Угроза миру

Был обычный серый питерский вечер.

Я пошёл бродить в дурном настроенье,

Только вижу вдруг, идёт мне навстречу

То ли девочка, а то ли виденье…

Отчего-то именно эта песня кружилась в моей голове, пока я никак не мог очухаться. Я пребывал в каком-то непонятном состоянии, слабость никак не хотела меня отпускать из своих липких объятий. Глаза никак не открывались, а в мозгу по кругу носился одно и то же четверостишие этой старой песни. Почему именно оно? Почему я в таком состоянии? Неужто, я в коме? А почему у меня эта песня крутится в голове? Это что, радио играет? А я его слышу и не могу выключить? Ну так эта песня вроде очень даже ничего, такие песни в палатах с больными в коме ставить смысла нет. Тут надо ставить что-то более ядрёное, чтобы сразу хотелось прорвать тянущую пустоту, только чтобы выключить эту хрень собачью, что доносится из проигрывателя. И всё-таки, что со мной? Почему я никак не могу очнуться, а если я всё же очнулся (ведь я же думаю!), то почему не могу управлять своим телом?

Господи, опять это четверостишье всплывает! Как-то оно уже поднадоедать начало. А может это ключ? Ключ к тому, чтобы очнуться? А каким образом оно может являться ключом? Непонятно. А может надо собрать всю свою волю и силы в кулак и попытаться управлять своим телом? Ну видел же я во многих фильмах, где парализованные чисто на одной силе воли заставляли пальцы на ногах шевелиться! А какие фильмы? Не помню, то ли там убить кого-то надо было, то ли кого-то обокрасть. Ерунда какая-то. А что я вообще помню? Не помню. Ничего не помню \. Какие-то смутные обрывки информации кругом. А как меня звать, ну хотя бы для начала? Федя, Вася, Петя, м-м-м Саша! Что-то знакомое, но нет, не то. Какой-нибудь Богдан, Елисей, Елизар? Нет, тоже не моё. Джеральд, Освальд, Томас, Майкл? Опять ерунда, совсем не то, куда-то в чужие леса закинуло. Оюшминальд, Выдезнар, Даздраперм, Полиграф Полиграфыч? Хрень какая-то, откуда я вообще про существование таких имен знаю? Должно быть что-то попроще. Во! Моё имя как-то было связано с литературой. Антон? Ну, как Чехов? Нет. Александра мы уже пробовали. Михаил Юрьевич? Лев Николаевич? Что-то опять не то. Афанасий? Бред. Господи, что за хрень! Ага, Гавриил! Гаврила был чудным немного, Гаврила думал всё не то. Это правда, опять не то. А что же то? Простое, но связанное с литературой. Ерунда какая-то. Ситуация как в рассказе про лошадиную фамилию. Точно! Рассказ, повесть, роман! Меня зовут Роман! Ура! Вспомнил! Роман Петрович Лебедичкин. Нет, это тоже не моё, но Рома точно. Рома-Рома-Роман. А песня так и крутится в голове. Господи, задолбала уже! И что этой девочке-виденью от меня надо?

Постойте-ка… Так ведь я, действительно, накануне приехал в Питер. Приехал, а откуда? А эту песенку я напевал или она сама у меня крутиться в голове начала, когда я по городу шастал и достопримечательности осматривал? Или я в Питер приехал не на экскурсию, а на научный симпозиум какой-нибудь? Нет, это маловероятно, не ощущал я себя научным светилом, ну ни разу не ощущал…

И всё же как моя фамилия? Или отчество? Какие есть подсказки? Где помощь зала? Уберите неправильные ответы! Неужели Дибров? Нет, Галкин? Тоже нет. Дибралкин? Габров? Бред…

