Ученица чернокнижника

- Сотня сейчас авансом, - парень нервничал, даже на лбу выступил пот, - сотня потом.

Сотня авансом.

Я присвистнул. Вот это расценочки. Дело тухлое, но такие суммы. Авансом.

Взять деньги и смыстья?

Если бы кто другой был на моем месте, он рассуждал бы так же?

Да нет… За такие деньжища найдут и пустят на ремни.

Меня не найдут, ничего им не поможет, вернее, меня не возьмешь голыми руками, но кому другому пришлось бы очень туго.

- Не уверен, что это стоит даже таких денег…

- Мало?

Больше я не стал просить, хотя видно было по глазам, этот крендель, даст и больше.

- Я продам дом, все что угодно! Вы – маэстро краж и похищений, я же знаю!

- Вы посылаете меня в дом к чернокнижнику. С такими маэстрами там разговор короткий.

- Я могу про вас рассказать бургомистру, - парень стал холоден.

Видно было, что он был доведен до отчаяния.

- Хотите совет, - я медленно потянулся к ножу, - вы слишком непоследовательны, вряд ли вы так найдете союзников.

- Да поймите! Я в отчаяние! Я пойду на что угодно!

- А что же не пойдете на то, чтобы самому спасти свою невесту?

Он замолчал. Лицо покрылось краской.

- Давайте раскроем карты, господин Доменико, - пожилой мужчина, видимо чей-то отец или похищенной невесты, или этого кретина – жениха, - каждый второй ему говорит об этом. Но кто из-них, говорящих, решиться отправиться к дому чернокнижника? Я пошлю Карла туда и все…

У вас шансов немного, но они есть. А что вы теряете? Будете и дальше ходить по лезвию бритвы? Двести золотых! Вы покроете все свои долги, подкупите каждого судья, выторгуете себе жизнь и свободу, а может и титул…

- Вы думаете такой как я сможет не ходить по лезвию бритвы?

Я убрал руку с рукоятки ножа.

- Но в этом вы не ошиблись…

Я выхватил мешок с деньгами.

- Я люблю ходить по лезвию ножа!

И еще! Мне нужна комната. Хороший ужин. Никакого вина, никаких женщин, мне надо выспаться. Ванная. И кое-что… Это я напишу отдельным списком. К утру все это должно лежать у меня на пороге.

Я уйду так, чтобы никто не видел меня. Никто не должен знать когда я ушел.

Мужчина молча кивнул.

- Навели же шороху там у вас в городке, Адель…

Я согрел холодные руки у огня.

- Зачем вы греете свои руки? Вы же не чувствуете ни тепла, ни холода, ни любви, ни ненависти!

Гордая и несломленная. Интересно, реши я взять ее силой, смогла бы она сохранить свое самообладание и гордость? А если ее бы взяла силой стража их захудалого города, как она часто делала с местными девицами?

- Адель, Адель, ты слишком веришь сплетням, - я потер согревшиеся ладони, - чернокнижники не пьют кровь, не торгуют душой с Дьяволом, не едят младенцев. Да, у нас есть некоторые дела с демоническими силами и нам приходится жертвовать своей судьбой ради союза с темными силами.

Но!

Не более, чем любому вельможе вашего городка приходится вступать в торги с собственной совестью.

Чем же я хуже какой-нибудь гадалки, которая дурит молодых девиц, гадая им на потрохах бедных куриц? Или я хуже вашего бургомистра, который совсем распустил стражу и местных чинуш?

- Заговариваешь зубы, чернокнижник.

- А я с хорошими вестями!

Я театрально распростер руки.

- Был у твоих.

Голубые глаза Адель, широкие и такие глубокие на ее белом лице стали еще больше.

- Волнуются они о тебе. Даже наняли грабителя виртуоза.

- Врешь! Под обличием чего ты к ним попал? Кошки? Таракана? Слизняка?

- Чернокнижники так не умеют, увы. Но у нас хорошие актерские данные.

Я посерьезнел.

- Под видом грабителя я там и был. Деньги я не взял. Я – честный человек.

- Ах ты, сукин сын!

Адель рванулась ко мне, но невидимые путы не давали ей подойти ко мне, хотя, набросься она на меня, навредить не получилось бы.

Я захохотал. Как умел. Мрачно, раскидистым эхом.

- Тссс!

Адель ощутила прикосновение чего-то острого.

- Это сонный шип, - пояснил я, - действует не на всех, но ты устала, поэтому ему легко тебя усыпить.

- Он был здесь! – жених Адель кричал, - я мог бы удавить его своими собственными руками!

