В примерочной

В примерочной

1.

-Таня, да стой ты ровно! В конце концов, хватит делать такое лицо!-злился он.

-Петюня, да я лет десять платья не носила,- сказала Таня плаксивым голосом,- и туфли эти дурацкие, да как в них люди ходят! Ламбрикены эти твои…А накрасили-то, как будто я Оскар получать собралась! Чувствую, не дойду до столика. Упаду с этих каблуков.

-Слушай меня,- Петя взял ее за плечи и посмотрел в поблёкшие глаза.

Если у них и был цвет, то он сменился какой-то мутью. Так ясное голубое озеро зарастает тиной и постепенно приходит в упадок. Но на дне этого озера вдруг появилась еле заметная искра.

-Посмотри,-он повернул к зеркалу эту, уж простите, бывшую бомжиху, которая только вчера жила на улице. А сегодня она удивлённо разглядывала своё отражение: высокая женщина в платье, на каблуках, с причёской и макияжем.

- Семья Лиды не должна ничего знать, помни об этом. Для них ты –моя мама. Они знают, что мать злоупотребляла алкоголем, поэтому вопросов не будет, когда они увидят тебя.

Ну не мог же я тебя не приодеть, представляя приличному обществу!

-Кто приличные, эти снобы, ненавистники всего живого? Не смеши меня. Что же случилось с тобой в жизни, Петя, что ты стал считать такое общество приемлемым для себя?

-Татьяна Васильевна,-вздохнул Петя,-я уже давно не на уроке русского. Многое изменилось. И у Вас тоже.

Она поджала губы.

-Пошли уже,-и гордо зашагала на Лабутенах к выходу из примерочной.

2.

Петр Анатольевич оглядывал город с высоты сорокового этажа. Белая рубашка от «Армани» вкупе с потрясающим галстуком цвета маренго нещадно натирали шею, на которой уже начало проявляться раздражение. Ох уж эти лживые бренды, вечно обещают неземной комфорт, «будет облегать Вас, как вторая кожа».

Он вспоминал события последних дней и силился понять, почему поступил именно так. Петр так давно не терял контроль, что уже забыл, каково это: по-настоящему расслабляться и испытывать что-то помимо банального раздражения по шкале от одного до пылающей тысячи. Буквально на прошлой неделе он был готов выкинуть к чертовой матери того менеджера, как его…Даже имени не вспомнил. В общем, с сорокового этажа. Но как говорил его незабвенный кумир, «Уголовный кодекс надо чтить».

Вчера мужчина водил свою псевдомать на знакомство с невестой. Всю дорогу до ресторана Татьяна Васильевна уверяла «Петюню» в том, что нехорошо начинать семейную жизнь с вранья и благом это не кончится.

Но Петр был непреклонен.

Он пытался представить тот вариант знакомства, в котором он рассказывает Лиде правду.

-Бездарь! Ничтожество! Никчемыш, ты просто не наш сын! Мы не могли воспитать такого!- Орал отец каждый раз, когда видел четверку или что похуже в дневнике.

Петя, еще не ставший к тому времени Петром Анатольевичем, а обычный Петя Ломовой, пятиклассник со светлыми волосами, веснушками и грустным взглядом, опускал голову, чтобы не видеть раскрасневшегося отцовского лица с пульсирующей на лбу жилкой.

В таком положении он видел только разноцветные плитки пола, начинал считать их и представлять, как он перепрыгивает с одной на другую. Будто вместо одной появилась лава, а вместо другой неожиданно открылась емкость с пираньями.

-Да ты не слушаешь! Ты просто не ценишь усилия родителей, хотя мы все для тебя делаем! Слов недостаточно!

Отец кидался в другую комнату, таща за собой слабо упирающегося Петю.

-Посмотри, мать, кого мы с тобой вырастили! Дармоеда и разгильдяя, не способного нести ответственность! Сейчас я…-После характерного щелчка Петя уже знал, что ремень будет извлечен из шлёвок, снят и продемонстрирован во всю длину. Но порой отец принимал решение в пользу тяжелой артиллерии.

И начиналось битье шлангом от пылесоса…

Петя всегда терпел, пыхтя сквозь зубы. «Ты же мужчина, терпи» и прочие напутствия он воспринимал как какой-то отдаленный звук, будто шум дороги за пределами досягаемости.

Сквозь полуприкрытые веки он всегда наблюдал, как мать либо выходила из комнаты, закрыв лицо руками, либо стояла, сжав и без того узкие худые плечи, будто тисками, опустив голову. Ах, мама, почему же ты ничего не делала с этим? Почему, мама? Почему?

Петр Анатольевич в такие моменты ловил себя на том, что почти перестает дышать. Как же сложно давались эти воспоминания…

Поэтому он сделал выбор в пользу небольшой любительской театральной постановки, тем более что одноклассник Саня Репин рассказал ему, где обычно бывает Татьяна Васильевна и какой образ жизни ведет.

Так и появился годный план-прикрытие «Моя семья».

3.

Татьяна сделала шаг и втянула носом воздух. Летняя жара, пыль, тряпки для мытья доски. Запах цветов проникал с улицы через приоткрытое окно.

Как же бесконечно она это любит…

Для некоторых людей запахи ничего не значат и существуют в диапазоне от вони до благоухания лилий. Не лучший подбор цветов, от них болит голова, но запах очень пронзительный и для кого-то приятный. Запах лилий для нее навязчив, как постоянно звенящий в голове голос. Он вторгается в жизнь, критикует, запрещает и высмеивает.

Очень многим нравится лето только из-за возможности сходить в отпуск, отдохнуть от серости быта, снова задышать и зажить. А потом задержать дыхание, страдать, зимовать, как куколка, завернувшись в плед и ожидая нового витка смены времен года.

А какое оно-лето для ее учеников? Татьяна знала, что Паша Силантьев с предпоследней парты всегда ездил к бабушке в деревню гонять гусей, кормить свиней и ездить на лошади. Учитель русского и литературы всегда внимательно изучает сочинения «Как я провел лето», ведь это отличный способ узнать, чем живут эти дети. Вернее, какой досуг летом выбирают для них родители, по большей части.

Лена Кузина обычно ездит отдыхать с родителями за границу и всегда неловко описывает красоты Турции, Вьетнама, Кипра и прочих прекрасных мест с детской непосредственностью. Ты видишь рисунок, нарисованный неумелой рукой третьеклассника, а пытаешься представить себе шедевр Мане или Вермеера.

Отличный признак молодости-умение переключаться. Ты приехал с летнего отдыха, и сразу в школу. Сначала протест, а потом ребята увлекаются общением, заново включаются в бурную жизнь, дерутся, плачут, радуются, держат дистанцию и сближаются. Очень по-простому начинают дружить. Мы постепенно теряем эти сокровища с детства, и они сыплются сквозь прорехи в наших карманах, как хлебные крошки из сумки Гензеля и Гретель…

Татьяна всегда очень радовалась подготовке к новому учебному году. Она могла зайти в ее родной класс с портретами Пушкина, Лермонтова и Достоевского, навести порядок и быть готовой увидеть своих немного повзрослевших ребят.

Она улыбнулась, глядя на книжные полки, где были аккуратно расставлены сборники стихов и прозы. Надо же, а дома у нее не такой идеальный порядок. Наверное, потому что исключительно для себя ей не хочется убираться и украшать помещение. А для ребят она готова это делать. В классе всегда была чистота, по подоконникам и на тумбочке стояли горшки с комнатными растениями. Даже рамки, ограничивающие великих поэтов и писателей в скромные прямоугольники, и те были заботливо вытерты тряпкой.

Солнце игриво светило сквозь зеленую вазу с узким длинным горлышком. Надо будет поставить в нее свежие цветы к Первому сентября. Молодая учительница русского и литературы улыбнулась своим мыслям и приятному волнению накануне нового учебного года.

4.

Петя обнаружил Татьяну Васильевну сидящей на облезлой скамейке в пустом дворе. Обычно здесь собирались местные алкоголики. Они до ночи звенели стеклянными бутылками, орали и дрались, мешая местным жителям работать, спать и в принципе наслаждаться тишиной.

Она сидела, запустив пальцы в короткие седеющие волосы и опустив голову. Старая вытянутая кофта, брюки. Всё очень неряшливое и убогое. Сердце Пети сжалось от печали, подступили слезы. «Что за дела?»- мелькнула мысль.

Он тихо окликнул её по имени.

Татьяна Васильевна издала нечленораздельный звук и посмотрела исподлобья. Прошло долгих полминуты, прежде чем она поняла, кто перед ней.

-Петя… -одними губами прошептала женщина.

-Нам нужно поговорить, прямо сейчас.

Она кинулась к нему, но он не спешил обниматься. Где он и где женщина, живущая на улице…

Пётр Анатольевич не понимал, что происходит. Он испытывал интерес и отвращение одновременно. Посмотрел в её влажные мутные глаза. Хотелось понять, кто же он: скотина, использующая знакомую женщину в корыстных целях, или просто заблудшая душа.

Он растерялся, забыл приготовленную речь. Почувствовал себя виноватым пятиклассником у доски. Пришлось поглубже вздохнуть, так как трахею снова перекрыло. Живи, Петя, давай. Надо довести план для конца.

-Татьяна Васильевна, я вижу, что Вы в сложных условиях. И я понимаю, что мы очень давно не общались, я даже не думал… -Он запнулся. – Но мне очень нужна Ваша помощь. Именно Ваша. Выручите меня, пожалуйста. А я помогу, чем попросите: деньгами, услугами, могу квартиру Вам снять…

«Что за бред про квартиру? У тебя много лишних денег?»

«Заткнись, жмота кусок. Будто ты не разбазариваешь свои бабки просто так. Вспомни, как ты проводил выходные до знакомства с Лидой.»

-В общем, выручите меня, пожалуйста. Я обещал познакомить Лиду, мою невесту, с моей мамой. Но в силу некоторых обстоятельств не могу этого сделать. Сыграйте завтра ее роль, прошу. Купить вам красивое платье, туфли и сумочку для меня не составит труда.

Думаю, никто не подойдет лучше на эту роль. Вы интеллигентный человек, как бы не повернулась жизнь. Я верю, что это правильный выбор.

-Я рада видеть тебя, Петя. Как жаль, что не при других обстоятельствах. Да, я помогу. Только обещай рассказать мне, зачем идти таким долгим путем и почему ты не можешь познакомить девушку со своими настоящими родителями.