Роман Романович Романов. Нет, тоже не то. Вот блин, фамилии ведущих всяких дурацких шоу помню, а свою – нет, разве это справедливо? А что, если у меня такая фамилия, что её просто и вспоминать не хочется, что-то вроде Некусайкобылехвост или Черезтридцатьтризабораногузадиращенский. Хотя такую фамилию из памяти ещё попробуй вытрави! Нет, что-нибудь простое должно быть. Ага, и как с именем: литературное. Господи! Помню только последние три буквы. А это ещё откуда? Я даже последних трёх букв не помню. Начнём, пожалуй, всё же с отчества, раз фамилия вспоминаться не хочет… Иванович, Петрович, Владимирович? Что-то знакомое, но нет к Отчеству Владимирович вроде и имя в комплекте Владимир должно идти… По аналогии пойдём: Анатольевич, Николаевич, Сергеевич, опять Владимирович, Устинович, Ильич, опять Сергеевич, Виссарионович, опять Ильич, Александрович, Александрович, опять Николаевич. А ведь точно неплохо я знаю историю государства Российского, сам от себя не ожидал, пусть и по отчествам. Кто там дальше у нас был? Павлович, Павлович, Петрович, потом сплошь какие-то приблудные типы зарубежные, отчеств которых в моей памяти отчего-то не хранится, включая баб и младенцев, пропускаем их для чёткости картины, всех младенцев не упомнишь, а отчества баб мне не подходят. Дальше у нас Алексеевич, Михайлович, Фёдорович. Опаньки! А ведь я Фёдорович. Итак, я Роман Фёдорович. Уже легче. Постойте-ка, А ведь петра третьего вроде как Петром Фёдоровичем величали, а я его так небрежно отбросил, а ведь он мой тёзка по батюшке-то. Хотя какой он нахрен мне тёзка, когда он хрен знает где воспитывался и хрен знает от кого народился. Хотя бред какой-то, но даже и не думал, что мне различные науки могут помочь в восстановлении своих персональных данных. Весьма удобный я тип в этом плане… Имя связано с литературой, отчество – с историей. А с чем связана моя фамилия? С математикой? Географией? Астрономией? Ага, Роман Фёдорович Парсеков. Не похоже как-то на правду. Осталось всего ничего: найти нужную науку, вспомнить фамилию, затем всю свою жизнь, и напоследок – очнуться.

А чего я застопорился на воспоминаниях? Я же вроде хотел собрать все силы и очнуться. Отложим пока поиски науки и фамилии. Займёмся пробуждением. Итак: глаз-глаз откройся! Не сработало. Видать, на одном энтузиазме тут не выползешь… Ещё раз. Ещё. Свет не появляется. Погано. По всем канонам должен быть яркий ослепительный свет, режущий мои бедные многострадальные глаза, отвыкшие от него за много-много лет, проведённых мной в коме. Вот так бах, очнулся, а тут мои жена и дети меня от аппарата искусственного жизнеобеспечения отключают, чтобы завладеть всеми моими богатствами, а я им: «Что, сволочи, не ждали?» Тут у жены, понятное дело, инфаркт, у детей заикание и недееспособность, один я как д`Артаньян: в белой больничной пижаме и на кресле-каталке. Хотя д`Артаньян вроде был на лошади? Может у меня фамилия была Французов? Или Кутузов, что должен бить французов? Багратион? Тьфу ты, я же вроде глаза открываю, а не о фамилии думаю. Да и потом, история уже вроде как была, так что отметаем. Отвлёкся я что-то, возвращаемся к глазам. Итак. Пробуем ещё раз. Напрягаем всё, что только можно и что нельзя тоже, собираемся с силами, ещё раз. Ещё. Ещё. Ещё. Кажется,. есть прогресс. Какая-то хмарь начала пробиваться сквозь окружающую темноту. Ура! Удалось. Так, главное не останавливаться – продолжаем, закрепляем успех.

Ай, блин, что ж глаз-то так больно! Зато рука сама непроизвольно ринулась к глазу и начала выскребать из него всё, что в него насыпалось. Уши пока не фурычат, проверим их ожившей рукой. Ага, в них тоже какой-то трухи чьей-то щедрой рукой насыпали.

Пальцем удалось немного расковырять одно ухо и услышать звуки окружающей ночи. Глаза я больше открывать не рискнул, чтобы в него опять не насыпалось какой-нибудь хрени. Интересно, а почему я решил, что вокруг звуки ночи? Ага! Вон, филин проухал. Откуда в Питере филин? Меня что за город отвезли? Девочка-виденье шибанула по голове поленом, запихнула в багажник и вывезла в лес?

Кстати, а ведь я и правда видел в Питере девочку-виденье. Она была словно какая-то невероятная, вся воздушная, сняв босоножки, пробежала мимо меня. А я? А я, кажется повернул и пошёл за ней. А она убежала в подворотню, куда я за каким-то непонятным хреном сунулся. И вот теперь я в таком состоянии хрен пойми где. Хорошо, хоть жив остался – будет наукой: нельзя шастать за девочками-виденьями.

