрела ему словно в душу. Окаменелый взгляд точно просачивался внутрь его тела, раз она чуть ли не впервые для него стала спокойно говорить. Впрочем, и сама Лера была в замешательстве... Без оскорблений, без обмана, без упрёков и бранных слов. Её большие глаза словно говорили сами за себя, что душа устала, что она хочет лишь правды. Что она устала от всего этого...

– Что такое? – вытирая лицо рука от пота, накопившегося после недавних событий, тяжело вздохнул с надутым лицом Лёха.

Интерьер, кстати, в этой комнате был не самый худший. Напротив Леры, на стене висел ковёр. Диван был вполне целым, чтобы на нём не просто сидеть, а кайфовать...

– зачем... Зачем всё это надо было... Зачем нужно было стрелять... Зачем нужно было так... Т-так...

– стрелять в твою сторону? – внезапно, вместо того, чтобы снова рявкнуть, он наоборот, тихо, даже... Нежно для неё что ли он словно прошептал ей...

В ответ, на удивление, она уже смогла только кивнуть. Он... Раскаивается в своём? Не может же этого быть. Но уже ничего не оставалось делать, кроме как принять то, что он возможно извиняется. Чтобы его простить? Его же буквально недавно хотела убить она... Но порой человеческое сознание очень изменчиво. И приходится отбросить свои взгляды по поводу мести кому-то ради достижения чего-то более значимого на данный момент. И она это понимала... Ведь если она отомстит, как она считала, она начнет для себя самые худшие времена. Нет никого, кто знает, что тут надо делать, чтобы выжить...

– Лер, понимаю, это будет звучать как какое-то оправдание... Когда ты только-только родилась... Ты же 97 года рождения?

– Д-да, а что? – немного кивнув в ответ, она удивлённо раскрыла свои глаза.

Достав из пачки папиросу, он закурил, затем протянул уже Лере папиросы. Она такое не курила. Сигареты... Поняв, что к чему, просто положил себе обратно пачку в карман и продолжил:

– Я же 88 года рождения. Ты знала?

– знала... Но о чём это говорит вообще? Ты хочешь сказать, что ты пережил много всего, пока я была совсем крохой? – уже найдя в себе силы закурить, она уже более спокойно ответила, даже почти без дрожи, но без какой либо души, также достав сигареты. Закурила. В помещении стало очень дымно. Словно они оба оказались под особым туманом, наполненным газом абсолютного экстаза, который получал лишь Лёха. Лера же просто вдыхала дым табака. Ничего не почувствовала она...

– Ну и вот... Я примерно так же начинал... Когда моих парней положили... Кентов моих, точнее... Я тоже думал всё... Мать проибу...

– Но а ты тянулся к пистолету?

– Тянулся... Тянулся особенно, когда узнал, что меня вообще могло ждать... У нас же была типо бригада. Занимались так, мелочёвкой. Но по УК уже попадали под расстрельную статью...

– И этим ты хочешь объяснить, что ты так просто мог спокойно придушить девушку, чуть не застрелить её, оскорбить её и её родителей...

– Чё поделаешь, когда то, что ты хочешь сделать здесь и сейчас, из-за людей возможно переносится в разряд завтра или уже на следующей неделе...

– Прикольно... Что делать дальше будем...

– Ну Блять... Вообще, если ты так хочешь связаться со своим парнишкой...

– что?

После того, как речь пошла о её парне, она тут же дернулась с места. Подойдя уже почти что вплотную к Лёше, она стала уже жалобно, что-ли, на него смотреть. Видимо, упрашивать, чтобы он смог организовать встречу с её парнем...

– Эта точка и есть та самая зона связи с внешним миром. Тут всё просто. Вносишь плату. Заходишь через комп туда, куда хочешь. Главное, нажимаешь на кнопки во время этой... Регистрации только под...

– разберусь... Помоги, пожалуйста...

Она смотрела уже с какой-то тревогой. Она могла наконец-то с Андреем связаться... Но груз тяжести словно говорил о переносе даты общения с парнем. Нет. Нельзя. Лучше сказать всё сразу. Он поймет. Простит. И будет дальше любить. Дальше ждать так, как она его ждала с армии. Сердце словно выпрыгивало со своего места. Неужели. Спустя столько времени (для неё несколько часов казались вечностью) она сможет встретиться со своим любимым человеком, хоть и на расстоянии, хоть она не сможет потрогать его худые, но такие теплые для неё щеки...

– Так, ты опять спишь? – глядя то в её глаза, то на её тело, уже без пиджака, он всё громче и громче для неё стал говорить примерно похожее...

На внешней стороне руки, обхватывая её, ползла, как хотела этого Лера, небольшая сколопендра. Черная, длинная, яркая, с небольшими усиками спереди...

– А... Э-э... Это... Что такое?

– Короче, пять минут и всё готово. Окей? Посиди тут одна...

Она, как он этого и ожидал, согласилась остаться на месте, пока Лёха пойдет разбираться с генератором на последнем этаже панельки...

Да, он знал, что это здание, если там находится "контора связи", обустраивается так: заселяются последний и первый этаж. Первый для посетителей, для из же удобства, а последний – для генераторов электричества – для защиты от нападений со стороны беспредельщиков и фанатиков... Такая же самая мысль возникла и вокруг его гипотезы о заселения этого здания... Ведь проще было бы просто обыскивать все двери... Но это долго. Плюс есть всегда вероятность, что заваривали дверь ложно, а точнее просто как-то издевались над дверью, чтобы затем интересующихся вплотную начал осматривать дверь на предмет наличия сварки, чтобы уже после этого его ограбить...

Чёрт, и это я должен перед ней так унижаться?... Погодь, а я так и не понял... "Убить Сколопендру" на старых тех КПК... Так, что-то не сходится... Где ж она так была то? Вопрос. Ладно, после того, как заведу генератор, узнаю. Но уже всё подозрительно слишком... Сколопендра... Есть ли тут вообще такие хлопцы? Вряд ли... Сосущие же организмы. Такие обычно в петухах ходят... Растят, значит, волосы, покуда не сдохнут, ну и за деньги или за тушёнку раком становятся... Бред Блять... Она. И Сколопендра? И судить лишь по татухе на её руках? Чушь тотальная. Ладно, остаётся просто включить КПК того наёмника, узнать, зачем он по нам стрелял. Возможно, у него есть инфа по тому объекту номер 1... Во всяком случае, наводка на инфу по тому объекту... Так, всё равно надо продумать варианты все... Что если она и есть Сколопендра... Что если брать худший вариант. Что она и есть виновник всех бед... Допустим. Но нужно тогда восстановить всё: где она так вляпалась, что включилась система защиты...

