В пламени Дракона 5

ей В ПЛАМЕНИ ДРАКОНА

Книга 5

Глава 1

Заговор

Роберт с сыновьями подбегал к замку, и люди, что толпились у входа, спешно сторонились, уступая ему дорогу. Перепуганные постояльцы, никогда прежде не видели столь грандиозной, жестокой драконьей схватки. Леденящий ужас сковал людские души, и посеял колючую тревогу в их сердцах.
Роберт влетел в распахнутые двери и направился к Тори. Не сбавляя темпа, он преодолел зал и перепрыгивая по несколько ступеней за раз, взмывал по лестнице вверх.
Тори в компании сына, с тревогой наблюдал за происходящим с балкона.
Роберт ворвался в комнату, и застыл на мгновенье, пытаясь перевести дух. Тори и Тед уставились на него, не скрывая замешательства. Они пока не могли оценить все плюсы и минусы в полной мере, не имея исчерпывающей информации.
С балкона они не могли видеть всего, что происходило на земле, но бои в небе наблюдали с тревожным замиранием сердца. И то, что они узрели, не добавляло оптимизма.

Тед, Мейр мёртв, но боюсь ненадолго. Его дракон помешал сжечь его чёртов труп. — выпалил Роберт, задыхаясь от волнения и бега.

Тори медленно подошёл к креслу, и тяжело опустившись, озабочено потирал бороду:
— Роберт, расскажи, что там произошло.

Немного отдышавшись, Роберт медленно уселся в кресло напротив, и подавшись вперёд, описал события, что случились на земле.

Тед нервно мерял комнату шагами, не скрывая своей озабоченности. А Тори, всё ещё теребя бороду, и сгущая брови, размышлял вслух:
— Плохо…очень плохо, что ты не сжёг этого кобеля. Она вернёт его так же, как мы тебя.

Подняв взгляд на Роберта, Тори озадаченно прищурился, словно просчитывая что-то в голове:
— До Пуйё неделя лёту, и столько же назад. Плюс дни там. Она вернётся недели через три. Мы должны захватить власть, за это время. Сколько драконов у тебя осталось?

Роберт качал головой:
— Два, но оба ранены. Они не скоро поднимутся в воздух. Оба дракона Рэда мертвы.

— Да… я видел, как они пали. Двух драконов недостаточно. — с выдохом сожаления, пробубнил Тори

Тед прервал метания взад и вперёд и остановившись перед Робертом, раздражённо буркнул:
— Роб, как? Как она узнала? Почему она вернулась? Почему вернулась твоя дочь?

Роберт опустил глаза в пол и нервно сжимая губы в скорбную линию, процедил сквозь зубы:
— Я почём знаю. Наверно драконы почувствовали. Другого объяснения я не нахожу.

— Почему ты не предусмотрел это? — взрывался от негодования Тед.

Нахмурив брови, Роберт огрызнулся:
— Откуда мне было знать? Раньше такого не случалось. Нам не приходилось сталкивать лбами своих драконов.

Тори тревожно качал головой:
— Где она сейчас?

Роберт хотел было ответить, но утробный драконий рык разорвал тишину комнаты, заставив его вскочить с кресла. Он метнулся к окну, и глазам его предстало неутешительное зрелище: Беллатрикс, с мощными взмахами крыльев, словно взрезая воздух, стремительно набирал высоту, его гибкая шея работала, как рычаг катапульты. Вслед за ним неслись Ригель и Хадар.

Роберт кивнул на драконов:
— Вон она, стерва. Не ймётся, уже полетела.

Тори насупил брови:
— Если она вернётся с ним, нам не удержать власть, даже если мы её захватим. У тебя не осталось драконов, что могли бы ей противостоять. Она просто спалит нас всех и конец. Я представляю, в каком она сейчас бешенстве.

Роберт жал губы и качал головой. А Тед не унимался:
— Роб, как? Почему пять драконов, не смогли убить всего двух? Это ж мать твою, немыслимо! Пять! Роб! Пять!

