Укрощение строптивого. Дракон для попаданки

— Покажи мне его! — требовательно прозвучал девичий голос, и Корнелиус вздрогнул.

— Кого, моя богиня?

Первосвященник великой богини Элианы, Корнелиус Пронт, был небольшого роста и круглый, как шарик. Длинные каштановые волосы собраны в замысловатые косички. На лице красовались рунические символы, указывающие на его сан и служение верховной богине.

— Этого напыщенного болвана! — с усмешкой произнесла Элиана, плавно проплывая вдоль стеллажей храмовой библиотеки

Богиня предстала перед своим верным последователем сгустком света, имея только очертания девушки. За сиянием было не разглядеть ни черты лица, ни особенности фигуры, ни одежды.

— Дрейка Дариус Вайдара? — задумчиво посмотрел на сгусток света Корнелиус.

Он был первосвященником богини любви вот уже сто сорок лет. И хотя драконы живут очень долго и этот срок был для них, как младенчество, Корнелиус всё больше разочаровывался в своей миссии. Корнелиус должен был нести миру любовь и гармонию, но мир стремительно загонял себя в тупик. Никто давно не оглядывался на любовь. Миром правили договорные браки, для укрепления своего благосостояния или приближения к правящей семье.

— Да, этого строптивица, — кивнула богиня. — Посмевшего насмехаться надо мной.

Голос Элианы звучал, многократным эхом, отбиваясь от стен и заполняя собой всё пространство. Корнелиус поёжился. Он впервые видел богиню в таком гневе.

— Моя госпожа, — вздохнул Корнелиус. — Дрейк бы не посмел насмехаться над вами. Вам, наверное, показалось.

— Элиот принёс мне такие вести, и я хочу видеть этого наглеца.

Тон богини был непримиримым. Она плюхнулась в кресло и закинула ногу на ногу.

Корнелиус поморщился. Вечно эти вездесущие духи суют свои невидимые носы, куда не нужно.

— Дрейк, в общем-то, хороший, — нервно потрогал Корнелиус кончик косички своей причёски. — Просто Дрейк, как и многие, не верит в вас. Не верит в любовь и истинность.

— Они все не верят, — вдруг тяжело вздохнула Элиана. — Перестали искать истинную пару. Браки заключают только по расчёту. О какой любви и сильном потомстве они потом просят меня? Скажи мне, Корнелиус.

Богиня обиженно запыхтела, а первосвященник обвёл взглядом храмовую библиотеку, будто искал поддержки у книг и украдкой вздохнул.

— Драконы не слушают вашего покорного слугу, — расстроено произнёс Корнелиус. — А уж маги и люди тем более. Все ориентируются на веяния драконовой знати.

Очевидно, что богиня пребывала в бешенстве, но не хотела срываться на своём верном слуге и друге.

В храмовой библиотеке никого не было. Светлые своды расписного потолка убегали во мрак, куда не доставал свет светильников. Много столов, для занятий адептов, различных магических академий.

Стеллажи с книгами. Элиана сама лично повелела Корнелиусу организовать библиотеку. Наполнить её книгами о добре и любви. Но посетителей здесь всегда было немного.

Элиана тяжело вздохнула.

— Покажи ваш разговор, — повелела богиня.

— Да, сейчас, — засуетился Корнелиус.

Корнелиус притащил плоский, невысокий серебряный сосуд на подставке. Налил туда свежей воды и капнул из трёх небольших флаконов по несколько капель разной жидкости. Опустил руку в воду и вставил пальцы в специальные углубления.

По воде сосуда пошли волны, и Элиана склонилась над ним, пытаясь что-то рассмотреть. Наконец, рябь улеглась и появилась картинка из воспоминаний Корнелиуса.

В коридоре королевского дворца громко стукнула дверь, и оттуда быстрым шагом вышел высокий, крепкий мужчина. Он удалялся от дверей кабинета короля, пребывая в явном бешенстве.