А может, дело даже не в конкретном человеке? А в том, что просто тут лучше не проводить экскурсии? Нет. Были бы нападения тогда и раньше. Были. Конечно были. Но не так массово, как месяц назад... Ну тогда давай дальше прорабатывать эту версию дальше.

Она, допустим, включила систему защиты. Но она же включается только если кто-то пытается получить доступ к базам данных. И то, если есть свет. Что, методом тыка думать, где она была? Чёрт, чё за секретный объект вообще была перед её глазами... Так, хер с ним. Допустим, она вляпалась. Но какого хера нападали на те автобусы, где её не было? Или она там была... Чёрт, слишком мало знаю про неё... Вот что. Узнать у неё всё. Всё, что надо. А там и думать, что к чему. И в конце концов, она ли тот объект номер 1 или нет?

Уже был скоро последний этаж. Были слышны еле еле какие-то разговоры. Почти что странные. Без матов, без жаргонизмов, скорее даже научными словами наполненные...

– Ну ты же понимаешь, что просто так не сможем выйти. Даже если нас смогут идентифицировать как адекватных сталкеров, а не фанатиков, как ты планируешь двигаться по городу? Ты когда-нибудь пробирался через эти препятствия, как из там... Ну ты понял

– Я же говорю, методом прямой слежки.

– Что прямой слежки. Что прямой слежки!? Тебя тут же посчитают за фанатика и уничтожат на месте!

– Братья, извините, что я вас так тревожу. Я слыхал, на первом этаже что-то было. Какие-то стуки, кстати...

– Брат, не видишь, мы тут обсуждаем вопрос, как нам с голоду не умереть... Боже мой, вот тебе и свобода от этого внутреннего голоса...

Фанатики... Жестокие ребята. Могут даже просто после того, как толпой тебя пристрелят за своё божество, просто кушать тебя без использования навыков кулинарии. Но, поговаривают, появляется много отступников среди них. Почему так? Неизвестно. Но известно то, что некоторые фанатики уже растуманиваются и, словно дети, приходят в ужас. Не понимают, как они оказываются в самом пекле Зоны. Не понимают, откуда у них асё это: брони, стволы, такие же бедолаги рядом, как и они... И руки, что они заморали по локоть в крови, даже не думая о том, что они делают...

"Хана Блять. Эти очумелые... Наверняка отрядом целым сидят. Человек наверняка 6, не меньше... Попробую тихо зайти в дверь"...

Даже войти в квартиру спокойно не удалось...

Уже просунув голову внутрь, он увидел, как на него уже нервно смотрело чуть ли 8 человек, один из которых стоял и что-то разминал свои пальцы...

– Постойте, мы мирные. Мы не хотим вас убивать. Просто скажите, что вы хотели...

Вместо этого Лёха тут же очутился снова в лестничном проёме. Какие к черту мирные!? Все знают и помнят, что творили фанатики эти хреновы. Все знают, как они вешали, кушали людей, как вербовали к себе. И после этого вы хотите сказать, что вы такие хорошие? Но уж нет!!! Хотя стоп...

Всё же помнили лишь особого рода изречения их... За Бога нашего, искореним же мы их, да восславится наш Бог, и прочее... И никак не грамотная, вполне связная речь...

Может рискнуть? А вдруг они действительно мирные? Может, действительно как-то... А что если... А ЧТО ЕСЛИ ОНИ ЧТОТО ЗНАЮТ ПРО СКОЛОПЕНДРУ? ТОЧНО! а значит, они наверняка что-то расскажут и про автобусы. Они, не они стреляли. Хрен с ним. Главное быстрее закончить тут контоваться. Хоть и лето... Санки нужно готовить уже летом, чтобы зимой готовить лапти...

– Не бойтесь, мы мирные... – уже возле двери послышался грубоватый, но спокойный до смерти голос. Может, они так просто обманывают? Бред, надо проверить...

Он лишь немного отворил дверь. Напротив него стоял довольно высокий и крепкий фанатик. Точнее бывший фанатик. Он с огромным чувством сожаления смотрел на Лёху. Словно он перед ним в чем-то провинился. И теперь он готов чуть ли не упасть ему на колени просить прощения...

– Я Щука. Прозвище моё... Мы мирные и не хотим вам зла. Вы что-то хотели?

– Поц, я хоть пройду?

– Да, конечно... – уже давая тому пройти дверь, робко ответил Щука. Высокий, под два метра ростом и, Видимо, с весом не менее 100 килограмм, тускнел на фоне почти что пацанёнка с ростом метр 68 и небольшим весом...

– Мы – бывшие бойцы "Священной красной книги". Это судя по тому, что у нас такая экипировка, – после того, как привстали все, кто сидел в главной гостевой комнате, Щука начал. Положив медленно оружие на землю, они все стали смотреть в сторону Лёхи. Б

– Может хватит наёбывать, а? Кто ваш проповедник? На командира мне похуй,

– Я... – не успев ответить, тот сразу же сгорбился и, не успев вскрикнуть от удивления и боли в животе, оказался на земле с пистолетом у затылка...

– говори своим гаврикам, чтобы они сьебывались отсюда. И ты за ними потом пойдешь. Не верю, например, что вы мирные...

– П-пожалуйста... Ну поверьте. Прошу вас! – с испуганными глазами он чуть ли не кричал от страха...

– Вы мне ещё, гады, за Толика ответить должны...

– Говорю же, никто даже и не помнит, как мы так стали членами "Священной книги"!

Но никто не дёргался. Фанатики бы просто взяли и застрелили быстренько того Лёху. К тому же, он бы и Щуку не положил бы. Простая на то причина. Фанатики не чувствуют боль, они обладают чуть ли не сверхчеловеческими способностями... А тут они так быстро на говно снисходят...

– Всё, всё, проверка была... Верю, что вы адекватные хлопцы... Абдаста я... – уже хихикая про себя немного, он уже всё убирал обратно, здороваясь со всеми, кто здесь сидел...

– А... З-зачем же надо было...

– А как бы я проверил вас? Как мне понять можно было бы, что вы не чмыри те...

– Извините, братья, что я прерываю ваш диалог... А это не вы с девушкой были? – вмешался другой не менее крепкий парень небольшого возраста для местных жителей.

– Допустим... – уже потянувшись к поясу, он медленно ответил.

– Просто мы видели вас. Видели, как вы выходили из общежития с винтовкой... Видимо, это вы на крыше потом были...