Роберт и без того негодовал, он и сам не мог поверить в сокрушительный провал. Он был уверен в успехе. Во всех своих мысленных вариациях событий, что он прогонял в голове тысячу раз, ему виделось это совершенно простой задачей.
Но это драконы. А их бои непредсказуемы. И слишком много факторов повлияло на исход битвы. Не прилети Белл, и всё бы удалось. Драконы Реда, так или иначе, добили бы Хадара, так же, как и Антарекса. Но всё пошло не так. Если он хотя бы успел спалить тело Мейра… всё было бы не зря…

Роберт перевёл взгляд на сыновей. Рэд сидел в углу и тихо всхлипывал, роняя слёзы. Рейф стоял рядом с серьёзным видом, стараясь уловить одобрительный взгляд отца. Ведь это он прикончил Короля, и ждал похвалы. Но Роберт сурово окинув их взглядом, буркнул:
— Не расстраивайся Рэд. Будут и другие драконы. Я уговорю Белл, когда Дзаракс сделает новую кладку.

Но Рэд был безутешен. Он не верил, что Белл согласится, а уж тем более мать. А даже если и так, им пятнадцать лет расти, чтобы они стали такими, как были его Балтазар и Буцефал. И его разрывали отчаяние и боль. Ему казалось, что лишившись их, он утратил всё.

Роберт отошёл от окна и обессилено рухнув в кресло, зажал голову руками. Он не знал, что ему теперь делать. Все перспективы выглядели более, чем мрачно… Казалось, он всё просчитал, но всё пошло не по плану. Он был уверен в драконах сына, но те не справились, и хуже того — пали. А без них всё шло прахом.

Тори подошёл к Роберту:
— Твоя нога сильно кровит. И плечо снова ранено. Я позову лекаря.

Роберт поднял на него усталый взгляд:
— Валяй.

И снова уронил голову в ладони.

Тем временем Макс размашистым шагом направлялся в свой кабинет. Он видел, как Королева улетела.

Слова Роберта звучали у него в ушах. Его терзали сомнения. Он не понимал, как Мейр мог убить Маверика. Ведь тот давно был в Миносе. Как они смогли его найти? Даже он сам не знал, где тот обосновался.

И он решил поговорить с Робом. Он понимал, что тот натворил, но он должен был узнать, как это произошло, и не соврал ли Роберт?.

Макс давно позабыл о пасынке, и не думал о нём, но Роберт разворошил все его былые чувства к парню. И Макс понимал, что даже если это и так, винить за содеянное он должен не Мейра, а Элейн. Её муж был лишь клинком, что направляла она. А он — раб своей любви.

А помимо этого, Макс ломал голову, что делать с Робертом. Тот убил Короля, и Барон Стоксон с горечью осознавал, что он должен его арестовать и отправить в темницу. В этот раз ему придётся призреть свои тёплые чувства к другу, и свою привязанность. Он перешёл черту.

А Элейн…. Он подумает об этом потом.

Тяжело вздохнув, Макс кликнул стражу:
— Гвардейцы здесь?

— Так точно, Сэр. — отчеканил страж.

— Отправьте за бароном Харди. Он нужен мне немедленно. — отдал распоряжение Макс. Но посылать никого не пришлось. Фил уже сам вихрем ворвался в кабинет, и в глазах его плескалась неприкрытая тревога, когда он, с плохо скрываемой обречённостью, взглянул на друга.

Макс, задумчиво качнув головой и бросив долгий взгляд на Фила, поднялся с кресла. Решительно распахнув дверь кабинета, он кивнул отряду, застывшему в напряженном ожидании в коридоре, и вместе с Филом двинулся на поиски Роберта. По пути, Макс коротко рассказал Филу всё, что знал сам. Они были в кабинете и покоях Роба, но они оказались пусты. Искали у Рэда, и у Рейфа, но и там никого не было.

Фил предположил, что Холдберги наверняка знают где Роб, или же сами укрывают его. Без них тут точно не обошлось. И они направились в покои Тори.

И они не ошиблись. Но Тори предвидел такой поворот событий. Его личный отряд охраны, и отряд Теда, стояли у его дверей. К тому же Роберт отправил и за своими стражами. Десятка гвардейцев, что привёл с собой Макс было недостаточно, чтобы беспрепятственно пройти в комнату. А стражники Холдбергов, решительно преграждали ему путь.