Желваки ходили ходуном на аристократическом лице. Русые волосы, чуть прикрывающие уши, растрепались. Глаза горели гневом. Он чеканил шаг, со злостью впечатывая высокие армейские ботинки в мраморный пол дворцового коридора. За плечами развевался плащ, подбитый чёрным мехом горной лисицы.

— Дрейк, постой! — донёсся в спину крепыша просительный тон Корнелиуса, и дракон остановился.

Прикрыл глаза, явно пытаясь успокоиться. Шумно выпустил воздух из лёгких и, сложив руки на груди, повернулся к спешащему за ним первосвященнику.

— Ну, что ещё? — раздражённо отозвался Дрейк, явно не собираясь и на секунду дольше, задерживаться во дворце короля.

Корнелиус в светло-серой рясе, практически катился по огромному коридору дворца. Поравнявшись с Дрейком, первосвященник пошёл более степенным шагом, всё ещё натужно отдуваясь.

— Его драконовость очень недоволен твоей сегодняшней выходкой, — покачал головой Корнелиус и неодобрительно посмотрел на собеседника.

Дрейк, нервно сжал кулак на рукояти меча — символе древнего рода. Даже богиня услышала, как дракон скрипнул зубами и быстрым шагом пошёл прочь от королевского кабинета.

— Совещание Совета Министров сегодня, явно не задалось, — попытался пошутить Корнелиус, но встретился с холодным взглядом Дрейка, покосившимся на него свысока.

— Я не собираюсь жениться на пустоголовой идиотке, которая сама себя позорит, — огрызнулся дракон.

— Но ты ведь действительно спал с Жавенитой? — настороженно спросил Корнелиус.

— Спал и что? Я с кем только не спал и что мне теперь, жениться на каждой? — фыркнул Дрейк, возмущённо разводя руками.

— Но она троюродная племянница короля, и ваш брак способствовал бы большему процветанию королевства, — отозвался Корнелиус. — Его драконшество готов дать за неё четыре города на севере. Это же рядом с твоей Академией…

— Не собираюсь я жениться, — огрызнулся Дрейк и гневно посмотрел на собеседника. — По крайней мере, не в ближайшем будущем. Да и вообще не вижу смысла связывать себя узами брака.

— Дрейк, — вздохнул первосвященник. — Ты же сильный дракон, и тебе давно пора обзавестись потомством.

— Зачем? — непонимающе посмотрел Дрейк на Корнелиуса.

— Ну, чтобы стать продолжателем своего славного рода и подарить королевству несколько таких же достойных драконов, — задумчиво посмотрел Корнелиус на Дрейка.

— А ты?

— Что я? — непонимающе моргнул первосвященник.

— Ну, ты тоже мог стать продолжателем своего древнего рода, — приподняв одну бровь, усмехнулся Дрейк.

— Я выбрал путь служения нашей прославленной богини, — пожал плечами Корнелиус.

— Корнелиус, я помню тебя в Академии, ты ни одной юбки не пропустил и был тонкий, как тростинка, — усмехнулся Дрейк. — А теперь? Посмотри на себя.

— У меня большей частью сидячая работа, — обиженно ответил первосвященник. — И есть постоянно хочется из-за постов. Вот и ем, пока богиня не смотрит.

Он усмехнулся.

— Потому что все проблемы из-за женщин, — назидательно приподнял Дрейк палец вверх. — Стоит их чуть-чуть подпустить ближе к себе и всё — ты уже выполняешь их капризы и сам себе не принадлежишь. Спасибо, не надо. Меня устраивает нынешняя ситуация в моей личной жизни.

Богиня подняла голову и посмотрела на стоя́щего у сосуда Корнелиуса. Он смутился, пошёл красными пятнами и отвёл взгляд. Элиана хмыкнула и вновь наклонилась над изображением.

— А если ты встретишь свою истинную? — почесал в задумчивости жидкую бороду Корнелиус.