Не успев толком ничего сказать, он увидел, как вплотную к нему стоял Лёха. Тому парнишке снрва причудилося это божество. Нет, он не стал снова членом этой секты... Он просто сравнил его со своим бывшим божеством... В абсолютно черном, сверхчеловек, который знает, кого что ждёт, который хранит знания, умения и навыки всего человечества, который наделён особым даром: видеть будущее и вершить судьбы людей. А также, как считали сектанты, этот Бог и есть создатель всей жизни на земле, а Зона – это место для самых нечестивых грешников, где бойцы Священной красной книги – это ангелы, посланники этого Бога, которые вершат его волю. А также очищенные души людей... Его взгляд всегда был холодным, на его лице никогда не было улыбки, не было злости, горечи... Он просто делится своей мудростью с праведниками, которые являются посредниками между богом и сектантами...

– Если увижу тебя и твоих дружков рядом с этой бабой, если услышу, как вы что-то с ней перетираете, – смотря тому парнишке прямо в глаза, Лёха, согнувшись в три погибели, стоял перед ним и угрожал, – не видать тебе твоей бошки... Не только тебе. Твоим братками тоже. Передашь?

– Х-хорошо, мой господ-д... Чёрт... Хорош-шо...

– Ну вот и славно... А так. Вы посидите здесь, ребята, а мне с вашим проповедником надо пого...

– Да каким к черту проповедником! И какой к черту всевышний Хранитель священной красной книги... Простые мы люди, вам не понятно? Верим мы в Христа!

– О, а вот это правильно. Вот идите, – перекрестив их каждого, Лёха попытался из отправить из квартиры отсюда... – и распространяйте нашу, православную, веру... Без оружия, без смертей, только доброта и покой...

...

– Слушай, ты ж вроде бы стреляешь в людей, так ведь?

– Извините за такой странный вопрос заранее, но я не понимаю, что вы хотите от меня... Тем более, если вы меня позвали меня на разговор с глазу на глаз, то из соображений безопасности я не смогу с вами говорить на ту тему, которую вы наверняка хотите обсудить...

Он увидел, как Лёха начал что-то копаться в карманах...

– На, этот медальон ни на что не влияет. Этот подарок сделала мне одна сталкерша. Дуня СВД. Горячая баба мля. Из под Харькова. Она его мне подарила... Ну так что? – указывая на небольшой медальон на верёвочке, а точнее пустую гильзу с выцарапанными инициалами "Л + Д =", он буквально гипнотизировал его с целью ответить на то, что хочет узнать Лёха.

– Но ведь это наверняка подарок от вашей пассии, да и к тому же, это ни о чем не говорит... Просто скажите. Как мне можно доверять вам в плане того, что вы будете или не будете распространять ту информацию, которую я вам скажу...

– Не знаю, чем тебе доказать... Но а вдруг это для общего блага. Вдруг та инфа, которую ты дашь, спасет тысячи невинных жизней?

– Что ж, знаете, Алексей... Я должен немного подумать...

Он уставился в оконную прорезь. Что-то знакомое увидел? Или что-то он замышляет? А может, он просто так думает, глядя куда-то вдаль, чтобы максимально сконцентрироваться на своих мыслях. Прошло примерно минут 5 его молчания. Под конец его размышлений Лёха уже был сильно заведён. Его руки уже бессознательно между собой игрались что-ли, раз Лёха то щёлкал пальцами, то набивал ритм ударами по коленам...

– Извините, вы куда-то спешите? Просто я не смею вас задерживать, на самом деле... Но если вы просто очень нетерпеливый человек, что ж, не буду злить вас. Я готов отвечать на ваши вопросы...

– Точно, братан? Ты ж посуди сам. Вопросы могут быть вообще жоскими, шо мама не горюй! – коверкая слова, он переспросил у Щуки.

– Готов...

– Ну тогда смотри, – начав спускаться по лестничной площадке и закурив папиросу, он начал... – Вот ты же в своей секте какие-то приказы получал? Ну там выследить кого-то... Может, на КПК есть что?

– Только голоса помню... И то, вспоминать их уже не сильно хочется. Я как попытался, помню, вспомнить, что с нами произошло, так тут же всплыл жуткий, очень жуткий и низкий голос в голове. Но такой громкий... Он и указывал, куда идти, кого убивать. Он часто указывал, что надо убивать людей...

– Гм, – затягиваясь папиросой, он продолжил. – Тогда вопрос... Вам говорили нападать на автобусы?

– Автобусы... Автобусы... Точно, вспомнил... Только прошу вас, не делайте пожалуйста ничего такого! Мы признаем, что...

– Да хер с ним! Судить не судить. Мне нужна инфа. И причем срочно. Почему нужна, тебе не зачем знать, – перебивая его, он начал. – Если Зона поймет вас, то, может, простит. А если нет, то и нет тогда...

– Нам, получается... Говорили стрелять в водителя автобуса. И ещё какого-то человека... Голос говорил, что он угроза и ваша, и моя, поэтому...

– Так, а не помнишь кликуху того хлопца или того, в кого вы шмаляли.?

– Не помню. Но говорили, что это вообще даже не мужчина, а...

Послышались шаги. Кто-то поднимался вверх.

Сразу замолчав, Лёха приказал Щуке прижаться к стене, а сам достал свой Макарыч и уже наставил прицел... Меньше минуты... Шаг. Ещё один. И ещё один... На мушке появилась Лера. Нет, она не была в слезах. Она просто немного испугалась. Подумала, что Лёшу, единственного для неё человека, который всеми правдами и неправдами может её вытащить отсюда, убили и что теперь она здесь совершенно одна. Лишь с навязчивой мыслей про её Андрея...

– Лера Блять, чё ты тут забыла?

– Ты же сказал, что на минут 5 выйдешь, а ты тут уже солидное количество времени тут сидишь! Ты же обещал...

– Ой, Блять, забыл... Кстати, это знакомый мой. Щука, сталкер. Щука, это Лера. Знакомая одна.

Оба они были удивлены. Причем Щука был не меньше удивлен. Лера стояла в каком-то уже совсем небольшом замешательстве. Просто уже все варианты перебрала, куда он мог подеваться: сбежал отсюда, с кем-то махается, пьет или разговаривает с кем-то. Но не ожидала, как он, довольно таки окологопник с немного деформированным лицом от курения, алкоголя и жизни в Зоне, смог найти общий язык с интеллигентным на вид человеком...

– Всё, щас вернусь. Всё хорошо. Окей?