-Я расскажу, но позже. Пойдемте, нам многое нужно успеть.

И Петр помог Татьяне Васильевне подняться со скамейки. Как давно она не чувствовала крепкого мужского плеча, на которое можно опереться слабой рукой, и как радостно было почувствовать это, наконец-то. Пусть и ненадолго.

5.

Татьяна давно не чувствовала себя такой значимой. И, наверное, красивой. Несмотря на сеть морщин на лице, блеклые глаза и заметный шрам под глазом, она была всё ещё интеллигентной, стройной и высокой.

Из магазина они прямиком направились в ресторан.

«Никакого больше бродяжничества. Хочу вот так ходить в платье. Каждый день. Надо лечиться и возвращаться к жизни.»

Разные мысли проносились в голове Татьяны, и они были весьма оптимистичны.

-Танюха! -рявкнули слева густым басом. -Какого хера, ты че, в Большой театр собралась? Коньяк там жрать в буфете? Эээ, куда?

Женщина вздрогнула и скосила глаза в сторону голоса. Увидела своего знакомого Лешего. Попыталась вспомнить его обычное имя и не смогла.

-Ну и мадмуазель, даже не здоровается! -Продолжал кричать мужчина на всю улицу. -Скажу нашим, что Танюха зазналась!

А ведь он её спас прошлой зимой, вспомнила Татьяна. Она замерзала на улице после какого-то крайне некачественного алкоголя, а Леший притащил её к себе. Вся остальная банда жила в заброшенном доме. Там хотя бы были старые замызганные матрацы, какое-то тряпьё и костёр. Даже покормили.

Но сейчас было не до Лешего. Она покрепче сжала руку Пети, на которой повисла, и ускорила шаг.

-Знакомый? – Вздохнул Пётр.

-Да. Не очень близкий, -пробурчала бывшая учительница.

-Ну вот и пришли. Не забудь, я обращаюсь к тебе «мама».

Отец умер два года назад. О том, где ты живёшь, не говори. Сейчас работаешь репетитором. Остальное на твоё усмотрение.

-Мне жаль, Петя, что твой отец…

-Не надо жалеть этого мерзавца, -перебил Пётр Анатольевич.

Татьяна кротко кивнула и толкнула дверь ресторана.

6.

Татьяна Васильевна была в растерянности. Слишком долго, как ей казалось, длилось её пребывание на улице.

А сейчас она ступает по мраморному полу и пытается сдержать гримасу удивления. Вокруг потрясающе шикарная обстановка. Убранство зала настолько роскошно, что любой среднестатистический гражданин наверняка чувствует себя здесь попрошайкой.

Они опустились за столик с серебристой скатертью, с вычурной вазой посередине. Надменная белоснежная роза с прожилками на лепестках нацелилась прямо в лицо Татьяне Васильевне.

-Петя, что это за Букингемский дворец? Ты не мог выбрать что-то поскромнее?

-Зачем? Лиде тут нравится.

-Как и крабы за десять тысяч, наверное. -Женщина окинула взглядом меню. -Где вы с ней познакомились?

Петя нахмурился и залился неровным румянцем.

-Это что за допрос?

-Не мешай мне входить в образ твоей матери. Так что, расскажешь?

-В «Ясперсе».

-Боже мой, а почему не в наркоманском притоне? Хотя там близко…

Пётр Анатольевич укоризненно посмотрел на бывшую учительницу.

-Всё, молчу. Рассказывай. А то притащил меня на полчаса раньше…

«Ясперс» был полулегальным заведением, что называется, «для своих». На входе гостя встречали прекрасные девушки, одетые только в передники, как Гелла у Булгакова. Затем его окутывали клубы густого дыма, после которого внимание приковывал бар, полный разноцветного стекла и напитков не менее богатой палитры.

Далее помещение разветвлялось, как подземная пещера, и некоторые удовольствия, доступные там, были весьма пугающими и странными. Пётр не бывал во всех помещениях, не имея такого интереса в принципе.

-Я ходил туда… Был немного не в себе. Отец в тот день пришёл ко мне в офис. Наконец-то, я был рад показать ему, чего добился.

А он устроил скандал. До сих пор не понимаю, был ли он трезв. Отец кричал, что я превратился в офисную креветку, которая только и ждёт быть нанизанной на вилку.

Что я грёбаный капиталист, для которого семья не важна и о родителях он знать не хочет. Я до сих пор помню выражение гнева и отвращения на его лице. Мне кажется, он забрызгал слюной половину вещей в кабинете, пока не высказал мне всё.-Голос мужчины сделался хриплым. Он отпил воды из стакана. Пальцы его еле заметно дрожали.

– Потом он начал громить мой кабинет, крича, что все мои мечты-стеклянный дом. Скинул все вещи со стола и полок, разбил зеркало, порвал пару книг. Охрана выволокла его из кабинета, а он все продолжал размахивать кулаками и вопить.

-Что ты ему ответил? - Заинтересованно спросила Татьяна Васильевна.

-Что никто не посмеет больше на меня орать и запугивать меня. Сказал, чтобы он убирался отсюда, если не хочет меня видеть.

Перед глазами Петра возникло яркое сочное воспоминание. Как будто это было вчера.

Ему десять лет. Пиджак, галстук-бабочка, идеально белая рубашка. Начищенные ботинки еще совсем небольшого размера. Сегодня он впервые выступит со своей флейтой вместе с пианисткой Мариной, старше его на несколько лет.

Он взволнован и горд, понимая, что ему нужно сыграть идеально, ведь на него будет смотреть и внимать его игре не только гости мероприятия, но и папа с мамой. Тётя Света тоже хотела прийти, но это уже не было таким важным для него.

Петя чувствует, как учащенно бьется сердце, но он готов. Глубокий вдох и спокойный выдох. Он выходит из-за кулис, свет бьет прямо в глаза. Всё в порядке, он помнит всю партию и те моменты, на которые нужно обратить внимание.

В середине партии глаза адаптируются к яркому свету, и он начинает различать лица присутствующих в зале людей. Он видит маму, напряженно уставившуюся в одну точку где-то на сцене, и сидящую рядом тётю Свету. Отец не пришёл.

В этот момент Петя, понимая, что воздуха не хватает, издает фальшивую ноту. Ещё одну. Ещё.

Спина Марины за фортепиано заметно напрягается, но она продолжает играть. Руки мальчика холодеют, но он намерен закончить начатое, несмотря ни на что.

Конечно, первое место они не получили. Зато Петя вынес с собой из зала важный жизненный урок: не нужно надеяться.

-Петя, твой отец наверняка считает себя идеальным, но это не так. Он был несправедлив к тебе. Поверь, ты заслуживаешь лучшего. - Татьяна Васильевна своими словами возвращает его к настоящему.

- Мне грустно, ведь это была наша последняя встреча. И я до сих пор не знаю, что со всем этим делать.

-Муравью хвост приделать. - Ворчит подставная мать Петра. - Исправлять это надо, а не жевать эти протухшие эмоции столетней давности каждый день, расстраиваясь, как же всё плохо.

Кажется, Лида твоя пришла. -Женщина повернула голову в сторону двери.

7.

-Привет, дорогой! – Лида подскочила к Петру, радостно улыбаясь. Они поцеловались.

-Это моя мама, -Пётр учтиво кивнул в сторону Татьяны Васильевны.

-Татьяна, -бывшая учительница заинтересованно посмотрела на девушку.

- Лида. -Невеста Петра заняла почётное место.

-А где твои родители? -Растерялся жених.

-Они не смогли приехать. У папы крупная сделка, а мама не захотела без него.

-Надо же, какая жалость! – Вскинула брови Татьяна Васильевна. -А без мужа она никуда не ходит?

Пётр бросил недовольный взгляд в сторону бывшей учительницы.

«Сейчас я тебе устрою весёлый вечер», -азартно подумала она.

Лида замерла с кривой улыбкой на лице.

«Инсульт что ли? А, нет, всё в порядке. Открыла рот, сейчас будет очередное вранье», -подумала Татьяна.

-Просто сегодня у неё ко всему прочему упало давление… Поэтому я одна. -Пробормотала Лида.

-Ну да, люди из высшего общества не знакомятся с матерями-алкоголичками, ведь так?

-Мама! Давайте каждый закажет что-нибудь вкусное. Я хочу мяса. – Петя не знал, куда деться от этого кошмара. Будто вновь оказался на семейном застолье, как в детстве.

Бабушка и дедушка вечно обменивались с родителями колкостями за праздничным столом. Он это вспомнил много лет спустя, ведь когда ты маленький, не придаёшь значения некоторым событиям.

-Мне как всегда, -сказала Лида официанту.

Петя и Татьяна Васильевна тоже сделали заказ.

-И какие планы у молодых? -Спросила Татьяна.

Девушка сделала странное движение рукой под столом.

«Ну не здесь же», - подумала бывшая учительница. –«Ни стыда, ни совести, ну и молодёжь пошла».

-Мы собираемся провести свадьбу здесь, в «Лакта-холл», а потом полетим на Бора-Бора. Там пробудем две недели. А затем с загаром и новыми впечатлениями вернёмся домой. Да, Петюня?

Татьяну Васильевну передёрнуло.

Как её Петя мог выбрать такую девушку? Выжмет из него все деньги, а потом…

Она снова бросила взгляд на руку Лиды, шевелящуюся под скатертью.

Татьяна Васильевна воинственно сжала губы и чуть прищурилась глаза.

-И когда ты ему покажешь эту гадкую бумажку? Ты мнёшь её уже полчаса. – Пошла в наступление Татьяна.

Лиде показалось, что брачный договор намертво прилип к влажной ладони, будто она была намазана мёдом.

«Какой позор», -шипел внутренний голос девушки. –«Ты решила сразу подстраховаться на случай, если он тебя бросит? Вот если бросит, тогда будешь решать. Зачем так сразу? Или думаешь, что сама ничего не добьёшься, так и будешь жить на родительских харчах?»

- В чем дело? Мама, что за спектакль ты устроила? Лида, извини. Давайте начнём сначала. Мам, расскажи про своих учеников.

-Я сейчас репетитор. Ушла в отставку, но пока работаю. -Без заминки начала рассказывать Татьяна. – У меня десять ребят. Готовлю к ОГЭ и ЕГЭ по русскому и литературе, подтягиваю их знания. Меня вдохновляет то, как дети стремятся к лучшему. А чем ты занимаешься?

