Ученик гоблина. Книга III

Тьма в пещере около могильника кобольдов больше не была для него отсутствием света. Она стала продолжением его внутреннего Я.

Золид открыл глаза, и мир вспыхнул в ртутных тонах. Он увидел пульсацию тепла в телах перепуганных кобольдов и даже услышал, как в их жилах течёт кровь.

Из его спины, разрывая остатки кожаного доспеха, медленно выросли шесть гибких щупалец. Они двигались сами по себе, пробуя воздух, коротко стрекоча костяными наростами.

Орк-шаман проходил эволюцию.

Руна Солр’Гина больше не пожирала его сердце — она слилась с ним, превратив бывшего шамана в нечто, стоящее за гранью жизни и смерти. Сила внутри не убывала, как раньше, а концентрировалась в единое монолитное ядро вместо утраченного рунного сердца.

Он стал отступником. Тем, кто принял Скверну не как проклятие, а как свою новую природу.

— Склонись. Служи Ему, — в очередной раз пророкотал в сознании голос чёрной руны.

Золид оскалился, обнажая удлинившиеся клыки. Внутренности всё ещё жгло, но это была приятная боль. Шаман не собирался принимать роль покорного раба, но понимал, чтобы разорвать эту связь с Владыкой чёрной руны, ему нужен человек. И его секрет Высшего.

Молодой вожак кобольдов, дрожа от ужаса, попытался метнуться к выходу из пещеры. Золид даже не повернул головы. Одно из щупалец молниеносно выстрелило вперёд, обвило шею существа и с влажным хрустом впечатало его в гранитный свод. Остальные твари бросились врассыпную.

Началась настоящая резня.

Щупальца работали с пугающей эффективностью. Одни рвали плоть, другие душили, третьи просто вбивали мелкие тела в землю, превращая их в кровавое месиво. Золид шёл сквозь логово, практически не встречая никакого сопротивления. Плеть внутри него требовала уничтожения всего живого, и он охотно давал ей это, упиваясь своей новой, постоянно возрастающей мощью.

Выйдя наружу, он замер.

Лес Обречённых встретил его тишиной, которая бывает только перед бурей. Золид глубоко вдохнул и сердце пропустило удар. Среди смрада исходящего от могильника вместе с порывом ветра он уловил запах гоблина и человека. Совсем недавно они ушли в сторону скал.

— Я найду тебя, Высший, — прохрипел он, и этот звук больше не походил на голос орка.

Золид шёл по следу, легко перепрыгивая через поваленные деревья. Его массивное тело словно стало в разы легче, оно двигалось с грацией хищного насекомого. Вскоре он наткнулся на скалу, густо заросшую плющом.

За зелёной стеной скрывался вход в пещеру.

Внутри никого не оказалось. Пещера была пустой. От досады, что человек вновь от него улизнул, орк собирался врезать кулаком по стене, когда вдруг услышал тихие всхлипы.

Орк медленно пошёл на звук и вновь упёрся в тупик в конце пещеры. И только когда вхлип повторился, он заметил узкий лаз, сокрытый за валуном. Золид попытался втиснуться в «гранитную кишку», но его новые отростки и раздавшаяся в плечах фигура застряли в первом же узком повороте. Теснота и невозможность продвигаться дальше вызвали мгновенный и неконтролируемый приступ бешенства.

Плеть внутри лишь разжигала и усиливала гнев из-за возникшей преграды.

С диким рёвом Золид обрушил кулаки на камень.

Удары, усиленные магией отступника, дробили гранит в крошево. Скала содрогнулась, сверху посыпались камни, и через мгновение проход, уходящий под землю полностью обвалился, запечатав лаз тоннами породы.

Золид стоял перед завалом и хрипло дышал.

— Ничего. Это ещё не конец. Если есть вход, значит где-то должен быть и выход, — прорычал он.

Орк-отступник начал прочёсывать окрестности вдоль горной гряды. Лес Обречённых давно не знал такой резни. Всё, что оказывалось у него на пути — случайные лесные твари, птицы, даже некоторые деревья, всё моментально попадало под удары щупалец.

Золид прорубал себе дорогу, оставляя за собой просеку из щепок и трупов.

Под утро в глубоком овраге орк вновь почувствовал запах свежей крови.