– Окей... – с чувством какого-то недопонимания ситуации она ответила, после чего, медленно начала спускаться...

– Слушай, братан. Не в неё случаем стреляли вы?

– Ну голос был. Цель Сколопендра. Только не знаю, она не она. Мы, когда по автобусам стреляли, мы просто слышали этот голос. Цель: Сколопендра. Больше ничего. Такую девушку я ни разу не видел...

– Ну смотри... Может, там были какие-то приметы. Ну говорили про приметы какие-то?

– Вроде бы говорили. Говорили что-то про татуировки... Ну у неё, может, и есть татуировки. Но я чувствую. Не виновата она ни в чем, если ты что-то про неё думаешь.

– Так и я о чем...

– Кстати... А ты вообще зачем здесь?

– Генератор нужно завести, – бросив сигарету на землю, затем потушив, Леха ответил на его вопрос... – Дизельный такой стоит здесь. По крайней мере, должен тут быть.

– А, так вы про это чудо техники?

– В смысле?

– Ну как же вы не представляете! Здесь, в Зоне, есть электричество!

– Ты короче скажи лучше, где генератор...

– В той квартире, рядом с нами. Там дверь открыта, кстати. Никого нету...

Лёха тут же поднялся в ту квартиру, даже не услышав, что канистры с дизельным топливом в диване, а сам генератор – в шкафу.

...

– Всё, генератор завёл. Свет работает, так что щас организую Интернет этот ваш... – ещё даже не войдя в комнату, он начал шуметь, после чего отворились двери – он сразу же пошел к розетке. Заряжать КПК. Вместе с тем он ещё что-то бормотал себе под нос. – Но для начала у меня к тебе есть пару вопросов...

– А... Какие вопросы...

Лёха глянул на Леру. Она начала недоумевать. Ей же буквально предоставили почти что шанс побыть хоть на немного с её парнем, а тут ещё и вопросы кто-то должен ему задавать...

Усевшись напротив небольшого столика у окна, он, закурив, позвал её к себе...

– А вот теперь рассказывай... Дам тебе совет. Чем больше получу информации от тебя, тем больше у тебя шансы на выживание.

– В смысле... А... Ч-что это значит?...

– Есть огромное такое многоуважаемое предположение, что именно по твою душу охотятся...

– Н-но ведь... Я же никому...

– А КПК одного из нападавших на автобусы так не думает, – достав персональный компьютер из внутреннего кармана джинсовкт, Лёха показал Лере экран. Запись. Задание: Убить Сколопендру. Приметы: возможно женский пол, неформальная внешность, передвижение на транспорте...

– Это... К-как... Но я же ничего не...

– В том-то и дело, что как... Говори.

– Да... Да я не знаю! Не знаю, откуда такое получается! Да и тем более, зачем же им в простых людей стрелять... Я же ничего такого не увидела. Никого не обидела. Ни словом, ни делом... Ты можешь сказать...

Она немного даже исподлобья посмотрела на него. Ужаснулась. Даже немного дёрнулась с места. Но ничего поделать не могла при таком расстоянии между ними двумя...

Лёха уже перед ней стоял. С пистолетом в руках. Дуло было направлено прямо в область между глазами, над носом... Она смотрела на него снова с тем чувством страха, который она переживала тогда, когда Лёха убил наёмника и "шутил" над ней. Он что, её сюда заманил, чтобы просто её убить? Но это даже не логично... Может, здесь уже всё обговорено...

– Тут всё сводится на то, что ты и есть та самая Сколопендра. И даже не спрашивай, что тут происходит... – стоял и низко и не так уж и громко перебил её. Он смотрел на неё с каменным лицом. Словно был готов застрелить её на месте... – Думай, что хочешь. Но если будешь дальше молчать, говорить типо нет, не знаю, не помню, то легче будет тебя просто завалить, чем спасать... Просто скажи всё, что знаешь. И ты стопроцентно выживешь. Нет,– с чувством абсолютного хладнокровия, свысока глядя на неё, на её уже мокрое от небольших слёз лицо, продолжал, после чего взвёл затвор пистолета и ещё раз направил дуло на неё, но уже примкнул его ближе к её лицу, – тогда и парню тебя не видать, и тебе его не видать соответственно... Нравится такой расклад событий?

– Лёш... Зачем... Зачем ты постоянно что-то недоговариваешь. Я ничего не понимаю. Кто ты такой вообще. Почему мы вообще тут торчим... ДА КАКОГО ЧЕРТА...

– Ты будешь говорить или мне тебя убить первее, чем они?

Руки немного тряслись. Нет, на него не напало чувство страха увидеть мучения задыхающегося в своей крови человека. Скорее, подумал, что она просто выхватит пистолет, начнет кричать и звать на помощь. Дыхание участилось. Момент был серьезный. На мушке девушка. Но нужно, чтобы она сказала всё, что знает. Иначе просто он не сможет сделать то, что он хочет... Или не сможет просто её действительно спасти? Даже если он и хочет уберечь её, он понимает, какой ценой он добьётся этого?

– ДА КТО ОНИ ТО! КТО ОНИ!? НУ ПОЧЕМУ ТЫ НЕ ДОГОВАРИВАЕШЬ!!!

Опять шутит? Но зачем? Это же не смешно. Одно дело тогда, когда он был на крыше общежития, а она – на земле. Но теперь они совсем друг к другу близко стоят. Это же вообще не шутки. Это издевательство полнейшее...

– Лёш, п-пошутили... И х-хватит...

– що? – скривив от, видимо, абсолютного недовольства от ответа своё лицо, да так, что лицо сразу наполнилось крупными морщинами, а его щёки стали крупнее даже, он то ли шепнул так громко, то ли вякнул тихо...

– Хватит... Шутить... Пожалуйста...

– шутить, да? – уже медленно подходя к ней, он ей смотрел прямо в глаза. Пистолет он опустил, даже убрал за пояс. Но через мгновение он тут же заломал её, крепко схватившись за её пальцы.