-Я отучилась и теперь ищу себя. Работать экономистом не хочу. Было желание бросить институт, но папа сказал, что перестанет со мной общаться, если я это сделаю. Пришлось закончить.

«Грустная история. Хотя не факт, что она говорит правду, вон как с брачным контрактом мнётся»-брезгливо подумала бывшая учительница. И пнула Петю под столом.

-Свадьба будет через месяц, -он так и подскочил, рассыпав половину гарнира на скатерть.

- И я узнаю об этом только сейчас? – Вздернула брови псевдомать.

- Петя долго медлил перед знакомством с Вами. – Сказала девушка, наконец убрав руки из сумочки.

Ладно, с договором они разберутся позже.

-Я понимаю. А он рассказывал, какие у него были отношения с отцом? - Улыбнулась Татьяна Васильевна.

- Вы мне всё испортите! Я просил помощи, а не шпильку в бок! –Зашипел мужчина на ухо бывшей учительнице.

-Не особо. – Напряглась Лида. Голубые глаза пытливо уставились на Петю.

8.

Пётр смотрел на вопрошающую Лиду.

«Такое чувство, что я пропустила что-то значительное», - подумала Татьяна Васильевна. -«Как можно жениться, не рассказав друг другу таких вещей? Я же не пятьдесят лет на улице провела, так почему сейчас всё по-другому? Или Пете настолько стыдно рассказывать про отца…».

-Он умер.-Наконец подал голос Пётр. –Два года назад. Мой отец был родом из Сибири, недаром говорят, что люди там суровые. И он был таким. Всегда быть правым – цель его жизни, наверное. Работал автомехаником, был очень хорошим специалистом. Но возражений никогда не терпел ни от начальников, ни от подчиненных.

У нас были очень сложные отношения. Я никогда не казался ему достаточно ответственным, хорошим. Достойным его одобрения. Вот так. Я до сих пор не осознал, что его уже нет.

Лида молча кивнула и положила свою руку на руку Петра.

Татьяна Васильевна с сочувствием смотрела на Петю.

-А как Вы пережили смерть мужа? - Спросила Лида у Татьяны Васильевны.

-А…-Взгляд бывшей учительницы заметался по помещению.-Алкоголь! -Неподалеку парочка разливала вино в бокалы.

-Очень грустная история. Но в жизни всякое бывает…-Заключила Лида.

-А у тебя какие отношения с родителями? - Спросила Татьяна Васильевна.

Она скосила глаза в направлении только что вошедшего мужчины. Высокий и седеющий, он был похож на руководителя какой-нибудь многомиллионной компании, такую уверенность он излучал.

Шикарный темно-синий костюм и белая рубашка наверняка не были его любимой одеждой, но статус часто обязывает людей делать то, чего они не хотят.

Мужчина оглядел помещение и направился к их столику.

«Ну привет, директор заводов…»-Игриво подумала Татьяна Васильевна. - «Сейчас узнаем, что из себя представляет папа, грозившийся лишить избалованную девчонку наследства.»

По мере приближения глаза нежданного гостя становились всё более удивленными.

- Привет, папочка! - Лида кинулась ему на шею.- Мы думали, ты не придешь. А где мама? Всё же решила остаться дома?

-Да…-Мужчина всё-таки справился с собой, кашлянул и представился. - Алексей Павлович,- и подал большую крепкую ладонь Петру.

«Как у отца, будто лапа медведя», - подумалось ему.

-Татьяна, мама Пети.-Кокетливо улыбнулась бывшая учительница.

Медвежья лапа легонько сжала пальцы Татьяны Васильевны. Алексей Павлович на секунду прижался губами к её руке.

Бывшая учительница почувствовала себя школьницей на танцах и захихикала.

-Какой у тебя галантный отец, Лида. - Она оценивающе посмотрела на «директора». И тут же одёрнула себя: да что же она делает? Она мать Петра по сюжету этого фарса. Нужно срочно перестать кокетничать с Лидиным отцом.

-Мне кажется, мы где-то виделись, - Алексей Павлович не мог оторвать взгляда от лица Татьяны Васильевны. Его массивные пальцы нервно теребили белоснежную салфетку. Он быстрым взмахом попросил официанта подойти и парой жестов сделал заказ. Наверное, бывал здесь очень часто.

Официант понимающе кивнул и удалился.

-А как Ваше полное имя? - Алексей Павлович в ожидании поднял густые брови. Он давно не испытывал такого интереса к людям.

-Татьяна Васильевна Горянская. Оставила свою девичью фамилию, а у Пети фамилия отца. - Быстро объяснила она в ответ на непонимающие взгляды Лиды и «директора».

На лице отца Лиды вспыхнула неудержимая радость.

-Очень приятно познакомиться! - Прогремел он на весь зал.

В бокалы полилось вино, закуски поставлены на стол. Вечер обещал быть очень интригующим…

9.

На мраморный пол ступили пять пар берцев разного размера. Трудно представить более неуместных по внешнему виду людей в этой шикарной обстановке.

Некоторые посетители удивленно оторвали взгляды от телефонов в ожидании незапланированного бонусного шоу.

А вот Татьяна сразу поняла, что это не комплимент от шефа, а реальная угроза.

Она внимательно осмотрела молодых людей в экипировке, черных масках с цветными изображениями на них, разные головные уборы, а у одного парня и того лучше-синий ирокез.

«Да кто тебя учил так грабить банки? Сразу по прическе опознают.», - скептически подумала она.

Пётр начинал закипать. Мало того, что Татьяна Васильевна портила ему знакомство родителей с невестой, так еще приехал ее папаша. А теперь эти мамкины разбойники решили окончательно запороть вечер. Видно, что многим из них нет и двадцати лет…Как можно было додуматься грабить ресторан? Какой смысл? Это ведь не банк и не…

-Ну что, господа! -Заорал Синий ирокез.- Достаём золотые ложки из задниц и кладем на серебряный поднос!- Его банда разразилась хохотом.-Да расслабьтесь. Кредитки с пин-кодами на столы, «Ролексы» и цацки тоже. Мелочёвку можете оставить официантам на чай.

Толстая женщина в серебристом платье за столиком справа коротко взвизгнула, схватившись похожими на сардельки пальцами за свою антикварную брошь, и сползла на руки мужа.

Некоторые спокойно смотрели на грабителей, но основная часть пыталась сдержать рвущиеся наружу эмоции. Статный мужчина в центре зала покраснел и уставился на свою тарелку с недоеденным перепелом, судорожно соображая, достать кредитку или незаметно спрятаться под стол.

«А ведь я поднимал бизнес с нуля столько лет. И в этот нелепый ресторан пришел впервые, решил сделать приятное жене. И всё, денег больше не будет? Я, конечно, могу заработать еще, но возраст уже не тот, чтобы бегать сутками, решая вопросы. У нас было столько планов… А как же мои мечты о новой машине, я так долго этого ждал…»- Пронеслось в голове у Василия Петровича. Он ощутил, как супруга без сознания опустилась на его руки.

-Так, ты, - Синий ирокез ткнул грязным пальцем в округлившего глаза официанта с жидкими усиками. - Организуй остальных. Вам надо составить столы так, чтобы они загородили вход в ресторан.

Официант вздрогнул всем телом. Он был похож на робкую мышь, и совершенно в традициях грызуна пытался ретироваться на кухню. Не вышло.

Заикаясь, он попросил двух других парней в белых рубашках, черных брюках и галстуках-бабочках составить мебель. Те нахмурились, но помогли коллеге.

Из угла послышалось протяжное «а-а-а», которое все усиливалось и на верхней ноте перешло в истерический визг. Судя по голосу, какая-то девушка трудно переживала накал страстей.

-Зайка, давай успокоимся, -суетился возле нее молодой кавалер, весь пунцовый от неловкой ситуации.-Давай я водичкой на тебя побрызгаю?

Татьяна Васильевна укоризненно вздохнула, посмотрев в его сторону. Что вообще нынешняя молодежь понимает в отношениях и поддержке, постоянно находясь по ту сторону экрана телефонов…

-Кто у нас тут, влюбленная парочка? –К ним подошел один из грабителей в бандане и с татуировкой колючей проволоки на шее. –Закрой рот или я разозлюсь, -рявкнул он, тряхнув пистолетом.

Девушка продолжала кричать, закатив глаза.

-Сама напросилась, - грабитель сходил куда-то в район кухни и принес клейкую ленту.

Теперь рот несчастной девушки был перечеркнут отчетливой черной чертой.

-Да что ты делаешь, она бы покричала пять минут и успокоилась, -подала голос Татьяна Васильевна.-А с заклеенным ртом и задохнуться можно. Грамотей.

-Ты не будешь мне указывать, что делать, старая ведьма, - понизил голос грабитель. Он схватил девушку за руку и дернул. Она с трудом поднялась на ноги. Крупные слезы катились по лицу, глаза стали похожи на две черные кляксы. Одна бретелька платья свалилась с плеча. Она продолжала подвывать, это было слышно даже из-за изоленты.

Её увели куда-то за периметр обзора. Пунцовый кавалер заёрзал, но голоса не подал.

«Может, я и не зря жила на улице», -подумала бывшая учительница, -«вокруг меня были люди. А это кто? Огородились друг от друга своим дорогостоящим жильем и машинами, и делают вид, что это предел мечтаний. Вот этот парень даже не спросил, куда увели его девушку. Наверняка она за него платила. Тьфу, как стыдно за людей порой…»

Будто в подтверждение ее мыслей, молодой человек в углу, не отрывая взгляд от Синего ирокеза, почти незаметно взял кончиками пальцев карточку и убрал ее в ботинок.

10.

Парень из банды грабителей с большими оттопыренными ушами собрал в мешок все карточки и драгоценности и отдал главарю.

Синий ирокез нахмурился, заглянув в мешок. Приспустил маску. Видимо, дышать было трудно.

Петр напряженно вгляделся в его профиль. Такие же нахмуренные брови, голубые глаза, светлые волосы. Как будто он смотрел на себя, но только со стороны. Мужчина тряхнул головой, отгоняя странные ассоциации.

Так вот почему его так раздражал этот человек, ведь Петя никогда не позволял себе быть плохим парнем.

-Что это? - Орал отец, дергая пятнадцатилетнего Петю за мелированную челку.-Зачем это сделал? Может, еще татуировку набьёшь и уйдешь из дома?

