Улыбака

На захудалом хуторе, где едва набиралось с десяток обветшалых домов, под вечер собрались детишки. Словно стайка голодных воробьев, они окружили бабушку, устроившуюся на покосившейся лавочке у неё дома, некоторые уселись на деревянном полу. Бабуля, с лицом, изрезанным морщинами, как кора древнего дерева, терпеливо ждала, пока все усядутся. В её-то годы спешить уже некуда было. Наконец, когда последний малыш устроился, подстелив под себя солому, старушка начала выбирать истории для рассказа. Она была самой пожилой во всем поселении, и её любили все, особенно местная ребятня. Каждый вечер она собирала у себя детишек и рассказывала им давно забытые сказки или истории про странных героев, которые когда-то давно посещали хутор и останавливались здесь в перерывах между своими приключениями. Во времена расцвета королевства, эти земли знали множество таинственных и интересных приключений.

— Бабуль, а расскажи про Улыбаку! — раздался голос юнца, который сидел ближе всех, упираясь подбородком в колени.

— Да, да! Про Улыбаку! — подхватила остальная ребятня, словно стайка попугаев, подхвативших крик вожака.

— Опять? Я же только недавно рассказывала вам эту историю… — старушка посмотрела на жалостливые глаза детишек и с тяжелым вздохом продолжила, — Ладно, уговорили. Когда-то давно, когда я была такой же маленькой, как вы, к нам наведался один оооочень загадочный человек! Он был одет как придворный шут: на шляпе звенели колокольчики, разноцветная куртка переливалась всеми цветами радуги, а на лице у него была белая маска с застывшей на ней улыбкой. Будучи еще ребенком, я прозвала его «Улыбака», конечно, из-за его маски.

— А это правда, что он был магом? — скромно спросила девочка, сидя на подушке из сена и поджав под себя ножки.

— Да, каждую ночь он устраивал самые настоящие волшебные представления! Из своего коротенького, но могучего посоха он выпускал в небо прекрасные огни, которые расходились на множество сияющих осколков, словно разноцветные звезды! Люди поначалу пугались, когда из зеленого рубина на его посохе вырывался огонь, думали, их можно понять, что драгоценный камень — лишь украшение. Но потом привыкли и стали радоваться. Он творил самую разную магию: превращал листву в маленьких зеленых человечков и заставлял их танцевать на ветру! Как-то раз чуть не спалил мельницу, показывая нам огненное дыхание древних драконов, спрятанное у него в маленькой бутылочке. Множество волшебных вещей он доставал из своей бездонной сумки: усыпляющую пыльцу фей, зелье для разговоров с жабами, зуб гаргульи, превращающий дерево в камень, и многое другое…

— Не может быть такого! — пропищал самый противный ребенок, скрестив руки на груди. — Где он всё это взял?

— Скорее всего побывав в самых разных приключениях. Он не много рассказывал о себе, но одну историю я помню. Как-то Улыбака забрался в лагерь злых лесных бандитов! Скрываясь в темноте и ныряя в тени, словно они были какой-то жидкостью…

Где-то на другом конце королевства, в прогнившей до основания таверне с вечным запахом пьянства и разврата, по счастливому стечению обстоятельств, троица доходяг не самой приятной наружности и с полной чашей злобы внутри выпила достаточно, чтобы начать рассказывать подобные небылицы. Там частенько засиживались не самые приятные люди обсуждая свои проблемы с законами.

— …И ты представь! Он оказался в палатке Малыша Джэка, выпрыгнув зайцем у него из-под кровати! Тот проснулся и опомниться не успел, как увидел этого Шута с сундуком золота в руках! Да, целый сундук золота Малыша Джэка! Потом яркая вспышка света — и он исчез! Зуб даю, я сам видел! — рассказывал самый пьяный из них, размахивая руками так, что чуть не опрокинул кружку соседа.

— Ты чего нам тут заливаешь? У Малыша Джэка никто не крадет. Только дурак осмелиться на такое. Да и что ты забыл поздно вечером у него в палатке? — второй, самый умный из троицы, явно был настроен скептически.