– Я ДЛЯ ТЕБЯ ШУТКА, БЛЯТЬ, ДА, ПО ТВОЕМУ? – уже изо всех сил он орал на неё. Она умоляла его отпустить, рыдала, кричала от боли и от всего этого ужаса. Наверное, про себя сто раз даже успела попрощаться со своей матерью, со своим Андреем. Жуткое было это зрелище, которое не пожелаешь никому, даже врагу... – ТО ЕСТЬ, БЛЯТЬ. ТО, ЧТО Я ХОЧУ, ЧТОБЫ ТЫ НЕ СКЛЕИЛА ЛАСТЫ, ПРОСТО ПОПИЗДОХАВ НА УЛИЦУ, ЭТО, БЛЯТЬ ШУТКА, ДА? НУ ТОГДА ДАВАЙ ПИШИ СВОЮ ПОХОРОНКУ ЭТОМУ ПИДОРУ СВОЕМУ СМАЗЛИВОМУ... ИЛИ КТО ОН ТАМ БЛЯТЬ. ДА ПОХУЙ! СВОЕМУ ОЛЕНЮ И БЫСТРЕНЬКО ПУЩУ ТЯ В РАСХОД БЛЯТЬ!!!

Через слёзы, наполненные агонией, беспомощностью и, как она уже стала в себе воображать, бесполезностью, она, страшно заикаясь и захлёбываясь, пыталась сказать, что она скажет. Скажет то, что хочет услышать Лёха. Просила отпустить её, просто просила. Уже даже думала, что все здесь хотят над ней просто поиздеваться. Чтобы затем бросить её наедине с её мыслями... Просто чтоб вы могли представить. Из всего времени, которое она провела здесь в этот день, только час где-то она была в адекватном состоянии. Остальное время она страдала. Страдала из-за Абдасты, буквально чудовища в человеческой плоти, возможно хотевшего воспользоваться беспомощностью Леры ради своих утех...

...

– А П-потом... Узн-нал-ла, что... Что... Что тут экскурсии... Проводят... Я согла... Соглас-силась...

Голос дрожал. словно была в каком-то трансе, в котором она видела перед собой настоящего демона, который уже почти что забрал её во тьму, из которой она никогда не выберется. Постоянно дергаясь, она была чуть ли не в любой момент просто сорваться и, рыдая взахлёб, просто не смотреть на его крестик на нитке, висящий на шее. Закрыть глаза и отвернуться. Чтобы просто разрыдаться от всего хаоса, который она сама пережила...

– Ты давай продолжай, – что-то копаясь в КПК, с недовольной рожей Лёха перебил её молчание, наполненное её сбитым дыханием, насморком и ёрзаниями её рук по столу... – А я слушаю. Внимательно слушаю... То, что 12 мая ты туда поехала... Зачем? Запись же 12 мая. Что ты там забыла в этот день...

–...Приехала я... Одна... С парнем... Да, с п-парнем... П-просто... Получили разрешение... А т-там... Я прогуляться п-пошла... Там зашла... Куда вниз... А дальше... Дальше... Дальше...

Она попыталась найти хоть что-то человеческое в Лёхе. Но вместо того, чтобы хоть своим лицом показывать свою неправоту в действиях, он просто на неё смотрел, напрягая свой лоб и что-то часто нажимая на кнопки КПК...

У неё началась неистовая истерика. Настолько ей стало больно... Настолько ей стало страшно это вспоминать, что просто не могла держаться на стуле... Уже валяясь на полу, она ещё более непонятно продолжила. Через слёзы. Рыдая, уже не держа свои эмоции при себе...

– Потом кто-то был в конце коридора. Мне стало так плохо! Как будто внутри всё холодно стало... И голова начала болеть. А потом я даже не понимала, где я нахожусь. Сердце вдруг словно прыгало туда сюда, туда сюда... Голоса стали слышиться. Много голосов... И все такие страшные... Как будто кто-то меня завёл куда-то в темное место, а потом...

Лёха всё также равнодушно смотрел за страданиями девушки. Она, словно младенец, прижала к себе руки и ноги... Умоляла не убивать её, просила Андрея прийти за ней и спасти её. Просила помощи у бога... Не могла она разомкнуть глаза. Ей было страшно даже смотреть на Абдасту. На демона в джинсовой куртке, кепке-козырьке, шароварах, кроссовках и с пистолетом в руках...

Подойдя к компьютеру, он его включил. Ладно, напоследок ей дам шанс позвонить своему парню. А там решу со своим хлопчиком, что с ней делать. Убить? Спасать? Чёрт, вот почему так мало времени дают на такие операции...

– До полуночи делай в сети чё хочешь... Дальше подумаю, чё делать...

Почти выйдя из комнаты и перешагнув Леру, он перед выходом из квартиры резко остановился. Раздались небольшие скрипы пола. Да, она медленно, изза трясущихся рук, тянулась к стулу, чтобы просто присесть. Судорожно пытаясь, она кое-как зашла в, судя по всему, какой-то мессенджер...

– Дай хотя п-просто... Поговорить со свои...

Не успела она также с трудом сказать то, что она хотела, как Лёха после косого взгляда в её сторону сразу же вышел с квартиры...

...

– Маска, это Абдаста, приём.

– Абдаста, это Маска. Что у тебя? Приём

– У меня инфа по объекту номер 1... Приём

– Так ты давай дуй ко мне на квартиру, приём.

– Принял. Конец эфира.

После этого Лёха, и так стоявший на улице и покуривая сигарету, краем уха слушая истерики, рыдания и слёзы Леры, тут же помчался на север.

Этого должно быть достаточно, чтобы Леру причислять к объекту номер один. Признания фанатика. Стрельба в нас при нашем приезде, татуировка Сколопендры, что уже фигурировала в показаниях фанатика. Да и сама она раскололась. Действует, кстати, метод этот. Старый. Говорят, что Советский. Правда или нет. Не знаю. Но СМИ любит так портить сотрудников спецслужб, приписывая им все грехи... Всё этого достаточно, чтобы её причислять к объекту номер один. Может, её сразу же грохнуть? А не то уже заебался слушать её охи ахи...

После таких слов он, словно тот же самый гипнотизированный, развернулся и помчался к салону связи. Уже взведя затвор, он уже был готов в неё стрелять. Пора прекратить, думал он, убийства невинных людей ценой одной очень важной для некоторых людей жизни... Но такова жизнь. За жизни других приходится расплачиваться жизнью одного человека. Это словно движение поезда, который невозможно остановить уже... Пути, на которых он ходит, расходятся в двух направлениях: убить одного человека или убить несколько десятков человек. С одной стороны покажется жестоким это дело. Но с другой... А что поделаешь? Если нет других вариантов. А перепрошивать базу данных – это уже недели работы над этим. Это поиск паролей для доступа к базам данных, это поиски источника энергии для системы защиты лабораторий... Очень долго и рискованно...

Он уже стоял, направив пистолет в сторону Леры. Он не мог ничего сказать. И не хотел. Он просто видел, как Лера, захлёбываясь в слезах, смотрела на монитор компьютера и чуть ли не положила руку на него, словно это даже не монитор, а её парень...

