В поисках счастья, или Васькам везет!

- Лукерья Ермолаевна, не спи, надо шевелиться!

- Отстань, у меня день не задался.

- Не отстану, вечером тебе будет скучно, опять на мне отрываться будешь или к Кощею полетишь?

- Не полечу, у меня метла барахлит.

- Все равно не зависай, дел уйма, а ты лежишь почем зря.

Кот Наумыч уже час безуспешно пытался расшевелить свою хозяйку – Лукерью Ермолаевну, которую все жители окрестных деревень простецки называли Бабой Ягой.

Темные люди, непросвещенные. Иногда с ними бывало интересно, но обычно они бывали назойливы и все хотели чудес. Причем понятие о чудесах у них было разным. Кто-то счастья хотел, кто-то богатства, но чаще всего просили о том, что самим делать было лень. Поэтому Лукерья Ермолаевна развернула свою избушку и ушла подальше в лес. И дорожку заговоренную прятала, чтобы кто попало не шастал, да не отвлекал со своими глупостями. Иногда, для развлечения, или разглядев, что человек действительно нуждается в помощи, Лукерья Ермолаевна открывала тропу к своему дому. Ну, и от сказочных обитателей тропу конечно, не спрячешь, да вроде и не надо. Свои, родные, хоть и вредят порой.

В последнее время деревенские сговорились с лешаками и те за малую мзду (яйца куриные да хлеб), открывали к избушке дорогу. Потом, негодяи каялись, мол случайно отвлеклись, а народ и прошмыгнул. Что, не могут лешаки в карты сыграть? Или кикимор навестить? За болотом тоже догляд нужен, оно, чай, в лесу находится. Хитрили, конечно, да тоже от скуки маялись, а еще пакостить любили. Этого у них не отнять.

- Ладно, Наумыч, неси блюдечко, посмотрим, что там есть интересного.

Кот вскочил и аккуратно взял лапами блюдечко со стола, принес хозяйке. Та кхекнула и махнула на яблочко, чтобы само прилетело. Стали обозревать.

- Смотри, Лукерья Ермолаевна, парень какой-то, вроде и не бедный, да грязный. И конь у него спотыкается, устал поди. В нашу сторону идет. Может, пропустим? Не понравится, так съешь его или заморочишь, да пусть к русалкам топает, они жалились на днях, что чары их слабнут, что утопленников мало совсем стало. Скучно.

- Русалки? Да, девоньки мне икры обещали щучьей, давай пропустим бедолагу.

Василий был в пути уже давно. Искал великую волшебницу. Все о ней слышали, да толком путь указать не могли, но шептали, что нечисть лесная знать должна. Думал, думал, да и решил через лес пройти. Авось там повезет, да тропинка заветная отыщется. Не может же волшебница где попало жить. Обязательно тайный замок должен быть, волшебство всякое… Замечтавшись о своем, Васька отпустил поводья и конь сам неспешно шел. Спустя некоторое время Василий спохватился и увидел, что топает конь по тропиночке. И вот диво – лес вроде как расступается. С опушки никакой тропинки не было видно. Решил – будь что будет. Все равно ни на что надежды больше нет.

Долго ли, коротко, доехал до старой замшелой избы. Бревна поросли мхом, вокруг торчали коряги, а на частоколе были развешены (вот ужас!) черепа. Конские и людские. К людоедам попал… Васька собрался развернуть коня, да тут дверь избы отворилась и вышла из нее бабка. Старая, поди старее самой избы.

- Что, добрый молодец, глаза мечутся? Боишься?

Васька приосанился. Не пристало княжьим сыновьям страх свой показывать. Засмеют потом, из дому совсем прогонят. Куда идти?

- Да нет, бабушка, не боюсь, присматриваюсь, куда коня привязать.

- Ко мне что ль, соколик, едешь?

- Нет. Ищу я волшебницу великую, что людям помогает.

- Не я ли та волшебница?

- Волшебница, сказывала мне нянюшка, вся воздушная, в замке чудесном живет и красы неписаной. Нет, не ты.

- Что ж ты добрый молодец так сразу меня обижаешь, некрасивой назвал? Вдруг я полезная? Или злая шибко, съем тебя и вся недолга.

Стало страшно. Не вышел Василий умишком, что и говорить. Был он последышем, десятым сыном великого князя. Холили его и лелеяли в детстве, баловали, а как подрос оказалось, что не княжить ему, и дела для него великого, как, впрочем, и невеликого нет. Все чины заняты, нигде последыш не нужен. Вроде и не обижают, но аккуратно гонят отовсюду. Ваське же хотелось, чтобы все восхищались им, какой он удалой, какой молодец.