Он ворвался в пещеру, обнаружив там гнездо змееподобных тварей. Наги, быстрые и смертоносные для обычного воина, для него оказались лишь развлечением. Золид хватал их за хвосты, разбивая головы о стены, сдирал кожу голыми руками. Он наслаждался тем, как ломаются их хребты под его весом.

Часть змей в панике скользнула в пролом в дальней стене логова. Золид рванул следом, отростки скверны с хрустом разбивали камни, расширяя проход. Наги метались впереди, их длинные тела мелькали среди известняковых наростов.

За проломом начиналась ещё одна пещера.

Золид ломился напролом, его чудовищная масса сокрушала сталагмиты, а щупальца хлестали по стенам, оставляя борозды. Одна из змей замешкалась и он настиг её, разорвал пополам и отбросил тушу, даже не сбавив шага.

Оставшиеся наги уходили всё глубже, петляя между каменными колоннами.

Золид не отставал, его хриплый рык эхом разносился по подземным галереям.

Вскоре пещера начала меняться.

Сначала на стенах обнаружились следы грубой обработки. Потом появилась кладка, а гладкие каменные блоки, подогнанные с ювелирной точностью, сменили неровный известняк. Под ногами вместо каменной крошки легли плиты, кое-где ещё угадывались остатки рельсовых путей и ржавые обломки механизмов.

Золид улыбнулся, сообразив, что попал в гномьи шахты.

Наги неслись вперёд, обезумев от страха, и Золид следовал за ними, с каждым шагом погружаясь всё глубже под гору. Тоннели ветвились, но змеи неизменно выбирали один путь.

Наконец коридор резко оборвался. Золид выскочил на край обрыва и замер. От увиденного он мгновенно потерял всякий интерес к удирающим нагам.

Перед ним во всей красе раскинулся циклопический зал, освещённый сиянием гигантских кристаллов. Внизу виднелись ряды древних печей, брошенные механизмы и колонны, испещрённые гномьими письменами.

Зрачки Золида вспыхнули ярким ртутным светом. Отростки скверны за его спиной напряглись, готовые к броску.

Орк увидел свою цель — человека. Тот прямо сейчас сидел в кресле и управлял огромным стальным мехом.

Внизу творилось что-то непонятное.

Взгляд Золида скользнул по искажённому меху, что поднимался из обломков. На мгновение орк замер в недоумении. Щупальца, такие же, как у него самого, но грубее, словно вырванные из плоти самой Бездны. Багровая опухоль, пульсирующая с ритмом, которого не знало ни одно живое сердце.

Это была Плеть, но другая. Не живая и не мёртвая — нечто, что заставило Скверну прорасти сквозь мёртвый металл.

— Что это? — Золид мысленно обратился к чёрной руне.

— Не знаю. Слишком много циклов я спала в сцилле, отлучённая от Его воли. Мир изменился. Плеть… стала иной, но это всё ещё Плеть!

Шаман отошёл на десяток шагов от обрыва, чтобы взять разгон, и не раздумывая рванул вперёд. Человек был ему нужен живым, и ради этого он уничтожит любого, кто встанет у него на пути. Даже другую Плеть.

— Я буду свободен, — рыкнул он в ответ на возмущение чёрной руны и шагнул в пустоту.

Золид летел вниз, рассекая воздух.

Восемь десятков локтей до каменного пола — для обычного существа это была бы верная смерть, но его новое тело лишь наслаждалось скоростью. Щупальца трепетали за спиной, готовые вцепиться в добычу.

Человек был прямо там. Сидел в кресле огромной железной куклы, вцепившись в рычаги. Глупец даже не смотрел вверх. Впрочем предельная сосредоточенность не помогла человеку уйти из-под удара зараженного скверной меха.

Золид, не раздумывая, выбрал первой целью именно Плеть.

— Не атакуй. Поговори, — потребовала чёрная руна.

Но бывший шаман не стал её слушать. Он сходу врубился в заражённый мех, повалил на пол и принялся его кромсать, отрывая куски брони. Закончив с ней, он развернулся и направился к лежавшему без движения меху парня.

— Нашёлся человек, — произнёс он на едином наречии и тут же отшатнулся от неожиданности, когда руки Меноса вспыхнули огнём.

— Сдохни! — выдохнул парень, выставив перед собой ладонь. В этот же миг в морду орка один за другим устремились костяные шипы. Золид успел среагировать и закрыться щупальцем. Но одна игла всё же пробила его скулу.