– Андрей, пойми, пожалуйста... Я действительно хочу тебя увидеть... Не могу, понимаешь? Не могу!... Он стрелял в меня. Он... Я не знаю, как я вообще его смогла пережить... Ну почему люди такие жестокие? Зачем... Андрюш, пообещай мне, что ты будешь рядом... Пожалуйста, вытащи меня из этого ада... Я не могу больше быть рядом с ним... Он чудовище просто... Не могу я рассказать, прости... Нет, ничего не было... Не надо, он тебя просто убьёт сразу же!!! Он вообще просто ёбнутый...

В сердце что-то стрельнуло... Жалость? Чувство полного опустошения? Чувство своей слабости перед справедливостью? Он не знал, что надо делать в такие ситуации, когда ты можно считать уже обязан выстрелить в человека, который, по факту, ни в чем даже и не виноват... Нет, он не испытывал эти чувства. Он скорее испытал чувство какого-то двусторонниего голоса. Словно одна сторона говорила ему выстрелить наконец-то в неё, чтобы другие люди не умчались, а другая хотела, чтобы он и её спас, и людей... Но как? Как ему сделать то, что подразумевает проявление чуткости по отношению к девушке. Ладно, там, чья-то баба... Даже не в этом дело... Хотя... Тот, кто ищет оправдания таких страшных действий по отношению к девушке, наверняка отмороженный на голову психопат, который неспособен вообще понимать чужие чувства...

На экране довольно симпатичный парнишка лет 20 (если смотреть на то, что он был немного худым, лицо его не было каким-то щекастым, на голове была опрятная прическа, даже модная...), тяжко вздыхая и вытирая лицо от пота и скупых мужских слёз, пытался успокоить уже лежавшую в истерике Леру. Не могла она прийти в себя. Она ему призналась, что хотела совершить самоубийство... на момент звонка своему Андрею она уже полностью была побеждена её внутренней болью, чувством бесполезности, одиночества... Она себя ощущала почти что изнасилованной. Не могла она смотреть даже в монитор... Но, судя по всему, Андрей с первых минут и до конца их несколькочасового разговора был за неё и только за неё...

...

Шторы были занавешены. В комнате, где стоял один лишь ноутбук, немного воняло колбасой и водкой... Но диван был растелен. ..

– Короче, объясняю. Оперативным методом я добыл следующую информацию...

– Я вас слушаю, капитан Иваненко, – послышался голос со стороны компьютерного стола. Это говорил Маска, айтишник из КГБ. Майор по званию...

– Короче смотри. Она влезла в какую-то лабораторию. После чего включилась, видимо, система защиты. Согласно этой защите, были, видимо получены сведения, что угроза для лаборатории как разносчика ненужной информации ходит с татуировкой сколопендры. После было включено также в запись в качестве примечаний, видимо, что цель на автобусе. Это, наверное, и есть причина нападений на автобусы. Они, видимо, останавливали все автобусы с целью найти там Сколопендру, в том числе и стреляли в него на ходу.

– Какие предложения?

– Если Драгун этот, пидорок старый, генерал блять, хермаёр ахаха... согласиться перенести срок сдачи отчёта на дня два вперёд, я попробую выбить с учёных в бункере пароли для доступа к лаборатории и к базе данных сталкеров под прицелом, чтобы затем её сведения убрать. Если нет, то убить...

– Бля, братан, да ты псих! Ты понимаешь, что ты просто так по сути убиваешь бабу невинную?

– В смысле просто так!? – с яростью кинув на диван все записки, все найденные КПК и её признания под его записью, Лёха начал возмущаться, – Тут все предъявы, чё ты ещё хочешь!?

– Мало доказательной базы, понимаешь!? То, что бывший фанатик тебе сказанул, это не значит, что это так и есть. Я бы им так сильно не верил. К тому же. Те твои жмурики, видимо, просто бандосы. О каком объекте может идти речь... Даже если это она. Мало доказательств. Чтобы что процентов сказать, что да, это она. Что её надо либо в расход, либо запросить твоё продление здесь... Молчу про то, как ты эту инфу выбиваешь. Причем выбиваешь – это в прямом смысле Блять...

– Блять, да какой же ты баран, оказывается! Ты же в курсе, что мне осталось всего-то два дня, чтобы отчёт сдать!

– Так за день можно разблокировать твой КПК... Э, а чё ты делал всю эту неделю!?

– Чё, я искал, на каком лучше автобусе поехать, чтобы прям наверняка...

– В смысле наверняка!?

– Я бы на левом автобусе поехал бы. Но это не дало бы картину полную. Потому что я знаю, что эти не были обычным гоп-стопом!

– Откуда ты знаешь... Так, начни-ка ты сначала, как всё было!

– Сижу на свалке. С пацанами контуемся, значит, возле остановки. Вдруг слышим, кто-то шмаляет. Думаем, всё, хана, атас. Нихера. Видим, по автобусу кто-то шмалял. Люди там выбегали, сразу подыхали. Кто-то даже на кладби́щенскую гору залез. Ну, куда металлолом скидывали. Там же радиация... Так вот. А там в автобусе сидело может два военных. Тоже перекосило их. Думаем, кого-то грохнули...

– Так, я не понял... Ты с бандитами сотрудничаешь?

– Тебе чё, не дали прочитать указ о чрезвычайных полномочиях? Там же сказано. Что все средства хороши для достижения поставленной задачи!

– Твою мать... И ты, значит, сотрудничал с бандосами, исходя из этого указа?... Так, хер с ним, дальше! Заебал блин!

– Ну так вот, слухай далей, майор. Вижу, труп зомбаря. Автомат рядом лежит. Шарюсь в его карманах – нашел КПК. И там запись. "Ликвидировать в ближайшее время нарушителя режима работы лаборатории по прозвищу Сколопендра. Из примет: худое телосложение, возможно женского пола, передвижение на механических транспортных средствах". Вот тот самый КПК, – протягивая Маске то вещественное доказательство, Лёха с чувством уже небольшой злости или усталости отвечал ему на вопросы...

– Ну, дальше. Слушаю, – взяв КПК в руки и подключив его к своему ноутбуку, он уже про себя что-то сказал.