— В Ортелии истинность давно умерла, как рудиментарное явление древности, — усмехнулся Дрейк. — За последние пятьсот лет ты можешь припомнить хоть одну истинную пару?

— Нет.

— Вот и я не могу, — пожал плечами Дрейк.

— Но Элиана учит нас верить в любовь и истинную пару, — вздохнул Корнелиус.

— Боюсь, что твоя богиня давно бросила этот мир, — хохотнул дракон.

— Это вы все бросили богиню, — обиделся Корнелиус. — Вот Жавенита, например, она же влюблена в тебя. Это сразу видно. Просто так не стала бы девушка прерывать важный Совет Министров у дяди. Может, тебе стоит получше приглядеться к ней? Вдруг она и есть твоя истинная пара?

— Она просто пустоголовая дура, — вспылил Дрейк и нахмурился. — Заявиться на совет и начать читать свои дурно написанные стихи.

— Заметь, для тебя написанные, — подмигнул Корнелиус.

— Пффф, — фыркнул Дрейк. — Но о чём? Как мои уста ласкают её грудь? И это во всеуслышание? Девица действительно думала, что может меня так сильно возбудить своим подобным выступлением, и я сразу потащу её под венец?

— Но ты мог бы так не орать на девушку при всех? — понурился Корнелиус. — Как никак, ты декан Ледяной Академии. — Она же одна из твоих учениц.

— Глупые дамочки, только поступившие и мнящие себя великими адептками любого из направлений магии? Да они просто ничего не понимают ни в магии, ни в жизни, — отмахнулся Дрейк от слов первосвященника. — И как вам вообще удалось убедить меня открыть женские факультеты? Меня теперь одолели юные и не очень девы, пытающиеся забраться мне в постель и женить на себе!

Дрейк гневно сверкнул глазами на собеседника.

— Ты всегда пользовался успехом у женщин, — с завистью отозвался Корнелиус. — А с тех пор как ты вышел в отставку и стал ректором… Вот женился бы и сразу избавился от проблемы излишнего женского внимания, раз оно тебя тяготит. Да и Его Величество очень настаивает на твоём браке.

Дрейк фыркнул и, остановившись, посмотрел прямо в глаза Корнелиуса.

— Если когда-нибудь встречу действительно умную девушку, которая сможет меня поразить — то сразу женюсь. Так и передай королю. А теперь мне пора, извини.

— А если дуру, но она окажется твой истинной парой? — язвительно хихикнул первосвященник в спину Дрейка.

— Тогда можешь сожрать меня, — подмигнул Корнелиусу дракон, выходя на обдуваемую всеми ветрами взлётную площадку над обрывом.

— Упрямый ты, Дрейк, ой упрямый, — послышалось ему в спину. — Однажды найдётся девушка, которая проучит тебя за твою строптивость. Вот тогда я посмотрю на тебя.

Но Дрейк лишь усмехнулся, обратился в серого дракона, встал на крыло и улетел.

Изображение вновь пошло рябью, и Корнелиус вытащил руку из воды.

— Значит, это я виновата, что ты так раздобрел, да, мой друг? — усмехнулась богиня.

— Прошу заметить — это слова не мои, — пробормотал Корнелиус, пытаясь втянуть живот, и посмотрел прямо на богиню.

— Думаю, пора тебе слегка похудеть, — задумчиво произнесла Элиана. — Буду более пристально следить за тобой, Корнелиус. Отныне у тебя месяц капусты. И никаких пирогов.

— Да, моя богиня, — понуро отозвался Корнелиус.

— Я пошутила, — засмеялась Элиана.

Она проплыла по храмовой библиотеке туда и обратно и вдруг хлопнула в ладоши.

— Я знаю, как проучить этого строптивца!

— И как же? — настороженно спросил Корнелиус.

— О, ты оценишь, мой добрый друг, — засмеялась Элиана. — Фариус!