-Нет, папа, мне просто так нравится, -Петя понизил голос.

-Жизнь научит тебя быть мужчиной, раз мы с матерью не научили, - Петя был немедленно брошен на стул. Отец положил свою здоровенную сильную руку ему на голову. Петя замер.

Он видел, как в такт с движением машинки падают вниз его не такие уж длинные светлые локоны. Последней на пол упала свежепокрашенная чёлка.

-Чтобы я такого позорища больше не видел. Быстро пошел делать математику!

Так, прекращаем рефлексию…А что вообще делает полиция? Занята распитием кофе или поиском маньяков-убийц?

-Почему полиция не едет? - Прошептал Петя.

-Очень странно.- Ответила Татьяна Васильевна.

-Лида, почему ты так смотришь на них, будто вы знакомы? -На этот раз Пётр повернулся к невесте.

-Да что ты, Петюня, разве я похожа на девушку, которая общается с такими? - Лида наморщилась и сделала ударение на последнем слове.

В это время грабитель с татуировкой-колючей проволокой перемещал всех посетителей ресторана за один большой стол возле стены.

Синий ирокез схватил Петю железной хваткой за плечо.

-Убери руку, -отчеканил Пётр.

-Не надо сопротивляться. У каждого из нас есть оружие. - Грабитель приподнял одежду и на свет показался приклад пистолета.-Ты, вроде, похож на умного.

-Смотри, отстрелишь себе чего-нибудь, - ухмыльнулся Пётр.-Не забыл на предохранитель поставить?

Он довольно улыбнулся, глядя на Лиду, и незамедлительно получил в челюсть.

-Чего? - Пётр удивленно отшатнулся.- За что это?

-Считаешь себя лучше других, мажор вонючий! - Сорвался Синий ирокез. – Не все так сладенько живут, как ты.

-Не смей так со мной разговаривать!

-Да пошел ты. Большой начальник? Вот и рули в своих угодьях.

Синий ирокез щелкнул Петра по носу и устремился на кухню.

11.

-Ну что, будущий зять, - Алексей Павлович поднялся на ноги. - Ты провалил испытание.

-Вы о чём? - Пётр исподлобья уставился на отца Лиды.

-Ну, нас захватили преступники, а ты даже ничего не сделал. Не защитил свою невесту, не заступился за остальных…Может, Вам задать вопрос, Татьяна Васильевна, почему так плохо сына воспитали?

-А галантности как не бывало…Вы сноб, Алексей Павлович. Забыла обсудить с Вами методы воспитания детей. Как Вы вообще можете ставить мне на вид поведение сына, когда Ваша дочь собиралась предложить Пете брачный договор? Разве это говорит о доверии к близкому человеку?

-Будет ли свадьба? Как на духу, давайте зададим вопрос жениху! - Прежние грабители вышли из кухни уже в разноцветных нарядах скоморохов. У одного в руках был баян. Остальные грабители дружно дернули за нитки хлопушек, и грянул залп из конфетти и серпантина.

-Нет, никакой свадьбы! -Заорал отец.-Собирайся, дочь,- он повернулся в сторону Лиды.-А где она?

Лиды действительно не было на месте. Когда дым от хлопушек рассеялся, все действующие лица были в сборе, кроме Лиды и Синего ирокеза.

«Значит, она была знакома с главарем банды. Мне не показалось», - отметил Пётр.

И мгновенно понял, что закипает.

На события последних дней, стресс на работе, наложилось волнение от знакомства Лиды с родителями. И еще Петя боялся, что их с Татьяной Васильевной тайну кто-нибудь ненароком раскроет. В конце концов, актёр из него был некудышный, да и бывшая учительница постоянно ставила его в неловкое положение своими колкими фразочками.

И этот слой невысказанного страха, претензий, гнева и обид рос с каждым днем, будто большой жирный торт. Увенчала его ситуация с ограблением ресторана и участие в этом действе отца невесты.

- Это Вы всё организовали? –во все горло орал Пётр на будущего свёкра.- Где Ваша дочь сейчас? Сбежала с каким-то отребьем! Вы хоть понимаете, что наделали? Подвергли опасности людей, которые просто пришли в ресторан!

Будто в подтверждение его слов, дама в серебряном платье, недавно пришедшая в себя, захрипела и снова нырнула в обморок.

-Вызовите скорую. - Вкрадчиво потребовал её муж.

Алексей Павлович сморщился и махнул рукой в сторону людей, призывая их не мешать диалогу.

- Ты вообще представляешь, что счастья надо добиваться? Я бы не благословил ваш с Лидой брак без проверки. Мне надо знать, что мой зять волевой человек, который сможет защитить мою дочь.

-А она что, несовершеннолетняя? - Разорялся Петя.-Если ей нужен папочка, пусть с Вами и остается! Я думал, что делаю предложение взрослому человеку, и что она соглашается сознательно.

Если Вы, как и мой отец, пытались доказать мне, какое я ничтожество, то…Мне всё равно, как я выгляжу для Вас. Потому что моя невеста сбежала с панком каким-то? Или с кем? Кто вообще эти скоморохи, где Вы их нашли, на рок-концерте? Да идите вы все к чёрту!-Отчеканил Петя и пошёл искать чёрный ход.

Он сразу же побежал в сторону пешеходного перехода: ему показалось, что он все еще видел силуэты Лиды и синеволосого парня в конце улицы.

Это было словно во сне, когда ты чуть ли не вырываешь комья земли своими ботинками, пытаясь бежать быстрее, но не сдвигаешься ни на сантиметр.

Петру показалось, что он задыхается. Или не показалось. Он не знал, зачем бежит и что его ждёт в конце улицы. Мысли путались, а гнев и растерянность и вовсе превращали до недавнего чёткую картину мира в винегрет.

Татьяна Васильевна почти сразу побежала за ним. Состояние здоровья не позволяло ей так быстро передвигаться, но она всё равно поспешила по следам Пети, чуть не попав под машину на пешеходном переходе.

-Ты чё, мать, с дуба рухнула? На тот свет торопишься? - Парень с выпученными глазами, облаченный в кожаную куртку и темно-синие джинсы, выскочил из новенькой «Ауди».

В ответ на это разъяренная женщина обложила его таким матом, какой бы постеснялся произнести даже матёрый рецидивист.

Челюсть водителя отвисла, после чего он резко захлопнул рот, поспешно сел в машину и дал по газам.

Запыхавшийся Пётр Анатольевич стоял возле жёлтого дома, обозначавшего конец улицы. Он быстро пробежался, расспрашивая прохожих, не видели ли они пару беглецов, но никто ему не помог.

Подоспевшая Татьяна Васильевна встала рядом с Петей, уперев руки в колени и тяжело дыша.

-Знаешь, надо было вести более здоровый образ жизни, - выдохнула она. Плюс ко всему, вечернее платье не рассчитано на такие забеги.

-Я знаю, где она могут быть! -Просиял мужчина. Поехали!

И он устремился к стоящему неподалеку такси.

12.

Но Лиды и её спутника не было ни в одном из тех мест, которые Пётр с бывшей учительницей посетили в тот вечер.

Они ужасно вымотались, и Пётр предложил Татьяне Васильевне переночевать у него, а на следующий день решить, как быть дальше.

В конце концов, не выгонять же свою учительницу на улицу…

-Располагайтесь, -мужчина обвел рукой помещение. - Я сейчас что-нибудь приготовлю. Обсудим завтрашний день.

-Петя, а ты когда-нибудь жил без плана? - Спросила у него женщина, обводя взглядом квартиру, слишком большую для одного человека.

Паркет, изящные обои, подобранные со вкусом шторы- всё в окружающей обстановке выдавало заботливого хозяина, педантичного и внимательного к деталям.

-Хм…-Пётр критически осмотрел содержимое холодильника. Из чего готовить-то?-Извините, Татьяна Васильевна, тар-тара из говядины и утки по-пекински сегодня не будет.- Он улыбнулся.-Зато яичница от Ломового…Да, звучит как-то не очень. В общем, скромный ужин.

Женщина хихикнула.

-Ты же знаешь, я могу и без изысков. И все же, Петя, ответишь?

-Понимаете, сначала в школе ты заполняешь дневник. И в нём все твои планы. То, чего нет в дневнике, есть в расписании, распорядке дня…Моя комната всегда была обклеена этими бумажками.

А потом это все переходит в бумажные ежедневники, Гугл-календарь и прочие модификации, смысл которых- напоминать о делах. Постоянно звонит телефон. Как будто и без того мало напряжения…

Извините, у меня сегодня в голове какое-то желе вместо мозгов, трудно сосредоточиться. Итак, могу ли я без плана? Да, могу, но я быстро начинаю тревожиться, а не забыл ли я чего-то. Наверное, мне проще иметь план действий, хотя бы примерный.

А Вы, наверное, предпочитаете экспромт?

-Да, скорее так. К тому же, я некоторое время прожила на улице, а это значит: ты живешь не просто сегодняшним днём, а моментом. Прямо сейчас. И может не быть никакого завтра, если ты не найдешь, что поесть или чем согреться. Может напасть собака, или того хуже, неадекватный или больной человек.

С насиженного места может прогнать полиция или работники коммунальной службы, у меня такое бывало.

-Мне так жаль, что Вам пришлось это пережить.-Петя поставил перед бывшей учительницей тарелку с дымящейся яичницей с луком. Золотистый желток заманчиво блестел в свете люстры.

На глаза Татьяны Васильевны навернулись слезинки.

-Я уже забыла, что это такое, когда о тебе заботятся. - Прошептала она.-Спасибо, Петюня.

Мужчина нарезал хлеб и поставил чайник.

-Завтра утром мне нужно будет утрясти кое-какие дела в офисе, без этого никак. А после мы обсудим план действий.

-Но ведь ты говорил, что наш план-только знакомство с родителями? -Татьяна Васильевна вопросительно посмотрела на Петра.

-Он изменился. Мы будем искать Лиду.

13.

На следующий день Петр Анатольевич опередил будильник. Он сварил кофе и вышел на балкон с блокнотом и ручкой, чтобы составить план действий.

Учитывая то, что телефон Лиды не отвечал, в соцсетях она в последний раз была пару дней назад, спросить у нее о причине побега он не мог.

Вчерашний разговор с отцом Лиды ничего не дал: он не знал, куда направилась дочь. Контакты грабителей выяснить не удалось. Алексей Павлович сказал, что удалил их номера.

