Uenenum Sardius.RWBY

На всем Патче, лишь в одном окне горел огонь. Лишь эта разбитая женщина не спала на этой земле. Бедное, отчаявшееся дитя, что потеряла в этот вечер намного больше, чем приобрела за все 6 месяцев спасительной свободы. Она была готова убить того, кто посмел отнять у нее лучик света. Ее маленький комочек счастья, спасший ее в час худшей тьмы.

Мужчина не хотел этого делать, но в ином случае все стало бы лишь хуже. Намного хуже, чем есть сейчас, и он просто не мог этого допустить. Он не мог позволить сотням планов полететь гримм под хвост, только из-за этого дня. Старый маг уже пожалел о сотнях выборов и добавить к этим сотням еще один не так страшно, как он изначально думал. Он надеялся, что не так страшно, но убивать ребенка, буквального младенца, все еще было тяжело, даже после стольких лет.

— Я готов взять еще один грех на свою душу, если это спасет их. Все ради них. Все ради Ремнанта.

Его лицо исказила гримаса легкой скорби и печали, которую он тут же прогнал, прижимая сверток ближе к груди. В бессильном бешенстве его челюсть сжалась до скрипа. Он чувствовал ее боль. Боль матери, потерявшую свое дитя. Боль женщины, что не могла успокоить свой разум и сердце. Боль девушки, теряющей очередной кусочек собственной жизни.

Холодный дождь хлынул с новой силой, заставляя волшебника еще сильнее прижимать дитя к груди и накинуть на него свой плащ, чтобы защитить его от бушующей стихии. Грязные серые волосы, тут же упали на лицо, впитав несколько капель воды, а разобрать что-то перед собой стало попросту невозможно. Круглые очки стали бесполезны, постоянно сползая и норовя упасть с носа. Маленькие капли дождя попадали на них, превращая плохой обзор в настоящее испытание. Одежда уже была испачкана, однако старый маг продолжал идти к своей цели на краю утеса.

Грянул гром, сверкнула молния и в секундной вспышке света он увидел ее. Этот удивительный, но такой знакомый облик, вселял беспредельный ужас. Эта женщина, ставшая настоящим страхом и испытанием для его духа, вновь выиграла в небольшой битве, что все ближе и ближе приближало ее к окончанию партии. Ее взгляд был до боли знаком ему. Это скучающее лицо с полной уверенностью в своем превосходстве. Она будто насмехается в лицо, прекрасно зная, что вновь победила.

Такая величественная и пугающая, но в тоже время прекрасная подобно статуе высеченной лучшим мастером скульптуры. Он помнил каждую морщинку, каждую складку и пору ее тела. Помнил, ведь уже не был способен забыть то, что случилось между ними.

— Значит, ты все же решился на это, — ее голос звучал спокойно и немного холодно.

На каменном лице дрогнула тень ухмылки, и она шагнула навстречу своему прошлому. Шаг за шагом они приближались друг к другу. Пришло время поставить мат в этой партии. Партии, которую выиграла именно она.

— Ты не оставила мне выбора, Салем. Не оставила даже шанса этой девушке на лучик добра.

Слова были пропитана отвращением и гневом. Однако, он не был направлен на женщину. Нет. Мужчина ненавидел и презирал самого себя. За подобную слабость, за это действие. Как бы он не уверял себя, что еще один грех может легко взять его душа, его сердце разрывалось от отвращения к самому себе. Он давно принял это, где-то глубоко внутри. Принял, что ему суждено проиграть. Он так устал от этого противостояния, казалось, что его душа уже истлела и истончилась, но вновь и вновь его противница заставляет его желание борьбы загореться. Загореться новым и ярким пламенем, чтобы бросать вызов снова и снова, даже если это ни к чему не приведет. Особенно сильно жажда боя разгоралась в такие моменты, когда темная королева побеждала настолько отвратительным способом.

На его реплику послышался лишь тихий смешок:

— Это дитя принадлежит мне. Да и как по мне, это неплохой обмен фигурами не находишь? Тебе останется твоя любимая сереброглазая воительница, а мне… Он.

Протянутые руки были спокойны. Она знала, что это неизбежно. Вновь укутав младенца в свой плащ, хранитель мира передал дитя ей. Вспышка молнии вновь освятила лик когда-то любимой им женщины. Но сейчас он не испытывал ничего, кроме жажды. Жажды закончить этот бесконечный круговорот сражений и войн, которые должны остаться в тайне от всего мира. Много раз он думал о проигрыше. Но, то ли сам он в глубине души не желает проиграть, то ли понимает, что так он сделает лишь хуже.

В тоже время, ребенок, слыша очередной раскат грома тихо заплакал. Женщина аккуратно приподняла его на руках и начала качать, успокаивая и напевая колыбельную. Колыбельную знакомую древнему магу так хорошо. Печальные образы прошлого вновь заполонили его разум, пока тяжелые мысли не прервались лишь одной короткой фразой:

— До встречи.

Она не прощалась. Она знала, что они еще встретятся. Он тоже понимал, что это неизбежно.

Новый раскат грома и вспышка молнии. Женщина исчезла, будто ее и не было сейчас перед ним. Однако, на этом сложная ночь мужчины точно не была закончена. Небольшой поток лепестков роз появился возле него. Ее глаза, переполненные горем и болью, продолжали смотреть в одну единственную точку. Место, где секунду назад исчезло ее дитя.

— Марен. Мой маленький сын. Почему… Нет. Нет. НЕТ.

Лишь громкие рыдания вырвались из ее груди. Слезы хлынули в два ручья, обжигая ее лицо намного большее любого удара. Она бросилась на землю и несколько раз ударила руками по ней, а после прижала голову и тихо взмолилась. Девушка вспоминала всю свою жизнь и спрашивала себя, что за преступление она совершила за свою жизнь, чтобы получить такую кару. Даже если этого ребенка она и не хотела. Это было ее и только ее дитя. Только ее маленький лучик света в той темноте, из которой она выбралась.

Двое мужчин уже были возле нее. Они помогли ей подняться, ведь ее ноги больше не держали женщину. Они хотели, что-то сказать, утешить ее, однако по одному взгляду они поняли, что этого не требуется. Ее серебряные глаза сияли ярким светом. Она взяла себя в руки и похоже решила все для себя. Она выбрала свой путь. Направившись домой, женщина бросила еще один испепеляющий взгляд на зеленого волшебника. Он не поднял глаз.

Старый маг мог лишь отвернуться и не мешал тому, что происходит. Не ему в этой ситуации поучать или говорить, как лучше. Оз понимал. Он прекрасно понимал, что так просто это не отбросить. Но дева перед ним была сильна. Не только телом, но и духом. Если она выдержит это сейчас, то станет намного сильнее чем раньше и ему лишь нужно наблюдать издали и помогать, коль случиться что-то неожиданное.

Новая партия была начата. Доска вновь появилась перед двумя кукловодами. Часть фигур уже была на доске, но многие из них требовали замены. Новое поколение что только начало свой путь в этом мире и станет им. Новыми фигурами.

Взгляд древнего мага вернулся к утесу, где несколько минут назад стояла королева с ребенком на руках. Мысли старца вновь пустились в дебри истории, заставляя размышлять.

— Какой же фигурой станешь ты, юноша?