- Заткнись, - отец парня втянул табачный дым из своей трубки.

- Денег он не взял. Сказал крепкий темноволосый парень со шрамом на лбу. Оставил записку.

- Хм…

Пожилой мужчина прищурился.

- Простите, денег взять не могу. Я – честный человек.

- Издевается над нами, - мамаша Адель терла руки.

- Понимаете, в связи с недавней ситуацией, нам надо удостовериться, что вы ээээ, - сказал мужчина.

Их новый гость мрачный, с загорелым лицом и лысой головой, тяжело посмотрел на собравшихся в комнате.

- В нашем деле не дают рекомендаций, - выдавил он из себя.

Мужчина прочистил горло.

- Какие гарантии…

- Никаких, - отрезал мужчина и сплюнул на пол, - либо мы делаем дело, либо я ухожу.

Повисла тишина.

Мужчина посмотрел на жениха, и повел глазами, давая понять, чтобы тот отдал аванс.

- А чего хорошего ты видела там у себя? – я жевал недавно пожаренную телятину.

- Тебя продали с потрохами. Как скотину, которую разводили на продажу.

Адель молчала.

- Вот скажи, что ты хочешь увидеть у своего жениха?

- Уж лучше, чем сидеть у приспешника Сатаны!

- Какие же вы темные все-таки… Говорят тебе, демоны, с ними, у меня дела.

- А они не на службе у Дьявола?

- Честно говоря, ни демоны, ни маги, ни колдуны, вашего Сатану и не видели никогда.

- Скажешь еще и ангелов с Создателем они отрицают?

- Они не отрицают ничего, они никогда не видели, не слышали про таких. Только от ваших епископов, да от вас. Может вы так называете демонов или магов высшей гильдии?

Адель молчала.

- Ешь.

- Не буду.

- Продолжим тогда. Не хочешь, не ешь, - я откусил еще кусочек, - вот нарожаешь ты ему детей, и будешь рожать и дальше как свиноматка, потом что ваши повивальные бабки половину из рожденных детей угробят, остальное сделает антисанитария и болезни. А он тебя будет лупить, когда придет под хмелем, а потом и вовсе пришибет в ссоре.

- Откуда тебе знать! У тебя, вон и женщины нет, только мертвецы эти.

Она провела глазами по комнате, в которой стояли сутулые фигуры моих слуг. Мертвецки бледные, с зашитыми ртами и впалыми глазами. Они, конечно, производили жутковатое впечатление для непосвященных, зато всегда слушались и делали все на высшем уровне.

- Не буду оправдываться, тебя не переубедить, - я отпил вина, - но ты то знаешь, что я прав. Твоя мамаша получит неплохой гонорар за твое сватовство. Ты самая видная из девиц на выдане в городе. Тебя это не унижает?

Я ел и думал. Может я ошибся… Слишком она глупа. Красива и глупа…

- Впрочем… Ты уже неделю у меня гостишь. Я буду с тобой искренним. Мне нужна была ученица. Девушке проще войти в доверие, обмануть, соблазнить. Но ты слишком тупа, чтобы понять даже свое плачевное положение, не говоря уже о каких-то более высоких материях.

В глазах Адель была и ненависть, и удивление.

- Года через два, а то и раньше, ты подумаешь что, может и ошибалась, а через пяток лет и вовсе, захочешь ко мне. Но будет поздно…

Она хотела что-то сказать, но я сделал жест и ее губы плотно сомкнулись.

- Ты мне не нужна ни как любовница, ни как жена, ни как наложница, ни как рабыня.

Когда ты выйдешь отсюда, я бы советовал не рассказывать о моих планах на твой счет. Мне все равно, а вот тебя могут убить. Посчитают что ты стала ведьмой. А там, твое дело…

Мне стало тоскливо.

- Мозгов у тебя не много, как я погляжу. Как жаль, что красота не всегда даруется природой вместе с мозгами.

- Мэтр, - послышался шепот, за Адель пришли.

Мой слуга – Тень показался за спиной.

- Наняли какого головореза?

- Да, мэтр.

- Немного пошалите там, да отдайте эту куклу, пусть забирает. Она выбрала свою судьбу.

Я оживил ее губы.

- Даю возможность выбора, - сказал я, - только «да» или «нет». хочешь остаться?

- Нет! – прошипела девушка.

- Ну и хорошо.

Головореза вымазали в смолу, и выпустили в перьях. Адель не стали трогать.

Свои золотые он получил, но не так много как предлагали мне. Видимо не стали рисковать.

- Да врет она все, - прачка захохотала, - чернокнижник хотел сделать из нее чернокнижницу.