— Я проснулся, чтобы отлить у куста! Я видел вспышку света из его палатки. Джэки потом всю ночь прочесывал лес с нами, чтобы найти этого плута! Ты представляешь? Мы лучше всех знали эту местность, а он будто сквозь землю провалился! Среди разбойников за его голову давали награду в сорок золотых! Целое состояние,представить сложно. И самые лютые головорезы, дай бог, возвращались со всеми конечностями после встречи с ним…

— Вроде за него дают награду не только по нашим каналам. Сам король предлагает за голову безумного шута столько золота, сколько сможешь сам унести. — только подняв лоб от стола, третий, с заплетающимся языком, поддержал своего друга. — Я… я хотел сам его найти, но трусу повезло! Попадись он мне, и все золото старого короля станет моим!

— А король-то за что его ищет? — поинтересовался скептик.

— Говорят, что он пробрался в башню к принцессе, самое охраняемое место во всем замке! Причем при свете дня, когда стража была в полной боевой готовности…

На следующий день, уже ближе к полудню, в коллегии магов, а именно в корпусе обучения студентов, пожилой, но с виду крепкий преподаватель с легкой белой щетиной и густыми седыми волосами рассказывал своим студентам эту же историю:

— …Знаете, лучшие наши магистры ставили магические барьеры в той башне, а он взял и просто туда пробрался незамеченным. — спокойно говорил он, отвечая на вопрос по теме защитных рун. — Так что никогда не стоит быть самоуверенным. Даже самую сильную магию можно обхитрить. Если даже лучшие из нас ошибаются, то для вас это тем более не грех. Во все времена были подобные уникумы, которые плевать хотели на все правила и законы. Они творили волшебство, как им вздумается и где им вздумается.

— А что он делал у принцессы в башне? — спросил один из студентов, явно ожидая пикантных подробностей. Его глаза блестели, как у кота, учуявшего запах свежей рыбы. Остальные ученики, словно стая ворон, наклонились вперед, чтобы не пропустить ни слова.

Преподаватель, бывалый маг с седыми волосами, которые, казалось, хранили больше тайн, чем все библиотеки коллегии, усмехнулся. Он явно наслаждался моментом, как артист перед кульминацией спектакля.

— Ну, — начал он, медленно обводя взглядом аудиторию,—они там, это… развлекались. —Он сделал паузу, давая студентам время представить себе всё самое непристойное. —Улыбака, как всегда, был изобретателен. Он не просто пробрался в башню принцессы, он умудрился устроить там целое представление. Говорят, он превратил её комнату в подобие тропического рая: пальмы из воздуха, пестрые птицы, поющие похабные песни, и даже фонтан, из которого лилось не вода, а вино. Принцесса, конечно, была в восторге.

Преподаватель снова замолчал, чтобы поправить очки на носу, которые, казалось, вот-вот сползут от тяжести его мудрости.

— Его шалость бы и удалась, если бы не служанка, зашедшая с обедом в покои к госпоже. — Он вздохнул, как будто сам был свидетелем этой сцены. — Она застала их, так скажем, в весьма… "обнаженном состоянии". Говорят, её крик был настолько громким, что его услышали даже в северной части банкетного зала. А это, знаете ли, довольно далеко. Там как раз в тот момент король обедал с послами из соседнего королевства. Представьте его лицо, когда он узнал, что его дочь развлекается с бродячим магом, который ещё и учился в коллегии! По родословной он никто, не более земледельца или пахаря.

Студенты захихикали, но преподаватель поднял руку, чтобы восстановить порядок.

— После этого, — продолжил он, — Улыбака вылетел с первого курса. Да, он был таким же студентом, как и вы. Только, в отличие от вас, он предпочитал учиться не по книгам, а на практике. Король, естественно, приказал его найти и казнить. Но, как вы знаете, Улыбака — не из тех, кого легко поймать. Он словно тень: появляется там, где его меньше всего ждут, и исчезает, когда его пытаются схватить.