Макс метнул уверенный взгляд и приказным тоном отчеканил:

— Именем Короля, расступитесь.

Но те, без тени сомнения, на суровых лицах, лишь плотнее сомкнули свои ряды, отказываясь подчиниться.

— Я приказываю! Это мятеж! Вы все поплатитесь головой. Расступитесь! — прозвучал властный голос Макса.

В этот момент дверь распахнулась, и Тори вышел в коридор. Небрежно махнув рукой, подал страже знак, и та, расступившись, освободила Тори путь к Максу. В каждом движении Холдберга сквозило раздражение:
— Барон Стоксон, зачем ты пожаловал ко мне?

Макс скорчился в ухмылке:
— Тори, тебе хорошо известно, зачем я здесь. Где Роберт?

Тори качнул головой, и в свою очередь ухмыльнулся:
— Я не его нянька. Я не знаю, где он. У меня его точно нет.

— Тори, всё зашло слишком далеко. Ты же понимаешь, что это измена? На что ты надеешься? Тебе лучше держаться в стороне от этого, если хочешь сберечь свою голову. Не делай глупостей, Тори. — предостерегающе звучал голос Макса.

Но тот, делая недоумённый вид, настаивал:
— Я же сказал, я не знаю где Хемсворд. Я и так в стороне, барон. Меня это не касается.

— Тогда вели страже расступиться, я проверю сам, так ли это. — вскидывая бровь, проговорил Макс.

Но Тори покачал головой, процедив с издёвкой:
— У тебя нет прав врываться к главному судье с обысками, не имея оснований и доказательств. А свои подозрения можешь оставить при себе. Я не позволю тебе, обыскивать мои покои. Король мёртв, а Королевы нет в замке. И до её возвращения, всё решает совет. Вот на нём и заручись поддержкой. А уж потом врывайся ко мне без приглашения.

С этими словами Тори развернулся, и возвратился в комнату, а стражи, закрыв за ним дверь, вновь сомкнули ряды, решительно преграждая путь.

Макс посмотрел на Фила, и чуть отведя того в сторону, шёпотом спросил:
— Что нам делать? У нас и правда ничего нет на Холдберга, кроме догадок. И хоть я уверен, что прав, доказательств у нас нет. Что думаешь стоит предпринять? Нагнать больше гвардейцев, и войти силой?

Фил вздохнул, потирая виски:
— Я уверен, Роберт у него. Иначе он бы не упорствовал. И я уверен, что пока они не решили, что им делать. Но Эл улетела, и скорее всего в Энгкер. А значит её не будет недели три, а то и больше. И у них уйма времени. Возможно они созовут совет, скорее всего. Холдберги, Сотвэл и Терис Ковентри вступятся за Роба. И Мард с Венсом не смогут этому помешать. Даже если мы его сейчас выволочем из покоев Тори силой, и усадим в темницу, они легко вытащат его. Я думаю, нужно ждать возвращения Королевы. Без неё у нас ничего не выйдет, сейчас мы в меньшинстве.

— Как думаешь, Роб захватит власть? — в тревожном прищуре, спросил Макс.

Фил задумчиво взглянул и выдохнул:
— Не знаю. Может. Но он не сможет удержать её. Если Робу хватит благоразумия, он просто сбежит. А если нет….

Макс махнул рукой:
— Ладно, пошли отсюда. Поговорим у меня в кабинете.

И они ушли.

Тори вернулся в покои и кинул озабоченный взгляд на Роберта. Он отчаянно пытался найти выход. Он понимал, что сейчас захват власти не представлял сложности. Он лишь пытался найти способ её удержать. Но вариантов не видел. И он не хотел оказаться на стороне проигравших.

Сейчас против него ничего не было. Он не причастен к произошедшему. А потому, идти в открытую конфронтацию не решался, дабы не усугубить своё положение, открыто признав свои намерения.

Тори отправил за Сотвэлом, в надежде вместе придумать новый план. И тот вскоре явился. Вместе, они и правда придумали, кое- что.

Эшман пристально всматривался в лицо Роберта:
— Насколько далеко ты готов зайти в борьбе со своей женой, Роб?

