Усложни хоть всю жизнь, до степени невезенья,
Пусти всё в рост, как зимние сумерки - ночь.
Даже отдалённо понедельник не напомнит мне воскресенья,
А тем паче, туман, город в тумане, дождь.
Я уже не узнАю мест, где когда-то шлялся,
Гранитным телом, стеснённую душу реки,
Деревьев, сада над ней, под звуки царского вальса,
Лица, отражённого ею - ожившей беглянки - тоски.
Загляни в мою душу, за золочёную дверцу.
Строгий увидишь вокзал, дорогу за горизонт.
Бедную Матушку-Русь, разом вместившее сердце,
И за пол-банкой вдвоём с Богом, подвыпивший чёрт.
Где моё место теперь? Где моё время и место?
Вижу в просторе своём запертой Мексики дверь
Горы столпились вокруг, гитры на фоне оркестра
Грустные песни поют, в такт безвозвратных потерь.