И невесты не будет, такой, чтоб красавица, да чтоб с приданым великим. Все соседние княжны были давно просватаны за его братьев. И подвига никакого не совершить, спрятались все чудища, никто не нападает. И неизвестно, есть ли они вообще чудища. Хотелось подвига, но какого именно, Васька не понимал. Представлял в мечтах, как выедет на лихом коне, да как поборет чудище страшное, да как люди благодарить его будут, как батюшка станет его в пример всем приводить, да на княжество возведет, нос утрет всем братьям старшим.

Вот и поехал Василий по наущению нянюшки искать волшебницу, чтоб мечты его мановением одним исполнила. Дорогу нянюшка толком не знала, но собрала узелок. Никто против отъезда не возражал. Лишний да неразумный сын, который спит и видит себя на княжестве, был никому не нужен. Только нянюшке, да та стара была совсем. Впрочем, батюшка благословил его, да сказал, что будет сын его младшенький в почете, если совершит подвиг. Какой именно, не уточнялось, потому что подвиги были никому не нужно, но Василию об этом не сказали, дабы не расстраивать.

- Понимаешь, бабушка, ищу я волшебницу, чтоб помогла она мне.

- Что у тебя за беда? В чем помощь нужна тебе? – Лукерья Ермолаевна прищурилась и решила, что если врать сейчас начнет, то направить дурня к русалкам.

- Да вот, не могу я места себе найти. Никому не нужен. Хочу подвиг совершить, чтобы заметил меня отец, да выделил. И не знаю, как. Потому и решил искать волшебницу, чтобы она помогла.

- Да с чего ты решил, что помогать тебе волшебница будет?

- Ну… Она волшебница, ей положено. Все так говорят.

- Ладно, привяжи коня, да заходи в избушку, чаем тебя напою, да отдохнешь с дороги.

Чаю хотелось, еда в суме уже закончилась почти, одни сухари да солонина. И не купил ничего по дороге.

- Спасибо, бабушка, я сейчас!

Васька слез с коня, привязал того к ограде, да задал ему овса. Пригнувшись, прошел в избушку, стараясь не разрушить ничего, а внутри чудеса…

- Бабушка, а как так? Махонькая же избушка, а тут такая хоромина… Волшебство что ли?

- Волшебство, касатик, волшебство.

- А делал кто? Неужто та волшебница? А как ее найти, скажешь, бабушка?

- Погоди, касатик. К столу садись, да чаю попей. Крендельки возьми сахарные. Не спеши, устал, чай, с дороги.

Василий почувствовал, что он и правда устал, присел к столу на лавку, да чаю из самовара расписного налил себе. Вкусный чай, душистый. И крендельки вкусные. Увлекся Василий крендельками и сам не заметил, как сон его сморил. Уснул прямо там, за столом.

Наутро Лукерья Ермолаевна разбудила Василия и сказала:

- Значит так, волшебнице не до тебя. Будешь себе славу добывать сам.

- Занята, да? А как я славу добуду?

- Не перебивай. Поедешь совершать подвиг. Я дам тебе волшебный клубок, он проведет тебя. Приведет к большой горе. Там есть пещера, в пещере живет дракон. Вот там и совершишь подвиг. Все понял?

- Да, – ответил Василий, а сам подумал, дракон, собственно, кто такой? Впрочем, раз подвиг, то надо биться, если биться, значит – это чудище.

«Разберусь на месте», решил Василий, взял у Лукерьи Ермолаевны клубок и пошел седлать коня. Долго ли, коротко ли, доехал Василий до Великой горы. Гора был странная, потому что стояла практически в чистом поле, а вокруг – ничего. Однако большая и в ней виднелся вход.

Василий спешился и подошел к пещере поближе, но заходить не стал. Все же непонятно, что это такое – дракон. Сражаться – понятно, а вот с кем – не очень.

- Дракон! – Позвал Василий. В ответ тишина. – Дракон, выходи, честным боем биться будем!

Раздалось шуршание, посыпались мелкие камушки и голос откуда-то сверху произнес:

- Что ж ты так кричишь, непутевый, дитенка мне разбудишь. Вот невежа. Кто тебя воспитывал-то?

Василий огляделся. Никого. Чудеса. Потом поднял голову повыше и увидел. Зеленый дракон смотрел на него не мигая.

- Простите, пожалуйста, какого ребенка? – Василий от неожиданности растерялся.

- Моего. Что ты хотел? О каком бое-то речь ведешь?

- Да это… Мне… Ну, в общем, мне надо совершить подвиг.

- Поняла. При чем тут «биться»? Или ты хочешь воевать с кормящей матерью? – Драконица явно подначивала, поди, к бою готовилась.

- Я не знаю. Лукерья Ермолаевна велела к Вам идти. Сказала, что будет мне тут подвиг.

- Правда? Она сама так сказала? Какая прелесть! Минуточку.

Драконица повернула голову ко входу в пещеру и произнесла:

- Тиша, выходи!

Василий озадачился. Лукерья Ермолаевна ни о каких Тишках не упоминала. Спустя пару минут раздался топот, поднялась пыль, а потом громким голосом кто-то радостно воскликнул:

- Мама!