– Ну, надо искать ту ближайшую экскурсию, в которой будет задействован тот самый объект. Потому что знал же я, сука, что просто стрельба в военных – это никому не нужно будет. А вот стрельба в гражданских – это же ого-го, международный скандал, там, то ды сё. Так вот. Вижу на сайте этих туристических услуг объявление с экскурсией. Девка какая-то. Думаю, надо проверить. Немного пообщался мой знакомый с моего пк. Она выдала свои фотки. Ну модель, короче. Не порнуха и не откровенные фото, но всё же. Сколопендру убачил. Думаю, нихера это не значит. Но... Думаю, ладно, другого варианта не будет уже, кого разрабатывать как объекта номер 1. И вот, я не прогадал. Всё на лицо. Худощавое телосложение, возможно женский пол. Плюс, как я понял, она фигурировала в других экскурсиях с участием таких залётных.

– Допустим... Только а как ты будешь её родственникам говорить, что она мертва?

– Так я думал, что вы передадите. Я же так, в Зоне кичуюсь... Да и тем более. Скажем, что пытались спасти, но шальная пуля или аномалия какая нибудь сделала своё дело.

– Вот так, да... Ладно, разблокирую твой КПК. Но учти. Я не при делах. Не хочу быть соучастником убийства девки...

– Обычной девки, говоришь... Странное у тебя понятие, девки, значит слабаки...

– А чё, у тебя есть соображения по поводу обратного?

– Конечно есть. Дуня СВД. С Харькова. Не рассказывал?

– Ну бомби, я про неё не слыхал. А может и слыхал...

– Ой, ну баба горячая. Во всех смыслах. В горящую хату зайдет, коня на скаку остановит...

Маска и Абдаста уже пили пиво, рассказывая друг друга истории, как они попали вообще в Зону.

– Так смотри, Тимох. Я же обычным бандюганом был. На свалке, как щас помню, тусовались. Так на нас кто-то напал. Шмалять начал. Ну мы давай всё в хованку. Та не успели. Почти всех моих хлопцев положили. Я там нехило так геройствовал. Вдруг чую, прям чую, что кто-то за спиной. Смотрю – баба. Ай красивая, я те так скажу. Сама худющая, маленькая, Чернобровая, румяна губа, кхахах. И давай мне втирать. Всё, пацан, хана те. Думаю, всё, в натуре хана. А не. Сказала своим парням идти к себе, а со мной индивидуально поговорит. Так что ты думаешь? Она мне говорит, что с тебя вышел бы отличный помощник в моём деле. Она, значит по заданию ликвидирует тут пахана на свалке. Чтобы своих вояк продвинуть. Ой, как она меня дрючила. Помню, идем мы рядом с высотками. Ну там получается есть рядом один пэгэтэшник.

– Поселок городского типа?

– Ага, так вот. Идём, идём. Вдруг слышу выстрел сзади. В КПК говорит, беги. Думаю, пиздец. Ебанулась. Всё, Блять, думаю, пиздец. Штаны тогда наверное раз сто успел обоссать. И только потом допёрло, что можно её будет обойти, чтобы потом к ней без страху подойти. Так и сделал... Так знаешь что!? Она меня Блять просто проверяла. Точнее учила, как выживать, если снайпер рядом. Она типо сказал, что я вообще не должен был к ней подходить, так как снайпер всё слышит, даже если крадусь мышкой... Вот. Потом, помню, как на нас нарвались какие-то беспредельщики сталкеры. Ну мы их сняли. Она, говорит. Пойду гляну, может кто выжил ещё. А дело было уже у засохшей реки. Ну ты знаешь где... Так вот... Я вижу, встаёт кто-то в экзоскелете. А перед этим пальба ещё немного была. Так он начинает в меня шмалять, думаю пиздец. Сразу давай как суслик за камень прятаться. Она потом в КПК передала сообщение, что будь реально угроза там, я бы уже сто раз успел бы окочуриться... Огорчаться на неё? Не знаю. Она меня почти всему обучила. И рядом была, когда было тяжко на душе. Да, понимаю, её способы странные. Типо, что раз со страху помрёшь, чем станешь сильнее... Причем реально сильнее её... Помню, перед тем, как она исчезла, мы охотились на химеру. Страшная махина, как щас помню. Я с ней пошли на охоту. Ой Блять, как щас помню этот пиздец. Она сама уже орёт на всю Зону наверное. Я кричу что есть силы. Типо "Прыжок влево, страхуй", или "ко мне бежит, рокируюсь!" А когда... Когда она уже почти полудохлая была, но живая, на меня набросилась... Я даже не знаю, как мой Чайзер не ахнул от той тяжести. Всю дробь ей в рожу и в ноги засадил. И на меня она падает... Отнесли её голову, а затем... Она исчезла. Только оставила записку. Даже с собой ношу... "Ну что, Лёх. Молодец. Ты стал мной. Если не мной, то моей копией. Меня не ищи... Просто очень боюсь, что в один прекрасный день ты станешь настолько ахуенным сталкером, что ты меня убьешь. А я не хочу именно от твоей руки умирать. Я пойду в ряды анархистов. Мне нравится те принципы, что у них. Если хочешь со мной посоревноваться, вступай к врагам анархистов. Может, встретимся. Твоя любимая Дуня СВД..." И вот я понял окончательно, ради чего всё это было... Ради того, чтобы я стал настоящим сталкером... Потом пошел на свалку. Хоть она сказала не искать меня, ко мне пришел посыльной её передать, что нужно ликвидировать пахан на свалке, чтобы там организовался нейтралитет. Вот тут я и начал своё давить. Точнее как начал... Шел я к стоянке сталкеров на севере Свалки. Вижу, в мою сторону движутся пацаны. А у меня голяк. Говорят, башляй, если хочешь пройти. Говорю, что денег нет... Пришлось отстреливаться. И вот я понял тогда, что не зря в первое время общения с Дуней ссался от её вида. Даже сам ее понял, как у меня в руке был пистолет. Выстрел. Бандос начал уже падать. Автомат хватанул. Вижу, пацаны перезаряжают свои двустволки. Быстренько нацелился. Первый. Второй. Всё, нету их. Думаю, пиздец. Гляжу на из стволы. А там же заряжены были. Думаю, вот это номер... Ну, думаю, надо договариваться, так как я всё ещё бандос, а те не поверили... Начал работать на старого бугра. Шайтаном звали. Та ещё тварюга. Но суть не в этом. То, что я хорошо сражался, так это мне помогло. Как до важного типа дорос среди хлопцев. Начал думать про революцию. Сталкерам помогал если что, хоть и не бесплатно. Либо я, либо мои хлопцы, которые были ко мне неравнодушны, делали то, что я хотел. Ну а там уже сталкеры первее меня пошли против устоев на Свалке. Сказали, либо вы сами отсюда валите, либо мы вас трахнем. Бугор звонит мне. Поди разберись. И вот тут его я куда подальше послал. Ну и сам против него пошел. Пулю в лоб. Ничего не говорил ему. И сам он ляпнул только то, что он давно догадывался, что я захочу его просто грохнуть... Подхожу к бунтарям, говорю. Как щас помню. Я теперь новый пахан на Свалке. Понятия теперь такие. Та контора, плюс ваша – общее нейтральное место для вас и для нас. Торговля, мастерские, то ды сё – можете тут осваиваться. Башлять будете, как раньше. И не надо мне тут гнать. Я вам сразу тогда сказал, что да как. Гарантирую, что именно моя бригада именно здесь вас гопать не будет. Но и вы не дурейте. Чтоб без жертв от ваших рук. А не то тотально вас всех чистить будем, устроим тут тогда чисто пацанский район. Устраивает?" Жёсткие, конечно условия. Но Шайтан каждый раз посылал пацанов на территорию возле северного блокпоста, чтобы всех там загасить. Время проходит. Мы, кстати, стали реально зарабатывать. Договорились на счёт того, что если не успеваете кого-то оповестить по поводу порядков, то те сталкеры, которые к нам претензии имеют, в концлагерь идут добывать приблуды эти... Таки знаешь, зарабатывали мы неплохо, однако. Даже больше, чем при Шайтане. Мало расходов стало на стволы. Да и отношение к нам стало как-то по человечнее... Намечаю стрелу с анархистами, с комуняками, чтобы обозначить дела на Свалке до тех пор, пока я при уважении. Туда же и пришла Дуня. Как охрана их бригадира... Потом сам ушел с поста. Был очень уважаемый хлопец, вор в законе. Толян. Подумал, подумал. Сказал, что отхожу от дел наполовину. Что теперь пахан Толян, что с ним теперь базарьте за всё хорошее и плохое с Толчком... А сам начал работать на вас как раз. Там и звание дали. Документы выписали... Там и Лера появилась. Ну вижу, что так просто не сможет даже с Припяти выйти. Даже была мысль, что сдохнет сразу же, как выйдет на улицу. Вот и начал её учить, как меня учила Дуня. Только, видимо, слабовато...