А где еще она могла быть? Куда они могли уехать с Синим ирокезом? Полиция начинает искать пропавшего человека только по прошествии трех суток. Пока надеяться не на что.

Пётр с горечью подумал о том, что совсем не знал свою невесту. Кто она вообще такая? Да, окончила ВУЗ, в последнее время ходила на курсы по флористике, но явно не собиралась заниматься этим на постоянной основе.

Мужчина представил Лиду продающей тюльпаны на островке последи торгового центра. Он усмехнулся, потому что это не было похоже на правду. Лида привыкла к красивой жизни, и подобная нелегкая работа точно не могла стать ее выбором, ведь продавцы цветов в дни повышенного спроса постоянно стоят на ногах.

Если бы она хотела самостоятельности, она бы отчислилась из университета, вопреки воле отца, и выбрала бы для себя что-то по душе. Но она не стала этого делать.

Навряд ли «владелец заводов, газет, пароходов» отрекся бы от единственной дочери только из-за того, что ее выбор не совпал с его ожиданиями.

Пётр пытался вспомнить имена официантов на бейджиках и их внешность. На ум пришел только парень с жидкими усиками и напуганным видом. Кажется, Григорий.

Далее он стал думать про посетителей ресторана. Если отец Лиды организовал всю эту постановку, то посетители тоже могут быть нанятыми актерами или обычными людьми, которые за деньги согласились поучаствовать в этом событии.

Ручка заскользила по бумаге.

Та женщина в серебряном платье и ее муж, пожилая пара, он их хорошо запомнил, как и девушку, которую увели куда-то в подсобное помещение. Ее спутника Пётр вспомнить не смог, какой-то совсем не примечательный молодой человек в тёмном костюме.

Кто еще? Мужчина посередине зала, седой, ближе к пенсионному возрасту.

Еще несколько молодых пар. Можно просто спросить у официантов, как часто эти люди бывают в ресторане.

А надо ли вообще идти сложным путем? Алексей Павлович не сказал, в каком институте или колледже нашел актеров, но можно расспросить подробнее и выяснить личность Синего ирокеза. Так будет даже лучше.

Несмотря на ранний час, мужчина набрал номер будущего свёкра, но в ответ услышал только об отсутствии абонента в сети. Хорошо, придется еще раз съездить в ресторан.

Пётр поднялся со стула, глядя на яркую краску, разливающуюся по небу. Он чувствовал, что сегодняшний день готовит ему удивительные события.

И он не ошибся.

14.

Пётр стоял с чашкой кофе возле окна сорокового этажа, оттягивая пальцем галстук. Он напряженно размышлял. Татьяна Васильевна сидела неподалеку, попивая кофе из изящной позолоченной чашки.

-Петя, вот ты мне одно скажи. У тебя пропала невеста, а ты торчишь на работе. Почему? Тебя не волнует ее судьба?

-Если бы меня это не волновало, я бы не принял решение ее искать. Вы что предлагаете? Беспорядочно бегать по городу с ее фотографией и спрашивать у прохожих? Полиция до истечения трёх дней даже не почешется.

-Голову включи. Может, поймешь, как ее можно найти. Лиду, в смысле, а не голову,- Татьяна Васильевна ехидно улыбнулась.

Она с интересом оглядывала кабинет Петра Анатольевича. Книги на полках, большой стол с настольной лампой, органайзером, ноутбуком и мышкой. Недешёвое офисное кресло. Да, обстановка красивая, но какая-то безжизненная. Как будто здесь обитает заклёванный жизнью офисный клерк лет под пятьдесят, а не молодой мужчина.

Татьяна Васильевна перевела взгляд на Петю.

-Я уже кое-что продумал. Поедем в ресторан, надо поспрашивать у официантов. А сюда я заехал для того, чтобы прийти в равновесие. Здесь мне лучше думается.

-Когда представляешь, как выкидываешь людей с такой высоты…Да, ты прав. Это точно успокаивает.

Пётр Анатольевич резко повернулся и уже открыл рот, чтобы ответить, но Татьяна Васильевна его опередила:

-Петя, ты обещал рассказать мне, почему не собирался знакомить свою вертихвостку с мамой. Если я правильно понимаю, она еще жива и у нее проблемы с алкоголем. Почему ты не пригласил её? Она в запое или в клинике?

-Давайте Вы не будете так отзываться о моей невесте.-Мужчина заметно сжал челюсть.-Поехали в ресторан, про мать расскажу по дороге.

Бывшая учительница кивнула.

15.

Они спустились в холл огромного офисного центра. Группа бизнесменов, прибывших в этот день на тренинг, наблюдали следующую картину.

Из лифта вышли высокий мужчина в тёмно-сером костюме и его спутница- женщина за пятьдесят с осанкой балерины и гордо поднятой головой. Мужчина что-то рассказывал ей, оживлённо жестикулируя.

Не успели они сделать и пяти шагов, как в рукав серого костюма вцепилась дама непотребного вида. «Ох…Фу…»- послышалось со стороны группы бизнесменов.

Дама была одета в криво застёгнутую кофту грязно-зелёного цвета, длинная юбка тащилась по полу, будто она была не по размеру; засаленные волосы прилипли ко лбу; женщина очень часто моргала.

«Отец небесный, -пронеслось в голове бывшей учительницы, которая никогда не была религиозной, -да я еще ничего выглядела, валяясь на матраце в импровизированной ночлежке для бомжей».

-Мама, прекрати, -прошипел Пётр, пытаясь оторвать руки неопрятной женщины от своего рукава.

-Это вместо приветствия, Петя? -Её голос звучал очень глухо.

«Как из-под крышки гроба», - подумал Пётр.

-Петя, у меня закончились деньги, Петя, ты должен мне дать. Ты давно не заходил, тебя давно не видно, - забормотала она.

Пётр Анатольевич оглянулся вокруг. Бизнесмены, вылупившие глаза, как зрители в партере, нехотя чуть повернулись в сторону, заметив негодование Петра.

Девушка за стойкой ресепшн, будто вынырнувший из Нила аллигатор, наблюдала за интересной семейной сценой. Из-за стойки было видно только её глаза и облачко светлых волос. Света всегда была в курсе событий, знала кто к кому приходит, и такой острый момент пропускать была не намерена.

-Мама, давай выйдем. Я уже отправлял тебе денег. Давай мы увидимся с тобой позже, сейчас не время, я занят.

Пётр побагровел и вытащил упирающуюся женщину из здания бизнес-центра.

16.

Глаза матери нездорово блестели.

-Петя, ты не поверишь! Вчера приходил твой отец. Он принёс мне букет цветов и квитанцию за свет.

Пётр с Татьяной Васильевной переглянулись.

Мужчина представил, как тело отца с налипшей на его любимый пиджак и брюки землёй стоит возле двери, сжимая полусгнивший букет красных гвоздик. К горлу подступило.

-Бутылка с запиской на горизонте, капитан…-Выдохнула Татьяна Васильевна.

-Что? -Не понял Петя.

-Белочка у твоей матери, и я смотрю, не первый день. Давно её к наркологу водил?

-Да никогда…Просто денег отправляю, приезжаю к ней раз в две недели. Знаю, что она давно выпивает, но такое рассказала впервые.

-Не уверена, что эти галлюцинации первые,-бывшая учительница цепким взором ухватила те детали, которые были ей важны.- Видишь, и рассказывать ничего не пришлось. Стоит тут как живая…

-Татьяна Васильевна! В конце концов, хватит отпускать едкие замечания!

-Петя, я посмотрю, чем ты спасаться будешь, когда закопаешь всех родных, а потом…-Она вспомнила пару тяжёлых моментов из жизни на улице. - В общем, юмор позволяет тебе всплыть, когда ты уже коснулся дна.

Мужчина с сожалением и болью посмотрел на мать, стоящую чуть поодаль, бормочущую что-то про отца и теребящую подол.

Он со вздохом набрал номер и отошел за угол здания.

-Соня, привет. Можешь подъехать к маме домой через час? Да, продуктов купить было бы здорово. Остальное как обычно. Подумай ещё, можно ли её на дневной стационар определить, мне кажется, дело приняло неприятный оборот. Может, в какую-то частную клинику. Галлюцинации начались. Как бы с собой чего не сделала. Думаешь, она не опасна? Наверное, да, но к врачу лучше сводить. Спасибо огромное, оплачу по двойному тарифу. Я ей такси вызову, а там разберётесь. Ну, давай.

Обернувшись, он увидел, что бывшая учительница чем-то пыталась успокоить его мать.

Как же она сдала после смерти отца…Постарела и, кажется, совсем потеряла себя. Отец всегда был главным в доме, властным мужчиной, хозяином; тем человеком, который принимал решения, вбивая их железным кулаком в стол. Без возражений, без блеянья и капитуляции в другую комнату все домочадцы обязаны были принять его мнение и незамедлительно подчиниться.

Мать привыкла жить такой жизнью, когда за тебя решают практически всё.

После того, как отец их покинул, мама постоянно звонила Петру в любое время дня и ночи по всем вопросам: что ей покупать на ужин, какой цвет пальто ей больше идёт, брать ли билеты на концерт, когда он приедет починить кран, розетку, повесить шторы и сделать еще три миллиарда дел за одни выходные.

Мужчина терпел, но в свой предыдущий визит сорвался после очередного десятка сделанных дел и новых посыпавшихся на него просьб. Он кричал так, что казалось, выпадут стеклопакеты из оконных рам. Терпеть уже не было мочи. Создавалось впечатление, что кроме него мама ни с кем не общается и больше никого не может попросить о помощи.

Как будто человек ни разу в жизни не платил за коммунальные услуги, не звонил в ТСЖ, не ходил за покупками и вообще только вчера вышел из комы. Наверное, так и было для неё…Пётр пытался поставить себя на её место, и не мог.

Он быстро вызвал такси, распрощался с мамой и захлопнул жёлтую дверь с каким-то странным, прежде неведомым предчувствием.

Сейчас у него не было желания вспоминать прошлое и думать, что делать с мамой. Нужно найти Лиду, а потом решать остальные вопросы.

Мужчина вызвал для них с Татьяной Васильевной другое такси, и они отправились во вчерашний ресторан.

17.

Пётр толкнул дверь ресторана и почувствовал, что на лбу выступили капли пота: заведение просто исчезло. Мужчина стоял посреди большого помещения кофейни.