Один из студентов, тот самый, что задал вопрос, не удержался и спросил:

— А что было с принцессой?

Преподаватель улыбнулся, как будто ждал этого вопроса.

— Принцесса? Она до сих пор утверждает, что это был самый захватывающий день в её жизни. Но, конечно, официально она отрицает всё, что произошло. Король не любит, когда его дочь упоминают в таких историях.

Аудитория взорвалась смехом, но преподаватель снова поднял руку.

— Так что, — закончил он, — если вы вдруг решите последовать примеру Улыбаки, помните: магия — это не только сила, но и ответственность. И, конечно, всегда следите за тем, чтобы двери были заперты.

Студенты засмеялись, но в их глазах читалось восхищение. Улыбака, даже будучи изгнанником, оставался легендой. И, кто знает, может быть, кто-то из них однажды повторит его подвиги. Хотя, конечно, с меньшими последствиями.

— И его нашли? — тихо прошептала студентка с красными щеками от услышанного.

— Нет. Ни коллегия, ни охотники на магов, никто не мог к нему подобраться. Он словно тень путешествует по всему королевству в поисках новых приключений. — с легким вздохом произнес учитель.

— И что, никто не знает, что с ним?

— Говорят, его в последний раз видели на пиратском корабле, державшем путь к Темным землям…

— …Убили его в дуэли! А тело сожгли и закопали остатки! — пьянчуга говорил с озлобой, распространяя последние слухи. — Или выбросили его тело в море, на съедение акулам. Я сам слышал, как торговцы в порту говорили об этом!

Это был нищий и бездомный человек, по всему виду бывалый моряк, уже как три месяца не выходил из нещадного запоя.

— Нет, я слышал, что его съел дракон. — задумчиво произнес торговец средней руки с вольных земель. — Аккурат рядом с Железной горой.

— Да врете вы все, живёхонький он! — фыркнул второй торговец, пухлый мужчина с лицом, напоминающим перезревшую тыкву, и бородой, которая, казалось, хранила в себе остатки всех съеденных им за жизнь пирогов. Он отхлебнул из кружки, оставив на усах пенную шапку, и продолжил, размахивая рукой так, будто отгонял назойливых мух. — Только недавно он устраивал кутёж с лесными эльфами, этакий шабаш, который даже старые дубы в округе смутил. Галлюциногенные грибы, ведьмы, танцы вокруг костра под луной — всё как положено. Эльфийки, говорят, до сих пор вспоминают его с придыханием. Ну, вы понимаете, эльфийки… они ведь такие… изящные. А он, знаете ли, умеет произвести впечатление.

Торговец подмигнул так многозначительно, что его собеседники захихикали, как недалекий юноша, услышавшие похабную шутку.

— Но самое интересное, — продолжил он, понизив голос до таинственного шёпота, — он вернулся с Темных земель. Да-да, оттуда, где даже тени боятся собственных отражений. И прихватил с собой кое-что очень ценное… — Торговец замолчал, словно давая своим словам повиснуть в воздухе, как дым от костра.

— Ну и что же он прихватил? — нетерпеливо спросил первый пьянчуга, чуть не опрокинув стол в своём рвении узнать подробности.

— А вот это, друзья мои, — торговец ухмыльнулся, — уже совсем другая история. Но знайте, что это нечто такое, ради чего даже сам Темный властелин готов был бы надеть праздничный плащ и станцевать джигу.

Собеседники замерли, пытаясь представить себе Темного властелина в праздничном наряде. Пухлый торговец, довольный произведённым эффектом, откинулся на спинку стула и добавил:

— Так что, если вдруг встретите Улыбаку, передайте ему, что я готов предложить за эту штуковину хорошую цену. Ну, или хотя бы пару бочонков эля. Он, говорят, ценит хороший напиток. Хотя, думаю мне такое не по карману. Без шуток, говорят это настолько ценная вещь...

