Узурпаторы Небес I. Легенда об Альтимаку

ЧАСТЬ II. НЕНАВИСТЬ В ТВОИХ ГЛАЗАХ

«Ибо всякий, кто творит зло, ненавидит свет и не приходит к свету, чтобы дела его не были разоблачены»

(Иоанна 3:20)

Солнечный свет мягко освещал землю, придавая всему вокруг тёплый золотистый оттенок. Сквозь рваные клочья белоснежных облаков пробивались лучи света, играя в листве деревьев, а ветер, раскачивающий ветви, заставлял тени на земле плясать замысловатый танец.

Здесь, укрытая от посторонних глаз и, что самое главное, от стражей и приставов, находилась небольшая, по местным меркам, станица разбойничьей шайки под управлением Заррока, именитого атамана, которого ещё прозывали Волчарой. У станицы этой не было имени, не была она и отмечена на картах – сие место было сугубо тайным, а о его местоположении знали лишь члены разбойничьей шайки, которые её и основали.

Отсюда, из самой глухомани, по звериным тропкам и проторенным дорожкам, люди Заррока Волчары могли выходить на торговые пути Вильдаргии и Каэлии, пропадая на три, четыре, а то и на все семь дней, но непременно возвращаясь с ценной добычей, которую, после делёжки, обычно сбывали в разных городах королевства.

Правда, бывало и так, что засада не приносила никаких результатов – не было ни обозов, ни путников, которых можно было ограбить. Слишком частые грабежи и разбой на одних и тех же участках дорог приводили к тому, что люди попросту переставали ими пользоваться, предпочитая более длинные, но безопасные маршруты…

Так случилось и с месяц назад. Тракт опустел, и налётчики несколько раз подряд возвращались домой ни с чем, ломая голову, как им прокормить себя и свои семьи. Нет, конечно, местные жили не только грабежом – они охотились на местную дичь и выращивали овощи, но этого было недостаточно. Охота, как и засады на дорогах, не всегда приносила успех, и только урожай, да собирательство лесных ягод и грибов могли спасти местных обитателей от голода.

Сегодня всё должно было измениться. Спозаранку один соглядатай, приставленный наблюдать за трактом, донёс весть, что по дороге катит богатый купеческий обоз с минимумом охраны, и по всей видимости очень торопится. Если мужики успеют, они смогут ограбить его ещё до того, как тот докатит до государственной границы.

Этот обоз был подарком с небес, последним шансом на выживание банды, которая, надо сказать, в последнее время была крайне недовольна отсутствием денег и нормальной еды. Но теперь… Собрав почти всех своих людей, Заррок, как и в прошлые разы, увёл их на дело…

Деревня разбойников осталась без своих защитников.

****

В разбойничьей деревушке царила атмосфера спокойствия и трудолюбия - в воздухе витал запах травы и лесных цветов, а между деревьев раздавались негромкие звуки от работы нескольких десятков человек. Жители, в основном женщины и дети, те, кто остались, занимались рутинными делами – кто-то пахал в небольших, примыкающих к деревянным домам огородах, иные занимались домашней скотиной. Самые маленькие, громко шурша ветками и переговариваясь на свои детские темы, собирали ягоды и искали съедобные травы вблизи деревни, и как только их корзинки заполнялись почти до краёв, они бежали назад, чтобы похвастаться своей добычей матерям, старшим братьям и сёстрам. Вот, как сейчас…

- Нок, Нок! Смотри, какая большая черничка!..

Парень, уже было собиравшийся выстрелить, ослабил тетиву лука, и посмотрел вниз. Девочка, вся перепачканная в растительном соке, счастливо улыбалась, демонстрируя брату свою великолепную находку.

- Ого, и правда большая… - Ноктус погладил сестрёнку по голове, взъерошив той волосы. Та улыбнулась ещё шире. – Ты молодец, Элли…

Сестра Ноктуса, Элликанта. Ей было всего девять, но она уже знала, как помочь в хозяйстве. Вместе с другими ребятами она собирала грибы и ягоды, которые росли в лесу. Улыбка не сходила с её лица, когда она делала это - для неё это было настоящим приключением. Время от времени она вот так заглядывала к брату, показывая ему свои находки, а Ноктус, упражняющийся в это время в стрельбе, всякий раз хвалил непоседливую сестру. Наблюдающая за своими детьми Мария молчала, не отрываясь от работы, но на душе от этой картины у неё становилось теплее.