– Весело у тебя, однако... Так это. А чё ты Леру то дрючил? Я вот не понял. Ну реально. Нафига надо было стрелять в неё. Ты ж не баба. А она не пацан...

– Ну бля. Дуня как бы...

– Слушай, нашел, кого сравнивать. Помешанная на муштре дочь офицера, пережившего Афган и Чечню, и простая альтуха с Ростова. Ебать у тебя ассоциации.

– А чё ты предлагаешь? В жопу её целовать? Во первых, если кто и будет ей это делать... Фу Блять, даже думать противно про это... То будет её парень делать. А во вторых... Во вторых так дело не пойдет. Сам не услежу, а нас отымеют просто. Ты этого хочешь?

– Братан, вот реально... Будь проще. С твоих рассказов я так понял, что у неё ПТСР, причем серьёзное. Она просто уже в теории не сможет приспособиться к Зоне.... Ну если она, конечно, не поедет кукухой прям по полной, чтобы всех тут вырезать. Тогда да. Но ты же сам знаешь, кто будет на её острие...

– Мда уж, это точно... Вот Блять поэтому я и предлагаю в расход пустить.

– Потом будешь своему командиру говорить, а заму ты давай не затирай такое... Тем более устал я доказывать, что можно и...

– Ой, только давай опять не начинай. Сам же видишь, что мы тут с тобой бухие сидим... Ну короче, ты понял. Ты разблокируешь КПК этот, а я потом решу, куда её отправить... Кстати, может потом в концлагерь на время? С братвой местной договорюсь, чтобы не подыхала она. А там потом типо выкуплю, ну и с концами.

– Блять, одна мысль пизже другой. Ты совсем аукнулся? Это уже точно будет слишком...

– Ну а куда? Чё, где-нибудь тут оставить, чтобы она потом куда-нибудь сама свалила и её шлёпнул кто-нибудь?

– Военным отдать и всё!

– Так Блять сразу поймут, что я на КГБ работаю. Медным тазом всё накроется. Ты ж не забывай, майор, за счёт кого ты тут вообще находишься.

– Ой, Блять, нашелся мне тут провокатор... Квартиру сам взломал и оборудовал под офис. Чё те не нравится.

– Ничё так-то то, что ползоны знает, что ты вояка, что ты благодаря мне по факту тут ещё сидишь и дрочишь свой хуй с порнухи на компе, а не лежишь мертвым где-нибудь там...

– Короче, иди спи! Ты уже вообще хуйню несёшь полную...

...

Он очутился в пустыре. Из одежды только алкоголичка, шаровары и тапки. Изо рта словно Горыныч сверкал. Видимо, в пиве была неслабая водка, если не самогон... Вот что может сделать алкоголь с ним... Вдруг проносится выстрел. Над головой. Он обернулся... На него смотрела Лера. Подняв пистолет к его лбу, она смотрела на него демоническими глазами... Смотрела без какого-либо садизма. Смотрела без чего либо ещё. Просто. С полностью красными глазами она, а потом и её копии, в коричневой рубашке, с галстуком, везде и всюду постоянно ему что-то говорили... Небо стало краснеть... Лёха уже бежал со всех ног. К дому. Скорее к дому!

В окне появилось знакомое лицо. Дуня! Это же Дуня! Её девка! Она спасёт. Она спасёт от этого ужаса. Но...

"Ты сделал свой выбор, капитан. Теперь ты в ответе за себя и за неё" – эхом раздавался её нежный голос.

Он кричал от этого недоразумения. Нет! Не может быть! Как же так! Она не могла его бросить! Он орал эти слова. Он не мог поверить, что она его бросила. Что он снова один...

– Теперь... Ты понимаешь, что я пережила из-за тебя!?... Теперь, ты понимаешь, что я пережила из-за тебя!? ТЕПЕРЬ... ТЫ ПОНИМАЕШЬ... ЧТО Я ПЕРЕЖИЛА ИЗ-ЗА ТЕБЯ!?

Она стояла к нему вплотную. Её кровавые глаза, из которых лилась рекой кровь, впились в стеклянные очи Лёши...

Перед тем, как проснуться от очередного ночного кошмара, который он давно уже не переживал по причине его чуткого сна, он заорал на всю квартиру, да так громко, что было наверняка слышно даже на весь дом...