Всяческие виденья, особенно в незнакомых городах, могут привести к кратковременной потере сознания или даже коме с осложнениями в виде потери памяти. Вот тебе и песенка…

Я смог подсобрать сил и приподняться на локте единственной работающей руки. Так, а что собственно со второй? А со второй был песец – её свело. Пока я про неё не думал, то и не чуял её вовсе, а вот как пошевелился, то всё. Блин, вот отлежал-то, а! Как же больно! Хотя, если больно, значит она есть и даже действует, и это – прекрасно. А вот одежды на мне не было. И в этом я успел убедиться, ощупав себя обеими руками. Обуви тоже. Не было ничего. Печально. Съездил, долбодятел, на экскурсию в северную пальмиру! Присоединился к прекрасному, ощутил мощь культурной столицы! Вот она культура, во всей своей красе. Твою ж мать! Как же я теперь обратно в Саратов доберусь? О! Я из Саратова! Голый, в лесу у Питера, из Саратова. Сразу прям легче стало, ага! Хотя, с другой стороны, руки ноги на месте, я второй раз ощупал себя, шрамов вроде нигде не прибавилось. По крайней мере, я ни одного не нащупал, значит ничего из меня не извлекали. Уже неплохо. А то в нашем современном мире, можно было и чего-нибудь из внутренних органов не досчитаться, а то и не чего-нибудь, а всего.

А чего это в лесу так тепло? Я в районе Питера, пусть и лето, но ночью и голышом должно быть довольно зябко. Хорошо, что комаров нет. Я всё-таки рискнул провести раскопки на глазах и очистить их от мусора, предварительно обтерев руки о собственное тело. С каждой секундой оно слушалось всё лучше. Вот и глаза послушно открылись, показав мне совсем не радостную картину. Лес был неправильный.

Не могу сказать, что я прям заядлый обиталец лесов и любитель постоянных турпоходов или пикников на природе, но бывать в лесу всё же приходилось. И то что сейчас меня окружало на него походил весьма отдалённо. Хотя бы потому, что больше напоминало сплошной бурелом, нежели привычный мне лес, больше похожий на парк. Да и деревья все посечены и переломаны на высоте буквально метров пяти, словно тут кто-то их старательно срезал. Вот только они срезаны не аккуратно: пилой или топором, а словно стволы пулями перешибали или снарядами. Но кто же это тут так рьяно по лесу стрелял? И почему так высоко? Да и где вы видели такие пули, что запросто могут разломать ствол метрового в диаметре дерева. Хотя мне-то откуда об этом знать? Меня же признали негодным к военной службе из-за моей дикой аллергии на лактозу.

Это куда же меня забросили? На какой-то военный полигон? Где проводятся испытания нового оружия? И сейчас, возможно, готовится новый залп? Как-то мне сильно поплохело от моих предположений. Кстати, а небо-то уже сереет. Стоп! Это что же, рассвет? Утро красит рыжим цветом стены древнего кремля… Какой кремль, к чертям собачьим? И почему рыжим, когда вроде должно быть нежным? Стоп! Рыжим! Рыжов. Рыжов – моя фамилия. Роман Фёдорович Рыжов. Вот! Фамилия у меня оказалась связано с изобразительным искусством, хотя в рисовании это оранжевый, а в рыжий – это цвет волос. Тогда получается, что фамилия моя ни с какой наукой не связана. Жаль, а так красиво выглядела теория… Ну и ладно, главное я себя вспомнил, да и картинку вчерашнего более-менее восстановил. Осталось только одежду восстановить… Вот только это от одного моего желания вряд ли получится. Похоже, придётся выходить к людям в таком виде. Плохо. Как-то я стесняюсь. Несколько непривычно выходить к незнакомым людям голышом, я же не фотомодель какая или эксгибиционист…

Воспоминания дальше пошли ворохом. Я вспомнил себя вполне отчётливо. И кто я такой, и откуда, и сколько мне лет, маму, папу, сестру, племянницу, даже то, что я делал в Питере и то вспомнил. Это мне на работе дали путёвку для общего образования и повышения культурного уровня. Сказали: «Рома, ты уже три года без отпуска вкалываешь. Отдохни, съезди в культурную столицу, приобщись к культуре, посмотри на Эрмитаж и Петергоф». Список перечисленных мне достопримечательностей на этом закончился, видимо, те, кто меня послали, тоже не намного больше меня в культуре понимали. Другие коллеги ещё мне подсказали обязательно посмотреть Исаакиевский собор и храм Спаса-на-крови. Кто-то вспомнил Аничков мост, Невский проспект, Дворцовый мост, медного всадника. Оказывается неслабо в Питере достопримечательностей, а ведь наверняка ещё далеко не всё мне набросали. Вот я и шастал вчера, осматривал всё названное и скрупулёзно мной записанное. Петергоф был оставлен на сегодня, но что-то сегодня у меня пропало желание туда идти, да и одет я несколько не экскурсионно… Вернее совсем не одет, но это же такие мелочи, правда?

В общем, надо где-то разжиться одеждой. Ага, и не попасть под обстрел. В общем, задача минимум – выжить и одеться.