— …Черную, как сама ночь, сферу — сердце нашего темного и могущественного властелина… — говорила культистка на своем таинственном собрании. — …Мы должны найти, куда её спрятали. Мы чувствуем негодование властелина, и его терпение подходит к концу.

Все происходило в темно, запятнанном кровью склепе. Тусклые свечи едва освещали каменные стены, видавшие здесь множество жертвоприношений. Гиблое местечко, куда лучше не заходить, особенно если ты не готов отдать свою душу для служения в бессмертной армии. Даже воздух тут был пропитанным едким запахом запретной магии.

— Как у этого смертного оказалось сердце нашего Лорда? — недоуменно поинтересовалась такая же таинственная личность из культа, облаченная в черную робу с капюшоном, как и все остальные.

— Он обманул господина, когда попал в плен к нему. Он обещал власть и бесконечное могущество, силу, способную разрезать небеса и добраться до богов! Его уста, подобно змею, заворожили темного господина, и тот послушал его, отдав свое сердце для магических ритуалов.

— …И, представь себе, — начал инквизитор в золотых доспехах, сверкающих так, будто их только что отполировали святым маслом, — он подсунул это сердце в балахон Святого Отца Игнаса! — Он сделал паузу, чтобы его слова успели осесть в головах слушателей, как пыль на церковных алтарях. — Вот это шуму-то было! Представьте: Святой Отец, весь такой благочестивый, с лицом, как у ангела, который только что съел лимон, вдруг обнаруживает у себя за пазухой сердце Темного властелина! Это ж не просто сердце, это целый артефакт, который, если верить слухам, пульсирует, как живое, и шепчет на древнем языке что-то неприличное.

Зал инквизиторов вспыхнул смехом. Эти суровые мужчины и женщины, привыкшие к крови, пыткам и прочим радостям своей работы, любили послушать истории, особенно те, которые как-либо очерняли церковников. Если священники из управления были для них гнусными политиканами в шелковых рясах, то инквизиторы считали себя настоящими полевыми воинами, грудью и кровью принимающими все сложности мирские. И, конечно, они друг друга сильно недолюбливали.

— Кое-как Игнас смог откреститься, — продолжил рассказчик, смакуя каждое слово, — приняв обед смирения и уйдя в горный монастырь. Говорят, он до сих пор там сидит, читает молитвы и время от времени проверяет, не подсунул ли ему кто-нибудь ещё чего-нибудь тёмного и пульсирующего.

Смех в зале стал ещё громче. Один из инквизиторов, высокий мужчина с лицом, похожим на скалу, даже уронил кружку, что было для него редкостью.

— Дело замяли потихоньку, — продолжил рассказчик, — поэтому в наших подвалах теперь царит эта тёмная аура. Никому нельзя туда спускаться, даже крысы сбежали. Говорят, одна из них вернулась с красными глазами и начала цитировать древние пророчества.

— Так что с сердцем? — спросил кто-то из зала не самого развитого склада ума, едва сдерживая смех.

— А ты сам догадайся , — инквизитор ухмыльнулся, — Официально?.. исчезло. Как и сам Улыбака. Но знаете, что самое забавное? Сейчас все бегают в поисках новой кандидатуры на главу церкви. И, представляете, никто не хочет на эту должность! Все боятся, что Улыбака подсунет им что-нибудь ещё. В прошлый раз это было сердце, а кто знает, что он придумает в следующий раз? Может, подкинет пару демонов в ночной горшок или устроит оргию в священной купели.

Зал снова взорвался смехом. Инквизиторы любили такие истории, особенно когда они заканчивались унижением тех, кто считал себя выше их.

— А ведь я отлично знаю его! Улыбака не часто захаживает ко мне выпить лучшего церковного вина, но я всегда с нетерпением жду его прихода, чтобы послушать новые его истории… — продолжал главный среди братьев, глазами ища еще одну тару с вином.

— Врешь ты всё, не было такого… — ответил второй инквизитор, совсем не веря своему уважаемому другу.