— Далеко. Очень далеко. — отвечая суровым взглядом исподлобья, буркнул Роб.

Эшман довольно ухмыльнулся:
— Тогда есть один способ. Она вернётся в замок, вместе с Королём. Но не скоро. За это время мы коронуем тебя. Мы бросим в темницу Стоксона и Харди. Ты запрёшь дочь, в её покоях, дабы та не вмешивалась. И когда Король и Королева явятся в замок, мы арестуем и их, и они тоже отправятся в темницу. В стенах замка драконы ей не помогут. Да... они сожгут на хрен всё вокруг, но внутрь им не попасть. Они не станут жечь замок, в котором их хозяйка. С разрушениями мы разберёмся позже. Но в темнице она не будет угрожать твоей власти. И ей придётся провести там всю свою жизнь. А Мейра ты казнишь, как и Стоксона, и Харди. А Венсу и Марду мы прижмём хвосты.

С тяжёлым выдохом, Роберт обречённо опустил глаза. Он понимал, что это решение. Но заставить Элейн провести всю жизнь в подземелье… он не знал, сможет ли. Заточение на всю жизнь - хуже самой смерти. И он откинулся на спинку кресла, и устало закрыв глаза, пробубнил:
— Я должен подумать.

Сотвэл усмехнулся, а в хищном взгляде угадывалась издёвка:

— Конечно, подумай. Стоит ли из-за бабы, которой ты не нужен, лишаться жизни. Ведь если она останется Королевой, вместо неё в темнице окажешься ты. Или, что более вероятно, на том свете. Выбирай, Роберт. Корона или смерть. Ты провалил свой план, и точка невозврата пройдена. Так что вариантов у тебя теперь не много.

Роберт понимал, что Эшман прав. Элейн не простит его. И выбор был теперь между его жизнью и её. Но он так же осознавал, что поступи он так, как советует Эшман, он потеряет и дочь.

Та, никогда не забудет такое и не простит. Но зато он сможет вернуть власть и сохранить свою династию. Его сын продолжит её. Но если Элейн останется у власти, этому не бывать.

И после недолгих размышлений, он открыл глаза, и тихо прошептал:

— Я согласен. Но как ты предлагаешь остановить её драконов? Ведь они будут выжигать всё без устали. Я помню, что они устроили, когда Мортон пленил её?

Сотвэл равнодушно усмехнулся:

— У неё тогда не было детей. А теперь ты сможешь шантажировать её дочерью. Скажешь ей, что коль она не уймёт своих чудовищ, ты заключишь дочь в темницу. Она сдастся, вот увидишь. Или можешь угрожать смертью Стоксона и Харди. Не станем убивать их пока, ещё сгодятся.

Роберт тяжело вздохнул, беспомощно кивнул.

Тори и Эшман радостно переглянулись, и заметно оживившись, Тори засуетился:

— Тогда не стоит терять времени, я назначу совет на завтрашнее утро.

Фил был в кабинете Макса, когда под вечер, посыльный передал им уведомление о завтрашнем совете.

Фил вскинул на Макса тревожный взгляд:
— Знаешь, что это означает?

Макс вопросительно смотрел в ответ:
— Что?

— Они собираются захватить трон. Они коронуют Роба. Всё очень плохо, Макс. Я пока не знаю, как они собираются удержать власть, но Тори не дурак. Если он решился на это, у них есть план. Не сомневайся. — обеспокоенным голосом, заключил Фил.

— И что нам делать?

Фил обхватил голову руками:
— Мне нужно подумать. Отправь слугу к моей жене, пусть не ждёт меня сегодня. На ночь я останусь тут.

Макс выполнил его просьбу, и велел подать вина и ужин в кабинет. А Фил словно провалился в свои мысли. Он сидел в кресле с закрытыми глазами, не шевелясь, и его мозг вершил непрерывную работу. Он просчитывал варианты, пытаясь предугадать, что придумали Роберт и Холдберги.