Однако шаман лишь расплылся в довольной улыбке. Его затрясло от нахлынувшей эйфории, ведь он оказался прав насчёт человека. Тот действительно обладал силой, скрывая свою сциллу.

— Ещё, — довольно оскалился орк. — Покажи мне всю свою силу!

Золид шагнул к человеку, который только что доказал, что он не просто жалкая добыча, а на самом деле его ключ к долгожданной свободе. В глазах орка горело нечто настолько необузданное, что даже чёрная руна внутри на мгновение притихла, заворожённая этой первобытной стихией.

Но сделать ещё один шаг Золид не успел.

Его атаковали сзади. Щупальца обвили его торс, плечи и горло. Резкий рывок, и орка оторвало от пола. Громилу вздёрнуло в воздух, словно нашкодившего щенка.

Заражённый мех восстановился.

Багровая опухоль в его груди пульсировала с бешеной скоростью, лихорадочно затягивая раны, которые ему оставил Золид минуту назад. Из рваных дыр в броне всё ещё сочилась чёрная жижа, но тварь уже крепко стояла на ногах.

Щупальца меха сжимались, с хрустом ломая орку рёбра.

— А-а-а-а! — взревел Золид не столько от боли, сколько от испепеляющей ярости.

Его собственные отростки впились в прорехи брони меха, пытаясь разорвать хватку. Но тварь была тяжелее и вовсю использовала это преимущество.

Плеть размахнулась и со всей дури швырнула орка в ближайший массивный станок.

Золида впечатало спиной в искорёженную громаду древнего механизма. Станок рухнул, на мгновение погребая орка под обломками, но щупальца меха тут же выдернули его наружу, чтобы с новой силой швырнуть в другую сторону.

Второй удар пришёлся в стену цеха. Гранитная кладка треснула и осыпалась. Золид проломил её спиной и вылетел наружу, в узкий закуток, заваленный ржавыми балками.

Мех не отпускал. Он таскал орка по развалинам, как тряпичную куклу, методично вбивая в каждую твёрдую поверхность, словно пытался вытрясти из него саму душу.

Третий удар.

Четвёртый.

И сразу же пятый.

Очередной рывок вздёрнул Золида высоко вверх. Мех раскрутился всем корпусом и с чудовищной силой зашвырнул орка прямо в остатки крыши.

С треском и грохотом Золид пробил перекрытие, вылетел из цеха и рухнул на груду щебня.

Мех приземлился рядом. Многотонная туша рухнула на обломки, разметая их в стороны мощной волной пыли. Щупальца хлестнули по воздуху, высекая искры из уцелевших колонн.

Золид наконец смог подняться. В нём горела животная ненависть.

Орк распрямился, с жутким хрустом вправляя позвонки. Он провёл рукой по лицу, стирая кровь, и улыбнулся. Его щупальца мелко задрожали от переполнявшей их силы.

— Я разорву тебя, — прорычал он, делая шаг навстречу механической твари. — На такие маленькие кусочки, что даже Скверна не сможет тебя собрать воедино.

Он уже собрался прыгнуть, чтобы вцепиться в пульсирующую опухоль и выдрать её из стальной груди, когда краем глаза уловил движение сбоку.

Цепь тёмной полосой упала с самого потолка, пробив остатки крыши, и с лязгом ударилась обо что-то внутри цеха.

А затем это «что-то» стремительно рвануло вверх.

Это был мех человека.

Отключённая махина, в которой застрял Высший, резко взмыла к сводам, подхваченная мощным крюком. Цепь утаскивала добычу орка под потолок.

— НЕТ! — рёв Золида разорвал воздух зала.

Он рванул с места, напрочь забыв о заражённом големе. Стремительный разгон и яростный прыжок — его щупальца вытянулись в струну, отчаянно целясь в ускользающий силуэт. Ещё миг — и он дотянется, вцепится и не отпустит…

Правая нога взорвалась острой болью.

Щупальце заражённого меха обвило его лодыжку и дёрнуло вниз. Золид рухнул плашмя, разбив собой каменную плиту. Его пальцы впивались в обломки, тщетно пытаясь зацепиться хоть за что-то, но тварь неумолимо тащила его к себе, пока человек вновь ускользал, унося свой секрет.

Друзья, не забудьте добавить книгу в библиотеку, чтобы не пропустить уведомления о выходе новых глав.