Уточка

Уточка. Сказка.

В начале лета, в славный месяц птенцов, появилась на лесном озере Белом, маленькая уточка. Крошечные зубики вдоль клювика, лапки-ласты, тушка тëпленькая пушистая, глазики ягодки с росинками. Родители Утка и Селезень назвали уточку Бусинка. Были у Бусинки сестрëнка Лапушка и братики Нырок и Клювик. Остальные яйца утащила лиса. Лето тëплое впереди, ночи белые, дождик-не беда и всё вокруг такое интересное, большое-пребольшое и радостью светится. Четверо пушистых шарика, плавали за родителями, учились нырять, задрав кверху хвостики-поплавки, карабкались к тëплому гнëздышку по скользкому бережку и с опаской подрастали. А вокруг родного озера ревел от счастья, что перезимовал, красавчик лес и каждый житель в нëм торжествовал и бодрился.

Время шло, солнышко ласковое грело и Бусинка из крохотного утëнка превратилась в подростка и уже чуть что, взлетала с разбегу вместе со своими и свистя крыльями мчались они над водой и уходили за лес, на озеро Глубокое или Чëрное. Озëр в тех местах несколько было, и все рядом, если ты на крыльях.

Однажды Лапушка с Бусинкой баловались со знакомым Карасиком недалеко от берега. Карасик подплывал к уточкам снизу и покусывал их за лапки. Уточки звонко, как девчонки во дворе, взвизгивали и ныряли за Карасиком. Но рыбка, поблëскивая золотыми бочками уходила на глубину. Уточки гонялись за Карасиком под водой, а он, дурачась уворачивался и постукивал их, и покусывал то за хвостик, то за крылышко. Нырок и Клювик плавали неподалёку, воображая себя отважными супер-селезнями и, уж конечно, такими глупостями, как сестрички, заниматься им было некогда! Перебивая друг друга, они рассказывали, каждый про самого себя, разные небылицы. "А я то!!!" - орал Нырок- "Лисе крылом по шее НА! И клювом ей... "." Чего врëшь!" -звонко крякал Клювик- "А я Медведю в спину влетел, так он на пузо грохнулся! " . "Врëшь ты всë! " -морщился Нырок и поглядывал на своë отражение в воде: мужественно ли у него сжат клюв. " Что?!"-хлопая крыльями и тоже украдкой поглядывая на своë отражение, возмущался Клювик- "А вот я однажды...". Утята играли веселились и шумели, а в это время, за ними, затаившись за деревом наблюдал дядюшка Хорëк. Солнышко поднялось повыше, ветерок разогнал хмурые тучки и утятам стало ещё веселей! Девчонки завизжали пуще прежнего, а мальчишки, разогнавшись, стали выскакивать по-очереди, на дальний берег, кто дальше. Они и думать забыли о том, что родители запрещали им это строго-настрого. Клювик разогнался и проехав на лапках по глинистому мокрому бережку, гордо подбоченясь повернулся к братику- "Ну что, Нырик, я выиграл!" заорал он. В это время, дядюшка Хорëк, мелькнул страшной тенью и Клювика не стало. Нырок, видя всё это, завопил так, что всполошилось всë озеро. Тут же рядом оказались родители, сестрëнки и другие утки, взрослые и дети. Громко крякая, они плавали возле того места, где пропал Клювик, вглядываясь в тëмный лес, но утëнок исчез навсегда. Только несколько пушистых пëрышек шевелил на берегу тëплый ветерок. В этот день утята больше не играли.

Лесные жители быстро забывают о несчастьях. Жизнь в лесу очень опасна, каждый день кого-нибудь съедают, давят, ловят и подстреливают. Страшно малышам и взрослым, но сильные крылья и помощь друзей выручают. Утята подросли, лето разгорелось яркой, огненной жарой и тучи комаров и мух кусачих нападали на зверей, грибников, птиц и даже лягушек.

Прошло время, незаметно, ночью явился Грустный август, начали желтеть и сохнуть листики, чаще пошли дожди и загрохотали на озере выстрелы. Открылась охота на водоплавающих. Жить стало ещё страшней. Утки теперь держались стайкой, далеко от берега и всегда выставляли дозорных. Однажды, рано утром, несколько охотников окружило озеро и хотя дозорные заметили одного и подняли тревогу, но стая поднявшись полетела в сторону других стрелков. Охотники обманули уток. В этот день погибли Папа Селезень и Лапушка. Долго трепыхалась от боли раненная Лапушка на воде, пока охотник на берегу не накачал ногой резиновую лодку и не забрал умирающую уточку себе на обед. Бусинка и Нырок остались с Мамой Уткой. Охотники теперь стреляли почти каждый день и утки метались теперь от озера к озеру, редко оставаясь на одном месте.

Был уже конец сентября, похолодало и часто шли дожди. Утки готовились к большому перелëту на юг. Всë больше носились они со свистом над озëрами, выстраиваясь углом, где сильные летели первыми. Нырок и Бусинка стали уже совсем взрослыми, научились в полëте уворачиваться от дроби, глубоко и подолгу нырять и начинали понимать, что надо делать, чтобы выжить.

На озеро повадились за рыбой мужики. Несколько раз в неделю они на лодке проверяли свои сети, вытаскивали их на берег, забирали немногочисленную рыбу и ставили опять, в новом месте. Уток рыбаки не трогали и те их не боялись. Как то утром стая уток плавала далеко от берега. Охотников не было, светило осеннее солнышко и лес громко шумел сухой, не опавшей листвой. Утки ныряли за завтраком, кто задрав к небу хвостик и лапки, а кто и поглубже. Мама Утка, Бусинка и Нырок, изредка поглядывая друг на друга не отставали от других. Их друг Карасик плавал с ними. Он тоже подрос, но всё так же, по-мальчишески лихо, покусывал и постукивал Нырка и Бусинку. Мама Утка в играх не участвовала, она была для этого слишком взрослая. Бусинка подплыла к маме и стала слушать её рассказ о юге, теперь все утки только об этом и говорили. Солнышко скрылось и пошëл дождь. Вся стая поплыла под дальний берег в высохшие, жëлтые камыши и только тут Мама Утка заметила что нет Нырка. Крякали, звали, но он так и не появился. Бусинка бросилась на то место, где видела брата последний раз и нырнула. Под водой отчаянно бился Нырок изо всех сил стараясь спастись, его лапка запуталась в рыболовной сети. Карасик метался тут же, кусал сетку возле лапки друга, но куда-там у него и зубов то нет. Бусинка не раздумывая бросилась на помощь. Они сделали что могли и даже больше. Они плакали под водой и долго-долго не сдавались. Жизнь в лесу жестока и страшна, скоро Бусинка и Карасик тоже безнадежно запутались. Когда их нашла Мама Утка они уже утонули и только Карасик был ещё жив. Она, рискуя запутаться, поцеловала Настоящего Друга и рыдая вынырнула на поверхность. А с неба хлестал холодный дождь.

В конце октября, на юг улетела одна Мама Утка, она была сильная и часто летела первой.