- А где «Прелюдия»? Мы с Лидой тут сто раз были, они ведь не могли съехать за полдня.

Пётр оглянулся в поиске знакомых лиц, и никого не нашёл.

Вокруг него была совершенно другая обстановка. Сначала ты ставишь нарядную пушистую ёлку на Новый год, вешаешь на неё игрушки, гирлянды и мишуру. Но когда праздники проходят, все эти атрибуты становятся ненужными и отправляются обратно на полку, а то и в мусоропровод.

Подобное впечатление производило помещение кофейни, вступившее в права на смену шикарному ресторану.

-Мне кажется, в какой-то момент ситуация стала сворачивать на рельсы абсурда. -Подняла брови Татьяна Васильевна. -Тесть твой будущий не мог это устроить? У меня точно с головой всё в порядке, и я помню, как мы сюда приходили. И эти нелепые свадебные розы на столах, и всю прочую обстановку.

Расспросы у бариста ничего не дали. Гостей в кофейне почти не было. В углу сидел парень, по-видимому, студент. Он работал на ноутбуке, напряжённо клацая по клавишам. Красные глаза и две пустые кружки, а также наполовину смятая банка из-под энергетика рядом с ним говорили о не лучших попытках подготовки к занятиям.

Они заказали по чашке кофе и сели за столик.

-Помещение то же самое. -Пётр Анатольевич снова достал блокнот и стал записывать свои наблюдения с таким нажимом, будто хотел выбить их на каменной табличке.

- Петюня, тебе надо расслабиться. А то ты с таким усердием порвешь бумагу.

-Может, позвонить в полицию?

- И что ты предлагаешь им сказать? «Караул, ресторан украли»?

Петр будто не слушал. Он внимательно оглядывал помещение кофейни. Персонал уже начал коситься на него с подозрением.

Мужчина вздохнул и с грустью посмотрел в окно. За поверхностью стеклопакета светило солнце, улица жила в бешеном ритме. Люди спешили по своим делам в будний день. Но ему было неспокойно. Этот поток рутины всегда смывает важные мысли…

-Петь, смотри! - Татьяна Васильевна с детским восторгом уставилась на возвышающийся перед ней стакан с кофе «Мокко», торчащими из сливок трубочками и печеньем.-Вот тебе раз! Это не просто кофе, а целый завтрак! Петя, -она вдруг сжала его холодные пальцы и понизила голос, - помоги мне вернуться к нормальной жизни. Я не хочу туда, где была. Я хочу так, - женщина кивнула в сторону стакана с кофе и опадающими сливками.-Мне нравится помогать тебе, я востребована, да и выгляжу как приличный человек.

Мужчина в смущении опустил глаза и вдруг заметил, как что-то сверкнуло на полу. Пётр метнулся туда и достал банковскую карту. Какая удача!

-Татьяна Васильевна, вот теперь мы выясним! – Петр тряс находкой, как погремушкой.

- Ну-ка, дай. – Бывшая учительница отобрала карту у мужчины. – И что мы с ней сделаем? Спустим все деньги на кофе? Я не против.

-Разберёмся. Я думаю, это карточка того молодого человека. Его девушку увели на кухню.

-Наверное. Петя, я предлагаю ещё поискать по театральным институтам спутника Лиды с синим ирокезом. И собери информацию про Лиду, в конце концов. Признайся, что ты её не знал. Не понимаю, почему мы до сих пор не съездили к её родителям. Где они живут?

-Не знаю. -Тихо сказал Петр.

- Братья, сестры, друзья?

- Она единственный ребёнок в семье. Мы всегда общались вдвоём. Ну и в офисе моём она бывала, у неё есть пропуск…

-Петя ты что наделал! Звони в офис!

-А что такое?

-Быстро поехали туда!

- Но мы только что оттуда приехали…

- Дурак ты, хоть и хорошо учился! Думаешь, она просто так исчезла и следы заметает? Не по любви она с тобой была. Сейф у тебя в офисе есть, явно он ей нужен. Лучше съезди в офис, всё узнай. А мне можешь дать телефон Алексея, как там его…Отца Лиды. Постараюсь дозвониться…-Она смущённо улыбнулась, -отсюда. Не пропадать же добру, надо кофе допить.

-Ладно.-Вздохнул Пётр. - Вы правы.

-А что за помощница у тебя, с которой ты по телефону разговаривал, потом расскажешь.

18.

После звонка Петра Соня поехала к Наталье Вадимовне. Ключ у неё всегда был при себе. Женщина совершенно не возражала против такой помощи, хотя не понимала, почему Петя сам не может постоянно к ней приезжать.

И ещё у неё не укладывалось в голове, почему сын бывает так груб с ней. Он очень сильно злился в последний раз, а она всего лишь попросила его починить стиральную машинку, выбрать для спальни новые обои, заказать ей в интернет-магазинах несколько товаров, купить и принести сковородку и чайник, заплатить по счетам и поговорить с молодой соседкой, которая в последнее время слишком сильно шумит. Это делами-то не назовёшь, супруг раньше с таким справлялся довольно просто.

Но у Пети нет такой выдержки. Видимо, зря они не отдали его в юном возрасте в кадеты. Хотя Алексей пытался воспитать из него мужчину, но что-то он делал неправильно, раз Петя не дотянул до его уровня.

Она вздыхала, вспоминая своего мужа. Как хорошо, когда не надо ни о чем беспокоиться: все вопросы решены, необходимое в наличии. Занимайся домашними делами и радуй супруга, всё, больше ничего не требуется.

В памяти Натальи Вадимовны всплыли наставления матери о том, что женщина должна быть скромной и подчиняться мужу во всём.

-Только в церковь, мама, я не ходила. Видимо, наказана за это. - И без того заплаканные глаза заслезились.

Женщина вышла возле своего подъезда, но, когда таксист отъехал, не пошла домой. Она решила исправить досадную оплошность и всё же поставить свечку за здравие Пети, а может, и за упокой супруга.

Удовлетворённо кивнув, Наталья Вадимовна посеменила на другую сторону улицы, чтобы добраться до действующей церкви.

-Бог всё видит, всё, что мы делаем. А если накажет…Я же выпивала долго…Буду молиться сегодня, может, отпустит грехи. И будет хорошо, -тихое бормотание утонуло в гуле уличного шума.

Люди по-прежнему спешили по своим делам, сметая всё на своём пути, роняя документы по дороге на деловые встречи, теряя серёжки, ключи, зажигалки, достоинство и свободное время…

Маму Пети всё это мало волновало. Она погрузилась в воспоминания, глаза её будто подернулись дымкой, как утреннее озеро, и ничего не видели перед собой. Только летний луг в селе Берёзовом стоял перед глазами. Там прошло её беззаботное детство.

Визг тормозов будто остановил бешеный темп улицы. Зеваки столпились по сторонам дороги, глядя на тщедушное тельце, облаченное в длинную юбку и зелёную кофту. Конечности женщины вывернулись под неестественными углами, кровь залила дорогу.

Кто-то из очевидцев протяжно закричал. Послышалась крики: «Вызовите скорую! Тут есть врач?»

19.

Ангел судьбы, наблюдая эту картину, вынул из картотеки дело Ломовой Натальи Вадимовны. Взвесил его в руке.

-Ну что ж, -нахмурился Гавриил, -куда?

-Давай, зачитай все обвинения, - улыбнулся его менее мрачный собеседник.

-Пособничество в многолетнем избиении сына, - Гавриил открыл материалы дела, - отсутствие желания делать выбор, пьянство, малодушие, неряшливость. Крала вещи из магазинов. Небольшие, правда, но клептоманию сложно лечить. Честно говоря, личность её давно утрачена. Души там оставалось процента два.

-Так вот эти два несчастных процента и направили её на праведный путь! В церковь же пошла, впервые за столько лет.

-И что? - Гавриил налил себе кофе.-Ну вот ты сам посуди. Пусть она даже полдня простоит в церкви на коленях возле икон, что это поменяет? Она будет думать, что все грехи ей отпущены, и это что значит, а? -Мрачный ангел громко отхлебнул из кружки. - Она будет делать всё то же самое. Опять. А то и добавит в дело ещё пару листов. Ведь люди считают: если грехи отпущены, можно и дальше жить как жили.

-Думаешь, она не сможет измениться?

-Драгоценный коллега, не забывай, что срок людской жизни меньше нашей. А ей уже скоро шестьдесят.

-Слушай, а чего ты бесовские напитки распиваешь? Начальство узнает, так из нас перья выщипают, как из куриц.

-Я без него проснуться не могу.-Буркнул Гавриил.

-Та-а-а-к, у тебя зависимость, а ей пьянство не прощаешь? - Сделал брови домиком второй ангел.

-Ну…Я подумаю. На, посмотри. -Мрачный ангел протянул своему коллеге увесистую папку с документами. - Всё же мне нужно еще одно экспертное мнение для окончательного приговора.

20.

Пётр Анатольевич уверенной походкой вошел в свой офис.

-Ээ..Что-то случилось? Я думала, Вы сегодня уже не вернётесь. - Света за стойкой респешн заёрзала на стуле в своей неудобной кожаной юбке.

-Меня никто не спрашивал в последние пару часов? -Мужчина посмотрел поверх её головы куда-то в сторону.

Офис-менеджер отрицательно покачала облачком волос, похожим на сахарную вату.

Пётр пробурчал «Ладно», нервно прошелся по холлу, затем подошел к лифту и резко ткнул кнопку.

Все происходящее за последние пару дней совершенно не укладывалось у него в голове.

И в первую очередь: за каким чёртом отец его невесты устроил весь этот балаган? Куда сбежала Лида? Мужчине было очень горько от того, что девушка так поступила с ним. Он доверял ей, рассказал про себя такое, о чём мало кто знал, а она покинула его, даже не объяснившись.

А теперь он двигается на лифте наверх, чтобы проверить, не обокрала ли она его…Пётр чувствовал себя преданным и обманутым.

Дверь кабинета легко отворилась. Вещи стояли на своих местах. Чашка, из которой Татьяна Васильевна пила кофе, по-прежнему отражалась в стеклянном столике. Мужчина оглядел кабинет так, как будто был здесь впервые. Может, есть детали, указывающие на взлом или присутствие в офисе посторонних? Он посмотрел в зеркало. За его спиной виднелась полка с кубками за победы в спортивных соревнованиях.