И он размышлял… Он понимал, что единственный способ удержать власть, это нейтрализовать Королеву и Короля. Но у них драконы. Но драконы бессильны внутри стен замка. А значит, тут их и будут поджидать. И схватят, как только те вступят за двери дворца. И им больше не нужны помехи. А он и Макс помеха. Макс глава Королевской гвардии и дворцовой стражи. И только он может помешать осуществить задуманное. Значит его тоже схватят и нейтрализуют. А вместе с ним и его самого, до кучи. И это случится сразу же, после завтрашнего совета, как только проголосуют за смену власти, а с этим у них проблем не возникнет. Холдберги, Сотвэлы и Ковентри поддержат Роберта в его притязаниях на трон. И Кроули с Мардом не смогут этому помешать.

И спустя пол часа размышлений, Фил открыл глаза, и очень озабоченно посмотрел на Макса:

— Всё плохо, Макс.

И он изложил ему свои мысли. Макс был озабочен не меньше Фила:

— И что же нам делать? Как этому помешать?

Фил снова закрыл глаза и погрузился в размышления. Но очень быстро вернулся:

— Мы должны предупредить Эл. Она сейчас наверняка летит в Энгкер, возвращать Мейра. Получится у неё или нет, я не знаю. Но думаю, что получится, коль Роба смогли вернуть спустя шесть лет. И она с Мейром полетит назад. И скорее всего остановится на отдых в Хоффо или Шидо. Мы отправим послание в Шидо, чтобы она получила его по прилёту, если они выберут этот замок. Но если выберут Хоффо, могут быть проблемы. Жена Эшмана Сотвэла может не передать ей столь важного известия, по понятным причинам. И над этим я ещё подумаю. Но сейчас, отправь за своей женой и моей. Они должны покинуть замок этой ночью.

Вскоре, Мелони и Вэл в совершенном замешательстве, стояли в кабинете Макса. Мэл рыдала, оплакивая брата, и Фил успокаивал её, убеждая, что Королева вернёт его.

Под покровом темноты, Макс тайно отправил их из замка, и велел ехать без остановок до Бегвела. Переодевшись в одежду простолюдинок, остановиться в каком-нибудь неприметном трактире на окраине города.

Он выделил им пять человек охраны, из числа преданных ему людей, повелев сменить одежды. Он не решился выделить больший отряд, дабы те не привлекли к себе внимания и не вызвали подозрений, на тот случай, если их будут искать.

Фил вздохнул с облегчением, так им не придётся волноваться за свои семьи. Это мера предосторожности, лишней не будет в подобной ситуации. Так же он отправил послание в Шидо.

Фил, словно запертый в лабиринте собственных мыслей, продолжал биться над головоломкой: как сорвать зловещие планы Роберта? Не находя выхода, он попросил Макса срочно вызвать Венса и Марда. Несмотря на глубокую ночь, те явились быстро. Фил, не теряя времени, посвятил их в свои мрачные догадки. Тревога угадывалась в озадаченных лицах обоих, хотя Венс и сам подумывал о чём-то подобном

И они решили, что Воралу нужно тайно готовить армию, возможно она потребуется Королеве и Королю по возвращении.

Но вот как оповестить их о западне, если они остановятся в Хоффо, они не могли придумать. Гонцы не успеют прибыть туда вовремя, слишком далеко. И Фил бился как рыба об лёд, и не находил способа. Он понимал, что времени у него только до утра, дальше их арестуют, и они уже ничего не смогут сделать. И чтобы этого не произошло, им придётся скрываться. Но они знали о тайной комнате Элейн в прислужьем доме. И решили, что укроются там, и будут держать связь с Венсом через сподручных доносчиц Элейн.

Но он просчитался. Тори был очень осторожен. Он боялся прозорливости Первого советника. И не желая рисковать, он приказал своей страже, захватить Фила и Макса этой ночью, тихо, и не поднимая шума, чтобы никто не узнал, провернуть это в строжайшей тайне.

И когда Венс и Мард глубокой ночью ушли, в кабинет Макса ворвалось семь человек. Их связали, и надев мешки на голову, притащили в покои Холдберга. Бросили на пол перед ногами Тори и Роберта, что сидел с хмурым видом, подперев голову кулаком. Стражник содрал мешки с их голов, и удалился.

— Роб, ты совсем спятил? — гневно выдавил Макс сквозь стиснутые зубы.