Она сидела на небольшом крыльце дома, сложенном из грубых бревен, и перебирала свежесобранные травы и ягоды, которые собиралась использовать для приготовления запасов на зиму. Женщина то и дело поднимала взгляд к небу, проверяя, не собираются ли тёмные дождевые тучи, и с удовлетворением отмечала, что сегодня день обещает быть ясным.

Недалеко от крыльца, здесь же, во дворе, упражнялся её старший сын, Ноктус. Ему было уже шестнадцать, и он с каждым годом становился всё более похожим на своего отца, который ушёл с бандой ещё утром. Сейчас Ноктус оттачивал свои навыки стрельбы из лука, чтобы в будущем принимать участие в налётах и увеличить долю, положенную их семье. Отец ещё с детства начал учить сына владению луком и стрелами, зная, что вскорести после возмужания тот пойдёт по его стопам, а Ноктус, осознавая, что он в трёхдетной семье единственный сын, старался выкладываться на полную.

- Элли, не уходи слишком далеко! - крикнул он вслед бегущей за новой порцией ягод сестре. – А то волки утащат!

- Хорошо!..

Мария слабо улыбнулась.

- Хорошо, что у нас есть такая помощница… Вся в старшую сестру.

Вторая дочь, Кири. Она была всего на год младше Ноктуса, и уже вовсю помогала матери по хозяйству, взяв на себя готовку и уборку по дому. Сейчас она как раз занималась тем, что готовила обед. Мария не могла не нарадоваться такой трудолюбивой дочери. В будущем когда Кири подрастёт, то…

Раздался крик. Тонкий, пронзительный и чрезвычайно короткий крик, который спустя секунду оборвался гробовым молчанием.

Мария вдруг осознала, что она больше не слышит того отдалённого детского гомона, которым сопровождался сбор грибов и ягод. Сердце женщины пропустило удар...

И тут раздался другой звук – резкий, громоподобный хлопок, эхом разнёсшийся меж деревьев. Птицы целыми стаями испуганно взвились в воздух, хригджахисы завыли и начали нервно бить лапами в стойлах. Мария вскочила на ноги, корзина с ягодами полетела на землю… и в этот момент Ноктус упал. Словно подкошенный, парень повалился на спину, на его лице застыло удивлённое выражение. Мария, увидев это, не смогла сдержать крик – в груди её сына зияло отверстие, из которого медленно, даже как-то лениво начала вытекать кровь.

Мгновение спустя всю окрестность заполонил грохот выстрелов, словно первый хлопок был командой к действию. Люди, крича от страха, в панике метались между домов, но невидимая, громогласная смерть находила их повсюду – и женщины, и помогавшие им дети падали на землю, сражённые чем-то очень маленьким, но оттого не менее смертоносным. Некоторые, впрочем, успели скрыться в домах, не осознавая, что таким образом они лишь отсрочили свою гибель.

Мария не успела спрятаться. Более того, она даже не пыталась – её взгляд был прикован к телу сына, а разум бился в агонии. Неподвижная фигура женщины стала лёгкой мишенью. Вновь громоподобный хлопок – и мать семейства падает подле своего бездыханного сына… Прямо на глазах у выбежавший на крыльцо Кири.

Наступила гробовая тишина.

Кровь отхлынула от лица Кири, когда она увидела самую ужасную картину, которую только могла себе представить. За несколько секунд её мать и брат…

«Где Элли!?»

Кири заставила себя оторвать взгляд от тел, чтобы повернуть голову в направлении поляны, на которой должны были работать дети. Там, за деревьями, они наполняют свои корзины… так ведь?

Но в той стороне, куда смотрела девушка, не было детей. Не было даже звуков, дававших понять, что там есть кто-то живой…

И тут тени зашевелились.

На глазах у ошеломлённой смертью своих родных девушки, откуда-то из-за деревьев начали появляться фигуры. Сначала одна, затем вторая… Вот их уже пятеро… десять… пятнадцать... Они были с ног до головы замотаны в серые, почти чёрные плащи, видимые участки тела защищали плотные кожаные доспехи. В руках эти неизвестные сжимали продолговатые, похожие на короткие копья, причудливые предметы, из полых металлических наверший которых шли тонкие струйки дыма.

Выставив вперёд свои несуразные орудия на манер копий или мечей, чёрные фигуры медленно, без особой опаски начали приближаться к ней. Всё ближе и ближе, они подходили к дому Кири, к лежащим во дворе телам, к парализованной от страха, ужаса и горя девушке.

Впереди шёл невысокий, тощий парень с взъерошенными, длинными, достающими до плеч волосами. Его оружие висело за спиной на ремне, и руки были абсолютно пусты. Взгляд алых, цвета закатного неба, уставших глаз вперился в неподвижную фигуру девушки. Теперь, когда тот подошёл ближе, Кири смогла рассмотреть фибулу его плаща, и с обречённостью узнала этот символ.