«Какой ты жалкий надменный человек, - с отвращением подумал мужчина,- не можешь ты себя считать успешным просто так. Надо иметь штат людей, которых можно отчитывать, и армию железных солдат за спиной…».

На него накатила такая грусть, какой он давно не испытывал. Захотелось спрятаться под стол, как в детстве, и сидеть там, пока не станет спокойно и хорошо. Как у дедушки с бабушкой на даче.

Пётр Анатольевич сделал несколько глубоких вдохов и выдохов, а потом подошёл к сейфу. Ничего. То есть, ничего не пропало. Все ценные вещи и документы были на месте.

«Так что ей было нужно? Или она и вправду просто передумала выходить за меня?»

Резкий телефонный звонок вернул его на сороковой этаж.

-День добрый.- Послышался из трубки густой бас.

-Угу, здравствуйте.

-Старший оперуполномоченный Станиславский Игорь Борисович.

-Чем обязан?

-Вы сегодня виделись с Вашей мамой?

-Да. Что случилось? Она опять надоедала прохожим на улице?

-Нет, её сбила машина.

-В какой она больнице? - Пётр Анатольевич в очередной раз понял, что уже минуту почти не дышит.

-Её повезли в морг. А мы пока выясняем, умышленный был наезд или несчастный случай.-Полицейский громко откашлялся. - Простите, проклятая работа, иногда приходится выходить, не долечившись …

Выяснив подробности, Пётр без сил опустился в кресло. Желание залезть под стол никуда не пропало. Однако стенки офиса были прозрачными, и он посчитал, что не стоит позориться перед сотрудниками.

«Мужчинам не больно, мужчинам не страшно,-

Внушали мальчишке мамаша с папашей»,

- вспомнил он отрывок какого-то давнего стихотворения.

Страх навалился на него, будто сброшенный на голову мешок с рисом. Перед глазами всплыл образ мамы, которая очень спокойно смотрит на него, а потом уходит в темноту.

Замелькали эпизоды из жизни, очень быстро проносящиеся в его сознании: вот она приходит на его фортепианный концерт; покупает новые ботинки; печёт торт на его День рождения; ведёт его в зоопарк; радуется окончанию ВУЗа; советует не общаться с Мишкой из соседнего дома; убеждает не вступать в рок-группу на втором курсе института…

Пётр закрывает глаза и ощущает только бешено колотящееся сердце, будто пианист снова и снова нажимает одну и ту же клавишу, и молоточек где-то там, под крышкой фортепиано, бьёт точно в цель много раз подряд…

21.

-Не прячься, мышиные усики, я тебя вижу. - Татьяна Васильевна грозно посмотрела на выглянувшего в зал сотрудника кофейни.

-Меня зовут Григорий,- картаво произнес молодой человек.-Попрошу не обзываться!

-Григорий, сделайте-ка мне двойной американо.

- Я не делаю кофе, я подсобный рабочий.

-Врать у тебя плохо получается. На тебе такой же передник, как на остальных ребятах за стойкой. Будь ты подсобным рабочим, ты бы был в другом рабочем костюме, похуже.

Григорий сморщил жидкие усики и нахмурил чуть более густые брови.

-У меня есть для тебя предложение. Пойдем поговорим на улице.

Бариста оценил взглядом грозную женщину, вспомнил вчерашнюю ситуацию и кивнул.

Через минуту они разговаривали на улице. Григорий за небольшую сумму денег сознался, что отец Лиды заплатил всему персоналу за этот странный перформанс, сказав, что все грабители и заложники – нанятые актёры, все в курсе событий. А само действо- некий сюрприз для его дочери и зятя.

-Это я уже знаю. Про папашу что-нибудь расскажи. Давно он сюда ходит?

-Нет, вчера я впервые его видел. Работаю здесь уже год.- Молодой человек переминался с ноги на ногу, чувствуя себя неуверенно.

-А теперь объясни мне, пожалуйста, каким образом вчерашний ресторан превратился в кофейню?

-Да это несложно.- Шаркнул ногой Гриша.- Начальство от налогов уходит, вот и сменили фирму и формат. А обстановку поменять- дело нескольких часов.

-Алексей Павлович не участвовал в этом?-Бывшая учительница на ходу сопоставляла факты.

-Не знаю. Вроде бы, нет.

-Знаешь.-Прошипела Татьяна Васильевна, прижимая локтем тонкую шею Григория к мусорному баку. Парень захныкал.

-Да, вроде, кто-то выделил на это деньги. Не знаю, он или кто-то другой. Отпустите, у меня астма, я сейчас начну задыхаться!-Запыхтел бариста.

Татьяна Васильевна отпустила его, сунула ему в руку свёрнутую в рулон наличку и зашагала прочь от кофейни, на ходу доставая из сумочки сигарету.

22.

Звуки долетали до Петра как сквозь вату. Да что она пытается мне сказать? Какие еще семейные захоронения? Какая разница, сколько стоит?

Оградка…Мама всю жизнь ограничивала себя, и даже после смерти людей пытаются вписать в какие-то глупые рамки геометрических фигур, будто ты и не человек был вовсе, а математическая функция…

Мужчина глубоко вздохнул и тряхнул головой, подняв мутный взгляд на ритуального агента. Только сейчас он обратил внимание на то, как вульгарно была одета эта женщина: глубокое декольте, тёмная помада, шляпка со страусиным пером- это уже точно перебор.

Она постоянно улыбалась и тыкала блестящим ногтем цвета бургундского вина в бледную бумажку с логотипом бюро ритуальных услуг.

-Слушай, Петя,-сразу начала Татьяна Васильевна, когда Пётр вышел из помещения, пропахшего отвратительными приторными духами.-Как это всё цинично. Я бы, например, не хотела, чтобы на моей могиле лежали вот такие туалетные ёршики,- бывшая учительница указала тлеющей сигаретой в сторону ряда искусственных венков, прислонённых к черному зданию.

Мужчина брезгливо поморщился и пожал плечами.

-Рассказывай.- Татьяна Васильевна взяла его под руку.-Чего ты так и не сказал маме?

Пётр молча сопел.

-Представь, что я-это она. Петя, давай, ты и так еле дышишь.

-Я не буду этого делать.

-Расчехляйся, Петя, нельзя прожить замороженным всю жизнь! Дерзай, я выдержу.

-Я не могу такого сказать.

Бывшая учительница остановилась и в упор посмотрела на Петра Анатольевича. Внимательные блёклые глаза изучали его лицо, будто пытаясь найти в нём какие-то скрытые эмоции.

Наконец тонкие губы Татьяны Васильевны тронула хитрая улыбка. Дрогнули морщинки в уголках глаз. Стало заметно, что бывшая учительница не только горевала в своей жизни, но и улыбалась.

Он снова покачал головой: нет, он не будет этого говорить.

- Мне очень жаль, что твоя жизнь была такой, и я не смог тебе ничем помочь…- Вдруг промолвил Пётр, резко выпрямив спину по стойке «смирно», а потом опустил плечи и закрыл рукой глаза, чтобы Татьяна Васильевна не подумала, что он плачет.

«Какая удивительная легкость на душе», - подумал он, -«я ведь должен страдать, так почему так легко, золой рассвет и птицы, режущие небо, как торт на день рождения, и радость…Что это, если не радость? Будто я сам- облако над городом…»

-Молодец. Но сразу сильно легче не станет. Пойдем потихоньку, тебе нужно сейчас решать вопросы. Настоящая печаль накатит потом.

Бывшая учительница с удивлением поймала это состояние покоя и равновесия: где-то вдалеке слышался шум большой дороги, солнце отражалось в окнах. В воздухе стоял запах свежих досок и горящего берёзового веника.

Когда умер её муж, она думала, что потеряла единственную в своей жизни опору. Как будто без него она была каким-то инвалидом на костылях или человеком без костей…Это было не так, но в груди поселилась фантомная боль ножевой раны.

Коля был прекрасным человеком, к тому же очень заботливым. Настоящий здоровяк, но не хмурый, а улыбчивый, он всегда громко смеялся, когда она рассказывала истории про своих учеников. Его отрывистое «А-ха-ха» до сих пор вспоминается ей.

-Танюша, как там галёрка поживает? Всё так же не хотят выходить к доске? - И он заливался смехом.

Мама всегда желала ей лучшего, поэтому с детства видела рядом с Таней академика, намного старше неё, опытного в теоретических вопросах. Татьяна улыбалась, когда вспоминала мамины нотации про то, каким должен быть её будущий муж.

«Боже правый, а с сексом он тоже только в теории должен быть знаком? - Со злой радостью думала бывшая учительница. - Возможно, выбери я учёного, мы бы и не приступили к эмпирическим исследованиям.»

Но представления окружающих значительно расходятся с нашими. Посыл мамы был понятен, ведь отец Татьяны был малограмотным человеком, и то ли в противовес этому, то ли по каким-то своим причинам она решила пойти учиться в педагогический.

С детьми ей всегда было интересно, а вот с ровесниками-нет. Люди что-то теряют, вырастая. В процессе эволюции человеческой души отваливаются некоторые элементы. Но это не шелуха, а настоящая сущность, и люди потом ищут годами эти потерянные детские мечты. А некоторые даже не могут вспомнить то, о чём они когда-то забыли. Маленькие мальчики, видящие себя во сне в форме отважных пожарных, становятся инспекторами пожарного надзора, берущими взятки и с равнодушием наблюдающими в новостях, как горит очередной торговый центр. А девочка, мечтающая стать художницей, устраивается продавцом-консультантом в магазин, потому что за такую работу платят больше.

«Вряд ли в детстве кто-то мечтает стать алкоголиком, - при этой мысли в груди у Татьяны Васильевны легонько сжимается, -но многие выбирают эту дорожку.»

Она потрогала круглую металлическую монету в кармане. Коля носил её при себе постоянно.

История любви не сошла со страниц сборника сказок, но являлась реальной жизнью. Татьяна познакомилась с мужем на встречах анонимных алкоголиков.

Незадолго до этого она даже не представляла, что в России есть такие группы поддержки, но оказалось, они есть. И впервые она увидела его там.

23.

К сожалению, никакая работа не могла заглушить это чувство. Она не только вела уроки в школе, но брала «продлёнку», занималась репетиторством, а в свободное время – домашними делами. Видеться ни с кем не хотелось. Иногда она заставляла себя ходить на встречи с подругами или бывшими коллегами, но это только бередило рану.