Роберт не выдержал взгляда Макса и опустил глаза, словно в полу надеясь найти оправдание своим словам. Тяжелый вздох сорвался с его губ, и он пробормотал, больше себе, чем им:

— У меня нет выбора, Макс. Я знаю, что Фил уже наверняка всё просчитал.

Роберт бросил мимолетный, полный вины взгляд на Фила и тут же отвернулся, словно обжегшись:
— И вы уже наверняка готовите план, как мне помешать. Я не могу этого допустить. Так что простите, но вы сами выбрали сторону.

Макс презрительно фыркнул:
— И что теперь, Роб? Ты прикончишь нас? А потом Эл? Ну ты и мерзавец.

Роберт по- прежнему не поднимал взгляда, пробубнил:
— Я не стану вас убивать. И её тоже. Но вы отправитесь в темницу. Завтра, сразу после совета, как только я верну власть. А там посмотрим.

Он встал и вышел на балкон. Ему было противно, противно до глубины души, то, что он делал. Он не мог смотреть им в глаза, и совесть грызла его беспощадно. Но он не видел выхода. Он слишком далеко зашёл. Ему просто было уже некуда отступать. Он уже был на самом краю пропасти.

Тори позвал стражу, Максу с Филом снова одели мешки на голову, и оттащив в смежную комнату, оставили там под присмотром стражи до следующего дня.

А наутро был совет. Роберт получил поддержку большинства, а его притязания на трон признали законными. И его короновали, спустя три дня, хотя Прелат Тортон и отказался участвовать в этом. А Макс и Фил, его указом были отправлены в подземелье Мидлтауна.

Коронация прошла более чем скромно. Она была проведена в спешке, и лишь те, кто были в замке, присягнули ему на верность. Остальные просто не успели бы приехать. Но всем были отправлены послания с оповещением о том, что в Королевстве снова новый Король, и о том, что Король Дракон вернулся на трон.

Пир был лишь один день. Но Роберт пил не пьянея. Он знал, что ещё ничего не кончено. И он совсем не радовался, хоть и добился всего, чего он так желал. А после пира он отправил Мисти в их старые покои, а сам пошёл в покои Элейн, теперь уже снова свои. Медленно, он опустился на кровать, робко протянул руку, и замешкавшись на мгновение, взял её подушку, и приложил к лицу. На ней всё ещё оставался её запах. И он беззвучно ронял слёзы.

А на утро он пошёл к дочери. Но та больше не хотела с ним разговаривать. Она отвернулась к окну и тихо плакала. Она не пошла на коронацию, понимая, что теперь ждёт её мать. Но он не оставлял попыток:

— Белл, прости меня, но у меня нет выбора.

Она обернулась, вперив в отца гневный, тревожный взгляд:
— Что ты готовишь для матушки, отец? Ответь мне?

Роберт вздохнул, и пробухтел сдавленным голосом:
— Я не убью её, не волнуйся. Но она проведёт свои дни узницей в этих стенах.

Изабелла скорчилась в ужасной гримасе, что до неузнаваемости исказила её прекрасное лицо:
— Я никогда, никогда не прощу тебя. Уходи отец.

Роберт открыл рот, но она прервала его, выкрикнув, задыхаясь от негодования и разочарования:

— Уходи. Я ничего не желаю слушать.

Роберт горестно вздохнул и вышел. Он ещё не говорил ей о том, что запретит и ей покидать комнату, спустя неделю. В момент прибытия Элейн она не должна помешать. И душевная боль терзала его, терзала невыносимо. Он понимал, что теперь он потерял дочь навсегда.

Между тем его драконы медленно, но верно шли на поправку. Хедусу наложили шину, и его крыло должно было срастись, а рваные перепонки затянуться, как и у Миракса.

Но всё же драконы были очень слабы. И их нельзя было оставлять в замке. К возвращению Королевы они должны были быть подальше, дабы Беллатрикс и Ригель не покончили с ними. Роберт приказал соорудить большие телеги, и драконов тайно, под покровом ночи, увезли во владения Холдбергов.

Но была и ещё проблема — нужно было убирать тела мёртвых драконов. Но никто не представлял, как это осуществить.