Утро Инициации

Этой ночью он почти не спал. Хотя лёг раньше обычного. И много раз повторил себе, что утром необходимо быть бодрым. Лежал с закрытыми глазами и до изнеможения пытался расслабиться. Но в голове словно летали тревожные птицы: хотелось открыть глаза, перевернуться, сбросить покрывало. А утро неумолимо приближалось. Иногда он проваливался в сон, но в какой-то момент перед глазами вспыхивала мысль «Проспал!», и он вздрагивал и пробуждался. Так наступил День Обряда.

С первыми лучами солнца Мать и Бабушка бесшумно приблизились и начали облачать его в особое одеяние. Жесткое, непривычное, из тех, что не наденешь без посторонней помощи. И не захочешь надевать. Но его желания не важны — важен только обряд. Наконец, закутанный в несколько слоев ткани, он вышел на улицу.

Во дворе собрались почти все родственники, и никто из них не шутил и не улыбался. Все знали, что сегодня произойдет. Отец коротко прикоснулся к его голове, затем вручил ему Подношение Жизни — пучок стеблей редких растений. Пути назад нет. Он последний раз посмотрел на дом и, стараясь держаться уверенно, зашагал к месту проведения обряда. Отец, Мать и Бабушка шли за ним, но на расстоянии. Нельзя, чтобы со стороны казалось, что его ведут насильно.

К большой поляне, окруженной частоколом, со всего поселения стекались группы людей. Они сливались в гигантскую процессию и двигались к Воротам Отчуждения. У ворот стояли молчаливые стражи — Взрослые Воспитанники, и, увидев их синие одеяния, он съёжился. Хотелось повернуться, заплакать, броситься в объятья Матери. Но нельзя. Это будет позор для всего рода. Он чувствовал, как дрожат его колени, ощущал, что горло совсем пересохло, и всё же, набрав воздуха, громко назвал своё имя. Один из Взрослых Воспитанников шагнул ему навстречу и, схватив его за руку, быстро повел к дальнему краю поляны.

Отчуждение произошло.

Он погрузился в пучины обряда. То слева, то справа накатывали волны оглушающей церемониальной музыки и вторящие им всплески человеческого гула, неистово хлопали на ветру разноцветные полотнища. Ненавистное одеяние душило, тянуло вниз, он едва поспевал за Воспитанником, ощущая сдавленной рукой крепость его хватки. Главное — не плакать. Наконец, когда они достигли края поляны, его втолкнули в плотную группу сверстников. Покинутые, обречённые, они отводили взгляд, стараясь скрыть заплаканные лица за Подношением Жизни. Теперь они вместе — у них одно одеяние и одна судьба. И каждый из них одинок перед Обрядом.

Он оглядел поляну и не увидел родителей — они затерялись среди шумной толпы, раскинувшейся широким полукругом. В центре темнел громоздкий деревянный помост, заполненный таинственными Служителями культа. Здесь всё и произойдёт.

Вдруг вспыхнули десятки огней, освещая центр поляны. Под звуки пронзительно визжащей музыки Служители культа выстроились ровными рядами, образовав коридор, по которому не спеша, принимая поклоны и восторженные взгляды, двигалась Главная Жрица. Маленькая старушка с фиолетовыми волосами, на её шее, словно ядовитые змеи, свернулись несколько рядов разноцветных бус. Она медленно поднялась по ступеням на помост, обвела поляну хищным взглядом и вытянула руку. Музыка оборвалась. Исчезли все разговоры и крики.

— Я вас приветствую! — громкий скрипучий голос летел над поляной. — Каждый год число тех, кому суждено пройти обряд, растет, и это не может не радовать. Знаю, среди вас есть те, кто боится — напрасно. Сегодняшний день — это великое благо…

Жрица стояла неподвижно, но ему вдруг показалось, что она смотрит прямо на него.

…Вы шагнете в пучины неизведанного, и то, что вам откроется, изменит вас навсегда...

При этих словах Служители двинулись к отдельным группам участников Обряда…

…В мире многое колеблется: сейчас дни становятся холоднее, и каждый из людей хоть раз ощущал страх, что тепло может никогда не возвратиться. Но я не боюсь. Вы пришли сюда сегодня и придете еще много раз, прежде чем уйти навсегда. Многое колеблется, но что-то постоянно…

Высокий Служитель двигался прямо на него, не замечая остальных. От жёсткого стального взгляда внутри всё мучительно сжалось, обеими руками он протянул Служителю Подношение Жизни.

…Так было до моего рождения, и так должно быть всегда…

Служитель застыл в шаге от него, ожидая приказа Верховной Жрицы.

Мне остаётся только всех вас поздравить с поступлением в Первый класс…