Люди были невежественны в своих соболезнованиях и советах: разменяй квартиру, после смерти Коли тебе не понадобится такая большая, устройся на другую работу, а еще бы тебе сходить в гадалке и врачу…

Она плохо помнит, но подруга Алла рассказывала ей после похорон, как Татьяна чуть не кинулась на родственницу мужа. Роза пыталась объяснить ей, как разбираться с наследством. В советчицу полетела всего лишь тарелка, хотя бывшая учительница порывалась швырнуть в неё весь сервиз, сняв его со стола ловким движением вместе со скатертью, будто фокусник на празднике.

Татьяна прекрасно понимала, чем отличаются люди в такие моменты. Одни искренне чувствуют боль потери и пытаются поддержать, а в глазах других горит праздное любопытство. Они хотят выяснить все обстоятельства до последней крошки, чтобы разнести это по окрестностям, будто крысы-чуму. И это вызывало огромный взрыв гнева.

Женщина вздохнула, представляя, что Пете только предстоит всё это пережить.

-А какие были ее последние слова? - Пётр Анатольевич вдруг выпрямил спину.-На чём мы с ней расстались?

Татьяна Васильевна молчала.

-Она просила денег, а я ответил, что уже сделал перевод…-Мужчина снова ссутулился.-Ну и разговор. Нет здесь ничего возвышенного. И что я расскажу детям? «Последние слова вашей бабушки были просьбой о деньгах?»

-Очнись уже! Во-первых, у тебя пока нет детей, даже невеста сбежала. А во-вторых, можно придумать последние мамины слова. Расскажешь наследникам что-нибудь красивое: бабушка обняла тебя и сказала, как же она тебя любит. Что? Не смотри на меня так.

Пётр о чём-то напряжённо думал. Между бровей залегла короткая вертикальная морщина, похожая на восклицательный знак.

-Петя, ты здоровый лоб уже, а не в курсе, что так можно делать? Главное-не обманывать себя. Вот чего ты на самом деле хочешь, когда похороны пройдут? Спроси себя и ответь честно. Будешь ли ты искать Лиду или это уже в прошлом?

-Не напирайте, Татьяна Васильевна. На меня и так многое навалилось.

-Наверное, поэтому ты не ходишь на работу, лодырь проклятый, -буркнула бывшая учительница, ткнув мужчину в бок, - хоть бы ответственного назначил в офисе в твоё отсутствие! А то наделают без тебя всякого, будешь потом бегать тушить пожары…

-Сначала мне надо съездить в квартиру мамы. - Пётр поискал что-то по карманам, нащупал ключ и с облегчением вздохнул.-А Вас я попрошу вот о чём,-он зашептал что-то на ухо Татьяне Васильевне. Она коротко кивнула и направилась в сторону остановки.

24.

Зинаида Аполинарьевна с детства была очень любопытной. В молодости и взрослом возрасте это качество несколько поугасло за необходимостью работы и воспитания троих детей, но к старости проклюнулось с новой силой.

Пожилую женщину снова встревожили звуки, доносящиеся со стороны соседской двери. Наташа, конечно, выпивала, но вела себя тихо. А эта Соня, её помощница, просто стерва и прожигательница жизни. Жаль, Наташин сын не знает, он бы её мигом вышвырнул из квартиры. Мало того, еще и ключи этой проходимке дали. Не ровен час, обнесёт Ломовых, и полиция не подоспеет.

Такой социальной несправедливости Зинаида Аполинарьевна допустить не могла, и поэтому неусыпно бдела за соседскими квартирами сутками напролёт, за исключением времени короткого и беспокойного старческого сна.

Почуяв неладное, она зашаркала к своей двери и с любопытством приложилась к глазку, как её соседка прикладывалась к бутылке.

Она увидела Соню, вытаскивающую из квартиры какие-то вещи в мешках и сумках.

Внутри пожилой женщины всё вскипело. Проклятые капиталисты, воруют у пожилых! Тут и так пенсия-не разгуляешься, так ещё и молодёжь обчищает!

Зинаида Аполинарьевна схватила стоящую в коридоре швабру и устремилась в подъезд.

Соня уставилась на неё круглыми глазами, поняв, что её план раскрыт. Она осторожно отошла на один шаг назад, но всё произошло слишком быстро.

Пожилая женщина молча ударила девушку шваброй в лоб, отчего та покатилась с лестницы. Послышался хруст.

Соня лежала у стены, неестественно вывернув голову. Пышные каштановые волосы спадали ей на лицо. Тело приняло неестественную позу, будто ожидая репортёров уголовной хроники.

Сумки так и остались стоять возле квартиры.

Зинаида Аполинарьевна стояла с полуоткрытым ртом и прижатой к груди рукой. Она сразу же представила, как полиция уводит её в наручниках и садит в автозак, а потом её везут на суд и в женскую колонию.

Её дети и внуки плачут на суде, и она больше никогда не увидит свою светлую чистую квартирку с большим алоэ в горшке и котом Тимошей…

Как это, её квартиру займут дети или внуки? Нет, она ещё жива и не позволит им распоряжаться своим имуществом. Наверное, только этого они и ждут.

А мог ли кто-то слышать странные звуки в подъезде? Пожилая женщина оглядела лестничную площадку. Кроме её квартиры и квартиры Натальи были ещё две. Но хозяева тридцать второй уехали к родственникам в Подмосковье до следующей недели, а тридцать четвёртая вечно сдавалась, и кажется, сейчас в ней никого не было.

Женщина приложила ухо к дерматиновой двери и ничего не услышала. Только тиканье часов. Перевела взгляд на тело.

Зинаида Аполинарьевна не испытывала ни малейшего отвращения или испуга, глядя на костенеющую в углу девушку. Она будто не понимала, что перед ней лежит труп.

«Чего ты там в своей жизни видела-то?-С презрением подумала пожилая женщина,-Небось волосы нарастила, вон грива какая! Ногти тоже наклеенные. И шмотки эти с надписями не по-русски…Тьфу, срамотища!»-Она плюнула на свежепомытый пол.

Когда-то Зинаида была правильной девочкой, отличницей, идейной и всегда готовой помочь другим ребятам. Зеленые глаза блестели, светлые кудри развевались под платочком. Мир казался прекрасным полотном, развёрнутым перед ней во всей красе. Светлое будущее социализма сияло перед ней лакированной красной краской. Зина видела себя директором завода, в скромном элегантном костюме, с большим количеством подчиненных-мужчин.

Но жизнь иногда подстилает вовсе не ковровую дорожку. Отработав двадцать лет на комбайновом заводе, женщина получила производственную травму, после которой не могла работать в полную силу. Пришлось продолжить деятельность за «вонючим прилавком, когда получила под зад коленом», как она рассказывала впоследствии.

Глаза пожилой женщины заблестели. Седые кудри задрожали. Она воровато оглянулась.

-Я вам покажу! - Громким шёпотом возвестила Зинаида Аполинарьевна, брызнув слюной.

Одним прыжком соседка преодолела расстояние до оставленных Соней вещей, схватила их и, сгорбившись, потащила в свою квартиру. Послышался тихий щелчок замка.

25.

Последние полчаса в сторону Петра Анатолевича летел нескончаемый поток вопросов о маме разного содержания и интонации: почему он не был с ней рядом, не болела ли она, какое наследство оставила, хорошо ли Пётр Анатольевич о ней заботился. Он представлял, что эти вопросы бьются об бетонную преграду и отскакивают, будто мячики. Отвечал кратко и без эмоций.

События в зале прощания и на кладбище пронеслись как вихрь: вопли, причитания, вздохи. Бледные пальцы пианиста, играющего похоронный марш, летали над клавиатурой, едва касаясь её. Услышав звуки фортепиано, Пётр зашевелил пальцами обеих рук и пришёл в себя.

«А если бы я пошёл учиться дальше, мог бы быть на его месте. Или в каком-нибудь оркестре,»-Пётр усмехнулся. На ум моментально пришли времена его детства, когда похоронные оркестры ходили по улицам по шлейфу из красных гвоздик и еловых веток.

Когда все уселись за столы, он встал во весь рост со стопкой водки в руке и начал говорить про то, как он любил маму и каким прекрасным человеком она была, как умела радоваться жизни. В глазах слушателей он встретил непонимание и возмущение.

По окончании речи Татьяна Васильевна отобрала у него стопку со словами: «Упиться решил? Нет уж, ну-ка дай!» и сунула ему в руку бокал с красным вином. Пётр отпил глоток и сразу же почувствовал лёгкое головокружение. Другим словом последние события и не назовешь. Не выяснив, почему Соня не отвечает на звонки, Пётр Анатольевич съездил в мамину квартиру, и никого там не застав, уехал обратно.

«Люди пропадают так, будто их и не было в моей жизни, -со вздохом размышлял мужчина.- Ни Лиды, ни Сони. Мамы тоже больше нет. Алексей Павлович перестал отвечать. Кто следующий?»

«Пётр Анатольевич!- Сквозь шквал мыслей прорвалось сообщение от одного из его подчинённых.- Посмотрите срочно!» Далее была ссылка.

Через секунду Пётр читал вирши какого-то очередного журналиста, осветившего недавнее происшествие в ресторане.

Как оказалось, безобидное шоу вылилось в серьёзные последствия. Девушка с заклеенным ртом до сих пор находится в тяжёлом состоянии. Оказалось, у неё была астма.

Толстая женщина в серебряном платье – обладательница каких-то там титулов, и ещё каких-то наград, - давала интервью лёжа дома в постели, так как «удар чуть не случился в этом проклятом ресторане». Она ругала последними словами персонал заведения, нерасторопную полицию и организаторов «сего беспрецедентного бесчинства».

«Повеяло Достоевским, - вспомнил Пётр уроки литературы, - аморальная ситуация налицо, да и страдания героев имеются.»

Оказалось, что ценные вещи, включая банковские карты, не были возвращены их обладателям. Вместо этого никто не принёс извинений, а заведение срочно переквалифицировалось в кофейню.

«Ресторан-призрак», - так озаглавил журналист Харитон Баритонов свою статью.

«Псевдоним дурацкий, конечно, но по нему я смогу его найти.»-Пётр Анатольевич моментально протрезвел, кинул вилку на стол, испугав сидевшую рядом тётю из Самары, и вышел на улицу проветриться, дабы стряхнуть тягостную атмосферу мероприятия и освежиться.