Уволена с контракта судьбой

Зал заседаний №3

— Пункт первый: объект семьдесят три. Элиза. Человек. Женщина. Нелицензированная магическая активность отсутствует, но коэффициент событийности зашкаливает, — монотонно отчитался архивариус, перелистывая пухлую папку, будто пытался её выдрессировать.

— Переводим на нормальный язык, — сказал магистр маршрутизации судеб, потягивая чай с корицей. — У неё жизнь, как хроника в хрустальном шаре: треск, вспышки и соседи стучат ручкой по стене.

— Верно, — подтвердил гном Финбольд, ревизор. — Невеста короля — раз. Увольнение по королевской же печати — два. Приданое обнулено, репутация… колеблется в туманах.

— То есть проблемная?

— Нет, — Финбольд задумчиво постучал пером по столу. — Она живая. А это в наше время хуже любого проклятия.

В зале наступила пауза, в которой кто-то громко уронил печать на пол, и она укатилась под шкаф.

— И что прикажете? — спросил магистр.

— Изолировать. Участок №14-Б. Хутор на краю карты. Дом с характером, чтобы мог огрызнуться. Сосед — особенный, чтоб держал в тонусе.

— Особенный — это который… тот самый?

Финбольд кивнул, как будто речь шла о чайнике, который иногда стреляет паром в спину.

— Пусть поживёт. Остынет.

— А если не остынет?

— Тогда, — Финбольд щёлкнул папкой, — мы наконец-то получим новую легенду для архива. А то у нас с прошлого года только скучные сказания про налоги и неудачные привороты.