После этого из пещеры выбежал маленький и очень толстенький дракончик. Ну как маленький, чуть больше коня, но если сравнить с драконицей, то просто малюсенький.

- Вот, - сказала драконица. – Это твой подвиг.

- В смысле? – Василий недоуменно смотрел на Тишу. – Убить ребенка? Вашего?

- Да нет, мне по делам надо слетать, а Тишу оставить не с кем. Папа наш улетел на подвиги и вот уже месяц носу не кажет, а мне очень надо. Посиди с Тишей денек, пожалуйста. Он очень хороший ребенок. Я его уже накормила. До завтра он не проголодается.

- До завтра? – В ужасе воскликнул Василий.

- Не проголодается до завтра. Вернусь я сегодня. Так что, ты согласен? Я тебя отблагодарю. Поверь, мне очень нужно.

- Хорошо. – Ответил Василий, хотя не понимал, как можно играть с ребенком, который вдвое больше него самого.

Тут Тиша оживился и радостно спросил у мамы:

- Мне можно его съесть, да мам?

- Нельзя. Он грязный, в микробах весь. Живот болеть будет.

- Мам, ну пожалуйста, я только маленький кусочек!

- Еще раз говорю: нельзя! Он весь сплошная инфекция. И вообще, сынок, он разумен. Поиграй с ним.

- Хорошо! – Похоже, Тиша был действительно сыт и жаждал развлечений.

- Все, я улетела. Будьте хорошими.

Тишка радостно протопал к Василию и обнюхал его. Потом чихнул. Затем забавно уселся на попу и спросил:

- Ты кто?

- Я человек, княжий сын, Василием кличут.

- Что ты тут делаешь?

- Э… По делам я тут, вот. – Василий не знал, как ответить, да и надо ли. Ребенок, он, конечно, ребенок, да большой уж очень. И клыки вона какие, да огнем, поди пышет. Надо аккуратнее.

- Как мы будем играть? Мама сказала, что ты будешь со мной играть. Играй!

- А как ты обычно играешь, Тиша?

- Бегаю, летать учусь с мамой, с папой с за зверюшками охотимся. Они вкусные.

Летать Василий не умел, охотиться ему с таким топающим детенышем не хотелось.

- Давай для начала в догонялки.

- А как это? – Тиша удивился и округлил глазенки, в которых горел неподдельный интерес.

- Я на коне поскачу, а ты за мной. Как добежишь до меня, только, чур, не летать, так и разворачиваешься, а потом я за тобой. Идет?

- Давай! Беги!

Некоторое время они играли в догоняшки, потом конь явно устал, Василию стало его жалко. Говорит он:

- Тиша, а теперь будет другая игра.

- Какая?

Тише явно нравилось бегать, хотя он все время пытался полететь и обогнать коня с Василием.

- Теперь будем играть в великих выносливых драконов. Вот твой папа – он же великий выносливый дракон, правда?

- Да! Мой папа самый великий. А выносливый – это как?

- Ты будешь бегать вокруг горы. Чем больше кругов пробежишь, тем ты выносливее. А я сяду тут и считать буду. Ну как?

- Хорошо!

- Беги, я считаю.

Так бедный и наивный Тиша бегал, пока совсем не устал. Он подошел к Василию и спросил:

- Я выносливый?

- Очень!

- Я великий?

- Конечно!

- А можно я рядом с тобой немного посижу и отдохну?

- Обязательно. Отдыхать должны все, даже самые великие и выносливые.

Тишка примостился рядом и уснул. Незаметно задремал и Василий. Проснулся он от того, что кто-то его трогал за руку. Рядом стояла драконица. Тишка спал.

- Просыпайся, уже утро.

- Как утро? – Воскликнул Василий.

- Вот так. Как тебе удалось справиться с Тишкой?

- Не знаю, с ним весело, само получилось.

- Значит так, подвиг ты совершил, молодец. Я свои проблемы тоже решила, так что можешь идти.

- Мне не поверят, что я подвиг совершил.

- Подожди.

Драконица ушла в пещеру, спустя некоторое время вернулась.

- Держи. Вот тут Тишкины два молочных зуба, скажешь, что победил дракона и на память взял. А вот тебе сундучок с золотом. А еще вот – надень цепочку на шею, да не снимай. Она тебе судьбу твою поможет найти.

- Благодарю! – Василий был счастлив.

Он вскочил на коня и обернулся, чтобы еще раз поблагодарить драконицу.

- Спасибо Вам! Вы лучше всех волшебниц!

Драконица улыбнулась и сказала:

- Езжай. Захочешь еще совершить подвиг, знаешь, где нас найти. Тиша будет рад.

Василий, привязав сундучок к седлу, надел цепочку на шею и спрятал тишкины зубы в поясную суму. И понял, что ему надо, ну просто очень надо еще раз съездить к Бабе Яге.

Продолжение следует…