- Ведьму! – беззубая трактирщица прошепелявила свою версию.

- Да хватит! Ясное дело, покуражиться он хотел с ней, да и все. А то может и покуражился. Адель, не чернокнижник ли тебя обрюхатил, а?

Женщины захохотали, а Адель с выпирающим животом и подбитым глазом поплелась домой.

- А где он живет? – рыжеволосая девушка, совсем молодая, но с проницательным, совсем не детским взглядом, вмешалась в разговор.

- Тебе это зачем нужно, дура! – кто-то потянул ее за рукав.

- Дурочка местная, - засмеялась глава женской гимназии для сирот, не обращайте внимание.

- Кланяйся!

- Им то? С чего вдруг? – девушка застроптивилась.

- Ах ты ж, чертовка!

Женщина сильно дернула девушку за косу, отчего та вскрикнула.

Ночью Джиоффреда, так звали рыжеволосую строптивую девушку, не спала.

В библиотеке она нашла упоминания о жилье чернокнижников. Она догадывалась, что половина из сказанного – вымысел. Люди постоянно что-то твердят, что-то рассказывают, большая часть из всего этого – пустое.

- Есть шанс найти ученицу, - демон полностью синий, с пурпурными жилами и массивными рогами повис в кругу из огня, - но тебе придется поторопиться, мэтр. Время на исходе, а по договору, у тебя должен появиться приемник. Хорошо бы, если это был бы мужчина, но раз уж ты решил связаться с женским племенем, твое дело.

- Гильдия меня сюда сослала, - отрешенно сказал я, - здесь тупой народ и нравы… Ни мужчин, ни женщин не найти. С девицами попроще, они, хотя бы, хитры… Не все…

- Обрати внимание на безродных. Их жизнь – не сахар, с юности им приходится учится тому как выживать. Они лучше могут соображать, чем девицы из семей, которых быстренько готовят к замужеству.

- А знатные?

- Знать не менее тупа здесь, разве что шеи у них почище.

- Тяжело, тяжело, - я откинулся на спинку стула, - чем же я так прогневал Гильдию.

- Время, мэтр, время, - демон начал исчезать, - приемник или вечное забвение в этих болотах… Тебя не пустят обратно.

Демон исчез, огни потухли.

- Время…, - сказал я вслух, - единственное, чего у меня нет.

- Сбежала! – ответственная за юных девиц, с ужасом осознала бедственность своего положения.

- Маленькая дьяволица! – старшая воспитательница посмотрела на кровать Джиоффреды, - надо было сразу догадаться, что в ней течет ведьменская кровь.

Кто-то припомнил, что она интересовалась жильем чернокнижника, а вчера и вовсе взяла из библиотеке историю по борьбе с темными силами.

Джиоффреда бежала. Куда сама не понимала. Под ложечкой начало сосать. Хотелось есть и пить, и даже закралась мысль, а не явиться ли обратно с повинной.

Но ради чего?

Чтобы быть избитой.

А после того как узнают, а они узнают, куда она бежала, ее, возможно, просто убьют.

О нравы, о люди!

Ноги провалились. К горлу подступила трясина и холодный ужас.

Ни кричать, ни вырваться.

Вода подступает все выше и выше. Грязная тина попадает в глаза, ее засасывает.

- Утонула, значит, - заведующая брезгливо взяла мокрый ботинок, - что ж… Она мне никогда не нравилась. Так будет лучше для не и для нас.

- Книги, которые она читала и иже с ними под замок. Только по спецдопуску, - распорядилась она.

- Мда…, - я посмотрел на печальную картину.

Девушку рвало.

Грязная, с тиной в волосах. Бледная и рыжая.

Когда грязная вода вышла из ее желудка, она выдавила из себя, что хочет ко мне в ученицы.

- О демоны и светлые силы, чем же я так вас прогневил!

Я откинулся на спинку стула.

- Я был лучшим в Гильдии… За что? За что?

Девушка дрожала и выглядела жалко.

- Ты понимаешь что тебе придется делать?

- Мне все равно! Это лучше, чем чувствовать унижения каждый день, а потом либо остаться старой девой у кого-нибудь в прислугах, или тебя продадут как скотину или как вещь.

- А скажи мне, что ты читала из книг за последняя время.

Она дрожала, но уверено перечислила книги, о которых ни каждый из их знати и слышал.

Что ж, девочка дерзкая, а главное умная. Не очень мила, но ее можно научить быть обольстительной. Крапинку дьявольщины, кокетства, а остальное сделает ее ум и харизма, а они у нее есть.

Что ж, новое руководство Гильдии, вы рано списали меня со счетов!