«Разбойный Приказ»

За молодым парнем шли другие «приказники», более рослые на вид, их лица , покрытые щетиной и грязью, были расслаблены. Часть из них, отделившись от основной группы, рассеялась среди немногочисленных закутков разбойничьей станицы, выискивая выживших. В их руках блестели длинные, острейшие баселарды.

Парень остановился, не дойдя до крыльца каких-то пяти метров. «Приказники» стояли за ним, внимательно глядя на девушку, словно бы изучая её.

- Такая молодая, а уже разбойница… - протянул алоглазый парень. Голос «приказника» звучал слегка хрипловато, словно его горло было сорвано или он болел заразой.

- Нитериас… что с ней делать?.. – подал голос один из стоявших чуть в стороне «приказников». Парень, названный Нитериасом, нахмурился и устало вздохнул.

- На сук бы её, да в петлю… Но ты же не этого хочешь услышать, да, Таск?

Мужчина ухмыльнулся, обнажив жёлтые, нечищенные зубы.

- Делайте с ней, что хотите. Но потом убейте.

Несколько пар мускулистых рук схватили Кири, и, повалив её на землю, грубо поволокли внутрь дома, не замечая её криков и слабых попыток вырваться. Нитериас смотрел на творящееся насилие с холодной отстранённостью, словно ему не было до этого никакого дела.

- А ты чего, с нами не пойдёшь? – спросил Латро, в то время как остальные уже скрылись в доме. Нитериас отрицательно покачал головой.

- Да ладно, такой шанс редко выпадает… Пойдём, развлечёмся?

- Вот моё развлечение… - алоглазый парень похлопал по корпусу своего диуза. – А эта бандитская блядь… тьфу на неё, заразная небось.

- Ну, как знаешь… - пожав плечами, Латро направился в дом.

- Вы там это, рот ей заткните... Чтоб не орала… - бросил ему в спину Нитериас.

- Сделаем!

На улице остался только Нитериас. Глубоко вздохнув, он уселся на крыльцо, положив верный диуз на колени, и закрыл лицо ладонями.

«Как же… погано…»

Изнутри дома послышались крики, приглушённые удары древесины и мужской хохот. Локу сглотнула. Почему… почему она это делает… Почему она не сбежит…

«Не дай Экта когда-нибудь они узнают правду… Они же меня…»

Нитериас вздохнула. На душе у неё стало гадко. Как она может так думать о своих друзьях? Они бы никогда…

«Тогда почему так страшно признаться?..»

Локу стиснула зубы. Не время для таких рассуждений. К утру они уже должны вернуться в лагерь, так что нужно будет закончить здесь поскорее…

Вновь крики, теперь уже не только изнутри дома. «Разбойный Приказ» начал зачистку разбойничьего логова. Нитериас посмотрела на тела, лежащие во дворе. Женщина и молодой парень, возможно, даже её ровесник. Первая жертва… Именно она его и застрелила.

Чтобы выманить Заррока из логова и раз и навсегда покончить с ним, за атаманом и его людьми долго, очень долго велась слежка, а после, когда были изучены все его места для засад, придумали хитрый план – создать видимость богатого, но слабо охраняемого обоза после длительного застоя тракта. Как только ватага разбойников атакует обоз, ловушка захлопнется. Засада на засаду… Нитериас эта стратегия казалась гениальной.

Ей же, как и всему отряду «Разбойного Приказа» отводилась несколько иная роль – войти в оставленную Зарроком станицу, казнить членов семей разбойников и разрушить деревню, дабы более никакая бандитская шваль не могла воспользоваться этим убежищем…

Крики стали громче. Нитериас прикрыла глаза. Эти истеричные вопли действовали ей на нервы… Они что, не могут засунуть ей кляп в рот?

- Вот же сука… - выругалась Локу. Уйти, что ли, отсюда?... Хотя, это бесполезно – у других домов такая же картина, если не хуже.

Порывшись в сумке, Нитериас извлекла на свет божий свою губную гармошку. Маленький музыкальный инструмент из Коаргии, который она пару месяцев назад взяла в качестве трофея у одного мёртвого бандита, нравился девушке своей простотой и мелодичными звуками, которые он мог издавать.

Они казались Локу очень забавными.

Решив на какое-то время отвлечься от творящейся вокруг вакханалии, Нитериас, поднеся гармошку к губам, медленно выдохнула, извлекая первую, протяжную и непреднамеренно тоскливую ноту…